Слабо полюбить?

Резко соскочив с кровати, я тяжело дышала, словно легкие были без воздуха долгие века, а сейчас безуспешно пытались пополнить запасы. Сердце калатало, и каждый удар эхом отдавался в голове. Майка была насквозь промокшей, а на щеках остались две мокрые дорожки - последствие пролитых слез. Восстановив дыхание, и уняв дрожь, я убедилась, что воды вокруг меня нет, я не тону и в относительной безопасности, упала обратно на кровать. Всего лишь ночной кошмар. Нет, не так - кошмарное воспоминание. Часы на прикроватной тумбочке показывали 5.15. Странно, что сегодня меня не разбудила музыка, видимо Клыку надоело просыпаться в такую рань, лишь для того, чтоб позлить меня. А учитывая, что я привыкла к шуму по утрам, это занятие стало бессмысленным. Парня я изо всех сил старалась избегать. После того поцелуя прошло два дня, и никто из нас не вспоминал о нем. Видимо для Клыка это было всего - навсего забавой, а меня произошедшее ни капли не волновало. Умывшись и почистив зубы, проверив нет ли в зубной пасте какого - нибудь сюрприза, я нацепила на себя темный вязанный свитер и джинсы. Хоть свитер и был растянутым, но он продолжал быть моим любимым, и я почти всегда надевала его. Из стороны кухни послышался смех. Отлично, нету и шести утра, а у него уже гости. Голос друга Клыка был мне смутно знаком, но я не могла понять, где слышала его ранее, так что решила сильно не ломать над этим голову, а пойти и проверить. Зайдя на кухню, я обомлела. Клык сидел и попивал кофе с... моим братом! Сказать, что я была удивлена, значит ничего не сказать. Я застыла, тупо уставившись на Лешу, не представляя, откуда они знают друг друга, и понимаю, что попала. Но лучшая защита - нападение, так что: - Что ты тут делаешь? - разделяя каждое слово, набросилась я на брата. - Встречаюсь с другом, - невозмутимо ответил тот. - А отец в курсе, где ты находишься? - Да, а вот твое местоположение он жаждет узнать. - Ты ведь помнишь о договоре со своим другом? - обратилась я к Клыку: - Если я не ошибаюсь, что бывает крайнее редко, то тебе запрещено приводить друзей без согласия Пули или Веры, а я сомневаюсь, что в шесть утра они могли дать его. А из этого следует - ... Договорить мою пламенную речь мне помешал Клык, со словами "Остынь", выплеснувший мне в лицо сок. Холодные и противные капли медленно стекали по лицу, а волосы неприятно прилипли. Было обидно. Он и раньше доводил меня, чего только стоит краска в душе, горчица вместо зубной пасты, и орущая музыка по утрам. Но теперь, впервые, было действительно обидно. Меня и раньше унижали, но так впервые. И за всем этим наблюдал мой старший брат, который теперь вечно будет припоминать мне это, стоит мне лишь появиться в поле его зрения. Хотелось плакать, но сделав глубокий вдох, я прогнала непрошенные слезы. - Всегда хотел это сделать, - смеясь, проговорил парень. - Бабуинам слова не давали! - прикрикнула я на него, а затем повернулась к парню. - Уж если ты считаешь, что такими действиями сможешь заставить меня уволиться, то глубоко ошибаешься. Нежелание возвращаться домой сильнее, чем моя ненависть к тебе. Спокойно развернувшись, я направилась к лестнице. И лишь когда окончательно скрылась от взоров парней, я позволила себе со всей скоростью рвануть в сторону комнаты. Окончательно избавившись от следов сока на лице, пришлось менять одежду, и заново расчесывать волосы. Бесцельно бродя по комнате, унимая волнение, я думала о том, что связывает моего сводного брата и Клыка. Сомневаюсь, что они учились вместе или имеют общие увлечения. На самом деле связывает их лишь одно - любовь вдоволь поиздеваться надо мной. Но это уж точно не было причиной их общения, так что вопрос оставался открытым. В сотый раз убрав в комнате, и перечитав книгу, я услышала, что Леша покинул дом. Отлично, значит сейчас иду прямиком к Клыку и выпытываю у него ответы на интересующие вопросы. Добраться до комнаты парня не составило труда, но возле двери я замерла. Так просто отвечать Клык не будет, и придется долго провозиться, чтоб добиться своего. А находиться большой промежуток времени наедине с Клыком не хотелось. Мне было немного неловко из - за того поцелуя, хоть это ОН поцеловал меня, но рядом с парнем я начинала терять свое хладнокровие и выдержку. - Ты что - то хотела? - раздался за спиной голос Клыка. - Нет, ничего. Я пойду. - Ты меня избегаешь? - Еще чего. Я пыталась говорить спокойно и уверенно, но все же отступила на пару шагов, пока не почувствовала у себя за