Тубероза

Четверг после полудня. Столовая. Дом Эммы. Emblavägen 6, Stockholm

Стоило Тии уйти, как Заэль, выпив пива для храбрости, разродился признанием, как был на чьем-то дне рождения, упился вусмерть и его закономерно затошнило. Он честно пошел искать туалет, но заблудился и зашёл в гостиную, в которой стоял большой диван. Поднял диванную подушку, решив, что та — крышка унитаза, опорожнил содержимое желудка, опустил обратно и с чувством выполненного долга заснул. Проснулся Заэль от неприятного запаха и не сразу сообразил откуда тот. А, когда нашел источник и с ужасом осознал, кто виновник, то позорно сбежал. — А потом купил новый на смену испорченному? — подколол его Гриммджо. — Или не признался, что это ты? — Второе, — смущённо пробурчал Заэль. — Но денег все равно отправил, просто с другой формулировкой. — Типа, проснулся утром, увидел срач и решил помочь другу в беде? — хохотнул Ренджи. — Типа того, — кивнул Заэль, наливая себе пива. — Проспавшись, организатор вечеринки взвыл, что все уехали, а его оставили один на один с катастрофой. Ну вот все и скинулись на клининг. Я в том числе. — Клининг? — удивлённо переспросил, зашедший в столовую Самир. — Какие-то байки без нас травите? А где Тиа? — У Тии важный звонок по работе, а мы тут по очереди рассказываем смешные случаи, когда перебрали с алкоголем, — защебетала Нелл, отодвигая стул рядом с собой. — Остались только вы и отец. Все остальные уже свои казусы рассказали. Лидирует Гриммджо — пошел в кустики, споткнулся о плуг, порвал связки и ногу на месяц закатали в гипс. — Ну что, поборетесь со мной за пальму первенства? — усмехнулся Гриммджо, тоже отодвигая стул для Самира. — Хабиби, что тебе положить? Самир попросил всего понемногу, а Рю решил воспользоваться паузой в разговоре по-своему. — Так ладно, пока Гриммджо и Нелл ухаживают за пришедшими, расскажу-ка я вам, как из-за чайки меня упекли на трое суток. — Ого, — хохотнул Самир, поднимая стопку водки. — Ты и трое суток? Я за такое даже выпью! — Подожди, я с тобой! — Рю плеснул себе «Akvavit», они чокнулись, выпили и закусили пельмешками. — Отмечали мы, значит, повышение коллеги до технического директора. Я тогда был чертовски зол, ибо сам метил на эту должность: пахал, как проклятый — без выходных, про отпуск и больничный даже не заикался, но руководство предпочло выдвинуть на пост очередного родственника — своя рубашка ближе к телу, как говорится… На этих словах Рю натянуто хохотнул и заявил, что ему явно нужна добавка — не самое приятное воспоминание, хоть и смешное. Эрик рядом понимающе хмыкнул: не вопрос, и оперативно наполнил стопку Рю. Тот выпил, закусил и продолжил: — В общем, отмечали мы в баре около моря. Сидели на террасе. Пиво и саке лилось рекой — новоиспеченый технический директор на радостях гулял на широкую ногу. Но у меня и ещё троих конструкторов на душе кошки скребли — наш исследовательский отдел должны были в скором времени расформировать. И это было чертовски обидно — у нас было столько замечательных идей, которые можно было доработать и потом запатентовать, но новый начальник и руководство считали по-другому. — Поэтому вы, как никто другой, понимаете и стремление Тии открыть свой фонд, и наше желание с Заэлем произвести ребрендинг, — Гриммджо не удержался от пафосного жеста: торжественно поднял свой бокал, выпил и коротко кивнул. — Респект и уважение. — От меня тоже, — Заэль отсалютовал пивом и выпил. — Спасибо, парни, — довольно улыбнулся Рю. — И вы правы, я очень хорошо понимаю стремление прыгнуть выше головы, ведь это — прогресс. Именно поэтому я и те трое парней уволились, чтобы, сложив наши скромные сбережения, сначала открыть конструкторское бюро, а через время и небольшую судостроительную компанию, которая спустя пару