Новая Истина

Третье лицо Бабушка обнаружила Мию в развалинах Ишвара, когда ишвариты совершали очередную вылазку. Обычно стариков не брали, но эта бабушка была настойчивой. Она хотела ещё раз увидеть свой старый дом, где погиб её муж, и наконец-то забрать иконку Ишвары. Когда она пришла, то напротив своего дома увидела дитя с понурыми плечами и пустыми глазами. Девочка была похожа на ишваритку, но цвет глаз был фиолетовый. В тот момент бабуля не придала этому значения. Она поговорила с девочкой, взяла её за руку и отвела к остальной группе. Потом было много споров по поводу того, откуда взялся ребенок. Девочка ничего не помнила кроме имени. Казалось, у ребенка и правда не было прошлой жизни. Не смотря на это, она обладала невероятными знаниями, схватывала все на лету. Было такое чувство, что её даже не нужно учить, она и так все знала. Но все-таки окружающим не давало покоя происхождение ребенка. У аместрийцев не рождались такие дети, а у ишвартиов глаза красные. Святой отец даже начал предполагать, что дитя послано Богом, Ишварой, дабы спасти свою святую землю. Девочку тщательно прятали, чтобы никто не причинил ей вреда. И только после тотального уничтожения Ишвара, люди вокруг начали замечать странности в поведении девочки. Она то проваливалась в беспамятство, то опять становилась сама собой. Иногда бывали моменты, когда люди видели её за совершенно странными занятиями: она могла рассматривать листик, упавший с дерева, прижав его буквально к носу, могла, поплескавшись в воде, долго рассматривать капельки, стекающие с её рук. Она черпала воду руками и пыталась учуять её запах, девочка принюхивалась к цветам, рассматривала божьих коровок… Однажды она попыталась ухватить ёжика и, уколовшись об его иголки, долго рассматривала следы от колючек и маленькие алые капельки, выступившие на ладошках. Девочка прислонила ладонь ко рту и попробовала кровь на вкус. Она долго и задумчиво стала глядеть в небо. Иногда, проснувшись утром, она не могла понять, где находится. Через несколько лет, никто уже точно не помнит сколько, когда девочка повзрослела, она начала вести себя вполне адекватно. Она все понимала. Странные провалы в памяти перестали происходить. Девушка снова стала умной, кто угодно мог подойти к ней с любым вопросом. Например, почему небо голубое, и она без труда на него ответит. Все перестали ломать голову насчет её способностей, а просто принимали это, как должное. Может, она и правда послана Богом? Когда Мия повзрослела, с ней проявил желание познакомиться один из самых ярых противников Аместриса – Шрам. Он очень долго беседовал с девушкой. Их разговор так и остался тайной. Ни Шрам, ни Мия никому не открыли эту тайну. Девушка стала довольно часто появляться в его компании, они много и долго разговаривали обо всем. Она спрашивала весьма странные вещи, например, чувствует ли он запах дождя. Ей было все интересно, она хотела почувствовать весь окружающий мир каждой клеточкой своего тела. И вот, когда начали отстраивать Ишвар, она изъявила желание стать служителем церкви – волонтером. Она хотела добровольно помогать всем нуждающимся. В этот период казалось, что душа Мии успокоилась. Сегодня, казалось бы, обычный день. Девушка выходит из церкви после ночного дежурства… Эдвард На всякий случай я схватил девчонку за руку. Чтобы она не убежала при виде падающей в обморок Эммы. Да, она действительно как две капли воды, не считая волос, цвет глаз и небольшое различие в цвете кожи. Когда я её схватил по телу пробежал странно знакомый ток. - Не бойся, Эдвард Элрик, я не убегу. И зачем, если ты все равно найдешь меня. От этой фразы я маленько отупел. Откуда она знает моё имя? Ну да, я был известным алхимиком, но… Краем глаза я видел, как Ал пытается привести в чувства Эмму, но Мию решил не отпускать. Ну так, на всякий случай. - Ты не против, если мы подойдем поближе, Эдвард Элрик? Черт, знакомое обращение… я все-таки не стал сопротивляться. Мы подошли ближе к Алу и Эмме. Мия меня удивила: она вырвала свою руку, я даже не успел среагировать, присела рядом с Эммой, взяла её лицо в руки и совершенно другим голосом сказала: - Теперь-то мы никогда не расстанемся. Она беззвучно заплакала. Мы с Алом отошли. Как только Эмма открыла глаза, она сразу кинулась обнимать свое сестру. Как я её понимаю, ведь когда Ал вернулся, я тоже не мог на него наглядеться, хоть и не показывал этого окружающим. Так мы и стояли возле сестер, которые обнимались, наперебой говорили друг другу, как они скучали, так и не поднявшись с земли. Я почувствовал, как Ал напрягся. Из-за угла вышел Шрам и направился прямиком к нам. Он как-то странно смотрел на Мию. В его глазах было и удивление, и понимание, и обида. Он подошел к нам с Алом. - Зачем вы явились в Ишвар? – спросил он. - Нам нужен переводчик, - я решил перейти сразу к делу. Он задумался, но наткнувшись на утвердительный взгляд Мии, согласился нам помочь. - Давайте то, что надо перевести. - Может, не будем торопиться? – сказал Ал. - На этот день и так много впечатлений. Пусть Эмма разберется в своих чувствах, им с сестрой есть о чем поговорить. Мы решили все вместе отправиться к отелю. Шрам очень хорошо знал свою родину, и мы быстро дошли да места нашего пребывания. Девушки направились в номер к Эмме, а мы втроем в наш С Алом. После того, как мы зашли, Ал сразу достал чемодан и извлек оттуда наиболее непонятные нам три книги: первая – личный дневник отца Эммы и Мии, вторая – его рукописи, третья – книга со странными алхимическими кругами. Шрам задумчиво на них посмотрел и приступил к изучению. Мы с Алом напряженно за ним наблюдал. Каждый из нас в раздумьях не заметил, что прошло уже несколько часов. Тут Шрам подошел к нам, присел на корточки. Его глаза были полны гнева. - Знаете, братья Элрики, если бы человек, написавший это, был жив, я бы сам его убил. - Что там написано? – спросил Ал. - В дневнике этого человека описаны его страдания из-за того, что они с женой сделали с ребенком. - Это мы уже читали, - перебил его я, - скажи, что там на ишварском? - Да практически то же самое. Он пишет, что жена была ишвариткой, и что для её религии это преступление. Он ругает себя за то, что позволил ей это сделать. Ещё он пишет, что «ребенка разорвало надвое», если перевести дословно. - Что значит, разорвало надвое? – спросил опешивший Ал.