спиной холодную стену. Клык лишь шире улыбнулся, и подошел непозволительно близко, прижимая меня к стене, и не давая больше шансов на побег. Сердце ускорило свой бег, дыхание сбилось, а волосы лезли в глаза, и мне приходилось сдувать их, так как Клык удерживал мои руки. Казалось, сейчас сердце и вовсе выпрыгнет из груди. Парень наклонился ко мне, и нас разделяли лишь пару миллиметров. Я смогла уловить запах его одеколона. Точно есть лимон, жасмин и, мм…, легкий намек на бергамот. Вдыхая его аромат, я поняла, что начала успокаиваться, а это было неправильно. Клык притянул меня к себе, накрыв мои губы своими. Губы парня были настойчивыми, и поцелуй получился страстным, но в то же время таким нежным. Не до конца понимая, что творю, я все же ответила на поцелуй. А затем, еще сильнее прижав меня к стене, его руки начали блуждать по моему телу, изучая его. Я попыталась оттолкнуть парня, но что может слабенькая девчонка против накаченного парня? Когда руки Клыка пробрались под кофту, я поняла, что все может зайти непозволительно далеко. Вырваться, надо срочно вырваться! Я предприняла безуспешную попытку освободиться, но его стальная хватка никак не хотела ослабевать. Панический страх накрыл меня с головой, и я, как змея, стала извиваться в его объятиях. Я больше не обращала внимания на поцелуй, мои мысли были заняты планом спасения. Клык всё - таки выпустил мои губы из плена, но придерживать за талию не перестал. - Арина, успокойся. - Не смей ко мне прикасаться, никогда! Оттолкнув парня, и воспользовавшись его растерянным видом, я поспешила покинуть его комнату. Попав в свою спальню, я сразу же направилась в душ, намереваясь смыть с себя его прикосновения. Почувствовав, что сил совсем не осталось, я осела, прижав колени к груди. Было противно. Что со мной не так? Почему все считают меня ветреной девчонкой? Почему большинство знакомых парней пытаются затащить меня в постель? Я ведь никогда не давала повода думать о себе, как о шлюхе. Никогда ни с кем не заигрывала, вела себя скромно, да я вообще почти всю жизнь была тихоней. И теперь, когда я, спустя долгое время после аварии, смогла по крупицам собрать свой внутренний мир, построить эмоциональную защиту вокруг себя, появляется этот Клык и рушит все, заставляя снова чувствовать себя лишь предметом временной нужности. Как же я ненавижу его за это. Ненавижу. Впервые за год я не сдержалась, и в полный голос заревела, временами всхлипывая и делая тяжёлые вдохи. Скулила и вытирала слёзы со щёк. За что он так со мной? За что? Я так и прибывала в истерике, пока окончательно не выбилась из сил, а голос совсем охрип. Кое - как я все же успокоилось. Да что происходит – то? Стала размазней. Нужно взять себя в руки, и доказать этому кретину, что его поцелуй ничего для меня не значил. Раз не значил, и не задел, то почему тогда, я как дура сижу тут, и рыдаю? Да потому, что дура дурой. Выбравшись из душевой кабины, я оделась и завязала еще мокрые волосы в косичку, а затем взглянула на свое отражение. Опухшие красные глаза, "помятое" выражение лица, и искусанные до крови губы. Монстры прячьтесь, на свет появилось настоящее чудище. Сделав глубокий вдох, я набрала брата. Что ему говорить я не имела ни какого представления, но и пускать все на самотек я не могла. - Чего тебе, Ань? - послышался голос брата. - Для тебя Арина, не забывайся. Ты расскажешь отцу? - О том, где ты? Конечно, расскажу. - Когда, - голос охрип. - Когда он приедет? - Завтра днем. Советую тебе уже сейчас собирать вещи. - Засунь себе эти советы... От досады и злости я запустила телефон об стенку, и тот с треском разлетелся на три части, которые благополучно приземлились на кровать. Отчаяние тут же запустило в меня свои когти. Я не могу вернуться домой. Я только начинала привыкать к свободе, как меня пытаются вернуть обратно. Мне нельзя возвращаться, я там больше не выдержу. Не выдержу этих фальшивых улыбок, смешков за спиной, и имитации так называемой "семьи". Каждый Божий день это сводило меня с ума, доводило до предела. С возвращением домой я снова стану одинокой, про меня все забудут, и я просто исчезну, постепенно теряя саму себя, утопая в фальши, лицемерии и лжи. Нельзя домой, нельзя. И ни за какие награды я не поеду завтра с отцом. А это значит... Нужно бежать. Сейчас, немедленно. Дождаться, пока заснет Клык, собрать самые нужные вещи и бежать. Первую ночь я смогу переночевать у подруги, а затем Яна придумает, что делать. Главное не появляться в местах, где меня будут