Я буду помнить

Киото. 2 апреля, 2013 года

      Несмотря на начало апреля, полуденный зной стоял невыносимый. Обычно в это время в Киото стоит всё ещё приятная прохлада, но не в этом году.       Всадник верхом на белоснежном коне не спеша выехал из конюшни. Он медленно направил лошадь по мощёной дороге, окинув взором аккуратно подстриженные кусты и цветущую сакуру. На мгновение он поднял взгляд на потрясающей красоты деревья, но после всё его внимание заняло поле.       Пустить лошадь галопом. Быстрее. Ещё быстрее. Чтобы ветер нещадно хлестал по лицу. Чтобы убежать от проблем, обязанностей, долга, себя. Он никогда не покажет своих слабостей. Всегда идеальный, непоколебимый, не знающий поражения ни в чём. Но даже такие, как он, иногда проигрывают.       Сейширо пытался убежать от снедающего его чувства. А все из-за того единственного проигрыша на турнире. Он ненавидел весь белый свет за это, но, в первую очередь — ненавидел себя. Значит, он был недостаточно силён; значит, он — не лучший. Месяцы в депрессии, и Сейширо смог вернуть себя к жизни. Акихико полагал, что распрощался с прошлым, когда вроде бы все должно было закончиться — «Он» вернулся. Настойчиво шептал в голове, старался свести с ума.       В глазах Сейширо, словно битые стекла, блестели слёзы, но он убеждал себя, что всему виной ветер. Не хватало ещё ему расплакаться. Кто угодно, но не он. Это не подобает его статусу. Даже имея столько людей в своём окружении, он ощущал себя невозможно одиноким. Раньше у него были близкие друзья — еще в детстве — но они покинули его, и Сейширо еще тогда затаил на них дикую обиду. Со временем это чувство переросло в безразличие. Он понял, что нужно полагаться только на себя и доверять только себе. Его столько раз предавали, оставляли одного бороться со своими проблемами. Сначала мать, она ушла слишком рано. Отец всегда видел в сыне лишь наследника огромной корпорации и фамилии. Они даже разговаривали сугубо о работе. А тогда — в детстве — отцу было важно, чтобы его наследник везде и во всем был на высоте. И мальчик работал на износ, лишь бы хоть раз услышать похвалу от отца; но после любой победы он слышал лишь: «Этого недостаточно». Через какое-то время лучшая подруга уехала в Америку, не сказав ни слова. Будто испарилась и до сих пор не вернулась обратно. Он пытался разузнать у отца, почему она так внезапно уехала, но тот лишь отмахивался и говорил, что сейчас не до этого. Несмотря на то, что их общий друг кратко рассказал о случившемся, этого всё равно было недостаточно. Но даже пообщавшись с ней лично, Сейширо не получил ответов на свои вопросы. И вскоре, благодаря изнурительным тренировкам и занятиям, он и вовсе забыл про свою подругу, общаясь с ней исключительно в дни, когда это требовалось — дни рождения и другие праздники.       Вишенкой на торте стало «предательство» лучшего друга. Он оставил Сейширо, поступил в другой университет, и именно он обыграл Акихико в турнире. От воспоминаний о бывшем друге наездник ещё сильнее сжал поводья и стал подгонять жеребца. Сейчас у Сейширо был лишь «Он».       Пытаясь заглушить голос в голове, Акихико ещё сильнее сжал поводья и пришпорил жеребца. Сейширо хотел убежать от себя, однако так истязать своего коня не собирался и через некоторое время сбавил шаг, направляясь в сторону леса. Как только они оказались в тени, их обдало спасительной прохладой. Тут было куда лучше, чем под лучами палящего солнца. Сейширо не спеша повёл Юкихиро между массивными стволами деревьев. Изредка встречались совсем молоденькие деревья, где-то вдали виднелись ветви с нежно-розовыми цветами сакуры. Парень слишком хорошо знал этот лес. В детстве он проводил тут время со своими друзьями, сейчас же — просто прятался ото всех и всего.       Обогнув небольшой холм, поросший мхом, что так ярко выделялся на серой земле, усыпанной мириадами иголок и листьев, Сейширо вышел к озеру. Оно было словно сердцем этого леса: практически круглой формы, обрамлённое хвойными деревьями, глубокое, с прозрачной водой. Этот природный заповедник был выкуплен у правительства. На его месте хотели построить новые особняки, что крайне не понравилось влиятельным людям. Но как только этот участок стал собственностью — он будто заиграл новыми красками. Отец Сейширо и ещё пара соседей потратили немало средств и времени, чтобы облагородить это место. И не зря, ведь оно было поистине волшебным.       Акихико плавно спустился с лошади. Мелкая галька приятно захрустела под отполированными сапогами, и Сейширо еще некоторое время наслаждался приятными звуками. А Юкихиро тут же направился к водоему и заржал от нетерпения утолить жажду. — Ой! — взвизгнула девушка, что купалась неподалёку.       Парень был настолько погружен в свои мысли, что не заметил её. И лишь когда услышал всплеск — перевёл недоумевающий взгляд на незнакомку. — Это — частная территория. Что вы тут делаете? — сухо отчеканил Сейширо.       Она на время даже выпала из реальности. Но после опомнилась и вышла из воды, попутно выжимая воду из длинных волос. — Купаюсь, — пожала плечами девушка. — Если мне не изменяет память, эти владения так же принадлежат и моей семье, — не менее бесцветно ответила девушка. Она недовольно поджала губы. Ей хотелось подольше поплавать тут, погрузиться в приятные воспоминания, но все прекратили так внезапно и слишком быстро.       