Ну и на что жалуемся, больной?

да блять… Джисон с тяжёлым вздохом опускает взгляд на собственные джинсы. Стоит. Хорошо так стоит. И всё бы ничего, если бы Хан не находился сейчас на очередной лекции по политологии… Вопрос назрел, проблему надо решать, только как? Обычных манипуляций очумелыми ручками не хватит, парень знает это на собственном опыте (к огромному сожалению). Совершенно по непонятной причине у Джисона стояк чуть ли не 24/7, и с такими вещами лучше бы к врачу сходить, но что-то не позволяет Хану оформить чёртову запись. Однако потрясающая мысль приходит вообще неожиданно, когда парень покидает кабинет… у меня же друг на отделении урологии учится в меде, Сон, тупица, как сразу не додумался Весь такой окрылённый собственной гениальностью он уже почти набрал знакомый номер, но тут же мысленно стукнул себя по лбу. но мы же друзья, как к нему обратиться с этой просьбой? типа «хей, бро, у меня тут траблы с членом, не глянешь?» ну, а с другой стороны, практика хёну будет полезна… пусть и в лице (а точнее не совсем) лучшего друга Немного помявшись и приготовившись к худшему варианту развития событий, Джисон нажимает кнопку вызова. Трубку берут моментально. — Да, Хани, что такое? — Хён… привет, мы можем встретиться? Голос предательски дрожал. — Конечно, о чём речь? Давай через минут 20 в нашем кафе, я как раз освобожусь. — Ладно, хён, пока… Джисон убрал телефон и прикрыл глаза. Подавляющая неловкость начала появляться заранее, а по пути к кафе вообще превратилась в самую настоящую панику. глубокий вдох и выдох, Хан, всё будет нормально, он твой лучший друг, он поймёт, тем более будущий врач, пусть взглянет на это всё с профессиональной точки зрения… Погруженный в эти мысли парень зашёл в кафе и сразу направился к их любимому столику, благо тот был не занят. Старший не заставил долго себя ждать. Едва Джисон сел, колокольчик над дверью кафе звякнул, сообщая о новом посетителе. Сон поднимает голову. Сон видит его. И Сон едва борется с желанием убиться об ближайшую стену, потому что… Чёртов Ли Минхо!!! Его нужно запретить законом и ни под каким предлогом не показывать людям. Красив, безумно красив. А одна улыбка чего стоит… Сердце Джисона пропускает пару ударов. Минхо в белой с закатанными на четверть рукавами и расстёгнутой на несколько пуговиц сверху рубашке. Хан отлично видит руки старшего и медленно, но верно умирает. О, эти руки снились парню не одну ночь! Сильные, накаченные и увитые синеватыми венами. вся такая в белом, но не для меня… Хан, мать твою, соберись! Мысль о том, что помещение чересчур хорошо отапливается, нон стопом бьёт в голову, потому что ну, а какого чёрта тут так жарко?! Время будто остановилось для Хана, и очнулся он от того, что кто-то настойчиво щёлкал перед ним пальцами. Охуенно красивыми и длинными пальцами… — Хани, заснул что ли? А я вот говорил, что твои посиделки за нетфликсом до добра не доведут, — Минхо мило улыбнулся, чуть склонив голову вбок. — А, хён, прости, задумался немного… — Джисон отошёл от транса и тут же пожелал снова в него уйти и никогда не возвращаться. Сейчас у него были две проблемки: разговор со старшим и его же слишком близкое присутствие. Обе проблемы образовали одну огромную. Хан снова чувствует накатывающее возбуждение, глядя на такого красивого хёна перед собой. Ли, судя по всему, заметил стеклянный взгляд младшего и немного забеспокоился. Его Хани чем-то подавлен, значит разговор будет нелёгким. — Так, давай сейчас возьмём что-нибудь покушать, и ты мне всё расскажешь… Но даже после того, как принесли еду, Джисон не произнёс ничего сверхважного, а только расспрашивал Минхо об учёбе и о том, как тот провёл вчерашний вечер, немного ёрзая на месте. Ли всерьёз насторожился. Несмотря на всю беззаботность, с которой младший говорил, он явно