десятков лет превратилась в «Japan Marine United». — Браво! — восхищённо захлопал Улькиорра, и все к нему присоединились. — Выстроить такую огромную компанию с нуля — это подвиг. — Не в одиночку, прошу заметить, — поднял вверх указательный палец Рю, и улыбнулся Нелл и Ичиго. — Так что ищите в команду своих людей, и тогда у вас все получится! — Золотые слова, — улыбнулась Альма, подливая ему в стопку. — Но все же меня мучает любопытство насчёт чайки. — Ах да, простите, — хохотнул Рю. — Итак, сидели мы на террасе, пили, а новый технический директор соловьём заливался, как наш завод начнет работать на Европу, и мы будем как сыр в масле кататься. Я послушал-послушал и отошёл покурить. Да, тогда была у меня такая привычка. Ко мне подтянулись конструкторы. Но они не курили, а кормили чаек хлебом. Те радостно верезжали и совершенно не боялись людей. Я присел одну погладить, и тут притащился технический директор — одиноко ему без собутыльников было — и снова завел свою шарманку. Я не выдержал, схватил чайку и бросил в него. Перепугавшаяся птица, истошно крича, накинулась на технического директора и начала клевать в лицо — еле отодрали. Хозяин заведения вызвал скорую и полицию и меня забрали в кутузку. Посмеялись, когда я в участке рассказал, долго думали, какую статью мне вменить, сошлись на мелком хулиганстве без заведения дела. Так как технический директор не подал никакого заявления, подержали трое суток в качестве дисциплинарной меры и отпустили на все четыре стороны. — Бросил чайкой в обидчика и отсидел трое суток за мелкое хулиганство, — первым захохотал Ренджи, остальные — за ним. — Гриммджо, похоже, тебя с плугом переплюнули подчистую, — хмыкнул Тоширо, вытирая глаза. — Хотя остались ещё Самир и Ичиго… — Вряд ли я достойный конкурент, — улыбнулся последний, прожевав бутерброд. — Только пару раз знатно перебрал. Но один запомнил надолго, потому что две недели косплеил панду — ходил с двумя фингалами после неудачного похода в туалет — врезался в косяк носом и заработал трещину. Отец сначала отругал, а потом долго меня подкалывал на эту тему, как и сестры — пришлось сидеть дома, пока синяки не сойдут. — Да, с порванными связками и тремя сутками не сравнить, — поддакнул Самир, опрокив ещё стопочку и заев огурчиком. — Даже противопоставить особо нечего. Хотя… Я тут шею недавно потянул, пока соревновался с Гриммом в кроссе до второго этажа в тапочках, но пьяным особо не был — одна «Маргарита» во мне плескалась. Ну ещё страдал от отравления в поездке, лежал пластом, но Тиа по видеозвонку скрасила мои страдания. — Тогда время объявить двух победителей в номинации «самый смешной случай в подпитии» — Гриммджо и отец, — объявила Нелл, поднимая стопку. — Спасибо, повеселили. Остальные подняли свои напитки и тоже поздравили победителей. Гриммджо гордо выпил, пожал Рю руку, дескать, благодарю за достойную борьбу, и отпросился покурить. Ренджи тут же подскочил следом: составит компанию. Они накинули куртки, вышли во двор и направились к столу с пепельницей. Ренджи прикурил на ходу, проверил телефон, вздохнул и затянулся снова. — Не пишет? — сочувственно поинтересовался Гриммджо, доставая из портсигара сигарету. — Не пишет, — Ренджи плюхнулся на стул, вытянул ноги и уставился в небо. — Работы, наверное, много. Некогда. — Да уж, с работой соревноваться бесполезно, — поддакнул Гриммджо, садясь напротив и чиркая зажигалкой. — Вон, Тиа даже во время предсвадебной вечеринки вопросы решает. — Кстати, я не ослышался? Вы с Заэлем планируете ребрендинг? — Информация вообще-то конфиденциальная, — Гриммджо постарался выдержать драматичную паузу, но не сдержался и хохотнул, когда Ренджи перевел на него взгляд и растерянно моргнул. — Ладно, так как ты со мной поделился своим