I'm stuck with a phobia

Когда Эндрю говорит, что ненавидит Нила, он почти не врёт. Один взгляд в эти льдисто-голубые глаза отправляет Эндрю в свободное падение с самой высокой точки в этом гребаном мире. Эндрю, к слову, ненавидит высоту. Они снова на крыше - на его крыше - конец учебного года дышит им в затылок, но честно говоря, что Нилу, что Эндрю на это наплевать. Эндрю курит, поджав ноги к груди и бездумно изучает взглядом горизонт. Нил лежит рядом, в его пальцах тлеет сигарета, а в глазах - бескрайнее небо. Он вдыхает сигаретный дым. Молчание между ними - родное и уютное, слова в этот момент излишни. Между ними есть лишь это тёплое весеннее утро, сигаретный дым и полное понимание, и это то, о чем каждый из них даже не смел мечтать. Нил улыбается каким-то своим мыслям, и Эндрю склоняется к нему - «да или нет?», «да, всегда да» - сцеловывает эту улыбку, впитывает её в себя вместе с теплом, исходящим от тела Джостена. Пара окурков разбивается о бетон крыши, руки Нила мягко вплетаются в светлые волосы Эндрю. Их поцелуи неторопливые, даже немного ленивые, до непривычного мягкие. Вселенная сужается настолько, что может уместить в себе лишь их двоих и все их невысказанные мысли, не требующие огласки. Пока что. Сегодня Нил едва не заснул во время одного из итоговых тестов, а после задремал в библиотеке во время подготовки к экзамену по испанскому, но здоровый сон всё ещё не был хоть на йоту привлекательней их ночей с Эндрю. Нил всё никак не мог свыкнуться с мыслью о том, что теперь ему некуда спешить, его жизнь не должна оборваться со дня на день. Сначала пришло облегчение, но длилось оно недолго и теперь с каждым днём он только сильнее боялся потерять всё, что было у него сейчас. Он цеплялся за каждый миг рядом с Лисами, отчаянно желая насладиться каждым, и те щедро награждали его своим вниманием. Нил был благодарен им за то, что позволили ему остаться, что стали его семьёй, которую он так боялся потерять. Но больше всего он боялся потерять Эндрю. Он боялся не быть рядом с Эндрю. В его глазах, на его губах застыл немой вопрос "Могу ли я стать ближе?". И Эндрю, будто слыша его мысли, аккуратно сжал предплечье Джостена, оставляя дорожку поцелуев от скулы до виска. В его касании губ немой ответ "Останься со мной и больше не сомневайся". Рассвет окрашивает глаза Эндрю золотом, и Нил не может отвести взгляд. -Пялишься. -Ага, знаю. - Нил снова улыбается, и Эндрю ничего не говорит в ответ. Он не признаётся в этом вслух, но ему нравится быть причиной улыбки Нила (самой искренней, которую этот (больше не) лжец берёг только для самых особенных случаев. И для Эндрю) Говорить бесполезно Если ты передо мной Миньярд садится, как ни в чем не бывало, и достаёт новую сигарету из пачки, прикуривает. Нил кутается в плед, который они зачем-то (совсем не зря) взяли с дивана и - «да или нет?», «да» - опускает голову на бёдра Эндрю. Рассвет мягким светом скользит по лицу, волосам, рукам Эндрю, и Джостен не может - не хочет - отвести взгляд от него, пока его веки не тяжелеют настолько, что он уже просто не может держать их открытыми. Все страхи Нила отступают под прикосновениями Эндрю - тот мягко перебирает порядком отросшие рыжеватые пряди - и он засыпает, кутаясь в плед на бетоне их крыши, удобно устроив голову на бедрах своего парня. Миньярд позволяет ему эту вольность, и готов охранять сон Нила вплоть до утренней тренировки. Пусть Нил пропустит свою утреннюю пробежку, а потом недовольно бурчит о том, что Эндрю не стал будить его пораньше. Пусть. По крайней мере сейчас, в эту самую минуту, слушая тихое размеренное сопение, Эндрю верит, что Нил действительно в порядке.