что-то скрывал, но, похоже, пока не готов был начать разговор об этом. — Хани, у меня-то, как обычно, всё клубнично. А вот о чём ты хотел поговорить, это уже интересно, — Минхо прищурил глаза, наблюдая за каждой сменяющейся эмоцией на лице парня. — Кхм… хён, тут такое дело… — Сон уставился на стакан с холодным чаем в руке Ли, — мне нужен твой профессиональный совет. — Конечно, в какой сфере? Фильмы, музыка, может в учёбе помощь нужна? — Нет, ты не понял… в сфере твоей будущей специальности. Как же зря Минхо решил в этот момент попить, потому что так и задохнуться недолго. Откашлявшись, он широко открытыми глазами посмотрел на Джисона и севшим голосом спросил: — Ты сейчас серьёзно? То есть… я правильно понял, что на данный момент ты ко мне обращаешься как к врачу? — в Ли сейчас боролись две стороны: одна «ебушки воробушки, мы ж друзья, да и плевать, что дружит из них двоих только Хан, а Минхо считает дни во френдзоне» и вторая «Ли Минхо, не будь тряпкой, когда ещё такой шанс предоставится» — Д-да… так, ладно, всё хуйня, забудь, я пойду, — младший засуетился и резко встал из-за стола. — Стоять, не так быстро, — в голосе Минхо слышалась напряжённость, а Джисон готов был просто взвыть. Присутствие старшего, его тон, движения, взгляд — всё это доводило Сона до точки невозврата, особенно в его нынешнем состоянии. Спасибо случаю, что на нём длинное худи, и недвусмысленно выпирающего бугорка не видно. — Присядь обратно, Хани. Давай всё спокойно обсудим, — Ли провёл рукой по волосам, зачесывая чёлку назад и медленно выдыхая. Конечно же он в шоке, но виду подавать нельзя. Во-первых, необходимо проявить профессионализм, а во-вторых, Минхо не хочет спугнуть младшего. Просьба Сони о помощи в таком деликатном деле демонстрирует всё его доверие к старшему, и Минхо в лепёшку расшибётся, но это доверие оправдает. Ради своего бельчонка (пока не своего, вопрос времени). Джисон, практически не дыша, возвращается на своё место. Он максимально прижимается к спинке стула, только бы подальше от хёна, который чуть ли не прожигает взглядом. Тряхнув головой, Хан произносит: — Это реально отстойная идея была, давай просто забудем данный разговор, и я… — договорить он не успел, потому что Минхо поднял руку в останавливающем жесте. — Ни в коем случае. Забей на время, что я твой друг и позволь мне, как будущему врачу, помочь тебе. Хан недоверчиво покосился на него, а после, прикрыв глаза и распрямив плечи, произнёс: — Хорошо… хоть это и пиздец неловко, но выхода у меня, я так понимаю, нет? Минхо ухмыльнулся и кивнул. Он действительно теперь Джисона никуда не отпустит. Ни к каким-либо другим врачам. Сам. Всё сам. Ли отпил чай из того же злополучного стакана и задал вопрос, который был вполне логичным, но Хан искренне надеялся, что он не прозвучит: ⁃ Ну и на что жалуемся, больной? *** После той встречи прошло два дня. Ребята договорились встретиться дома у Минхо, и вот сейчас Джисон плёлся в этом направлении, теребя рукав ветровки. Он не помнит уже, в какой момент что-то свернуло не туда, и вот хён не просто лучший друг, а самый прекрасный и желанный парень на всём свете. Провести наедине столько времени с человеком, в которого влюблен — испытание не для слабонервных. Особенно если этот человек только способствует постоянному возбуждению. Размышляя над своим положением, Хан и не заметил, как оказался перед знакомой дверью. Несколько секунд он мялся у входа и даже думал уже уйти, как дверь распахнулась, являя во всей красе причину джисоновых сердечных мучений. — О, Хани, чего не звонишь? Проходи давай, — Минхо потянул младшего за руку в квартиру: — Ты кушать будешь или сразу к делу? — Быстрее начнём — быстрее закончим, — совсем тихо произнёс Сон. Минхо оглядел Джисона сверху вниз и, кивнув каким-то своим мыслям, направился