Стоило Сейширо получше её рассмотреть, как весь мир вдруг исчез, сжался до девичьей фигуры, выходящей из воды. Да, несомненно, это была она. Хоть и прошло столько времени, но он ни за что не перепутает её лазурные глаза. Но вспомнила ли она его? По всей видимости — нет.       Девушка закончила собирать вещи. Она всё ещё продолжала выжимать волосы и внимательно, даже как-то холодно и с толикой неприязни, рассматривать Сейширо. Но как только её взгляд переместился на лошадь — она засияла от счастья. Её улыбка, эти ямочки на щеках. Это точно была она. Девушка бросила свою сумку на гальку и побежала к лошади. — Юкихиро! Как ты вырос! Какой же ты красивый! — девушка принялась беззастенчиво гладить довольную лошадь по гриве и морде. — Значит, коня ты узнала, а меня — нет? — Сейширо! Это действительно ты? Прости, я не узнала тебя! — недолго думая, девушка бросилась к Акихико на шею и крепко обняла его. — Здравствуй, Саюри, — парень улыбнулся, чуть сильнее обнимая подругу детства. Подумать только, он улыбался. Не ухмылялся, не насмехался, как это было обычно. Он и забыл, когда в последний раз его губы принимали форму теплой улыбки. — Привет-привет! Я хотела зайти в гости после прогулки. Эта дорога так выма-а-атывает, — протянула Саюри и, отойдя от парня, принялась опять поглаживать Юкихиро.       Сейширо был в замешательстве и даже смущении. Он стоял совсем рядом и рассматривал её. Ту, что так внезапно вновь появилась в его жизни. Именно в тот момент, когда он потерян, когда он надломлен, когда в его душе — огромная дыра, появилась та, что ранее наполняла его жизнь радостью. Пусть и было это очень давно. Его голову разрывало от сотен мыслей, а ладони вспотели от волнения. Он пристально смотрел на Саюри, что минутой ранее смотрела так холодно, так пронзительно так негодующе. И Саюри сейчас: милая, уютная и до покалываний кончиков пальцев, родная. Эти два образа не желали складываться в один пазл.       Сейширо не смог противиться и, медленно поднеся руку к её лицу, убрал за ухо локон мокрых чёрных волос. Саюри невольно улыбнулась. Сердце Сейширо предательски отбивало бешеный ритм, словно он пробежал марафон. Он не понимал, почему так реагирует на нее, и отчего ему перехотелось видеть ее имя в собственном «списке предателей». Возможно, он просто пытался отвлечься и отвлечь «Его». — Ты изменилась, — ещё бы, прошло пять лет с того момента, как они в последний раз виделись. Но, несмотря на это, её нрав, задор и эта детская наивность в невероятных глазах никуда не делись. Но что же тогда было за наваждение, когда он только ее увидел? — И ты! Если бы не Юкихиро, я бы тебя не узнала!       Сейширо опять не смог противиться своим желаниям и медленно провёл рукой по её щеке. Саюри стояла настолько близко, что он отчётливо чувствовал её дыхание у себя на шее. — Пойдём домой! Я хочу поесть и переодеться. Там и поболтаем, — девушка медленно отпустила руку друга и вернулась за своей сумкой.       Сейчас, когда она не стояла так близко, Сейширо смог себя приструнить и вернуть непроницаемое выражение лица. Ему стало смешно. Он знал, что люди говорят за его спиной. Считают холодным, безразличным, что они говорят с завистью в глазах о его железном самообладании, не подозревая, что скрывается под этой маской. Где оно, это самообладание? И холодность, и безразличие? Сейчас он почувствовал себя обезоруженным.       Он одёрнул полы редингота и откашлялся в кулак. Взяв Юкихиро под уздцы, парень медленно двинулся навстречу Саюри. — Хочешь прокатиться? — Конечно! — только он хотел помочь девушке сесть в седло, как Саюри ловко залезла сама и принялась поглаживать коня. — Сей, твоя одежда намокнет, — Саюри хотела бы отодвинуться подальше, чтобы не доставлять другу неудобства. — Не страшно, — поудобнее перехватил поводья и чуть дёрнув, Сейширо направил коня в чащу леса. Саюри же держалась за гриву и довольно улыбалась. Давно она не ездила верхом, а ведь раньше они могли часами пропадать в поле или этом лесу. — Как давно ты приехала? Я мог бы встретить тебя в аэропорту, — он даже удивился тому, как прозвучал вопрос. Отчего-то его голос стал мягким, без холодности и безразличия. — В Киото? Я на Синкансене приехала из Токио. А если ты в целом про Японию, то — пару дней назад, — пока они не спеша ехали к дому, Саюри всё рассматривала до боли знакомые деревья и холмы. — Токио? А что ты делала в Токио? — Раскладывала вещи и ходила в университет, нужно было уладить некоторые проблемы.       Парень хмыкнул, но после продолжил: — А почему Токио? Чем Киото плох? Тут всё-таки твой дом, — в который раз Сей удивился, насколько он делал всё непривычно для себя. Он всегда был скуп на слова, разговаривал только по необходимости. Но сейчас же ему хотелось говорить и говорить. — Ну… — девушка замялась, подумывая, как лучше преподнести столь обширную информацию. И ведь действительно было много «но». — Для начала, я поступила на медицинский ещё в Америке и хочу продолжить обучение. К тому же, буду учиться вместе со своим братишкой! — от его упоминания Саюри улыбнулась. — Братом? Это с Рю? — с недовольной миной произнёс парень. — Ну, конечно, с ним! — Ясно, — как-то отрешённо прошептал Сейширо. Он не понимал, почему ему стало так по-детски обидно, что она будет не рядом с ним.       Сейширо промолчал. Он лишь немного наклонился вперёд и вдохнул её аромат. Безусловно, ему нравилось чувствовать её тепло, её запах. Подумать только, стоило ей вновь появиться в его жизни, улыбнуться и обнять, как в прежние времена, как все перевернулось с ног на голову. Сейширо снова мог чувствовать, улыбаться и радоваться. И настойчивый голос в голове подозрительно затих. Явно причиной этому была Саюри.       