Мы сейчас не в общежитии

— Субин-хён... – выдыхает имя лидера Кай, будучи опрокинутым на кровать, хотя он только что пришёл из душа. И теперь чистое полотенце полусвисает с кровати на грязный пол. Кай вытирал полотенцем капающую воду с кончиков волос, проходя между двумя одноместными кроватями номера, когда Кая уложили на кровать Субина (что была справа), обняли его верхнюю часть тела и закинули на него ногу, обвивая часть тела ниже таза. Субин, ну Кай же не дакимакура. Хотя Хюка и рад побыть ею для Субина, потому что Субин такой мягкий, как плюшевая игрушка, несмотря на то, что его талия кажется тоньше, чем Бомгю или Тэхёна, у которых процент жира в организме словно стремится к нулю. Просто у Субина особенность кожи такая — повышать желание других людей потискать обладателя такой кожи. — Субин-хён, зачем ты позвал меня в отель? Да ещё и в номер с одноместными кроватями. Кай повзрослел, поэтому знает, что часто отели снимаются ещё и для тех, у кого нет возможности уединиться в своём жилище, и эти парочки приходят сюда познавать любовь. Но это происходит на широких двухместных кроватях с прелестными заправленными комплектами... Может, у Субина после периода трейни развился фетиш на недостаточное количество места, и он предпочитает кровати поуже? Или просто все Double Room были заняты, и пришлось взять 1+1? Почему только Кай не подбежал к девушке на ресепшене и не уточнил этот момент... Теперь он не сможет спать из-за этого. Ну, хотя, не только из-за этого. Кай потихоньку просовывает руку между их прижатыми телами, находя животик Субина и затем производя массирующее движение. Кстати, Субин тоже пахнет свежо. Он принял душ до Кая, но Кай рад, что отель не предоставляет несколько вкусов шампуня, и что шампунь вообще один и без объясняющих надписей, из чего вообще этот шампунь сделан. Благодаря этому, Кай вдыхает знакомый ему подлинный запах Субини, который не пользуется всякими левыми шампунями, оберегая свои волосы. В отличие от Хюнина. — Я просто хотел пообнимать тебя вне камер. Субин придвигается невозможно близко, укладываясь теперь удобно, и кладёт голову поближе к голове Кая. Запах шампуня приходится ему по душе, и на время, пока он будет дышать Каю в боковой затылок, он уменьшит свою злобу на шампунь и простит макнэ незаботу о своих волосах. — Но почему вне общежития, хён? Хёны же никогда не были против... Тишина затягивается, и Кай убеждается, что Субин-хён не умеет придумывать отмазки и врать. Это так мило. Кай довольно расплывается в улыбке, потому что Субин-хён как спрятал лицо между подушкой и боком его (Кая) головы, так и не сказал и слова. — А шампунь вкусно пахнет... – приглушённо доносится сбоку. — ♪샴푸의 요정~!* – пропевает в шутку Кай. Пропевает и закрывает глаза, сосредотачиваясь на некоторое время только на животике Субин-хёна. — Субин-хён~, – лукаво зовёт Кай, – так прямо честно и скажи, что хотел предложить мне заняться сексом~. Субин чувствует движения руки на своём животе, а темп движения тем временем ничуть не дрогнул. Этот Хюнин-младший такой бессовестный. — Ояяяя, – театрально восклицает Субин, привставая на локоть и заводя глаза к потолку. – Поверить не могу, что я только что услышал от макнэ! — Ну, Субин-хён, ты же меня хочешь~? Макнэ бесстыдно повторяет свою догадку, широко улыбаясь и корча глазки Субину, а Субин находит это таким милым, заливаясь красным цветом. Этот Хюка просто невозможный. — Ах~, я смотрю, что ты меня теперь любишь так по-взрослому! Субин улыбается, потрепав макнэ за щёки, и начинает показательно медленно вести рукой по телу Кая от груди вниз. Субин профессионально меняет выражение лица на серьёзно-сомневающееся и, ведя рукой дальше, поддерживает зрительный контакт с партнёром. — Я уверен, что