секретом, то я поделюсь своим. Да, планируем с Заэлем пересмотреть политику оплаты труда — поднять ставки бетам и омегам; назначать на должности по способностям, а не по типу; ну и хотим сделать свод правил для посетителей, чтобы не кошмарили персонал, а наоборот — хорошо относились, и получали за это свои «плюшки». — То есть в рамках своего заведения вы решили искоренить дискриминацию? — удивлённо уточнил Ренджи, стряхивая пепел. — Ага. Уволим нахер неугодных инвесторов, наберём социально ответственных, изменим концепцию, переориентируемся и, наконец-то, вздохнем свободно. — А можно узнать, что сподвигло вас на такие крамольные мысли? — Тиа со своим фондом. Нельзя жениться на революционерке и остаться при этом консерватором, — хохотнул Гриммджо, ловко стряхивая столбик пепла. — Переоценка ценностей происходит автоматически, причем у всего ближайшего окружения. — Гримм, а твое предложение по работе все ещё в силе? — неожиданно огорошил его Ренджи, закуривая вторую сигарету. — Всё-таки соблазнил я тебя, да? — подмигнул Гриммджо. — Я не для себя, Гримм… — выпалил Ренджи, но тут же поправился: — В смысле для себя тоже, если согласишься, но в первую очередь для Рукии. Она прекрасный руководитель, но наше начальство ее совершенно не ценит. И вот я подумал, может, возьмёте ее к себе? Учится быстро, вдумчивая, ответственная, собранная, вежливая… Рукия заслуживает достойной зарплаты, хорошего отношения и социальных гарантий. — А у самой Рукии ты спросил? Может, она не захочет менять место работы, — Гриммджо затушил окурок в пепельнице. Ренджи помотал головой. — Ну вот. Сначала спроси — мой тебе дружеский совет. Не наступай на те же грабли, что и я. — Хорошо, Гримм, я поговорю. Но предложение в силе, или как? — В силе, Ренджи. Только, сам понимаешь, на ребрендинг и остальное потребуется время. Поэтому, если вы оба согласны подождать и пока поработать на прежнем месте, то сделайте это, а, как только в «Mirage» всё устаканится, я позвоню и приглашу на собеседование. — Замётано, — заулыбался Ренджи и сразу же поднял руки в примирительно жесте, стоило Гриммджо нахмуриться, при виде появившейся на террасе Тии с озабоченным лицом. — Но в первую очередь узнаю ее мнение. Я помню! — Красавчик, — Гриммджо подскочил со стула и хлопнул его по плечу. — А теперь, прости, мне срочно надо обнять невесту. — Конечно, дружище, — услышал он уже в спину, спеша к Тие. Крепко ее обняв и окутав запахом корицы, Гриммджо шепотом поинтересовался, как прошел разговор с Кацураги. Тиа уткнулась носом ему в шею и пробубнила, что сначала ей надо покурить. И желательно без свидетелей. Гриммджо мгнозначительно посмотрел на вставшего со стула Ренджи и коротко кивнул в сторону дома, мол, ты иди, а я пока невесту успокою. Тот понимающе улыбнулся и тихонечко смылся, оставив их наедине. Гриммджо дошел с Тией до стула, сел и усадил ее себе на колени. Достал из портсигара две сигареты, прикурил и одну протянул ей. Тиа благодарно улыбнулась и потянулась за пепельницей. Сделав несколько глубоких затяжек, неотрывно смотря на закрытый гриль, она стряхнула пепел и, наконец-то, заговорила. Оказалось, что у отца Кацураги болезнь Паркинсона, и это не просто тремор рук, как наивно полагал Гриммджо, а серьезное заболевание мозга, которое затрудняет двигательную активность и вызывает психические нарушения, расстройства сна, боли и другие проблемы со здоровьем. Отцу стало хуже и перед Кацураги встал нелегкий выбор — потратить все заработанные за анализ деньги, чтобы отправить его в специализированный пансионат, и работать у нее, или же отказаться и остаться ухаживать и помогать матери, которая одна не справится. Если выберет первое — то прилетит без копейки, а нужен ли ей такой проблемный работник, которому при