Всю дорогу она рассказывала о своей жизни в Америке, о том, какие трудности были. А он лишь вскользь бросал сухие фразы и просто наслаждался её заливистым смехом. Сейширо намеренно не торопил коня, чтобы подольше побыть рядом с ней. Но всё когда-нибудь заканчивается. Когда Юкимару послушно встал подле входа в конюшню, парень спешился и поспешил к своей спутнице, которая уже перекинула ногу и ждала, когда Сейширо поможет. — Лови меня, — с милой улыбкой девушка протянула руки и стала наклоняться вперёд, и спрыгнула с коня.       Сейширо подхватил её и не торопился отпускать из своих объятий. Он прижимал её к себе и не мог оторвать взгляд. Ещё тогда, в лесу, он заметил, что она не похожа ни на кого другого из его окружения. Её тело заставляло открывать рот от удивления: подтянутое, даже накачанное, рельеф мышц был невероятен. Не каждый парень мог похвастаться таким телом. Он привык видеть миниатюрных японок, которые ростом едва доходили до груди Сейширо. Она же рвала все эти шаблоны. — А ты тяжёлая, — съязвил парень. — Это тебе надо подкачаться, бука! — девушка наигранно надула щёки и, передёрнув плечами, освободилась от настойчивых объятий друга.       Парень лишь улыбнулся и пошёл за Саюри — она уже успела пройти в конюшню. Он шёл позади вместе с Юкимару и смотрел на то, как она дурачится. Саюри вприпрыжку передвигалась между денниками и намеревалась погладить каждую лошадь.       Сейширо решил сначала отвести Юкимару, а после продолжить наблюдать за этой непоседой. Отворив кованую дверь, Сейширо провёл коня и стал снимать с него уздечку и седло. И когда с делами было покончено, он покинул «комнату» своего друга и запер дверь.       Саюри он нашёл в одном из денников. Она обнимала лошадь за морду и, кажется, даже плакала. — Как же я давно тебя не видела, Ева, — девушка продолжала обнимать и поглаживать лошадь. Соловый ахалтекинец. Изящная и грациозная. В красоте этим лошадям нет равных. Когда она скакала, создавалось впечатление, что это солнечный луч преломился и мгновенно пронёсся перед глазами. Эта потрясающая кобыла принадлежала Саюри. Едва девушке исполнилось пять, как семья Сейширо подарила ей эту лошадь. — Я бы не стал лишний раз её тревожить. Она сейчас крайне нервная, — невзначай сказал парень и кивнул головой в сторону, указывая этим жестом на округлившееся брюхо. — Ух ты! А я и не заметила. Так ты скоро станешь мамой, девочка моя. Я очень рада за тебя.       Решив, что действительно не стоит беспокоить лошадь, Саюри ещё раз погладила её по гриве и вышла из денника. — Ты говорила, что хочешь есть. Я дам указания, чтобы подали обед, — парень оттолкнулся от стены и поравнялся с Саюри. — Спасибо, но не утруждайся. Я, когда уходила из дома, предупредила, что приду очень голодная. Да и переодеться и причесаться нужно. Лучше идём к нам, там и поболтаем, — протянула Саю и потащила Сейширо за руку к выходу. Он и не сопротивлялся, в который раз отмечая для себя, что ему нравится, когда она прикасается к нему. Хотя обычно, он крайне негативно относился к тактильным контактам. — Ты иди, я тебя догоню. Мне нужно принять душ и переодеться.       Всё же обедать после интенсивных скачек под палящим солнцем, да ещё и в одежде для конной прогулки было неприемлемо для него. — Хорошо! — девушка тут же ускорила шаг и побежала к выходу, а Сейширо всё стоял посреди конюшни и глядел на свою ладонь.       Расстояние между соседними особняками было немалым, но бегом получалось быстрее. Саюри бежала по такой знакомой дороге, и улыбка не хотела сходить с её лица. Девушка определённо была очень рада вернуться домой, несмотря на все плохое, что произошло здесь. Саюри решила отпустить прошлое.       Если дом Сейширо был типичным представителем аристократического дизайна: с вычурной отделкой, огромными белоснежными колоннами, фонтанами и скульптурами в виде тривиальных купидонов и девушек с кувшинами. Кусты и деревья в его саду были идеальной геометрической формы. Начиная от квадратов и ромбов, заканчивая овалами и кругами. Но особняк семьи Ямагути был совсем иным. Отец девушки был человеком, чтившим традиции своей страны, поэтому всё выдержали «от» и «до» в японском стиле: начиная от каменной кладки дорожек и заканчивая черепицей на крыше. Хотя в нём присутствовали и некие современные новшества, например, такие, как стеклянные стены вместо бамбуковых, плотные перегородки и комбинированное освещение.       Потоптавшись у огромных ворот, Саюри подождала, пока они откроются, и как только услышала звук открывающегося затвора — прошмыгнула внутрь. Девушка шла по каменной кладке внутреннего двора и довольно улыбалась, осматривая его. Справа от них был довольно внушительных размеров пруд, а посреди него — беседка, где Саю могла часами лежать и читать книги. Слева же находился сам дом. Каменные дорожки от ворот вели в трёх направлениях: к дому, к пруду и к традиционному саду и саду из камней. Сделав для себя пометку, что стоит обязательно заглянуть в любимую беседку чуть позже, Саюри побежала в сторону дома.       