Субин-хён просто дразнится~. В ответ Кай получает поглаживания по части тела ниже пупка – по животику. — Хюнин-а такой наивный! Субин празднует сам с собой эту мини-победу, опуская факт правильной догадки Хюнинкая. Но это его шарм, который выделяет Чхве Субина. Поэтому Хюка тянет лидера за щёки в качестве мести за растянутую кожу на своих скулах. — Ну как знаешь, хён! Хотя я понимаю, чего хён опасается... Хюка принимает изначальное лежачее положение и заставляет Субина опуститься с локтя и снова обнять себя. Субин непрекословно слушается и даже сплетает их руки в замок. — Иначе ты совсем будешь зависеть от меня~! Это намёк, как Кай уверен, что хорош в постели. И что Субин потом не сможет самоудовлетворяться, нуждаясь в Кае. И Субин сценично вздыхает, изображая всю безысходность, которую он "мог бы" почувствовать от представления такой ситуации, и мучительно сильно обнимает Кая. — Ааа, Хюнини такой ребёнок! Как же мило~о! Хюка с улыбкой терпит обнимательные действия Субина. Хён всегда реагирует в своём духе, отлично от других. Хюке это определённо приходится по душе. — Хён... — Сначала подумай, действительно ли ты хочешь это говорить и не вызовет ли у меня это очередного состояния шока, и только потом говори. Раздался дельфиний смех при наличии факта отсутствия этого вида в помещении. — Хён~, я подумал~. — Что-то слишком быстро. — Субин-хё~н! Макнэ такой беспокойный и издаёт слишком громкие звуки, нарушая всю идиллию атмосферы. Субин прикладывает палец к губам младшего. — Тсс, давай лучше в тишине полежим. Я позвал тебя сюда для этого. Хюнинкай не против. Он тоже пришёл сюда понежиться с Субином, но играть по правилам хёна... Да нет, играть по правилам любого человека Кай не собирается. Поэтому он собирается с напыщенным видом выпутаться из объятий длинных рук. — Хюнин-а, – Субин сжимает их замочек из рук сильнее, препятствуя исполнению детского максимализма младшего, – если ты придумал, как изобрести вечный двигатель, то говори, если нет – не нарушай тишины. Хюке смешно. Он знает только одного умного человека, который мог бы ляпнуть что-то подобное. Не Субин-хён точно, потому что он не любит математику, а следовательно не должен был дружить с физикой или беспокоиться об этой области жизни в целом. — Это похоже на то, что мог бы сказать Тэхён. — Я слышал, как он однажды этими словами заставил Бомгю замолчать. Раздаётся дельфиний вскрик на пару со смехом Субина. Посмеявшись, Кай придвигается обратно к хёну поближе, наслаждаясь получаемым от него теплом. Установившаяся идиллия продлилась минуту. Нарушитель: Чхве Субин. — Что ты хотел сказать, Хюнин-а? Ничего удивительного. Ведь хён так любит его, Кая, что небось всю минуту любопытничал, что же он упустил услышать от младшего. — Хён, сделаем селку? — Хорошо. На самом деле, Кай не любит делать селки, все это знают. Но Субин понимает, что младший никак не может устоять от любви к нему. Ведь он, Чхве Субин, такой красивый. Они делают селку. Для этого Кай специально надевает одну из своих толстовок, голубую, ложась потом к Субину обратно. Субин же поправляет свои волосы и облокачивает свою голову о голову Хюки. И когда Кай подписывает будущий момент для Weverse как «Мы сейчас не в общежитии > 3 < » и быстро публикует, не предупреждая в этот момент зевающего хёна, Субин вопросительно поднимает брови и расширяет глаза, наблюдая скорую загрузку и публикацию поста. Этот голубой пингвинёнок такой милый, аж защищать хочется, но защита нужна всем окружающим этого растущего оленёнка. — МОА не так поймут, – сразу же констатирует Субин. — Но мы же ничего не снимаем, это не спойлер~. — Я про то, что они подумают, что я переспал с (их) невинным Хюнини. То, что Хюнини действительно невинен считает и сам