Никто не виноват

Все мы люди, все мы совершаем ошибки, и он тоже совершал… Всё началось тогда, холодной весной, когда у него снова началась аллергия на цветение. В то время он был ужасным аллергиком, иногда доходило до того, что начинал задыхаться. Именно поэтому ещё со времён средней школы он и его семья улетали из Кореи где-то в середине апреля, пока не начнётся май. Это время считалось самым опасным для паренька, ну, а дальше по возвращении домашний режим — никаких прогулок. Улетали они в их секретный город, в котором нет никакой суеты — Калининград. На самом деле, когда они туда собирались, то не думали, что из этой поездки выйдет что-то годное, что уж говорить о мыслях, о вечной любви к этому городу. Это место… Оно было пропитано умиротворением. Там Тэхён наконец-то смог ощутить себя в своей тарелке. Как ни странно, не только ему этот город пришёлся по душе, но также его матери, да и отцу там тоже было довольно комфортно, только сестре было всё равно: ей просто нравилось проводить время со своей семьёй. Как-то они взяли экскурсию по Куршской косе и были поражены захватывающими сердце видами. Отец настолько сильно вдохновился этим местом, что родители, обсудив с мамой, решили купить дом где-нибудь здесь на побережье. Вообще у них довольно необычная семья. Картины отца были известны по всему миру, а его рабочее имя Joo Seok Ju было на слуху у всей Кореи. Многие полагали, что это какой-то молодой талантливый юноша, но и подумать не могли, что этому художнику практически сорок и у него двое детей. Они с женой души друг в друге не чаяли. Она была его музой, а звуки её скрипки снова и снова воодушевляли его, поэтому часто на его картинах можно было заметить девушку, играющую в саду или около стола. Локации менялись, но чувство любви, словно передающееся через картину зрителю, оставалось неизменным — за это его и любили. Кстати говоря, его сестра была точной копией мамы, может, поэтому она тоже часто мелькала в картинах отца, но не в этом суть. Мать — известная скрипачка из довольно богатой семьи, отец — знаменитый, скрывающий своё настоящее имя от прессы, художник. А кто же он? Кто Тэхён такой? В то время он не знал ответа, а сейчас, кажется, начинает догадываться. Но это не важно. То, что правда важно сейчас — тот город и та судьбоносная встреча, совершенно точно изменившая его жизнь. Она её не помнит, но он никогда не сможет забыть. Это был пасмурный, ветреный день, который смог бы любить далеко не каждый, но Тэхён был исключением. Мальчику нравилось сидеть на Богом забытом месте у самой полосы прибоя и болтать ногами, смотря куда-то вдаль. Напряжение в воздухе будто бы расслабляло, а изредка моросящий дождь приносил ещё большее наслаждение. Этот прибой был его личным местом, о котором никто не знал. Сюда никто не ходил, потому что рядом не было ничего из построек, а родители даже и не спрашивали. Ему нравилось то, что туда он мог прийти поплакать из-за очередной ссоры с онлайн-другом или же просто почитать книгу в тишине, созвучной с шумом волн там, под прибоем. Сейчас же Тэхён нечасто, но с трепетом, вспоминает то время, завидуя беззаботному мальчишке, который мог проводить всё свое время за книгами. Всё это дарило тогдашний душевный покой. Но кое-кто нарушил его в ту весну, когда мальчику стало четырнадцать... Кто-то нашёл его секретное место, хотя с того момента оно уже не принадлежало ему и уж точно не являлось секретным. Это был один из самых холодных вечеров в ту весну, поэтому Тэхён долго не мог отпроситься у матери пойти туда. Но в конечном счете он все же смог уговорить её отпустить его при условии, что он обязательно возьмет с собой плед и грелку. Придя туда, Тэхён встретил её. Такую маленькую, зареванную девочку, которая что-то прижимала к себе. — Ты кто? — спросил мальчишка. Тогда тактичностью, к сожалению, не отличался, поэтому ничего лучше этого выпалить не мог. На вопрос ответа не последовало, ровно как и на следующий. Долгое время мальчик не решался подойти к ней, чтобы не испугать, но после того, как он заметил, что плач девочки не прекращается — рискнул. Подойдя немного ближе, сразу понял, что часть её дрожи была от холода. На ней были милые фиолетовые вельветовые брюки и легкая белая футболка, поверх которой была накинута тонкая кофта, которая никак не спасала девочку от холода. Ну и кто так ребёнка гулять-то отпустил? Сняв с себя джинсовку с мехом внутри и накинув на её плечи, он сел на корточки и спросил: — Что у тебя там? — и после недолгой паузы продолжил. — Не бойся, не обижу тебя. Она посмотрела на него своим ангельским личиком. На вид ей не было и семи лет. Кто ж её обидел, раз она так долго и упорно плакала, словно от этого зависит её жизнь? Её глаза впились в мальчика, будто сканируя и выясняя уровень, на который она может ему довериться. А в голове при виде этих красных и опухших от слёз глаз возникали всё новые и новые вопросы: «Может, её кто-то обижал? Родители или друзья?». Но не успел он построить новые гипотезы, как она, доверившись, показала то, что так усердно прятала. — Его пытались заклевать вороны! П-помогите ему, пожалуйста! — проревела она, протягивая щенка. Это был маленький померанский шпиц, было видно, что он породистый и, скорее всего, просто потерялся. Но больше его сейчас волновало другое маленькое чудо, сидящее прямо перед ним. — Малышка, как тебя зовут? — М-меня зовут… А дальше фрагмент утерян, как там сейчас говорят: «Error 404». Он не помнит её имени, каждый день старается вспомнить, но не может. Этот момент являлся переломным в его жизни, потому что тогда он впервые встретил её, встретил ту, которая смогла навсегда спасти его от самого себя. Но при этом сломать и разрушить окончательно.

