Ты будешь нашей

      Ёна чувствует себя плохо. Её кроет не по-детски от того, что она видит. Зеркало словно специально издевается над ней и показывает всё то, что делало её жизнь когда-то только хуже. Ведь стоило расслабиться, почувствовать себя лучше, счастливее, как что-то или кто-то специально делает только наоборот. Девушка прибавила в весе и не на один-два килограмма, а на все пять!       Панически соскакивая с весов, Ёна закрывает руками лицо и всхлипывает от шока, прокручивая в своей голове все свои ночные перекусывания с Сокджином, сладкими десертиками, которые дарил милый Намджун и наигранно хмурые призывы питаться мясом как можно больше от Юнги. А ведь девушка за всё это время даже не вспоминала о своих загонах в весе, который постоянно контролировала и боялась лишний раз поправиться. Благодаря парням Ёна расслабилась и прекратила жить как прежде. Стала чувствовать себя лучше и чаще улыбаться. Но сейчас никто не придёт на помощь.       Ребята в Японию уехали три дня назад и будут там ещё долго. А сейчас скорее всего проводят концерт, веселятся и радуют своих фанатов, только вот это почему-то не приносит девушке былой радости. Ёне хочется оказаться сейчас в приятных объятиях парней, да слушать их тихие разговоры обо всём на свете. Снова почувствовать приятную пустоту в голове и увидеть на себе восхищённые взгляды. Без парней она чувствует себя одинокой и ненужной, а ещё страна, в которой девушка живёт уже так много, кажется ей совершенно чужой. Единственный родной человек бросил Ёну, почти ни с чем, уехав далеко и с тем создав огромную дыру в их отношениях. Длинноволосая поклялась однажды сама себе, что больше не будет плакать из-за него. Даже если он вернётся в Корею, захочет увидеться и познакомить её со своим братом или сестрой, Ёна не придёт. Пусть это в какой-то степени будет выглядеть по-детски, но увидеть ребёнка, хоть и относящегося к своим родственникам, которого будут любить также, как это было когда-то с ней, не принесёт ничего хорошего кроме очередной боли. Потому что девушка уверена, что больше не нужна своему отцу, у которого своя жизнь. Ёна — это прошлое, которое для него оказывается надоедливым и ненужным, а следовательно совершенно неинтересным.       Отмахиваясь от надоедливых воспоминаний связанных с отцом, девушка подходит к зеркалу и сглатывает, задирая на себе футболку. Замечает у себя неприятно округлившиеся бёдра и выпирающий живот, на долго уходя в себя. Из-за увиденного длинноволосая чувствует к себе проснувшуюся ненависть и злость, а также ощущает лёгкое головокружение с подкатывающей тошнотой. Новая порция воспоминаний, словно жгучая, сильная пощёчина, захлестывают бедную с такой силой, что девушка пошатывается на месте, хватаясь за свою голову. К сожалению, в школьные годы она не могла отвязаться от неприятных личностей, которые смеялись над ней из-за внешности и веса. Но эти чёртовы стандарты уродства красоты и одноклассники наседали так сильно, что однажды у Ёны случился нервный срыв, после чего девушка села на жёсткую диету и сбросила все свои ненужные килограммы. Но даже после этого ничего не менялось, а вдаваться в подробности и копаться дальше в затянувшихся ранах белоруска не хотела, закрываясь в своей комнате и укладываясь на постель лицом.       Весь последующий день девушка лишь лежала и глядела в потолок, ощущая внутри пугающую пустоту. Мелодия звонка на время заставляет отвлечься от безделья и потянуться к гаджету. Увиденное на экране не вызывает никаких эмоций, потому как даже говорить девушке лишний раз не хочется. А тут и родной отец объявился, решил всё-таки узнать как дела обстоят у старшей дочурки, ну ничего себе. Но как бы мужчина не хотел продлить их разговор, рассказывая о жизни в Беларуси, беременной Ёнсоль и своей новой работе, девушка решила закончить незамедлительно разговор. Причём что мужчина за эти три минуты даже не удосужился узнать как поживает сама девушка и всё ли с ней хорошо, не говоря о том, что от него не было никакой материальной помощи. Ёна быстро придумала себе оправдание для завершения звонка, чтобы отвязаться от родителя, и снова ушла в себя на долгие часы. Поздним вечером длинноволосая засыпает тревожным сном, надеясь на скорое возвращение парней.