Когда раздвижные двери открылись, Саюри встретили горничные и вежливо поклонились, забрав её сумку. Кто-то отправился выполнять указание сервировать стол на двоих, кто-то — в прачечную, чтобы оставить мокрые вещи хозяйки. А сама Саюри направилась в сторону своей комнаты. Наспех приняв душ, девушка надела «международную униформу юности»: синие джинсы и белую рубашку. На бегу надевая тапочки, Саюри бежала в сторону обеденного зала. Раздвинув сёдзи с красивым рисунком сакуры, девушка увидела Сейширо. Он сидел за низким столом из красного дерева, что тянулся вдоль всей комнаты, и задумчиво глядел на огромный рисунок на стен. Символ семьи — голубой дракон.       Отец всегда любил эту комнату и считал её сердцем дома. Возможно потому что рядом с символом было главное сокровищем семьи Ямагути — катаны. И висели каллиграфические таблички, написанные искусным мастером на рисовой бумаге, говорящие о статусе семьи, провозглашающие её девиз.       Заметив подругу, Сейширо хотел было подняться на ноги, как того требовали нормы приличия, но Саю опередила его и уже плюхнулась на подушку напротив. — Как у тебя дела? Ты так мало мне писал. Даже Рю не присылал ваших совместных фотографий. Пыталась найти тебя в соцсетях, но тебя там будто нет, — Саюри всматривалась в черты лица своего друга и невольно восхищалась тем, как он изменился. Неудивительно, что она его не узнала. Больше не было тех милых щёчек, вместо них теперь — острые скулы. С годами его лицо приобрело суровое выражение: волевой подбородок, нахмуренные брови, что почти всегда были сдвинуты к переносице, ровный, острый нос, узкие губы и пронзительный взгляд карих глаз. Ох, а его рост! Раньше Саюри всегда была выше, но сейчас уже прилично не доставала до его макушки. Сейширо возмужал. Сшитый на заказ дорогой костюм-тройка просто идеально сидел на столь роскошном теле, эффектно подчёркивая широкие плечи и узкие бёдра. — Ты права, меня там нет. Это бесполезные вещи, которые отвлекают и, так или иначе, способствуют деградации личности, — ответил Сейширо. Ему не хотелось говорить, что отвечал на сообщения не он, а секретарь. — Сей, тебе как будто пятьдесят лет. Говоришь, как дряхлый дедушка, — с усмешкой произнесла Саю и поудобнее устроилась. Всё же сидеть вразвалочку неприлично. — Просто не вижу в них смысла. — Зануда ты! — Ну а что касается дел, то постепенно постигаю все тонкости управления нашим бизнесом и активами. А что у тебя? — Школа была настоящим испытанием, не столько физически, сколько морально. Всё же там совсем другой менталитет. У меня часто даже не было времени позвонить отцу или брату. Уроки, изнурительные тренировки в клубе, много домашней работы — и так по кругу, от зари до зари. В Стэнфорде стало немного проще, но только благодаря баскетболу. Нас часто прикрывали тренеры, давали отгулы и забирали с пар. Ну вот, теперь буду учиться вместе с Рю.       Пока Саюри рассказывала про жизнь в Америке, прислуга принесла блюда и стала выставлять их перед молодой хозяйкой и гостем.       От упоминания Рю парень непроизвольно фыркнул. Когда-то Сейширо с этим парнем были не разлей вода. С начальной школы учились вместе, потом средняя и старшая. Однако этот «предатель» переехал в Токио и поступил в университет Васэда, который являлся главным соперником Киотского университета, где, собственно, и учился Сейширо. Столько лет они играли в излюбленный вид спорта, в баскетбол, бок о бок, но Рю предпочел другую команду. Лишившись своего партнёра по игре, Сейширо в первый раз в жизни проиграл. До сих пор его душила обида за проигрыш. И именно в этот переломный момент Саюри вновь появилась в его жизни, сметая всё на своем пути, обнажая его естество и сущность. — Вы что, поругались? — она не пропустила недовольный жест со стороны Сейширо. Девушка перестала есть и, склонив голову набок, стала наблюдать за своим другом. — Нет. Просто больше не общаемся. — Это почему? — Саюри была удивлена. Ведь раньше они всегда были вместе, да и Рю сам рассказывал, как им было весело в старшей школе. — Долгая история. Спроси лучше у него, — Сей опустил взор и принялся есть. Ему крайне не хотелось сейчас поднимать эту тему. — Что-то ты темнишь… Ну ладно, выпытаю все у Рю.       Они ели в полной тишине, каждый думал о своём. Саюри вспоминала о жизни, проведённой в этом доме, о всех тех приятных моментах до тех пор, пока ей не пришлось уехать. А что до Сейширо — он смотрел и не мог оторвать взгляда от того, как изящно она ест, как каждый ее жест, движение наполнены природной грацией. Совсем не так, как раньше. Саю всегда была взбалмошной девочкой, непоседой и довольно неопрятной. Этот резкий контраст между прошлым и настоящим, давал ощущение нереальности.       Тишину прервал звук открывающихся сёдзи. Саюри и Сейширо рефлекторно повернули головы на источник звука. И, как только увидели в дверях хозяина дома, поспешили встать со своих мест. — Здравствуйте, Ямагути-сама, — парень уважительно поклонился и протянул обе руки для рукопожатия. — О! Сейширо, привет-привет. Давно я не видел тебя в стенах своего дома, — мужчина с удовольствием пожал руку сыну своего лучшего друга, а после всё его внимание заняла дочь. — Здравствуй, кнопка!       