в соседнюю комнату. — Сними пока верхнюю одежду, — крикнул он оттуда. Парень последовал совету Ли, прошёл в сторону гостиной и тяжело вздохнул, уставившись на кофейный столик около дивана. Сердце его забилось сильнее. Тугой узел внизу живота неприятно скручивался. Казалось бы, находиться рядом с Минхо дело уже привычное, но только сегодня старший расхаживал по дому в свободных шортах и в большой чёрной майке, демонстрируя свои накачанные руки и выпирающие ключицы. Бёдра Ли вообще отдельная тема, на них бы парень посидел, а может и не только… Да чтоб тебя! Джисон попытался успокоиться. Медленный вдох. Медленный выдох. Вдох. Выд… — Блять! — вскрикнул Джисон, потому что когда поворачивался, никак не ожидал увидеть Ли прямо у себя за спиной. Когда он только успел вернуться? слишком близко… почему он так близко? главное держаться. не смотри на его губы… Джисон, куда угодно, только не на губы Именно поэтому Хан не нашёл ничего лучше, чем просто закрыть глаза. Гениально. 10 баллов Сону за находчивость и шоколадная медалька. — Ты боишься меня, Хани? — шёпот старшего обволакивал, заставляя коленки дрожать, а сердце гулко биться о грудную клетку. — Н-нет… — пискнул Джисон. — Тогда открой глазки, посмотри на меня. Хан аккуратно взглянул из-под ресниц на Минхо и, честное слово, готов был расколоться на части. Ли стоял чересчур близко, внимательно наблюдая за младшим. Зрачки расширены, нервы так же напряжены, как и у Джисона. От переизбытка эмоций Хан прикусил нижнюю губу и шумно выдохнул через нос. Что ж, выдержке Минхо можно только позавидовать, хоть она и грозится улететь куда подальше. Ещё выслушав проблему Сони в кафе, Ли понял, в чём дело. Всё не так страшно, как казалось. Протест юного организма в связи с отсутствием активной половой жизни. В простонародье недотрах, который Минхо ой как не прочь ликвидировать… желательно даже не один раз. И вот, сейчас это чудо с большими напуганными глазками и красными щёчками стоит в нескольких сантиметрах от него и еле держится на ногах. Минхо отважно борется с желанием прижать к себе дрожащее тельце и не отпускать по крайней мере до тех пор, пока не зацелует его всего. Кстати говоря, это желание идёт с ним бок о бок почти со дня знакомства с младшим. Жесть? Да не то слово. Джисону не легче от слова совсем. Мало того, что он снова возбужден, так ещё объект обожания стоит рядом и усугубляет ситуацию. Хан на свой страх и риск смотрит прямо в глаза старшему, затем невольно опускает взгляд на губы. ну пиздец, Джисон… ты же сейчас конкретно проебёшься! но так хочется поцеловать, аж сводит всё… Младший надолго подзавис, глядя на губы Минхо. Такие красивые, алые и наверняка охренительно приятные на вкус. Ли вроде рад, потому что это похоже на заинтересованность, а значит пиздюлей ему никто не даст, если он прямо сейчас использует предмет джисонова внимания по назначению, но вроде как Хани мог просто впасть в ступор. Ли Минхо, контролируй себя… спугнёшь ещё, потом хер отыщешь этого бельчонка. просто нужно найти в себе силы и отойти на шаг пока не позд… Ты зачем это сделал?! Действительно, что же такого могло произойти, от чего старший хочет выть в отчаянии? Всего лишь Джисон, который облизнул губы. Всего лишь Минхо на пределе. Всего лишь сейчас всё может пойти по пизде, и Ли разрушит долгую, прочную, мужскую дружбу. — Хани, лучше не делай так… — Как? — Сон недоуменно уставился на своего хёна и, чтоб Ли провалиться на этом месте, снова облизнулся. Младший делает это вообще без задней мысли, просто губы пересохли, да и волнение даёт о себе знать. У Минхо почти дёргается глаз. Сил сдерживать себя нет уже вообще. Хочется до безумия, поэтому здравый смысл махнул Ли ручкой, пообещал привезти магнитик и умотал в долгосрочный отпуск. — Видит Бог, не хотел я таким образом