***

— Ли Дже Ин! Встать! — прозвучал его грозный голос. Тэхён ненавидел быть строгим, но его вынуждали обстоятельства, а точнее эта ученица старшей школы. Сейчас только начало года, а она уже начинает настраивать человека, сидящего рядом с ней, против учителя. — О чём вы сейчас болтали? — спросил Тэхён, подойдя поближе к ней. А она совсем не изменилась за лето: всё те же длинные каштановые волосы, синяки под глазами и розоватые губы, возможно, только загорела немного. — О вашем последнем клипе, учитель Ким, — язвительно сказала она. — Будьте добры, обсуждайте мой клип когда угодно и где угодно, только не на моём уроке, — отчеканил ей он и уже собирался посадить, как услышал ответ. — Но он же ваш, было бы логично смотреть ваш клип при вас, так можно получить двойное удовольствие, — на этом слове она немного нагнулась и, преподнеся руку к губам, в полголоса сказала, — если так можно сказать, —после чего продолжила обычным голосом, — наблюдая вас в реале и в клипе. — Вот как? Значит, тебе нравится за мной наблюдать? Хорошо, тогда я запишу тебя в список сасенок сразу же на всякий случай, не обижайся, — Тэхён должен был себя контролировать и не мог позволить этой маленькой девчонке вывести его из себя. Он же учитель… Честно говоря, парень так и не смог узнать причину её неприязни. Когда он только пришёл, она в первый же день устроила скандал на его уроке, а дальше устраивала различные розыгрыши. Когда же сами розыгрыши перестали действовать как-либо на него, то начала по-хамски вести себя. Никогда ещё он не встречался с такими ужасными людьми, поэтому понять не мог такого поведения. Родители всегда говорили Тэхёну, что нельзя осуждать кого-то, прежде не приняв его позицию, но он уже тысячу и один раз пытался встать на её место: всё равно никак не понимал этого поведения. Тогда был первый день учёбы, а это значит, что все будут писать входные тесты и контрольные, следовательно, у парня будет время расчертить журнал и хоть немного подготовить своё личное расписание, связанное со школой, спортом и другой жизнью. Не успел он подумать о другой жизни, как на телефон пришло сообщение от одного из людей, связанных с ней. «Ну, и как дела в школе?» — написал Чонгук, друг Тэхёна. «Ты помнишь, как себя чувствовала Бедная Лиза перед концовкой? Я себя сейчас так же чувствую.» — ответил он. «Пояснительную бригаду, плиз. Кто такая Лиза? Почему она бедная? Мне ей заплатить?». Из-за таких глупых вопросов Тэхён громко выдохнул, отвлекая учеников, после чего безнадежно улыбнулся и сказал: — Пишите, пишите. А потом снова залез в телефон, написав: «Чонгук, ты вообще что-нибудь читал? Ладно, забей, слишком сложно для твоего маленького мозга.» В принципе, Тэхён не был удивлен тому, что Чонгук не понял сравнение с Бедной Лизой, потому что умом Чонгук никогда не блистал, особенно в сфере литературы. НЕ подумайте, Чонгук был хорош в сфере экономики, раньше он хотел быть бизнесменом, но потом резко передумал. Сказал, что он не тот человек, что это ему не подходит. Правда, Тэхён не знает, какую боль в себе носит его друг. Но сейчас это не важно. «Ну, хён, расскажи, что случилось. Я правда волнуюсь.» А толку, даже если Тэхён всё расскажет, что изменится? Ничего, в том-то и дело. Да и если не расскажет — тоже ничего не произойдет. Пусть хотя бы Чонгук не валит его новой проблемой под названием «обида Чонгука». «Ну, если кратко, она снова здесь,» — ответил Тэхён. «Да ну не.» «Да ну да.» «И что, она снова закатила сцену?» «Была близка, но я вовремя её остановил, так что всё хорошо. Не волнуйся)». «Хочешь я её проучу?» Проучит он… как же. Пусть сначала «Бедную Лизу» прочитает, а не то эта ученица его одним взглядом уничтожит. «Гук, она моя ученица, но по мозгам явно старше тебя лет на 10, минимум. Мне слишком страшно за твою самооценку. (Поясняю: процент того, что она упадет, равен максимуму). И вообще, ты мне лучше скажи, что там с вечеринкой. Всё в силе?» «Обижаешь меня, хён.» «Что с вечеринкой. Они идут?» «Да. Все идут. Я, кстати, с девушкой приду.» «Ещё одна?» «Мы с ней уже давно в тиндере общаемся. Она очень долго ломалась на встречу.» «Зная тебя, неудивительно, бабник.» «Зато я красивый бабник.»