Саюри подождала, пока мужчины обменяются рукопожатиями, а после буквально прыгнула к отцу на шею. Он же принялся кружить её, будто она совсем ничего не весила. Действительно, по сравнению с отцом она была кнопкой. Сквозь его неизменно белый костюм явственно проглядывали рельефные мышцы. Пуговицы на рубашке настолько сильно натягивались, что казалось, они вот-вот оторвутся. На рукавах ткань натягивалась так же сильно, норовя в любой момент пойти по швам. И только чёрная кожаная перчатка, словно бельмо, бросалась в глаза. Волосы цвета соли с перцем, на губах играла добродушная улыбка, лазурные глаза, когда-то светящиеся счастьем и жизнью, потускнели от тяжёлого бремени, которое мужчина нёс на себе. Пусть он улыбался, смеялся, но достаточно было взглянуть в его глаза, чтобы увидеть всю пережитую им боль. Ямагути Райто — очень хороший «актёр». — Я соскучилась, папочка! — Я тоже, моя малышка! — глава дома опустил дочь на пол и жестом указал, чтобы она и её гость садились на свои места.       Сам же он прошёл всю комнату и сел на свое место во главе стола. Прислуга тут же начала сервировать стол для господина и приносить еду. — Почему не сказала, что приехала в Киото? Я думал, увижу тебя только завтра, — мужчина расстегнул пиджак, пару верхних пуговиц рубашки и ослабил галстук. Дома он, наконец-то, мог вздохнуть спокойно. Райто плеснул любимый саке в рюмку и тут же опустошил её. — Позвольте мне, — Сейширо взял бутылку в руки и налил ещё напитка мужчине. — Ох, спасибо! Давно мне саке никто вот так не наливал, — опустошив вторую рюмку, Райто перевёл взгляд на дочку. — Я хотела устроить сюрприз, но меня, видимо, как обычно, сдали. — Ну, вообще-то, я не планировал сегодня приезжать сюда, много дел. Но ради тебя я примчался. — Спасибо, папуль, правда, я сегодня уже поеду обратно. Завтра первый день занятий, — девушка доела и, поблагодарив за еду, отложила приборы. — Я все еще не верю, что разрешил тебе жить и учиться в Токио, — Райто усмехнулся и вновь приложился к рюмке, которую так любезно наполнял Сейширо.       От последней реплики главы дома, Сейширо ещё пуще нахмурился. Ему тоже крайне не нравилась мысль, что Саюри будет жить не здесь. — Па-а-а-па, всё хорошо. Я же буду жить и учиться с Рю, да и нии-сан в Токио. — Вот ведь знаешь, как мной манипулировать. Ну, я спокоен, что Рюноске будет всё время рядом и защитит тебя. Всё же для этого я его и вырастил, — мужчина тяжело вздохнул и, взяв в руки палочки, принялся есть. Пить на голодный желудок было весьма опасно, особенно людям в его возрасте. — Не говори о нём, как о вещи! Он мне как настоящий брат, — девушка театрально надула губы и сделала глоток чая, который только что принесла прислуга. — Да я и не думал так, просто пошутил. Не злись, — Райто рассмеялся, но всё же в его шутке была доля правды. Когда-то давно один отморозок из его близкого окружения позволил себе надругаться над служанкой под крышей его дома, а после бросил бедняжку с ребёнком на руках. Дети — самое святое, что есть в этом мире для Райто, и он не простил этого отморозка, он выгнал его и «разобрался» по-своему. А тогда ещё молодую девушку и её новорождённого ребенка он принял в свою семью. И по сей день эта женщина управляет всей прислугой в этом доме. А её сын вырос в потрясающего парня, который дал обет всегда защищать Саюри.       Молчавший всё это время Сейширо лишь переводил взгляд то на Райто, то на Саюри, периодически подливая главе дома саке. Он злился, но не показывал этого. По сути, он сам толком не мог сформулировать в своей голове, почему он вдруг начал злиться на Саюри, на Рю, на Райто, да даже на самого себя. — Если вы переживаете, что Саюри что-то угрожает, она может учиться в Киотском университете, я всегда буду рядом с ней, — откашлявшись, проговорил парень. Две пары лазурных глаз тут же посмотрели на него. — Это было бы замечательно, однако… — не успел глава дома договорить, как его перебила дочь. — Не-не-не. Всё уже решено! И папочка никогда не бросает слова на ветер, — девушка сделала акцент на последнем предложении, при этом мило улыбаясь. — Вот видишь, что она со мной делает? Как можно с ней бороться? — мужчина рассмеялся и, опрокинув последнюю рюмку с саке, поднялся на ноги, после чего поспешил на выход, попутно застегивая рубашку и завязывая галстук. Молодёжь также повскакивала со своих мест, провожая главу дома. — Я побежал! Много дел. Был рад вас видеть! Сейширо, доверяю мою дочь тебе. Отправь её в Токио.       На это парень лишь утвердительно кивнул и, когда Райто закрыл за собой сёдзи, сел обратно на свое место, чтобы выпить чаю. — Отправь её в Токио, — передразнила своего отца Саюри и принялась есть любимые сладости из рисовой муки — данго. — Будто мне десять лет. — Он просто переживает за тебя. — Иногда слишком сильно.       Парень промолчал на этот счёт, продолжая медленно распивать ароматный чай, что так приятно согревал изнутри. Или, быть может, дело вовсе не в чае? Жёсткий, холодный, непоколебимый и расчётливый во всём — он сейчас испытывал такие неизведанные ранее чувства. Они и нравились ему, и пугали одновременно. Сейширо должен был расставить все точки над «i», продумать план. Ведь он не привык жить, полагаясь на свои чувства, везде должен быть порядок и план действий.       Саюри вновь стала рассказывать про жизнь в Америке, про то, как играла в команде университета. Рассказывала и про новых друзей, которыми она обзавелась там. Сейширо тоже не отставал, он рассказывал всё: про школу, про игры, про университет, про работу, что отец поручает ему.       Они сидели за столом долго: час, а может, и все два. После Саюри резко вскочила на ноги и стала тянуть парня из комнаты, приговаривая, что они совсем заболтались, а вещи, за которыми она приехала, так и не собрала. Опять он был в смятении. Он не мог «читать» и предугадывать её действия и дальнейшие шаги, и это ему безумно нравилось.