поступать, но ты не оставляешь мне выбора, — с этими словами Минхо притягивает парня к себе за талию и впивается в чужие губы. Покусывает, оттягивает то нижнюю, то верхнюю, прижимается всем телом, даёт почувствовать собственное возбуждение. Джисон сначала не может отойти от шока. Стоит столбом и едва дышит. Он анализирует происходящее и приходит к нескольким выводам. Во-первых, его краш/лучший друг сейчас его целует. Во-вторых, губы у Минхо чертовски мягкие и сладкие, как и представлялось. В-третьих, Хану это всё нравится до пляшущих звёздочек перед глазами. Спустя некоторое время тщательных раздумий, Сон расслабляется и аккуратно отвечает на поцелуй, позволяет старшему проникнуть дальше и переплести собственный язык с чужим. Попутно Джисон кладёт руки на плечи старшего и сжимает, чтобы не упасть, потому что вероятность данного события равна 99,9 процентам. Настала очередь Минхо удивляться, но ему требуется буквально секунда, чтобы понять всего одну необходимую вещь: его бельчонок не оттолкнул его, не послал куда подальше, а значит Ли сейчас самый счастливый человек, который может уничтожить любого, кто прервёт этот волшебный момент. Не отрываясь от Хана, Минхо ведёт парня к стене. Лишняя опора не помешает. Джисон, почувствовав спиной твёрдую поверхность, отпустил плечи Минхо из цепкого захвата и запустил пальцы в его волосы, притягивая ближе. Голову кружит неимоверно от чересчур приятных ощущений, в которых хочется раствориться полностью. Старший на такой жест сдавленно простонал в поцелуй и нехотя отстранился от Хана. — Прости, Хани… не знаю, что на меня нашло, не удержался… Если ты не хочешь продолжать, то скажи сейчас, я остановлюсь, просто потом при всём желании не смогу… — Минхо виновато взглянул на Сона. — Только попробуй остановиться, — прошептал парень, снова касаясь губ напротив. Для Ли эти слова стали зелёным светом. Он углубил поцелуй, делая его более страстным и несдержанным. Да и о какой сдержанности может идти речь, когда такое восхитительное чудо находится рядом и, о ради всего святого, слегка постанывает. Джисон сходит с ума, ему охуенно. Лучше, чем охуенно, потому что то, как целуется старший, наверняка относится к навыкам, приобретённым где-то за пределами реального. Минхо отрывается от уже полюбившихся губ, которые успели раскраснеться от активных взаимодействий, и ведёт дорожку поцелуев к шее. Не торопясь, дразняще. Хотел же зацеловать, так вот самое время исполнить маленькую мечту. Шея Джисона тот ещё фетиш для старшего. Медовая кожа неудержимо манит оставить на ней парочку хороших засосов, чтобы все видели: этот сказочный парень занят, и дай Бог шанс на спасение тому бедолаге, который решит позариться на него. Минхо устроит разъёб по всем фронтам так, что мало не покажется. В это время Хан откидывает голову назад, руками цепляется за чужую широкую спину и почти скулит от нахлынувших эмоций. Член болезненно упирается в жёсткую ткань джинсов, а горячие губы старшего заставляют плавиться Джисона, и если бы не тот факт, что Минхо крепко держит его, то он бы давно сполз по этой самой стене и растёкся бы лужицей. Ли протискивает колено между ног парня и упирается им в пах, а Хан дёргается и издаёт такой стон, что Минхо душу готов продать, чтобы слушать этот звук до конца жизни. Руками он скользит под футболку младшего, обводя пальцами пресс и следуя дальше к груди. Ли буквально чувствует, с какой сумасшедшей скоростью бьётся сердце у того и понимает, что собственное живёт в том же ритме. Джисон снова стонет, когда чужая рука касается соска и слегка сжимает. — Малыш… — Минхо только прошептал это на ушко Сона, а тот уже готов был кончить. Слишком горячо прозвучало: — малыш, держись сейчас крепче, — с этими словами Ли подхватил парня под бёдрами и понёс в сторону спальни. Джисон