***

      Чонгук жадно пьёт воду из бутылки, прикрывая в наслаждении глаза, пока Тэхён звонит Ёне и недовольно хмурит свои брови, вслушиваясь в автоответчик. Девушка не отвечала, из-за чего парень чувствовал себя не в своей тарелке. Джин с Намджуном собирали оставшиеся вещи, в предвкушении потирая руки и желая как можно скорее оказаться дома, рядом с Ёной. Юнги бубнил себе что-то под нос о том, чтобы Ким прекратил маячить перед глазами, но после его ответа и сам стал ходить туда-сюда, нервно кусая бледные тонкие губы и стараясь поторапливать всех вокруг. Хосок дособирал быстро остальные вещи и уже через пятнадцать минут парни сидели в самолёте и ожидали отправки транспорта.  — Всё будет хорошо, ребят, она может быть сейчас просто занята, — с толикой оптимизма говорит Намджун, а сам не верит своим же собственным словам. Странно было вообще начинать эту глупость.  — Мне почему-то кажется, что это не так, Ёна до сих пор не отвечает… — грустно отвечает Чимин, рассматривая в окне самолёта короткостриженную зелёную траву и идеальный асфальт.  — Пусть тебе это будет только казаться, — пробурчал Чонгук, шумно выдыхая.       Лететь придётся чуть меньше трёх часов, но легче от этого не становится. Хосок всё время ёрзает на месте, Юнги шикает на него, а Тэхён тихо поёт себе под нос успокаивающую детскую песенку. Всем сейчас не по себе и никто даже не пытается разрядить обстановку, потому как каждый был погружен в свои мысли. И, к счастью, время действительно пролетело довольно-таки быстро. Бантаны запрыгивают в чёрный фургон, а Тэхён занимает место водителя, доезжая до общежития как можно скорее. После он паркуется на подземной парковке, успевает вбежать к ребятам в лифт и цыкает недовольно на, нервно дрыгающего каблуком правой туфли, Чимина. Звон ключей приносит некоторое облегчение, пока они не раздеваются быстро в коридоре и не идут на поиски Ёны.       А в это время девушка подушку слезами заливает, потому что приснившийся сон был таким страшным. Таким реалистичным и правдивым, словно всё это уже было или должно произойти. В том коротком сновидении Ёна пыталась догнать парней, что всё дальше и дальше ускользали от неё, будто специально путали, насмехались и напоминали о собственной никчёмности, что буквально вскрыло все её старые раны. Девушка вдруг поняла, что возможно, когда-то эта «новая» жизнь исчезнет, растворится также, как это сделали любимые ей люди в недавнешнем сне. И снова плачет, прикусывая зубами одеяло и завывая так отчаянно. Ёна действительно не знает, что делать и как с этим справиться. Её пожирает внутренний злой голос, который только поддакивает рою мыслей и тянет за ниточки, выбивая весь здравый смысл.       Чонгук с Юнги резко останавливаются из-за приглушённого, но несмотря на это довольно-таки громкого всхлипа и ужасаются. Врываются в комнату и застывают на месте, не зная, что делать. Другие тоже прибегают на характерный звук плача и быстро оказываются около белоруски. Не прилагают ума, как начать разговор, что делать с плачущей девчушкой и как заставить это солнышко снова беззаботно и радостно смеяться.  — Ёна, что стряслось? — первым подаёт свой голос вмиг побледневший Чимин.       Парень забирается на постель и сгребает возлюбленную в крепкие объятия, на мгновенье заставив слёзы девушки прекратиться. Ласково гладит её по спине, нашёптывает успокаивающие слова, но не способствует полному успокоению. Рядом с ними пристраиваются и остальные, оплетая Ёну со всех сторон, становясь похожим на один сплошной кокон. Но длинноволосая упёрто молчит, часто всхлипывая и пряча от ребят свой взгляд. Девушке в первую очередь очень стыдно стало из-за того, что парни увидели её такой страшной и зарёванной.  — Солнце, помнишь, что я говорил тебе недавно? — мягко интересуется Намджун, обращая на себя внимание всех присутствующих, но Ёна по-прежнему ничего не говорит, боясь выглядеть ещё более глупой. — Ты можешь говорить нам обо всём на свете, без утаек и преувеличений, ведь мы твоя семья… — лидер приближается к девушке и прикасается к её щеке, слабо целуя.       И слова Кима сразу же произвели должное впечатление. Ёна помедлила, взвешивая в своей голове все «за» и «против», глубоко вздохнула и принялась быстро и много говорить. Затронула немного школьный буллинг, до самых мелких мелочей рассказала сон и получила вместо недовольства и косых взглядов, мягкие поглаживания по спине, тихий шёпот рядом с ушком и ласковые поцелуи на мокрых щеках. Упомянула отца и начала нервничать от этого ещё сильнее, не сумев перестать плакать, из-за чего бантанам пришлось приготовить успокаивающий чай. Хотели они было накормить её, но из-за недавнего разговора воздержались, лишь безусловно поддерживая любимую.  — Мы никогда в жизни не уйдём от тебя, — голос Юнги до невозможности серьёзный и низкий, он прижимает девушку к себе за талию и целует мягко в шею.  — Да! — кричит Тэхён. — Разве можно бросать того, кого очень сильно любишь? — удивлённо добавляет, замечая шок в серо-голубых глазах напротив.  — Тэ прав, мы все любим тебя, поэтому больше не бойся и не заблуждайся в нас, хорошо? — Джин прислоняется щекой к плечу длинноволосой и ощущает копошения других айдолов.       Ребята в одной единственной комнате и на единственной кровате весь вечер пролежали в обнимку с Ёной, осыпая её комплиментами, нежными касаниями и поцелуями. После чего девушка полностью расслабляется и под слабые разговоры любимых шепчет им тихое: — «спасибо». Снова чувствует долгожданное успокоение, защищённость и приятную тяжесть чужих прикосновений на своём теле, что несказанно нравилось ей. В этот вечер Ёна раскрыла перед каждым мужчиной свою израненную душу, получая исцеляющий бальзам. А сложный и напряжённый день стремительно перетекает в умиротворённую ночь, окружённую любовью и нежностью всех живущих в общежитие.