подписании контракта надо выдать аванс, чтобы он мог обустроиться и выжить первое время? Гриммджо потёрся носом о плечо Тии и улыбнулся: уверен, она не бросила многообещающего кадра на произвол судьбы, и Кацураги на том конце охренел. Возможно прослезился. — Второе, — хмыкнула Тиа, сделав последнюю затяжку и затушив сигарету. — Когда я сказала, что встречу Кацураги в аэропорту и обо всем позабочусь, у него аж голос задрожал, представляешь? И мне стало чертовски стыдно — я, как и другие, судила о Кацураги поверхностно, даже не попытавшись заглянуть глубже… Гриммджо, раздавив окурок в пепельнице, с ней не согласился: Кацураги сделал всё, чтобы у нее даже такого желания не возникло, поэтому не стоит себя корить. Сейчас же другое дело: она — заботливый руководитель, а он — ценный сотрудник. Вот и пусть сейчас заглядывает глубже, опекает и поддерживает. И ему пускай скажет, что он может для Кацураги сделать: бенто там с собой собирать или ещё чего. Тиа погладила его по щеке и чмокнула в губы: бенто — это неплохая идея, кстати. А ещё надо подумать, где бы Кацураги разместить… — Может, пока Кацураги со мной у бабушки пожить? — задумалась Тиа, болтая ногами в воздухе. — Места много — друг другу мешать не будем. Опять же на работу проще добираться, да и Цутия-сан обрадуется. — Если честно, мне бы не хотелось, — заворчал Гриммджо, собственнически прижимая ее к себе. — Домашняя ты только для меня и Хабиби. Нечего Кацураги на тебя в халатике или ночнушке пялиться — это наша прерогатива. — Вы только посмотрите на него, — прыснула Тиа. — А ничего, что меня Улькиорра даже без ночнушки видел? А Тоширо жил с нами и на меня домашнюю насмотрелся вдоволь? — Улькиорра и Тоширо — семья, — даже не задумываясь, припечатал Гриммджо. — А Кацураги ещё ничем такое зрелище не заслужил. — А кто говорил, что он сделал великолепный анализ? — Я говорил. Так Кацураги за анализ получил весьма щедрую оплату, — не повелся на подначку Гриммджо и чмокнул улыбающуюся Тию в губы. — И, насколько помню, согласно европейской модели менеджмента, личное и рабочее не смешивают — после шести каждый сам по себе. Вернее, ты — наша, а Кацураги — сам свой, пока парня не найдет. Тиа первой увидела вышедшего на террасу Самира и хихикнула, что Нелл опять виновников торжества потеряла, и послала самого сознательного вернуть назад за стол. Гриммджо вывернул шею и посмотрел на приближающегося к ним Самира: тот не выглядел строго или раздражённо, наоборот — шел и радостно улыбался, смотря на них обоих. Тиа попросила ее отпустить, вскочила и бросилась ему на шею, целуя и желая доброго утра. Самир, конечно, же не удовлетворился коротким утренним приветствием: погладил Тию своими ручищами от лопаток до ягодиц, шепнул что-то на ушко, заставив хихикнуть, ласково помял аппетитную попу, вдумчиво поцеловал и только тогда сел на противоположный стул и усадил ее себе на колени. Гриммджо закинул ногу на ногу, тактически пряча вполне закономерное возбуждение — ну не возможно безучастно смотреть на этих двоих — и хохотнул: — Пост сдал — пост принял. — Ну очень такой приятный пост, — Самир чмокнул Тию в макушку и пытливо посмотрел на Гриммджо. — А теперь признавайтесь, почему за стол не возвращаетесь. Неприятные новости? Гриммджо развел руками — у него лично ничего неприятного, наоборот — Ренджи изъявил желание перейти в «Mirage» после ребрендинга и прихватить с собой Рукию. Так что в ближайшем будущем штат пополнится двумя толковыми сотрудниками. Самир его поздравил и посмотрел на молчащую Тию, мол, а у тебя? Та вздохнула и рассказала о телефонном разговоре с Кацураги, после которого ей страшно захотелось покурить и поговорить. Ну вот они с Гриммджо и общались, а потом он их прервал на самом интересном месте — Гриммджо вызвался