сцепил ноги за спиной Минхо и, не теряя времени, принялся оставлять маленькие поцелуи везде, до куда мог дотянуться. *** Джисон упустил момент, когда оказался на мягкой постели и когда старший навис над ним, глядя прямо в душу своими невозможно прекрасными чёрными глазами, и Хан готов был поклясться, что там, на их дне, черти плясали как в последний раз в жизни. Сам же Минхо с трудом мог отвести взгляд от парня под ним. Его бельчонок рвано дышал, временами покусывая губы и прикрывая глаза. Ресницы дрожат. Грудь тяжело вздымается. Такой красивый, открытый и возбуждённый. Ли молиться согласен на него каждое мгновение своей жизни. Персональное божество, которое неожиданно поднимает влажные горящие глазки на старшего и одной только фразой выбивает все лишние мысли. — Хён, пожалуйста… И кто Минхо такой, чтобы не подчиниться этому просящему любимому голосу. В прошлой жизни он наверняка спас планету, не менее. Иначе нет логичного объяснения тому, что Ли может касаться этого восхитительного тела, целовать абсолютно везде и получать столь искреннюю отдачу, которая вынуждает сердце разрываться от переполняющей любви и нежности. Минхо на секунду отстраняется, но только для того, чтобы снять футболку с младшего и с себя. Ненужные предметы гардероба улетают куда-то в сторону, а Ли не может сдержать восхищённого вздоха. — Хани, ты такой красивый… — Точно не красивее, чем ты, — хихикнул Джисон и аккуратно провёл ладошкой по прессу старшего. Минхо слегка дёрнулся от прикосновения, но тут же перехватил чужую руку и оставил парочку невесомых поцелуев на костяшках. Хан от такого бережного жеста удивлённо выдохнул и посмотрел на старшего. Интересно, сколько раз Джисон успел заново влюбиться? Счёт потерян, как и разум парня. Он просто следил за каждым движением Ли, чувствуя прилив запредельной любви, совладать с которой явно был не силах, поэтому… — Ты не представляешь, как сильно я тебя люблю, — совсем тихо сказал Сон, но Минхо всё равно услышал. — Что ты сказал? — старший резко наклонился к парню, почти сталкиваясь кончиками носа. — Что люблю тебя… А, да, хотелось бы ещё добавить, что если ты прямо сейчас не предпримешь каких-либо действий, то я сам тебя трахну, потому что не только люблю, но и хочу безумно, — изрёк Джисон, хитро глядя на своего хёна. Взгляд Минхо меняется за секунду. Помимо обожания там появляются ещё и какие-то опасные искорки, завидя которые Хан понимает, что его пятая точка будет ощутимо так болеть ближайшие дни, а следы на теле придётся скрывать не одним тональником. Ли наклоняется ещё ближе, оставляя жалкие миллиметры между губами. — Хани, милый, я тоже люблю тебя до потери пульса, и только подумай, каких усилий мне стоило не наброситься на тебя ещё там, около стены, — Ли целует мягко где-то на уровне линии челюсти, не спеша переходит к шее, — Но раз ты сам так просишь, то будь готов встретиться взглядом с соседями завтра, потому что стены очень тонкие, а ты, сладкий, будешь очень громким, об этом я позабочусь, — с этими словами он прикусывает тонкую кожу над ключицей, оставляя яркий красный след, а Сон издаёт наполовину крик, наполовину стон и выгибается, снова подставляясь под укусы старшего. Минхо обжигает поцелуями грудную клетку, доходит до соска, слегка прикусывает и… удивлённо смотрит на младшего, которого от этого чуть подбросило на кровати, а в комнате прозвучал протяжный и очень сладкий стон. Кажется, нашлась эрогенная зона… Ли вообще думает, что он попал в рай. Или в ад. Тут старший пока не определился, чего получает больше: неземного наслаждения или дьявольских пыток в виде сбитого дыхания и стоящего колом члена. Да, Минхо завис. А что Джисон? Джисон, как говорится, понял, принял, обработал. Одним быстрым движением он переворачивает старшего, устраиваясь у того на бёдрах