Моя Русалка

Она права я просто мудак. Я сам не могу понять, что тогда на меня нашло может было разумно все спихнуть на алкоголь и моё сильное желание к ней, как я дошёл до того, чтобы сходить с ума по девушке. Кэтрин пробила дыру у меня в сердце, и я был уверен это не поправимо ведь я поклялся больше никогда не заходить так далеко что бы появлялись чувства. Марк прав в одном я правда боюсь повтора. В моей жизни не было ничего хорошего я видел только насилие, предательство и разочарование, нищету, голод, наркотики и разруху. Кэтрин была надеждой на счастье и шансом выбраться с этого дерьма. Я готов был на всё ради неё, я даже мог бы измениться, как только она бы захотела. Впервые за свою убогую жизнь я смог почувствовать что-то настолько сильное и прекрасное. Любовь, которая смогла бы изменить меня и заставить забыть всё ужасное. Кэтрин была для меня всем, а вот я был для неё дерьмом, от которого она с лёгкостью и без боли избавилась. Тогда весь мой мир рухнул, и я озверел от того, что я оказался не достойным великих чувств и теплоты в свою сторону. Я уже давно забил на неё хоть иногда от воспоминаний колит внутри, но я не люблю её и для меня это главное- я вылечился. Но Мирана колыхнула всё во мне, и я уже неспособен быть камнем. В отличии от любви к Кэтрин мне плевать на какой-нибудь шанс, у меня нет надежды на счастливую жизнь рядом с Мираной, нет всей этой розовой идиллии. Мне плевать я просто чувствую, что обрел смысл, я именно живу. Узнав, что я солгал ей о том кто я на самом деле, всё будет только хуже, ведь я тот кого она презирала тогда и желала мне всего худшего, она подумает что я приехав сюда намеренно мщу ей за это, хоть на самом деле мне давно уже было плевать на её слова , я даже забыл о них и о ней, я не ожидал что когда-либо в своей жизни встречу её снова. Увидев в Лос-Анжелесе подельников того наркокартеля, на который мне пришлось работать, когда не было что есть и где спать. Я позвонил тогда Элире (матери Мираны) и она просто дала адрес куда отправиться. Только по прибытию на остров я узнал от местных что Мирана всё же живет здесь. Никакого договора на самом деле не было, и я после того, как сочинил эту бумагу что бы не раскрывать себя я просто попросил Элиру подыграть она ведь понимала, что отношения между нами не самые лучшие. Я может и хотел бы что бы она помнила меня, но зачем ведь я не преследую никакой цели. Видев её желание в глазах которое, она не могла скрыть, рассматривая меня каждый раз, как только мы пересекались с ней в доме. Я просто злился на самого себя, почему она так кто будит во мне ревность обиду неконтролируемую похоть от которой я даже забываю почему я здесь. Она будит желание заботиться поддерживать и быть всегда рядом, дарить нежность, мне стала важна и интересна именно она сама какая есть. Я хотел выяснить что произошло и направился к ней бар после того, как не застал ее днем дома. Я увидел, как этот Дейв держит её за руки сидя с ней недалеко от бара, поначалу я еле сдерживался, сжимая кулаки что бы не подойти и не врезать ему и плевать что Мирана снова бы начала язвить и колоть меня в ответ. Но услышав практически всё, я готов был разыскать это ублюдка Джеймса, который посмел тянуть к ней свои лапы, причинив ей боль. Я бы выбил всё дерьмо с него. Но также и осознав, что я поступал по отношению к ней не лучше. Я был просто раздавлен. Звонок Элиры меня не на шутку встревожил, она настаивала на приезде меня, я понимал, что для меня это очень рискованно и я мог попасть в руки тем, от кого бежал. Мирана-вот причина по которой я не мог отказаться. Я видел, как она была напугана и боль в её глазах, я хочу защитить её хоть и рискую своей жизнью, да и не имею права. Переговорив с Марком и начхав на все риски, я всё равно решил ехать. Марк захотел встретиться на месте, хоть я и просил его отставить эту затею. Вернувшись за полночь, я увидел, как она стояла не подвижно на своей террасе при выключенном свете, свет от фонарей освещал её силуэт. я слишком заволновался за неё, только тихо зайдя в её комнату я