***

      Следующий день должен был быть по особенному великолепным. Ещё вчера, когда Ёна заснула в кругу любимых ей людей, Хосок предложил парням устроить свидание. Эту идею подхватили сразу же все, поэтому сегодня, рано утром, кто-то готовил закуски, а кто-то убирался, стараясь успеть к тому времени, когда их славная девочка откроет свои прекрасные очи и увидит всю ту красоту, которую они старательно делают в гостиной. Диван, расположенный напротив телевизора, был разложен и накрыт мягким белоснежным пледом со множеством небольших подушек. Нежно-золотистого цвета гирлянды, развешанные на стене придают ещё больше особого уюта и атмосферы помещению. Зашторенные плотные занавески создают приятный полумрак и Хосок, который выбирал фильм для сегодняшнего свидания, с лёгкой улыбкой осматривает комнату, хваля Чимина и Намджуна за такую красоту.       Чонгук с Джином и Юнги трудились на кухне, выкладывая одно готовое блюдо за другим, которые тут же перехватывали Пак с Тэхёном и уносили на небольшой столик. А когда всё уже было готово, Чонгук летящей походкой проскользнул в комнату Ёны, слушая её умиротворённое дыхание и рассматривая спокойное лицо, немного опухшее, но всё такое же красивое. Гук вдруг чувствует знакомый укол боли, когда вспоминает вчерашний вечер и причину слёз любимой. Девушке было очень тяжело, но в это время с ней не было никого, кто бы мог успокоить только-только зарождающуюся истерику, из-за чего каждый чувствует в этом свою вину, но на сегодняшнем свидании желает сделать всё, чтобы Ёне стало лучше.       Макне присаживается рядом с любимой и начинает ласково гладить её по руке, тихо зовя. Первый раз она никак не реагирует, но после первого поцелуя в губы жмурится и переворачивается на спину. Тогда парень хватает Ёну за плечи и поднимает, прижимая к себе и снова целуя, только уже намного дольше и глубже. Девушка просыпается окончательно и в недовольстве мычит айдолу в губы, собираясь отлепить его от себя. Только вот Чон не собирается отходить, паралельно с поцелуем хватая её на руки.  — О боже! — пищит и сильнее хватается за мощную шею Чонгука, ощущая в груди трепещущие чувства.  — И тебе с добрым утром, родная, — тихо смеётся и ставит девушку на ноги, не забыв опять чмокнуть в слегка порозовевшую щеку, — у нас для тебя есть сюрприз, поэтому приводи себя в порядок и приходи в гостиную.