и медленно ладонями ведёт от плечей до низа живота, как бы невзначай цепляя край шорт. Минхо сдавленно то ли стонет, то ли рычит. — Хани, ты что удумал? — Тише, хён, просто расслабься и не мешай мне исполнять свою давнюю мечту — Давнюю мечту? Как… Договорить Ли не успел, поперхнувшись воздухом. Хан лёгким мановением руки снимает с него шорты, мимоходом и совершенно случайно касаясь чужого члена. Минхо снова издаёт что-то похожее на рык, а Сон мысленно ставит отметочку, что хён до жути похож на котика. Правда сейчас на опасного котика… — Малыш, не смей играть со мной, — слегка ухмыльнувшись, протянул Минхо. Его голос был низким, томным, властным, от чего Джисон почти проскулил, а желание продолжить начатое только усилилось. Парень накрыл пах старшего рукой и аккуратно сжал. И вот Хан не был бы Ханом, если бы не искал на одно место приключения. Он чуть-чуть наклонился, опалив дыханием кожу совсем рядом с резинкой боксеров и взглянув на Ли самым невинным из своего арсенала взглядом, спросил. — А если ослушаюсь, то что? Папочка накажет? Кто бы мог подумать, что Минхо от этой, казалось бы, банальщины так заведётся. Ну вот никогда он не понимал этих дэдди-кинков. До этого момента… Парень резко садится и тянет младшего на себя. Не дав тому даже понять, что происходит, он впивается в губы напротив. Целует с таким напором, что Джисон и отвечать не успевает. Просто плавится в крепких руках старшего, которые мёртвой хваткой держат его за талию. Синяки наверняка будут, но как-то обоим плевать, если честно. Только когда кислород почти заканчивается в лёгких, Минхо отрывается от парня, довольно его осматривая. Как же прекрасен… Губы раскраснелись, а в глазах полно нескрываемого желания и восторга. Ли нежно проводит рукой по голове младшего, щекочет за ушком, а тот чуть ли не мурлычет, ёрзая на чужих коленях. — Насчёт твоего вопроса, малыш, — уголки губ Минхо приподнимаются: — Папочка действительно будет недоволен, и слово «наказание» вряд ли в полной мере опишет ту сладкую пытку, которую я могу тебе устроить. Джисон дрожит, откидывает голову назад и прикрывает глаза. В спальне душно, воздух накалён до предела, прям хоть нож бери и режь. Хан хочет, очень хочет. Он выть готов от перевозбуждения, но и от своего плана отступать не следует. Минхо моргнуть не успел, как младший упал на колени перед ним и раздвинул его ноги. Проведя ладошками по напряжённым бёдрам старшего, Сон поднял взгляд на него и произнёс: — Папочка, приподнимись, пожалуйста, позволь своему малышу сделать тебе приятно… Ли только тяжело сглотнул и выполнил просьбу. Всеми силами он избегал смотреть вниз, потому что опасно. Опасно для жизни. В это время Джисон быстро стащил боксеры старшего вниз и восхищённо выдохнул, обдавая горячим воздухом головку, от чего Минхо чертыхнулся и всё-таки опустил взгляд. Зря. Весь запас нецензурных слов разом всплыл в голове. Картина поистине достойна преисподней. А дальнейшие действия так вообще убить могут. Джисон сначала неуверенно проводит рукой по всей длине, затем очерчивает большим пальцем головку, аккуратно надавливая и слышит рваный выдох сверху. Парень довольно улыбается и продолжает уже смелее. Ли искренне верил, что может умереть только от того, как идеально смотрятся чужие маленькие, изящные руки на его члене, но, как оказалось, это были только цветочки. Младший наклоняется ближе и на пробу проводит языком снизу вверх, а Минхо кончается как человек. Джисон смотрит на старшего и внутри радуется как маленький ребёнок, потому что, судя по реакции хёна, делает он всё правильно. Ли облокачивается на одну руку, а вторую опускает на макушку Хана. Не торопит, нет. Гладит, пропуская сквозь пальцы шелковистые пряди. Джисон целует головку, снова лижет, а после резко берёт на всю длину. Сказать, что Минхо