Новая Истина

Спасибо всем за отзывы, правда! Так приятно, что вам нравится:) Итак, юбилейная главка>:) комментируем, то ли еще будет;) Эдвард Голос карлика я узнал сразу. Это был Прайд. Единственный оставшийся гомункул. Ведь он же потерял память и стал жить и воспитываться мадам Бредли как обычный ребенок! Неужели он все вспомнил? Да быть того не может! Я лично с ним разобрался в тот день! - Ты? Откуда ты вообще взялся? - это единственное, что я смог сказать. В голове у меня все никак не укладывалось, что он здесь делает? - Эдвард Элрик, сын Ван Хоэнхайма, неужели ты думаешь, что я все забыл? - надменным голосом проговорил Прайд. - Я гомункул, совершенное существо в отличии от вас, людишки. Я напрягся и хотел было ринуться в бой, но Ал схватил меня за руку. Я обернулся на него. Лицо Ала выражало непонимание и злость. Эмма встала за Ала с испуганным взглядом, а Мия преспокойно смотрела на все это. Послышался хохот Прайда. - Без своей алхимии ты ничто! Но вот парадокс: ты-то мне и нужен... Он не успел закончить свою мысль. Из подворотни выскочили Шрам и Маелз. Шрам схватил одного из парней за лицо и взорвал ему башку. Маелз стал стрелять в них. Трое с кулонами схватили гомункула и побежали прочь. Шрам зло посмотрел на Мию. - Ты же знала, что они появятся! - строго сказал он. Все повернулись на Мию. Она с безмятежным лицом смотрела ему в глаза. В воздухе повисло тяжелое, напряженное молчание. Его прервал Маелз. - Опять повторяются события четырехлетней давности? - Похоже на то... - вздохнул я. Снова повисла тишина. На этот раз её прервал Шрам. - Ладно, - сказал он, - мы с Маелзом проводим вас до гостиницы. Шрам пошел впереди нас, Маелз - позади. Все молчали, никто не осмелился подать голос. Каждый шел и обдумывал происходящее. Какая же хрень творится... Дошли до отеля мы без происшествий. - Мы останемся внизу и обеспечим вам охрану, а вы попытайтесь предположить, что все это было, - сказал Шрам. Они с Маелзом остались внизу, а мы вчетвером поднялись наверх. Проводив девочек до их номера, мы направились к своему. Зайдя внутрь, Ал сразу кинулся на кровать. Я уселся на свою, облокотившись спиной о стену. - Братик, что все это может значить? - спросил Ал, глядя в потолок. - Не знаю, Ал, - обреченно вздохнул я. - Не хотелось бы снова событий, произошедших 4 года назад... - Ага, это уж точно... Мы оба замолчали. Видимо, Ал тоже вспомнил этот кошмар. Тогда погибло много людей и чуть не погибла Уинри... Черт, зачем я о ней вспомнил! Теперь стало ещё противней на душе... Рука потянулась к карману. Там она нащупала маленькую коробочку. Сердце сжалось. Я достал эту коробочку. - Знаешь, Ал, - хриплым шепотом сказал я, - может, это сейчас не в тему, но я хотел... сделать Уинри предложение... Ал привстал на локтях и посмотрел на меня. Я кинул ему коробочку. Он её поймал, и у него на лице было написано сопереживание. - Братик... - Черт, - я закрыл лицо рукой и нервно улыбнулся, - во всем виноват проклятый алкоголь. Комок встал посреди горла. Правильно говорят, сколько смеяться будешь столько же будешь и плакать. Видимо, алкоголь действительно причастен к такому порыву эмоций. Я распустил волосы, снял плащ и расстегнул рубашку. Так легче думается... Ал все это время наблюдал за мной с сочувствием. Как же мне не хотелось, чтоб он меня жалел! Никто меня за язык не тянул... - Ну так что, есть идеи по поводу нашего старого знакомого? - перевел тему я. - Если честно - нет, - сказал Ал. - Вот и у меня та же фигня... - Может, он опять хочет открыть Врата? - предположил Ал. - Хм, вполне возможно, но для чего? Не думаю, что у него такая же цель, как у его "Отца"... Тем более за 4 года невозможно сделать то, что делалось сотнями лет. Тогда зачем? Может, он просто хочет отомстить? Хотя он гомункул... Но на то он и Гордыня. Мы, нет, я ущемил его самолюбие. Теперь надо искать способ снова с ним справиться... - Эй, братик, притормози! Ты так разошелся, будто это так и есть на самом деле. Мы немного помолчали. Время было за полночь, а сна ни в одном глазу. - Братик, я сильно переживаю за Эмму, - сказал Ал, - пойдем посмотрим, что у них там? Я согласился. Мы направились к их номеру тихо, стараясь не разбудить спящих постояльцев. Дойдя до уже знакомой двери, мы не стали стучать, а лишь тихонько толкнули дверь. Было не заперто. В лунном