Звёздочка

      Три часа ночи. Вдоль горизонта уже начинает светлеть, но звёзды ещё видно. Весь Млечный путь как на ладони. Карн любит это. Любит звёзды. Любит встречать рассвет. Любит сидеть вот так возле пруда и ждать сначала появления, а потом исчезновения ярких мерцающих точек. Она приходит сюда с различными космическими книжками: романами о космическом пространстве, картами звёздного неба, справочниками о звёздах... Один раз она даже притащила к пруду огромный проффисиональный звёздный телескоп, который одолжила у соседки.       Её звали Фирта. Они с Карн знакомы с малых лет и всегда были соседками. Но Фирта со своей семьёй уже два года как переехали на родину, ведь она закончила старшую школу. Девчонки всегда были подружками. Их связывала любовь к огонькам на небе.       Фирта сегодня вернулась. Вечером. Без предупреждения. Она ни кому не сказала. Когда наступили сумерки Фирта вылезла из только что загруженной вещами съёмной квартиры и пешком направилась к пруду. Туда она добралась уже когда на горизонте появилась тонкая светлая линия, обрамляющая рельеф. Светает. Но звёзды ещё видно. Фирта любит это. Любит смотреть, как Карн с очередной книжкой сидит и любуется Млечным путём. Любит смотреть рядом с подругой в свой телескоп. Любит слушать рассказы от Карн про каждую новую открытую звезду или новую теорию про космос. Фирта подходит к старой подруге со спины и отвлекает её от чтения старой потрëпанной книги шёпотом в самое ухо.       -- Как проводишь лето? -- тихо спросила девушка. Они часто писали так друг другу, пока были в разлуке, так что это уже стало своеобразной фишкой.       Карн отшатнулась от испуга и резко обернулась на мило улыбающуюся ей старую подругу. Они не виделись два года. Пол года вообще не списывались. У Карн была своя причина - она социофоб и очень замкнута в себе, она не может долго обещать с людьми на расстоянии. Фирта знает об этом, потому не писала, да и дел по горло было. Они сильно отдалились друг от друга.       -- Фирта?! Это правда ты? Не могу поверить! --  девушка подскочила и снесла с ног подругу своими редко кому достающимися объятиями. Она бормотала в плечо Фирты -- Это ты! Ты! Ты!...       Они обе смеялись. Обе катались по утренней зелёной траве. Потом они легли рядом на спины и стали рассматривать исчещающие звёзды, болтая о чем-то. До самого рассвета.

***

      -- Звучит глупо! В это точно никто не поверит! --Карн привстала с земли и облакотилась на локоть, смотря на Фирту -- Это максимально убого! Даже я бы в это не поверила! -      - Я знаю как это звучит. Но у меня нет фантазии! Это твоя фишка! Так что -- она посмотрела на Карн -- теперь ты думай...       -- Как насчёт... -- задумчивая гримасса -- Ореон оказался на небе, потому что он очень хотел попасть в место, где его понимают и уважают. Поэтому попросил богов или что-то подобное о помощи. Они дали ему пояс, который лишал человека веса. Поэтому Ореон в этом поясе оказался на небе, где его действительно уважали и понимали... -- Карн нахмурилась и с тоской посмотрела в светлеющее небо на последние тусклые звезды. Потом неловко продолжила -- Д-Да, я знаю, должно быть интересней и событий должно быть больше, но..       -- Карн.. -- Фирта прервала её и перегрупировалась в позу лотоса лицом к подруге -- Карн, я уважаю и понимаю тебя.       Они смотрели друг другу прямо в души через глаза. В карих, почти чёрных глазах Карн яркими розоватыми бликами сиял рассвет надежды, но какая-то непонятная тоска заполняла остальное их прастрансво, заливая душу. Нежные бледно-голубые глаза Фирты серьёзно смотрели в грустные уголки подруги. Будто бы пытались убедить в правдивости слов хозяйки. Когда Фирта была серьёзна её душа, отражаюшаяся в глазах, темнела и могла становиться практически синей. Так странно. Карн невероятно соскучилась по синим глазам её дорогой подруги, хотя вовсе и не думала об этом до сего момента. Дунул ветерок. Бледно рыжие кудри подруги обрамили посиневшие окна души, только больше доказывая её серьёзность. Фирта вся была очень бледной, будто на неё всё жалели краски или рисовали старой акварелью. Этим она очень выделялась. Не как бледная поганка, а как прекрасный бутон белой розы. Многие дети боялись её из-за внешности, но Карн - нет. Она с детства восхищалась ей. Они восхищались друг другом. Фирта знала, что Карн нужно убеждаться в каждой  мелочи. Поэтому она уже пятнадцать минут вглядывается в синие глаза, ища подвох. Её чёрное растрепанное каре развивается прядками на ветру. Не первый раз они уже так сидят, долго пялясь на друг друга. Может по этому их остерегались в школе? Смуглянка Карн не выдерживает и с рывка обнимает Фирту так, что та аж крякнула от неожиданности, на что смуглянка лишь шмыгнула.       Это что?       Слезы!?       Карн действительно скучала. Невозможно долго. Они обнимались под мелодичное пение птиц, которое доносилось со всех сторон. Соловьи. В апреле поют соловьи. Это любимые птицы Фирты. Она скучала по ним. По озеру. По дому. По Карн. По Карн больше всего. Она отстранилась от душашей её смуглянки и снова посмотрела в глаза. А синие глаза, поголубев, стали нежными и заботливыми. Тогда как чёрные выглядели грустными и заплаканными.       -- Хей.. Ты плакала? -- с лёгкой улыбкой прошептала Фирта.       -- Неет.. -- протянула Карн, отводят взгляд и утирая рукой слезу на щеке. -- Это мне в глаз что-то попало...       Девушка поймала руку подруги на лице и переложила на своё, сближая лица. Они так близко. В тысячу раз ближе, чем раньше, чем до этого.       -- Эй, звездочка, а ты случайно не с неба? -- ужасные подкаты. Кошмарные приколы. Она невозможна. Иногда выкидывает что-то странное, стремное или пугающее. Но Карн это нравится. Нравится. Ей нравится вся Фирта. С  её загонами, проблемами, неловкими подкатами. Все это прекрасно.       -- Заткнись уже и целуй -- с недовольной улыбкой пробубнила смуглянка, перед тем как её губы накрыли чужие.       Это странно? Может что-то неправильно? Нет, вполне нормально. Абсолютно ничего странного. Это шекочет душу, да и в животе порхают бабочки, но все нормально. Это непривычно и не всем это нравится, но все нормально! Карн и Фирта будут вместе. Никто не знает как долго, даже они. Все нормально. Оставим их вместе.