искать в первую очередь. Продержаться год, один год - и я свободна. Больше отец не сможет вернуть меня домой. Скажу Клыку, что с утра поеду в магазин, надеюсь, он уже забыл об этих чертовых браслетах, определяющих расстояние между нами. Уверенность остальных в том, что я уехала за продуктами даст мне часа три форы. Пару дней перекантуюсь у знакомых, а затем куплю билет на поезд и уеду в новый город, к новой жизни. Все документы у меня с собой, найти работу, а потом и устроиться в университет не составит большого труда. И это самое правильное решение, пришедшее мне в голову на данный момент. Достав из вализы сумку через плечо, я, первым делом, положила туда самые дорогие сердцу вещи, документы, а затем вещи первой необходимости. Впихнуть не получилось и треть всего, что я взяла сюда с собой. Закинув сумку на плече, я подошла к окну, прикидывая высоту прыжка. Ну, до земли метра четыре, не больше. В худшем случае - подверну ногу. Но когда меня останавливал такой пустяк? Оставляю браслет на тумбочке, и готова покинуть дом. Усевшись на подоконник, я свесила ноги наружу, и собралась с мыслями. Ничего опасного и страшного тут нет, просто нужно правильно приземлиться. Стимул "Если не прыгнешь - поедешь с отцом" послужил лучшим мотиватором, и я приготовилась к прыжку. Вдох, выдох. На счет три. Раз. Два. - И куда ты собралась? Голос, раздавшийся за спиной, заставил меня вздрогнуть, и я чуть не полетела вниз, как и было задумано. Но Клык вовремя схватил меня за талию, затаскивая обратно в комнату, тем самым разрушая все мои планы. - Никуда, - грубо отвечаю я, обещая себя повторить попытку ночью. - Давай рассказывай, а иначе не отойду от тебя ни на шаг всю ночь. - Твой друг, что был тут утром, это мой брат. - И? - И он расскажет отцу, где я. А тот без разбору потащит меня домой. Доволен? - Вполне. Жди тут. Забрав у меня сумку, подстраховываясь, что я не сбегу, Клык покидает комнату. Из коридора доносится разговор парня с кем - то. Видимо, решил меня сдать. И теперь меня заберут еще раньше. Времени на продуманный побег не осталось. Или сейчас, или никогда. Но ведь я не могу оставить свои вещи здесь. Особенно мамины духи и ее кофту. Это неправильно, и я не могу позволить отцу забрать их. Нужно решать, что мне важнее. Мамины вещи или свобода. Слыша шаги парня, понимаю, что времени на принятие решения нету. И я не придумываю ничего лучше, как залезть под кровать, слегка оттягивая покрывало, тем самым прячась от посторенних глаз. Клык неприлично выражается, и явно удивлен моим отсутствием в комнате. Парень оставляет сумку совсем рядом. Только он покинет комнату - я схвачу ее, и выпрыгну в окно. Только к Яне теперь нельзя, сразу на вокзал. Но парень и не собирается уходить, а стоя совсем близко к кровати, набирает кого - то. Ощущая, как вибрирует телефон, я проклинаю всех и вся. Места под кроватью совсем нет, и беспалевно достать мобильник не получится. А в скором времени шум привлечет внимание, и мое убежище обнаружат. Так и происходит. Прислушавшись к окружающим звукам, Клык приседает, и отодвигает покрывало, разоблачая мое укрытие. И где, спрашиваю я вас, справедливость в этом мире? - И что ты творишь? - удивленно спрашивает парень. - Крестиком, блин, вышиваю, не видно? - Ладно, зачем? - Чтоб потом сбежать. Парень, ты сегодня явно тупишь. - Твое право, но я договорился с твои братом. - О чем? - И это я еще туплю? Расслабься, Леша не расскажет твоему отцу о том, где ты. - Как ты об этом договорился? - Не важно. Зная Лешу, переубедить его было крайне невозможно. А уж понаблюдать за моими муками он всегда любил, не мог променять ни на что. К вопросу о том, откуда Клык знает брата, добавился еще один - что Клык пообещал, взамен на сохранение тайны. - Спасибо. Но зачем тебе это? Я исчезну - ты выиграешь спор. - Няня должна сначала продержаться неделю. Спокойной ночи. - И тебе кошмаров не видать. Даже не переодеваясь, я залезла под одеяло, планируя сразу отправиться в царство Морфея. Я тут лишь четвертый день, но совсем обессилена. Споры и проделки Клыка физически, да и морально, выматывают меня. Хоть я и сама не отставала, не стоит забывать о замене соли на сахар, а сахара на соль, но сил и желания продолжать не было. Я совсем не могла понять поведение Клыка. То он подливает краску, то целует, вновь позорит перед братом, а затем спасает от того самого брата, продлевая мое пребывание тут. Кажется, я сойду с ума, пока разберусь с этим всем. А еще мне кажется, Клык не такой уж и плохой.