готовить для ценного сотрудника бенто, но при этом выдвинул ультиматум — нечего Кацураги жить с ней вместе под одной крышей и смотреть на нее домашнюю — это только их привилегия. Гриммджо тут же напомнил, что это был не единственный аргумент — он ещё и про разделение рабочего и личного ратовал. А какая субординация, когда начальница каждое утро в халатике перед глазами фланирует? То-то же. Тиа снова попыталась парировать, используя Тоширо — тот жил с ними вместе, видел ее домашнюю и ничего, но Гриммджо вновь повторил, что Тоширо — член семьи, поэтому не считается. К тому же тот учился и не отвлекал, а где гарантия, что вечером они с Кацураги, придя домой, не засядут дальше работать? Да и вообще, он ещё в гости не находился — а тут внезапные соседи! Самир с улыбкой выслушал их пикировку и согласился, что Кацураги надо поддержать — парню ой как не сладко пришлось — у его соседа в Ливане была болезнь Паркинсона и это очень тяжёлое испытание как для больного, неотвратимо теряющего контроль над собственной жизнью, так и для близких, для которых тот становится серьезной обузой. Однако в вопросе о размещении Кацураги, он на стороне Гриммджо — не стоит делить одну крышу с подчинённым, когда есть прекрасная альтернатива — Кацураги может обосноваться в его квартире и всем хорошо: тот будет оплачивать счета и присматривать за домом, Тиа продолжит наслаждаться самостоятельной жизнью, а они с Гриммджо — ходить к ней в гости. — Шикарное решение, Хабиби, — одобрительно цокнул языком Гриммджо и посмотрел на Тию. — Или ты так не считаешь? — Решение отличное, — улыбнулась та. — А до офиса Рю оттуда сложно добираться, если не на машине? — Нет, несколько остановок на автобусе. Я специально искал жилье неподалеку и с хорошим сообщением, чтобы, в случае поломки машины, не на такси до работы добираться. К тому же рядом имеются гипермаркет, почта, банк, парикмахерская и куча разных забегаловок с едой навынос. Соседи, к слову, достаточно дружелюбные и отзывчивые. По возвращению мне только надо собрать оставшиеся вещи, вызвать клининг и Кацураги может смело заселяться. Только Самир закончил говорить, как Гриммджо поспешил вставить «свои пять копеек» — Самиру, как хозяину квартиры, стоит присутствовать при заселении — показать где что лежит, в каком месте счётчики воды, электричества и газа, чтобы Кацураги ему присылал показатели, объяснить, как работает стиральная машина и прочее. Лучше него это никто не сделает. А Гриммджо проследит, чтобы Кацураги очень хорошо запомнил, а лучше — записал. Тиа расхохоталась: бедный Кацураги даже и не предполагает, что первая проверка на прочность предстоит так скоро, но за все есть цена, чего уж. Чмокнула Самира в губы и поблагодарила за щедрость. Тот облизнулся, как сытый кот, и поманил к себе Гриммджо: его тоже надо в благодарность чмокнуть — блюдет её личную жизнь и бенто Кацураги собрался готовить. Гриммджо мигом подскочил, коварно поцеловал обоих возлюбленных с языком и довольный плюхнулся обратно на стул. Тиа хихикнув, внезапно предложила подключить к приготовлению бенто Хамаду и Мадараме: матери и Тоширо тоже надо есть. Вряд ли для профессиональных поваров будет непосильной задачей по очереди кормить одну рабочую неделю шесть человек, а они втроем будут у бабушки готовить — там места много. Самир с Гриммджо заговорщицки переглянулись и радостно заулыбались, одобряя план: шикарный повод заявиться в гости с ночевкой. И не один раз. — Эй, отлипайте друг от друга, сейчас будем в «Кубб» всем составом играть, а потом мясо жарить! — окрикнул их выглянувший на террасу Тоширо. — Помогайте вынести коктейли и закуски! Гриммджо, встав со стула, уставился на Тию: что за «Кубб»? Никогда такое название даже не слышал. Та улыбнулась: это игра на