услышал всхлипы и её хриплый голос в вперемешку со слезами. Судя по всему, она долго плакала стоя здесь, я без колебаний направился к ней и плевать что она оттолкнет меня после, всё лишь бы успокоить её. Обняв её, я ощутил то тепло внутри меня на которое я думал уже не способен. Стоя с ней в объятьях, я хотел защитить её от всего мира и от любых невзгод. Мы долго простояли так, я прижимая её к себе и гладя в надежде забрать её печаль и прекратить слезы, она что-то не разборчиво несла, о своём брате выдыхая и всхлипывая мне в грудь, извинялась перед ним вводя меня тем самым в ступор, её брата я по сути не знал да и попытавшись уточнить о чём она, она тут же замолкала. А потом наступила тишина, я почувствовал размеренное дыхание на своей груди и милое сопение, судя по всему, она уснула. Я же в это время корил себя, глядя на неё хрупкую, ранимую и такую нежную. Она прижималась ко мне во всю несмотря на то, что уже спала. Я, подняв её осторожно на руки что бы не разбудить и отнёс её в комнату уложив в кровать. Её волосы рассыпались по всей подушке, она так мило и мирно спала словно маленькая и беззаботная принцесса из сказок. Она слишком прекрасна и идеальна для такого как я, сколько же дерьма я причиняю людям своей черной душонкой, злясь на весь мир. Я изводил её на пустом месте ради того, чтобы что-то доказать себе, но в итоге я раскаиваюсь по полной. Я закрыл тихо дверь и ушёл к себе. Собрал вещи, но заснуть мне удалось с большим трудом почти только под утро. Вскочив с кровати, я умылся и направился в кухню, по пути одеваясь и спускаясь по лестнице. Зайдя в кухню, я застал картину, которая тронула меня я действительно хочу, чтобы она длилась вечно. Мирана суетилась по кухне готовя завтрак в своих коротких шортиках и майке завязав волосы в небрежный пучок она выглядела так мило и обыденно, но при этом была красивой. -Ты долго будешь рассматривать меня? -спросила она застенчиво не оборачиваясь. -Я... -Не нужно ничего говорить! Извини за вчерашнее, я не хотела, чтобы об этом знали! -она, тяжело вздохнула и опустив голову, вниз не поворачиваясь ко мне. Я видел, что для неё это больная и тяжёлая тема. -Всё в порядке! Я понимаю у меня тоже есть вещи, с которыми я не могу поделиться ни с кем! Поэтому я не собираюсь тебя расспрашивать! -у меня было много болезненных воспоминаний, и я не хочу в них ковыряться может я ещё не готов, а может боюсь, что они причинят мне вред. Что ж это даже отлично! Закроем эту тему! Позавтракаем вместе? Нам нужно скоро ехать! - в её взгляде промелькнуло огорченье может мне нужно было настоять, а может она хотела что-то узнать обо мне. Конечно! -бросил я, садясь за кухонный островок, на который она тут же поставила передо мной тарелку с изумительно пахнущим омлетом и чашку дымящегося кофе. Как-то незаметно неловкость исчезла, она рассказывала об острове и то какая удивительная культура здесь, я же в ответ хорошие места в Лос-Анджелесе и об Окленде в Калифорнии, я не соврал ей в этом, там мой дом, где я родился и прошел через всё. Как не странно, но она вспомнила о нём, вспомнила что была там маленькой и жалеет, что поехала туда. Я понял для себя что меня это уже не волновало. Мне действительно было хорошо находиться рядом и слушать её просто болтая ни о чём. Позавтракав, я вызвался помочь с уборкой и посудой она же, улыбнувшись сказала, что ей нужно собраться и быстро помчалась на верх. Я, вернувшись к себе забрал сумку и спустившись в холл застал её ждущую меня у двери с лежащей серой сумкой возле неё и маленьким розовым рюкзачком. Она была одета в узкие темные джинсы с высокой талией и топ с рукавами и бантом на груди, нежно голубого цвета, на котором были изображены ангелочки. Она выглядела очень мило и нежно с заплетенной длиной косой закинутой на бок. Рассматривая её, я впервые заметил, как она улыбается смущаясь. «Ну мы едем?» —спросила она, улыбаясь в то время пока я, находясь в ступоре рассматривал её. А... Да! - Наконец взяв себя в руки, я схватив её сумку открывая ей дверь. Сев в машину мы отправились в аэропорт.