Тайные желания

      Горячий кофе остывал, стоя на столе. Полупрозрачный пар поднимался из шести бумажных стаканчиков с именами, написанными каллиграфическим почерком, к потолку и растворялся в теплом воздухе. Комната пустовала, но обещала в скором времени наполниться людьми.       Тихий скрип двери. Фигура в черном плаще подошла к столу и взяла в руки стаканчик с надписью «Ацуши». В кофе упали несколько прозрачных сладко пахнущих капель, растворившись в молочной жидкости. Легкий запах ягод заполнил собой комнату. Заметив это, парень быстро подошел к окну и открыл его, а после вышел из помещения, возвращая всё на свои места.       Буквально через несколько минут в комнату начали заходить люди: Чуя жарко спорил с Дазаем по поводу предстоящего задания, посылая его в самые дальние и неприличные места за шутки про рост и количество сантиметров в штанах, тот только смеялся и отмахивался от летящих в него предметов. Фукудзава и Мори зашли не тише, они обсуждали, какой из дуэтов послать, кто-то даже предложил сделать все самим, потому что проще восстановить одну улицу, чем полгорода после очередной ссоры напарников. Последними зашли Ацуши и Рюноске.       Они молчали и даже не смотрели друг на друга, потому что утром поссорились. По очень глупой причине. Кто-то (никто не помнил, кто) забыл загрузить посуду после ужина в посудомойку — в итоге утром они ели из одноразовых контейнеров, недовольные и расстроенные ссорой. Почему именно из контейнеров? Ну, парни копили тарелки несколько дней, ведь мыть руками было очень лень. Зато хороший урок для дальнейшей жизни получили.       Ацуши сел на свое место, никак не реагируя на то, что Акутагава, с которым они были в ссоре, занял место около него. Рюноске внимательно проследил за тем, как Накаджима придвинул к себе стаканчик с кофе и сделал один глоток. Детектив не обратил внимания на сладковатый привкус, кидая короткий взгляд на Акутагаву. Тот отвернулся.       Руководители организаций привлекли к себе внимание подчиненных и начали рассказывать о предстоящей миссии. Ацуши быстро выпил свой кофе и почувствовал легкое головокружение, а по телу начал течь несильный жар. Парень немного поерзал по стулу, чувствуя, как возбуждение медленно спускалось вниз живота.       Акутагава тоже не особо внимательно слушал начальство, внимательно наблюдая за Накаджимой, который стал чаще смотреть на него и опустил руки под стол, поправляя края рубашки, чтобы та скрывала бедра. Парень умоляюще посмотрел на Рюноске и вздрогнул, когда почувствовал обжигающий шепот:       — Тебе не жарко, котенок? — мафиози на секунду коснулся губами мочки, но это невесомое прикосновение разнесло по телу детектива сотни электрических импульсов. — Зачем рубашку поправляешь? — он положил руку на чужое бедро и слегка сжал.       — Что со мной такое? — Ацуши опустил голову, чтобы скрыть красные щеки. Парни говорили максимально тихо, поэтому наставники не могли их слышать.       — А что? Хочется разных… непотребств? Чтобы я стянул с тебя эти ненужные бриджи и… — Акутагава не договорил, потому что его руку, лежащую на бедре, сжали и переместили выше — на пах. Он усмехнулся и продолжил: — Пройдусь поцелуями от твоих губ до самого низа, проводя языком по твоему возбужденному члену, параллельно трахая тебя пальцами.       Накаджима закусил губу, представляя всё это. Хотелось. Безумно хотелось.       — А я буду стонать и просить не останавливаться. Закину ноги тебе на плечи, откидываясь назад и падая на поверхность, где мы будем этим заниматься.       