***

      Пока она бегала по комнате и собирала в рюкзак немногочисленные вещи, Сейширо крутил в руках одну из кукол в её большой коллекции. Изящная работа мастера своего дела. Она была поразительно похожа на Саюри, парень даже подумал о том, что при изготовлении куклы были использованы её собственные волосы. — Правда, красивая? — Саюри подошла со спины и попыталась отобрать куклу из рук друга, но эти попытки не увенчались успехом. Сей просто поднял куклу вверх. — Красивая, но я тебе не отдам её. — Отда-а-ай! Я хочу забрать её с собой в Токио, — девушка не оставляла попыток забрать свою вещь. Она обошла Сейширо и принялась прыгать, не теряя надежды. — Нет, я заберу её себе. За то, что не хочешь учиться вместе со мной в Киото, — его очень смешила её реакция, поэтому он всё продолжал дразнить. — Акихико Сейширо, а ты не много на себя берёшь? — Саю попыталась сделать суровое выражение лица, но этого у неё не вышло, и от такой комичной гримасы юноша рассмеялся в голос. Он сам от себя не ожидал, как же странно было слышать собственный смех. Парень не позволял себе этого даже в полном одиночестве. Саюри так же веселилась от души, она схватила руку парня за предплечье и пыталась опустить её. Даже наваливаясь всем весом, у неё ничего не выходило. Резко и неожиданно свободной рукой Сейширо притянул девушку к себе. Он вглядывался в её милое лицо: в эти глаза, что заставляли тонуть в лазурной пучине безвозвратно, в этот милый, чуть курносый нос, в эти губы; её верхняя губа была чуть вздёрнута, что при разговоре создавало смешную асимметрию, но это была её особенность, её изюминка. Саюри во все глаза смотрела на друга детства, кажется, не замечая произведённого эффекта. Он потерял бдительность, и этого хватило, чтобы Саюри отобрала куклу и, выбравшись из объятий друга, победоносно стала прыгать вокруг него. — Ха! Я победила!       Для Саюри ничего не изменилось. Все как и в прошлом, осталось чем-то обычным, то с Сейширо всё было иначе. Он явно видел в ней большее чем просто подругу детства. — Ну ладно, я возьму реванш позже, — парень поправил полы пиджака и вновь принял свой невозмутимый вид. Этот строгий жест всегда помогал ему прийти в себя и сбросить напряжение, будь то гнев, раздражительность или что-то ещё. — Буду ждать, — Саюри надоело дурачиться, и, положив куклу в рюкзак, девушка взвалила его на плечи. — Я вызову вертолет. — Фу, ну нет! Во-первых, зачем тратить столько денег на это, когда можно спокойно доехать на Синкансене, а во-вторых, я ненавижу летать. Ты можешь проводить меня до станции. — Как скажешь, — сухо бросил парень и дал знать водителю, куда подъехать.       Парочка не стала терять времени и не спеша пошла на выход. И как только они вышли за ворота, машина подъехала к ним. Парень галантно открыл дверь. Саюри только улыбнулась на такой жест и поспешила сесть. Пока Сейширо обходил автомобиль, водитель уже успел погрузить багаж Саюри, и, когда с ним было покончено, он направил машину в сторону станции.