Субин, но даже он ещё не настолько потерял голову от Кай Камал Хюнина. МОА, уже бурно комментирующим этот пост, с этой ситуацией не позавидуешь. — Ах, хён! – наигранно восклицает Кай в неверии. – Как такое могло прийти в твою голову? Субин бессильно (от умиления) падает головой на живот Кая и даже в таком положении обнимает его. — Хюка, мне жалко МОА. Зачем ты мучаешь и мои, и их нервы? Субин обнимает ещё крепче маленького ребёнка, которым всё ещё его считает. — Я просто хочу любви, хён... Шёпот произносится очень тихо. Но Субин довольно улыбается, не боясь, что Кай сможет увидеть его реакцию. Кай опускает взгляд с какой-то точки на потолке на затылок лежащего Субин-хёна. — Я просто хочу любви, хён, – повторяет Хюнин на этот раз нарочито погромче и нацеленно. И ждёт каких-нибудь действий своего хёна. Но когда ничего не происходит, и Субин-хён всё так же продолжает играть на нервах младшего, Хюка надувает щёки и произносит следующее на повышенной тональности голоса. — Хён, я просто хочу любви! – он делает паузу. – Поцелуешь меня? Субин встаёт с мягкого места на теле и тянет руку к носу младшего под неотрывным наблюдением Хюки за его действиями. Субин слегка нажимает на кончик носа и теребит его в разные стороны. — Нет, Кай, нет~. Кай перехватывает руку хёна, приковывая её к постельному комлпекту, и заставляет Субина полунависнуть над сидящим собой. — Ну хёеен, ты же не стесняешься обнимать меня и прижиматься интимными местами! Кай не понимает, как Субин-хён сохраняет спокойно улыбающееся выражения лица, тогда как обычно он бурно реагирует на его любые действия и слова. — Поцелуй... Мне слишком лень~, а вот для обнимашек ничего делать не надо: обнял и лежишь дальше! Субин пересиливает младшего, ложась на него, обнимая и перекатываясь вместе с ним к середине кровати, закидывает на него руку и ногу, ограничивая его снова в движении. — Хёееееен!! — Нет и всё! Молча взяв младшего за руку, а другую его руку положив себе на живот в качестве просьбы утихомириться, Субин зарывается носом в волосах Хюки. Кай не может устоять от таких привилегий, но всё-таки... — Хён... — Нет. И даже если только один раз, – прерывает Субин все возможные предложения Кая, в которых он немножко уступит степень или продолжительность желаемой близости. – Не дай бог тебе понравится... Субин не договаривает предложение до смыслового конца и приближается губами к уху Кая и шёпотом дразняще утвердительно добавляет: «А тебе понравится.», – и тут же отстраняется, принимая предыдущее положение и продолжает: — Так мне потом напрягаться так вечность, пока тебе нельзя будет завести девушку! — ... – доносится обиженное молчание. Кай считает, что Субин никогда не был в его возрасте, раз он так нагло играет с его гормонами. Он не хочет устраивать драму, поэтому он и дальше спокойно нежится в объятиях хёна. Да и надо уметь довольствоваться малым хотя бы иногда. — Лежи и будь благодарен, что хён дает себя обнимать, Хюнинкай~. Но да вообще-то это не Кай довольствуется малым, а Субин теряет шанс на большее. Так считает младший и поднимает запретную тему. — Но это ты позвал меня обниматься. Ты же не можешь без меня. Не делай вид, что делаешь мне одолжение. — Но как? Я ведь делаю тебе одолжение. Ты же моя жвачка. Всё, обратного пути нет... Они сами это всё начали. — Субин-хён, это ты - моя жвачка... Кай закрывает умиротворённо глаза, наслаждаясь объятиями его самой любимой и самой большой плюшевой игрушки, а также поглаживанием животика этой живой игрушки. Субин не предпринимает новых действий и просто квёло смотрит на окружение вокруг, запоминая этот дорогой момент в мельчайших деталях. Через некоторое время по двухместной комнате отеля с пустующей одной кроватью разносится: — Нет, ты...