Парни на несколько минут замолчали, чтобы Ацуши перевел возбужденное дыхание. Да и начальники задали им несколько вопросов, ведь все должны принимать участие в обсуждении плана. Детектив молчал, сжимая руки на краях рубашки и кивая на все слова. Сейчас его не особо волновало происходящее. Слишком сладкий вкус кофе был не случайным — Рюноске напоил его афродизиаком.       Чужая рука приподняла край рубашки, а сам Акутагава придвинулся ближе. Он коснулся холодными пальцами теплой кожи, слегка поглаживая, оттянул резинку штанов и коснулся полувозбужденной плоти. Ацуши выдохнул и поднял взгляд, разглядывая документ перед собой. Инструкция. Он прочтет всё потом. Когда возбудитель испарится.       Невесомые прикосновения стали более настойчивыми, пальцы обхватили плоть и повели несколько раз. Как хорошо, что они сидели под непрозрачным столом и с самого дальнего края. Накаджима немного поерзал и запустил ладонь в свои волосы, теребя длинную прядь, дабы отвлечься. Рюноске искоса смотрел на него и растягивал удовольствие, убирая руку, он провел кончиками пальцев по коже, вызвав сдавленный вздох, который был скрыт кашлем, чтобы никто не обратил внимания.       Ацуши отпустил прядь волос и опустил руки на стол, чувствуя на бедре снова легкое давление. Акутагава гладил его ногу через слой ткани и обдавал шею дыханием, а потом зашептал, едва держа такую громкость, чтобы никто их не услышал:       — Видеть тебя в платье горничной было слишком возбуждающе. Те чулки прекрасно обтягивали твои ноги, а хвост смотрелся просто идеально. Так и хотелось поиграть с тобой, жаль, что времени было мало. А то я бы…       — Заставлял меня изнывать, то вводя, то вытаскивая хвост, не давая кончить. А потом грубо бы имел, — перебил его Накаджима, обращая взор фиолетовых глаз к серым и смотря так невинно, что желание резко подскочило. — А я бы срывался на стоны и выкрикивал твое имя на особо глубоких толчках.       — Да ты извращенец. Я бы хотел надеть на тебя короткую юбку и такой же топ. Наблюдать, как ты мучаешься со связанными руками и распоркой на ногах, пока я бы пробовал на тебе разные игрушки. Ты бы просил не мучить, остановиться, но я бы довел тебя до точки невозврата.       — Я сейчас… Пожалуйста, замолчи, — Ацуши закусил губу и прикрыл глаза, закрыл красное лицо волосами. Рюноске явно был доволен своей работой, потому что очень редко получалось вытащить из парня что-то по-настоящему пошлое. Афродизиак прекрасно справлялся с этим. — Ты бы не просто использовал игрушки, ты немного придушил меня, заставляя чувствовать все ещё ярче!       Видимо, на большее Накаджимы не хватило. Он поерзал на стуле и резко вскочил, сказав, что ему плохо и нужно выйти. Дазай усмехнулся тому, как его ученики выдавали свое состояние. Он точно понимал, что они не слушали ничего. Ничего из того, что не касалось их личной жизни. Акутагава встал следом, сказав, что проверит, всё ли хорошо с его парнем. Руководители понимающе закивали, требуя скорее вернуться, и отпустили его.       Стоило выйти из переговорной, как его неожиданно прижали к стене и поцеловали. Ацуши поставил колено тому между ног и впился в губы, даже не целуя — кусая. Ладони обхватили лицо и не желали отпускать из своего плена. Накаджима прижимался к Рюноске и углублял поцелуй, касаясь чужого языка своим. Если это такой способ примирения, то обоим он определенно нравился.       — Мы же не будем тут стоять? Пойдем в офис, там все равно никого сейчас нет, — Ацуши отстранился, разрывая тонкую ниточку слюны между их губами. — Я хочу, чтобы все твои обещания стали реальностью.       — А не боишься, что застукают? — Акутагава зашел в комнату и закрыл дверь на ключ, который вытащил из кармана детектива. — Любишь же ты в публичных местах, — он подтолкнул парня к ближайшему столу и усадил на него, встал между разведенных в стороны ног.       