охуел — ничего не сказать. Он вообще думал, что задохнётся в этот момент, ведь не может быть настолько хорошо. Младший словно вообще без рвотного рефлекса родился. Самостоятельно насаживается на член, старательно сосёт, обводит языком каждую венку, а Минхо хрипит, сжимает чужие волосы и пытается сохранить остатки здравомыслия. Джисону до одури нравится происходящее. Нравится тяжесть, лежащая на языке, нравится рука на затылке, нравятся томные вздохи старшего. От такого он и сам начинает постанывать, пуская вибрацию по члену. Минхо же не выдерживает, отстраняет от себя младшего, который выпускает член изо рта с пошлым звуком, и утягивает его снова к себе на колени. Быстро целует и опрокидывает того на кровать спиной. — Хани, ненаглядный мой, где ты только такому научился? — щурясь, спрашивает старший. В груди так некстати стало подниматься собственническое чувство. Не спуская внимательного взгляда с лица парня, Минхо быстро расправился с его джинсами, отправив их в свободное плавание куда-то на пол. Боксеры улетели туда же. — Я всё ещё жду ответа, малыш, — Ли накрывает своей ладонью чужое возбуждение и сжимает, от чего парень под ним ойкает и стыдливо отводит взгляд. — Хён, бананы никто не запрещал, — щёчки Джисона очаровательно покраснели, а Ли чуть не скончался на месте от приступа милоты. И этот невинный ребёнок только что мастерски отсасывал ему? — Больше они тебе в этом деле не помощники, — прошептал Минхо ему на ушко и, оставив мокрый поцелуй на шее, встал. Джисон приподнялся на локтях, чтобы увидеть, куда направился хён, но заметив, как тот возвращается с бутыльком смазки и парочкой квадратиков фольги, лёг обратно и замер в предвкушении. Минхо положил все предметы рядом на постель, а сам снова навис над младшим. — Хё-ён, не медли, прошу тебя, — захныкал Хан, выгибаясь и вскидывая бёдра. — Прости, бельчонок, просто ты потрясающий, никак наглядеться не могу — Смущаешь… — Да ну? — улыбнулся старший: — А не ты ли несколькими минутами ранее стоял на коленях и… — Да чтоб тебя! — Джисон просто заткнул Ли поцелуем, но даже так он чувствовал, что тот улыбается. В процессе поцелуя Минхо аккуратно раздвинул чужие ноги и размашисто провёл по члену, на что Джисон резко прогнулся в пояснице аж до хруста костей. За всё прошедшее время он ни разу не коснулся себя. Ну вот ему любезно помогли… Минхо отстраняется, щёлкает крышечкой лубриканта, выдавливая жидкость себе на пальцы и согревая. — Хани, встань на колени и обопрись на локти, тебе будет комфортнее. Если что не так, сразу говори, хорошо? — Сон переворачивается и кивает. Ли аккуратно обводит колечко мышц и вводит один палец достаточно… легко? Хан же блаженно выдыхает, но спиной буквально чувствует немой вопрос старшего. — Видишь ли… Суровые времена требуют суровых решений, и с моей проблемой справлялись только мысли о тебе, — Хан утыкается лицом в подушку, пряча снова покрасневшие щёчки, но лежит он так недолго. Минхо быстренько переворачивает его обратно на спину, смотрит прямо в глаза и ухмыляется, а Джисону кажется поплохело от этого пронизывающего взгляда. — Ах вот как? Мой сладкий малыш думал обо мне? — с этими словами старший снова вводит палец, а Хан издаёт тихий стон и отчаянно кивает. Ли добавляет второй. Тугие стеночки даже не сопротивляются, а Минхо уже и в жар, и в холод бросает от одной мысли, как он будет входить в это податливое, любимое тело. Он не торопится, медленно раздвигает пальцы на манер ножниц, а Хан недовольно скулит и пытается сам опуститься, но старший крепко держит его за одно бедро, предотвращая любые движения. — Ли Минхо, клянусь, если ты прямо сейчас не войдёшь в меня и не вытрахаешь всю душу, то я… О боже! — Джисона ломает в спине, а старший удовлетворённо улыбается. Нашёл. Действуя под тем же углом, только уже