лужайке, цель которой — сбивать деревянные блоки — kubbar, бросая в них деревянные дубинки — kastpinnar. Чем-то похож на боулинг, только играют одновременно две команды, стоящие на противоположных концах игрового поля. А Самир добавил: мол, ходят слухи, что «Кубб» был изобретен еще викингами аж тысячу лет назад, но эксперты настаивают на начале двадцатого века и острове Готланд в Швеции. Гриммджо удивлённо уставился на Самира: неужели и играть умеет? Тот, подхватив его и Тию под локти, улыбнулся: а там особо нечего уметь — дубинкой сбиваешь чурочки. Если глазомер хороший, то руку можно быстро набить. Гриммджо улыбнулся: если не сложно, то хорошо — проигрывать ему не нравилось. Им навстречу вышли Ренджи, Ичиго и Заэль с подносами, уставленными едой, и понесли их к столу. Следом появились Альма с небольшой сумкой и Эрик, несущий большую кастрюлю. Пропустив их всех вперёд, Тиа, Самир и Гриммджо направились на кухню. Там вовсю кипела деятельность: Рю складывал в ящик початые бутылки алкоголя, Тоширо с Улькиоррой мыли и вытирали посуду, а Нелл металась между столовой и кухней. Гриммджо выдали поднос с чистыми стаканами, и он пошел обратно. Ренджи и Ичиго, успев составить закуски на стол, натягивали красную ленточку между четырьмя небольшими колышками, явно выступающих в роли углов игрового поля, Альма доставала из сумки тёмно-синие чурочки и ставила на небольшом расстоянии друг от друга. Эрик колдовал над дымящим грилем, а Заэль придирчиво поправлял тарелки на столе. Только Гриммджо аккуратно поставил поднос со стаканами на указанный Заэлем стул, как тот впихнул ему в руки три пустых, и скомандовал возвращаться за чистыми тарелками и приборами. Гриммджо козырнул, как в армии, и помчался обратно — скорее принесет, скорее на этот «Кубб» посмотрит и расспросит про правила. На пути встретился Самир играючи несущий ящик с алкоголем и упаковку с мятным пивом, Рю с пустыми вместительными пиалами из нержавеющей стали, щипцами и лопатками для гриля и Тиа с пледами. Подмигнув последней, Гриммджо занесся на кухню и начал поторапливать лучшего друга, чтобы быстрее вытирал и составлял на поднос эти чёртовы чистые тарелки, а то он пропустит самое интересное. На него тут же шикнул Тоширо — нечего его жениха подгонять, ещё разобьёт, не дай бог, и будет неловко перед хозяйкой. Чего Гриммджо как маленький? Понятно же, что без них не начнут. Гриммджо расхохотался, крепко обнял нахмуренного Тоширо и чмокнул в макушку: действительно. Немного потискал и, как только Улькиорра поставил последнюю тарелку на поднос, кинулся тому на шею: тактильная вечеринка же! Улькиорра крепко обнял в ответ и улыбнулся: давно он Гриммджо таким воодушевленным не видел. Неужели всему виной «Кубб»? Гриммджо смущённо хехекнул: ну, не только он. Хорошая компания, совместные хлопоты, шутки, обнимашки, дорогие люди рядом… — он всегда о таком мечтал, и вот оно сбылось. Улькиорра отодвинулся, приобнял улыбающегося Тоширо, сложившего столовые приборы на поднос и довольно хмыкнул: он тоже. Всегда хотел, что в особняке было больше звуков, смеха, жизни. И, с появлением Снежка и Рекса, это начало осуществляться. А ещё Тоширо переедет, они втроем будут в гости приезжать, большой компанией будут по праздникам собираться, и он будет самым счастливым человеком на свете. — И чего вы здесь застряли? — в кухню забежала возбуждённая Нелл. — Хватайте подносы и пошли! Мы собираемся с Тией пободаться с Эриком и Альмой, заодно посмотрите, как играть в «Кубб». — Всё-всё, уже идём! Такое сражение пропустить сродни преступлению! — Гриммджо подхватил поднос с тарелками и первым рванул на выход. — Именно, — хохотнула ему в спину Нелл. — Не забудь снять видео! — Спасибо, что напомнила! Сниму и отправлю дорогой тёще — пусть порадуется!