Накаджима ничего не ответил. Его разум был затуманен и только на несколько секунд мог вынырнуть из океана страсти и возбуждения, которые заполняли собой всё и топили в сладостном предвкушении. Парень потянулся за очередным поцелуем, сбивающим дыхание и сводящим с ума своим жаром. Ему ответили, прижали к себе и принялись расстегивать пуговицы на тонкой белой рубашке. Подтяжки были скинуты где-то у двери.       — Если ты оставишь меня в таком состоянии, — Ацуши посмотрел вниз и через несколько секунд поднял туманный взгляд, ухмыляясь. — Я жду исполнения твоих тайных желаний. У меня есть крем для рук, который лежит в первом ящике моего стола.       — Ты точно извращенец, — Рюноске оставил на щеке парня короткий поцелуй, — нужно чаще тебя возбудителем поить. Или кошачьей мятой? — тюбик крема оказался около сидящего на столе детектива.       — Мята на меня не действует, я не кот. Это не так работает, — он притянул к себе мафиози и расстегнул его рубашку. — Сам довел меня до такого состояния, теперь исправляй.       Акутагава утянул парня в новый поцелуй, попутно стягивая с него штаны и разводя его ноги шире. Возбуждение пришло слишком быстро, а тайные желания раскрылись сами собой. Каждое невесомое прикосновение было сравнимо с ударом тока или ожогом, потому что чувствительность увеличилась в несколько тысяч раз.       Ацуши нетерпеливо ерзал по столу и не замечал стопку бумаг, которая упала с грохотом на пол. Сейчас волновало только возбуждение и ничего больше. Рюноске оторвался от губ парня и начал спускаться поцелуями ниже, касаясь губами шеи, ключиц, груди и ниже…       Было слишком жарко и хорошо, а ещё никого не волновало, что их могли застукать или даже жестко наказать за такое.       Накаджима хватался за края стола, чтобы не упасть, когда почувствовал прикосновение к своей возбужденной плоти. Было сладостно-приятно ощущать неспешные прикосновения и поцелуи. Он что-то прошептал, подталкивая Рюноске к дальнейшим действиям. Тот провел языком по всей длине и немного оттолкнул Ацуши, чтобы тот лег на стол и открыл больше простора для действий.       Детектив не помнил того момента, когда пальцы в креме оказались внутри. Ему было слишком кайфово, да и возбудитель ударил по мозгам с новой силой. Хотелось всего и сразу. А еще много слов срывалось с губ, когда помутнение достигало пика:       — И тебе ведь нравится, когда я зову тебя Господином! Ты заводишься от этого, так мало нужно… Ах! — пальцы задели то, что разнесло сильнейшую волну удовольствия по всему телу.       — А еще больше мне нравится, когда ты говоришь так грязно. На что ты способен еще, котенок? — Акутагава смотрел Накаджиме в глаза и улыбался, растягивая парня еще больше. Хотя, он скорее блаженство растягивал.       — Тебе нравится, когда я в чулках. А еще ты любишь и немо гордишься тем, что я стону только под тобой и для тебя. Ты жуткий собственник… — детектив притянул мафиози ближе и поцеловал его.       Рюноске довольно усмехнулся и резко перевернул парня к себе спиной, стягивая его бедра со стола и подкладывая под них подушку, которая до этого лежала на многострадальном диване. Звонкий шлепок упал на ягодицу, и Ацуши тихо простонал в плечо, уткнувшись в него лицом, чтобы слишком не шуметь.       — Тебе нравится, когда я груб с тобой? — Акутагава спустил свои брюки до колен и расставил ноги Накаджимы шире. Секундное копошение и протяжный стон, который был заглушен быстрым поцелуем. Мафиози обхватил его за подбородок и заставил запрокинуть голову. Воздуха стало поступать меньше. Ацуши судорожно вдохнул и подался бедрами назад.       — Мне нравится, когда ты груб со мной. Но и нежность мне нравится, господин. Еще мне нравится, когда твои длинные и тонкие пальцы внутри. Это слишком… Ах! — он прогнулся в спине от особо глубоко толчка.       — А знаешь, как правильно смотрятся твои губы на моем члене, — Рюноске потянул Накаджиму за волосы, а второй рукой сжал его талию, ускоряя темп. — С самой первой встречи я хотел это увидеть. И желание осуществилось.       Детектив закусил губу и резко покраснел. Слишком неожиданно действие афродизиака выветрилось, и осознание сказанных ранее слов пришло. Он зажмурился и попросил еще немного ускориться, чувствуя скорую разрядку. Но Акутагава вышел из него и развернул к себе лицом, оставляя на губах смазанный поцелуй. Ацуши сам лег на стол и развел ноги в стороны, требуя продолжения.       Слишком приятные ощущения разлились по телу. Горячие поцелуи перешли на шею, а после превратились в легкие укусы. Накаджиме хватило нескольких глубоких толчков, чтобы излиться себе на живот, ловя звезды перед глазами от ярких чувств. Тело свело приятной судорогой, а наслаждение проникло в каждую клеточку.       Рюноске тоже надолго не хватило. Он кончил спустя несколько секунд, прижимаясь к парню под собой, укусил за плечо, оставив едва видимый след.       — Мне кажется, что нам нужно почаще ссориться, чтобы мириться так, — Ацуши отодвинулся от края стола, принимая сидячее положение. — Или мириться без конфликтов.       — Я буду чаще подливать тебе возбудитель, потому что слушать от тебя пошлости — как бальзам на душу, — Акутагава протянул ему упавшую рубашку, после застегивая пуговицы на своей. — Люблю тебя, котенок.       — И я тебя люблю, — детектив накинул на себя рубашку, застегнув несколько пуговиц. Лень быстро накрыла тело и заставила прижаться к мафиози, усаживая его на стул перед собой. — Ты слушал что-нибудь о задании? — ответ был отрицательный.       Сладкий поцелуй утянул влюбленных в свои чары.       Даря друг другу ленивые поцелуи, парни даже не заметили открывшейся двери и изумленных взглядов, направленных в их сторону. Кто-то демонстративно кашлянул, привлекая внимание влюбленных. Те в один миг отстранились друг от друга, прижимая к себе одежду. Настолько смущенного Рюноске Ацуши не видел ещё никогда. Румянец покрывал щеки и бледную шею, а откровенное изумление на лице добавляло комичности.       — Я сожгу этот стол! — отозвался бледный от злости Куникида. — Почему именно на нем?       — Как я вижу, все на этом столе неплохо смотрятся. Особенно Дазай с раздвинутыми ногами, — Чуя откровенно сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос. — Стол нужно было еще полгода назад сжечь, а нет… Две недели он уже должен гореть.       — Определенно. Я бы даже сказал, что уничтожить его нужно было неделю назад, — Босс Мафии многозначительно посмотрел на Фукудзаву, который тихо посмеивался, глядя на своих подчиненных.       Доппо приложил руки к лицу, сдерживая страдальческий крик. Все остальные рассмеялись, но информация, что в офисе стоят камеры заставила всех резко замолчать. Директор вопросительно посмотрел на Дазая, который загадочно улыбался, держал в руках флешку.       — Кому нужны видео, подходите, не стесняйтесь. Вам отдам, а у себя удалю.       Пока начальники обдумывали все сказанное, а Куникида смотрел на сайтах новые столы, Ацуши и Рюноске быстро оделись и тихо вышли из помещения, краснея ещё сильней и мечтая поскорее скрыться с глаз старших. Накаджима смотрел в пол и боялся кинуть даже короткий взгляд на Акутагаву. Зато они помирились.       — Это, получается, у них есть и то видео, где мы с мороженным на диване?..       — Черт!