***

— Точно всё будет хорошо? — они стояли на перроне, и Сейширо нервно сжимал лямку от рюкзака в руках. Ему крайне не хотелось отпускать девушку одну в час пик, и он действительно подумывал прокатиться вместе с ней до Токио. — Ну конечно! Что же вы все так печётесь обо мне? Все будет хорошо. Увидимся Сей-чан, — девушка забрала из руки друга свой рюкзак и, поцеловав его в щеку, поспешила заскочить в вагон.       Сейширо был ошеломлен. Он медленно прикоснулся к своей щеке, которую она недавно поцеловала, и довольно улыбнулся. — Хорошей дороги, — еле слышно прошептал Сейширо, после чего, развернувшись, пошел прочь с платформы.       Саюри смотрела ему вслед и довольно улыбалась. Да, он сильно изменился и внешне, и внутренне. Тогда это был застенчивый мальчик, который привык жить по расписанию чуть ли не с пелёнок, но Саюри и Рю вечно утаскивали его с занятий, подначивали на проказы и разного рода развлечения. Те дни были самыми счастливыми в жизни, и на волне приятных воспоминаний, Саю надела наушники и включила музыку на полную громкость. Закрыв глаза от удовольствия, Саюри погрузилась в приятные воспоминания детства с новой силой.       В её плейлисте была уйма песен. Она никогда не слушала музыку по порядку, всегда только в случайном. Иногда фортуна подкидывала ей давно забытые треки, заставляя вновь испытать те эмоции и чувства, как тогда, когда она впервые услышала их. Именно в такие моменты Саюри обожала быть одна, наедине со своим «я» и музыкой. Это приносило ей огромное удовольствие. А если ещё в окне мелькали потрясающие пейзажи, то это удовольствие приумножалось во много раз. Вот сейчас Саюри разглядывала в окне цветущие деревья, а в наушниках играла приятная мелодичная песня, кажется, хит прошлого года в Америке. Девушка могла часами так сидеть: слушать музыку и любоваться окружающим миром, но, к сожалению или, может, к счастью, дорога до Токио особо много времени не занимала. Она ведь так и не видела Рю. Он был в другой стране на съёмках для нового журнала. Приободренная тем, что вскоре она встретится с братишкой, Саюри выбежала из вагона и понеслась на выход со станции. И стоило ей покинуть здание, как неподалеку замаячила машина представительского класса и пара здоровых бугаев, что стояли возле неё. И как только заметили юную хозяйку, мужчины уважительно поклонились, открывая заднюю дверь автомобиля. Саюри лишь тяжело вздохнула и направилась в сторону машины, но уже не так быстро, как ранее. За эти несколько дней ей, определённо, уже надоел постоянный контроль отца. Когда она ехала в Киото на Синкансене, девушка заметила, что в вагоне сидело четверо человек, которые явно были там, чтобы приглядывать за ней. Отец думал, она не заметит, но как бы не так.       Девушка поздоровалась с мужчинами и села в машину. Дверь тут же закрылась, и охранник с водителем поспешили сесть на свои места, как только закончили с багажом. Саюри же опёрлась подбородком о подставленную руку и стала смотреть на снующих туда-сюда прохожих. Жизнь в Токио отличалась от Киото. Токио был каким-то излишне суетливым и загруженным, но в этом, наверное, и был его некий шарм.       Саюри продолжила наслаждаться музыкой, не замечая ничего вокруг, лишь когда машина плавно остановилась у высотного здания забегала глазами по сторонам.       Покинув салон и, забрав свой багаж, Саюри побежала ко входу, не забыв поблагодарить мужчин. Как бы сильно ей это не нравилось, эти люди лишь выполняли свою работу и делали её, кстати, весьма хорошо, за что девушка была им благодарна.       Саюри буквально взлетела по небольшой лестнице в холле дома и побежала к лифтам. Она была в нетерпении, ведь Рю уже сказал, что вернулся домой. Она очень хотела его увидеть. Саюри казалось, что лифт плетётся невероятно долго, она уже стала нервно переминаться с ноги на ногу, и когда наконец-то он дополз до нужного этажа, девушка пулей вылетела из него, при этом чуть не сбив людей. Попутно извиняясь, она поспешила к нужной двери, и когда надоедливый замок наконец-то поддался, Саюри распахнула дверь, чуть не сорвав её с петель, и залетела в квартиру. Она бросила у входа свой рюкзак и направилась вглубь уютной квартиры. — Какая же ты громкая, Саю-нян, — парень вышел из ванной комнаты и улыбнулся, глядя на Саюри. — Рю-ю-ю! — девушка крепко обняла названого брата и принялась еще сильнее сжимать его в объятьях. Общаться лишь по видеосвязи было не то; вот сейчас, обнимая его, она была по-настоящему счастлива. — Я скучал, Саю-нян.       Парень так же обнимал свою сестрёнку, и когда, наконец-то, смог выбраться из её объятий, он отошёл на пару шагов назад, явно с интересом разглядывая Саюри. — А на фотографиях ты другая. Ты повзрослела и стала такой хорошенькой, — парень улыбнулся своей обворожительной улыбкой, сграбастал Саю в охапку и потрепал её по волосам огромной лапищей. — А-а-а! Отпусти! — девушка принялась вырываться из захвата, но пока Рю не ослабил свою хватку, ничего у неё не получалось. И как только она оказалась на свободе — в шутку стукнула братишку по руке. На такое парень театрально надул губы и потёр ушибленное место. — Я очень голоден! На съёмках не удалось поесть, так что я собираюсь как следует набить живот. Ты со мной? — Не-а, я в Киото поела вместе с Сейширо.       Рю отвёл взгляд и поспешил быстро ретироваться на кухню. Это была большая комната, которая поделена на секции: кухня, отделённая от зала барной стойкой, а зал был отделён от коридора ширмой из переплетённых между собой сучьев деревьев. Стоит сказать, что весь интерьер был выполнен в тёплых пастельных тонах с некоторыми деталями из тёмного дерева. Взять тот же кофейный столик из цельного спила или же интересной формы книжный шкаф. Рю собственноручно подбирал каждую деталь интерьера с особой тщательностью и внимательностью. Этот парень отличался очень хорошим вкусом, начиная от одежды и заканчивая интерьером. Даже сейчас, в мешковатых серых штанах и майке, он выглядел отлично. Он мог очаровать любую. Не зря этот парень являлся одним из самых востребованных моделей страны, в свои-то годы. Саюри задержала взгляд на его высветленных волосах и прикинула, сколько примерно он тратит денег на свою шевелюру. Ведь это постоянно нужно поддерживать такой цвет. Припомнила, сколько у парня средств по уходу за волосами, да и по уходу за кожей тоже немало. Куда больше, чем у самой Саюри. Она заметила это, когда раскладывала свои вещи в ванной комнате. От размышлений девушку отвлекла внезапная мысль о допросе с пристрастиями у Рю. Что-то между ним и Сейширо явно произошло. А реакция Рю только подтвердила её догадки, что они всё-таки повздорили. — Так! Что между вами произошло? — Саю быстро преодолела расстояние между дверью в ванную и барной стойкой и забралась на высокий стул. — А? Ты о чём? — парень даже не повернулся к собеседнице и продолжил вытаскивать продукты из холодильника. — Акиро Рюноске, ты абсолютно не умеешь врать. Давай, рассказывай.       Парень тяжело вздохнул и, продолжая раскладывать продукты на столешнице, начал небольшой рассказ: — Ну, Сей-нян, наверное, обиделся, что наша команда победила на соревнованиях в прошлом году. После матча даже не хотел со мной разговаривать. Он долго возмущался, когда я сказал, что буду учиться не в Киото. Просто мне удобнее жить в Токио, я в основном тут работаю, а кататься почти каждый день из Киото было ужа-а-асно. Плюс я давно копил деньги на квартиру, а, как оказалось, у моего отца была недвижимость в Токио — вот тут я и вступил в наследство. Ну и факультета, на котором я учусь, в Киотском университете нет. Это же Сейширо, всегда должно быть, как он хочет и никак иначе. А я пошёл против него, — парень развернулся к Саюри и как-то грустно улыбнулся. — Как же у вас всё сложно… — девушка сползла со стула и встала подле Рю, отобрав у него миску, разбила туда яйца и принялась взбалтывать. — Это Сейширо сложный. Вот и всё, — парень не стал припираться, ему только в радость отдохнуть после съёмок. — Да ну? — девушка пожала плечами и продолжила готовить рис с овощами и яйцами. Рю очень любил это блюдо. Он мог есть его постоянно. — А ещё жуткий собственник. — Ну собственником он был всегда, — Саю рассмеялась на такой комментарий о друге.       Решив, что достаточно перемывать косточки Сейширо, они решили поговорить об университете и о том, что Саю ждёт там. Парень ел и попутно рассказывал о преподавателях и корпусах. Так как они плавно перешли к клубам, а именно баскетбольному клубу. Рю принялся рассказывать о составах команды, о людях, что там играют, и какие они все классные. Саю же попивала чай и внимательно слушала его, иногда вставляя свои комментарии и вопросы.       Они могли так болтать хоть до утра, но нужно было спать, ведь завтра первый день занятий. И, быстро убрав со стола, они разошлись по разным углам квартиры.       Как только Саюри оказалась в своей комнате, она быстро переоделась в пижаму и, выключив свет, залезла под одеяло. Радость и трепет от предвкушения просто распирали её изнутри. А глупая улыбка так и не сходила с лица. Девушка решила отвлечься и потянулась за телефоном. И как только она залезла в излюбленную соцсеть, то в подписчиках заметила знакомое имя, а именно «Акихико Сейширо». От такого девушка гаденько улыбнулась и принялась писать ему сообщение: «Не ты ли говорил, что соцсети разрушают личность, и вообще — бесполезная трата времени?»