свете было видно кровать, на которой, свернувшись калачиком, спала Эмма. Мия сидела с краю и задумчивым взглядом смотрела на сестру. Эта её загадочность и задумчивость перестали меня так сильно бесить. Ал на цыпочках подошел к соседней кровати и сел напротив Эммы. Блин, он млеет, глядя на эту девчонку. Мия тихонько встала, прошла мимо меня и вышла за дверь. Не долго думая, я вышел следом. Не буду им мешать. Выйдя в коридор, я огляделся по сторонам. Мии нигде не было. В груди вернулся червячок беспокойства. Я спустился на этаж ниже. Посмотрел в лестничный пролет на первый этаж. Шрам стоял на месте, значит, Мия там не проходила. Немного подумав, я решил пойти наверх. Пройдя пешком по всем этажам, я дошел до крыши. Люк оказался открытым. Что ей там понадобилось? Мия стояла на фоне луны ко мне спиной. Я слышал её тихое бормотание. Она говорила сама с собой! Я сделал шаг в сторону. Мия резко прервалась и обернулась. Она явно не ожидала меня здесь увидеть и напугалась. Но через мгновение страх сменился знакомой загадочностью. Я понял, что должен понять её тайну прямо сейчас! Эмма Мне снился приятный сон. Мама, папа, Мия и я. Мы в нашем старом доме, и все счастливы. Папа подарил нам собачку, и мы с Мией спорим, как её назвать. Какие странные моменты подкидывает услужливое сознание в экстренные моменты. Таких теплых ощущений я ещё не испытывала. Но тут резко все меняется. У нас забирают щенка, я слышу крик... Просыпаюсь в холодном поту. Чувствую, что по волосам меня кто-то гладит. Приглядываюсь и вижу Ала. Он шепчет мне ласковые слова и успокаивает. Луна светит в окошко и покрывает все приятным серебром. Я начинаю приходить в себя. Ал отодвигается чуть дальше и смотрит на меня теплым и нежным взглядом. Так ласково на меня ещё никто не смотрел. Тут он вскочил с моей кровати и сел на кровать Мии. Наверно, он просидел там очень долго. Я наблюдала, как Ал нервными движениями теребит лацканы своего пиджака. Я чувствовала, что он сильно напряжен. Казалось, он вот-вот уйдет. - Прости меня, Эмма. Ал наклонился вперед и понурил голову. Я честно не понимала, за что он извиняется. Я встала и подошла к нему вплотную. Взяла его лицо в ладони и повернула к себе. - Ал, что случилось? - спросил я. - Эмма, я знаю тебя так недолго, но не могу ничего с собой поделать. Меня пробирает дрожью, когда я нахожусь рядом с тобой. И он резко поцеловал меня. Голова закружилась, уши заложило. По телу пробежал электрический ток, и закололо в кончиках пальцев. Я обвила его шею руками и соответственно ответила на его поцелуй. Мы упали на кровать Мии. Альфонс усадил меня к себе на колени. - Эмма, ты совершенное создание... Ал шептал мне нежные слова, и я была на седьмом небе от счастья. Я понимала, что влюбляюсь в него ещё больше. Одних только поцелуев мне стало мало, и я потянула ворот его рубашки. - Эмма, может не надо. Я не уверен, что это стоит делать сейчас, - Ал пытался меня отговорить, - ты ведь можешь потом пожалеть об этом, а будет поздно. Ты же понимаешь... - Альфонс Элрик, прекрати меня отговаривать! Я ни о чем не пожалею! Я все решила. Ты мне нужен, и я люблю тебя! - после этой фразы я прикусила язык. Не могу поверить, что я первая призналась в любви... Ал вскочил, как ошпаренный, и вылетел из комнаты, но вернулся мгновенно, и я не успела ничего понять. Ал упал передо мной на колени и уткнулся головой мне в живот. - Эмма, с этой секунды ты мое сокровище! Я не отдам тебя никому, я люблю тебя... Я наклонилась и поцеловала его. В ту же секунду мы начали срывать друг с друга одежду. Она рвалась, трещала по швам и летела в разные стороны. Такие неистовые чувства я испытываю в первый раз. Альфонс аккуратно уложил меня на постель и навис сверху. Его губы накрывали мои нежными поцелуями, и я отдавалась ему каждой клеточкой своего тела... ... В глаза били солнечные лучи. Я потянулась на кровати и поняла, что сплю не одна. Меня крепко обнимал Ал. В голове услужливо появились ночные образы. Я смутилась, но по телу разлилась сладкая истома. Как приятно быть любимой... Эдвард Я курил впервые в жизни и понял, что эту гадость больше не возьму в руки. Сидя у окна, я наблюдал за Мией, разметавшейся на постели среди простыней. Её обнаженное тело манило, но не так сильно как ночью. На место удовлетворения приходило понимание того, что она меня сломала.