***

      Заинтригованная Ёна неспеша подходит к двери ведущей в гостиную и медленно открывает её, замечая везде мерцающий слабый свет, еду на кофейном столике и парней, сидящих на диване. Сердце её начинает биться сильнее, глаза вдруг щиплет, но она смаргивает подступившие маленькие слезинки и подходит к любимым, оказываясь сразу же в самом центре прижатой между Тэхёном и Намджуном. Хосок приближается первым и целует девушку в уголок губ, начиная щебетать о новом классном фильме, который они сейчас будут смотреть и тянется к пульту, включая фильм. Далее Ёну целуют сразу двоя в щёки, заставляя сильно покраснеть и спрятать горящее лицо в прохладных ладонях. А ребята на это только умиляются, предлагая девушке попробовать много всяких вкусностей.  — Я… — Ёна не знала как отказать ребятам в просьбе поесть, ведь всё ещё не хотела делать этого, желая сбросить лишний вес как можно быстрее. Даже не смотря на то, что была чертовски голодна. Запах еды кружил голову и скручивал живот в тугой узел, заставляя тот громко урчать.  — Ёна, послушай, голодание ни к чему хорошему не приведёт, — серьёзно начал Чимин, очень хорошо зная чувства девушки, — если ты хочешь сбросить вес, ты можешь ходить с нами в тренажёрный зал, — с надеждой в голосе проговорил парень.       Спорт для девушки был не тёмным лесом, так как она в детстве занималась художественной гимнастикой, но любила делать это исключительно наедине с собой. Поэтому перестала ходить в художественную школу и занималась только тогда, когда хотела. Сейчас же не практиковалась уже довольно долго, вдруг желая поделиться этим с айдолами.  — В детстве я занималась художественной гимнастикой, — смущённо, наконец, подаёт свой голос и видит изумлённые взгляды на себе, — и предпочитаю делать это наедине с собой.  — Вау, это же здорово! — радостно ответил Хосок. — У нас там есть комната для гимнасток, в которую уже никто не ходит, не хочешь как нибудь пойти туда?       Парни очень хотели бы посмотреть на Ёну в другом ключе. Потому что гимнастки это всегда невероятно стойкие, упорные и сильные девушки. Они приковывают внимание к себе всех, завораживая пластикой и грацией, словно лебеди плывущие на озере.  — Ну могу сходить один разок… — сдаётся Ёна, заметив как некоторые парни выдохнули спокойно после её ответа, горящими глазами рассматривая всё вокруг.       Это вдруг показалось девушке жутко забавным, так как было видно, что парни слишком сильно хотят посмотреть на неё в зале: как она тренируется и оттачивает разные связки. Но то, как они вежливо спрашивают без единого намёка на что-то другое. Это радует. Поэтому девушка берёт со столика маленькую тарелочку и накладывает в неё немного лапши, мяса и кимчи. Парни ничего не говорят, радуясь своей маленькой победе и также принимаясь за вкусности. Фильм был невероятно интересным, окутанным фэнтезийным миром автора и прекрасной историей любви.       Ёна отвлеклась от телевизора, когда почувствовала голову Юнги на своих коленях. Мин посмотрел на девушку снизу вверх таким милым щенячьим взглядом, заставляя длинноволосую почти растаять от милоты. Её глаза вдруг снова наполняются слезами, но в этот раз она не может сдержать их, всхлипывая. Парни отреагировали быстро, вскакивая на диване и заваливая девушку вопросами.       Сокджин в привычной манере прекратил галдёж и взял Ёну за руки, целуя её пальчики и нежно поглаживая кожу. К нему присоединился Намджун, который приобнял её за талию с боку и прижался своей щекой к плечу. С другой стороны также сделал Тэхён, поглаживая спину круговыми движениями. Чимин пристроился сзади и принялся гладить голову, пухлыми пальчиками массируя кожу головы. Юнги снова улёгся обратно и приобнял за поясницу, утыкаясь носом в живот любимой. Чонгук с Хосоком, словно ластящиеся котятки пробрались как можно ближе к Ёне и стали покрывать её лицо лёгкими чмоками. И вообще, все они были как котята, желая любым способом утешить свою хозяйку. И когда девушке стало легче, она с расцветающей улыбкой на губах обняла всех по очереди, не забыв поцеловать, а также проговорила:  — Я очень благодарна вам за всё, ребят, и так люблю вас! — на её слова айдолы заулюлюкали громко и повалили девушку на диван, задорно смеясь.       В конец развеселившаяся девушка схватила первую попавшуюся подушку и начала задорно махаться ею, попадая по голове Юнги и шее Тэхёна, что привело к небольшой игре. И теперь, когда ребята беззаботно бьют подушками друг друга и смеются, Ёна больше не чувствует той тяжести в груди. Она любима и любит в ответ.