тремя пальцами, Минхо припадает поцелуями к шее младшего и неожиданно резко прикусывает кадык. Хан издаёт недовольное «ай» и укоризненно смотрит на парня. — А это за неуважительное обращение к старшим, — улыбается Минхо, чмокая того в нос и зализывая место укуса. — Ну хён… Ли продолжил усыпать всю верхнюю часть тела поцелуями, а отстранившись, гордо оглядел свежие засосы. Джисон уже снова хотел было возмутиться, но смог только громко застонать. Когда Минхо успел раскатать презерватив по члену, когда успел выдавить ещё смазки и когда только успел войти на всю длину — ни на один из этих вопросов у Хана ответа нет. Но зато на вопрос «счастлив ли ты» он бы незамедлительно выкрикнул все слова согласия, которые знает. Ли не стал сразу двигаться, хотел дать младшему привыкнуть. Хотя у самого темнело перед глазами до звёздочек от жара и тесноты, окутавших его. Хан слегка приподнимается, притягивает парня к себе за шею и целует глубоко и трепетно. Оторвавшись, шепчет прямо в губы: — Я так хочу тебя, Минхо, прошу, не сдерживайся Может ли он отказать? Попросту не смеет. Сразу берёт быстрый темп, сжимает чужие бёдра до красноватых следов, вбивает хрупкое тело в постель, смотрит на парня перед собой и напрочь теряет рассудок. Джисон извивается, кричит от удовольствия, срывая голос, спину старшего царапает. Минхо кажется, что ничего более прекрасного он не увидит, чем его любимый Хани, такой разгоряченный и открытый, еле хватающий воздух ртом. По комнате разносятся вздохи, стоны, рычания и пошлые шлепки двух тел. Да уж, соседи явно спасибо не скажут, но кого это волнует? Точно не этих двоих. Ли входит под нужным углом, попадая чётко по комочку нервов, а Джисон и простонать не в силах: голос пропал напрочь. Он просто всхлипывает от того, насколько ему сейчас хорошо. Всё тело превратилось в оголённый провод. Коснись и он заискрит, честное слово. И Минхо касается. Касается и сам сгорает от ощущений. Ли закидывает ноги младшего на плечи и продолжает вбиваться в того. А Хани давно уже не здесь, он где-то за пределами реальности, пространства и времени. — Хён, я сейчас… — Джисон жмурит глазки и тянется к члену, чтобы прикоснуться, но Минхо его руку перехватывает, рычит что-то на подобие «нельзя» и начинает двигаться ещё быстрее. Спустя пару толчков, Джисон кричит из последних сил, и изливается себе на живот. Ли делает тоже самое несколькими мгновениями позже. Оба пытаются восстановить дыхание. Минхо выбрасывает презерватив, берёт откуда-то коробочку с салфетками и вытирает младшего. Тот лишь устало и благодарно ему улыбается. — Хани, бельчонок, нам нужно в душ, — Джисон только надул губки и вытянул руки как ребёнок, просящий, чтоб его подняли. Ли нежно улыбнулся и, подхватив младшего, понёс его в сторону ванной. *** После тёплого душа обоих разморило. Парни лежали в обнимку в кровати. Джисон, уткнувшись в шею старшего и закинув на него ногу. Минхо, обхватив того за талию и положив подбородок на макушку. — Хён… — М? — Если серьёзно, то мы справились с моей проблемой? Минхо тихо рассмеялся: — Более чем. — А если оно снова будет? — Значит мне снова придётся выполнить долг любящего парня… Но знаешь, вряд ли оно снова будет, я слишком обожаю тебя, тем более теперь, когда ты только мой… Джисон провёл носиком по шее старшего и хмыкнул. — Что? — Кто ещё кого слишком обожает. ⁃ Оу… Ну если ты меня как-нибудь оседлаешь, пока я буду сидеть над докладом, мне придётся перейти от теории к практике… Кстати, я буду не против. Хан легонько ткнул его кулачком в грудь. — Я люблю тебя, — прошептал он, а потом, подумав, добавил: — Котик Минхо заинтересованно приподнялся и уставился на своего парня. — А что? Ты правда похож на котика. На это Ли только тихо рассмеялся и, ещё крепче обняв младшего, сказал: — Я тоже люблю тебя, Хани…