«Появилась надобность в их использовании»

      Ответ Сейширо был моментальным, что не могло не удивить Саюри. Она перекатилась на живот и принялась стучать пальцами по клавиатуре. «Ну-ну, врунишка! А ты почему не спишь?»

«Я никогда не буду лукавить. Так что твои обвинения ложны и беспочвенны»

«Бука ты и зануда» — только Саюри хотела продолжить писать, как град из сообщений посыпался на неё.

«Я читал книгу»

«Вскоре пойду спать»

«Спасибо, что отвлекла»

      На самом деле он битый час лежал на кровати и всё не решался ей позвонить. Сейширо зарегистрировался в соцсетях, облазил все её страницы от и до, рассмотрел все фотографии. Сколько же он не знал о ней, но впереди была уйма времени, и парень обязательно узнает всё. О той, что заняла все его мысли. «Береги своё зрение. И не обязательно писать всё в отдельных сообщениях. Можно написать одним. Спокойной ночи, Сей-чан»

«Спокойной ночи»

      Немногословно ответил парень и, наконец-то, отложил гаджет на прикроватный столик. А в голове всё продумывал и просчитывал план действий.       Саюри хотела было тоже отложить телефон и поспать, как услышала, что по окну начал тарабанить дождь. Лило как из ведра. Девушка быстро открыла приложение о погоде, капли ледяного пота моментально выступили на её лбу. Она схватила телефон, подушку и побежала к комнате Рю. — Входи, — парень сильно удивился, когда услышал стук в дверь. Он уже почти уснул, как его разбудили. — Рю… Можно… Я буду спать с тобой? — дрожащим голосом произнесла Саюри и неуверенно прошмыгнула за дверь. — Можно конечно, а что такое? — парень недоумевал, что произошло и почему она так напугана.       И ведь действительно, она аж дрожала от страха. Рю переместился с середины кровати на одну сторону, освобождая девушке место. — Просто… Там дождь… Обещают гром… — она положила подушку на кровать и поспешила залезть под одеяло к парню. — Так ты всё ещё вспоминаешь это? — задав риторический вопрос, внутри у Рю все сжалось от воспоминаний. Он вспомнил, почему Саюри уехала в Америку, и какая ужасная гроза была в тот самый день.       Парень поудобнее лёг и, притянув Саюри к себе, крепко обнял. Как раз вовремя. Раздался оглушительный раскат грома, и молния осветила комнату на мгновение. Саюри дёрнулась и вскрикнула от шума за окном. Она вцепилась в Рю руками и тряслась, словно лист на ветру. Девушка пыталась кричать, но лишь задыхалась от собственных всхлипов. Её глаза были сильно зажмурены, она просто не могла открыть их, она не хотела видеть этих вспышек «воспоминаний». — Саюри, я рядом. Я рядом, сестренка.