Дым

Пора. Он устал. Надо на перекур. Мягкие шаги разбавляют окружающую тишину. Занавески резким движением были отодвинуты в сторону. Рука привычно тянется за пачкой на комоде — своего места сигареты никогда не меняли. Грубоватую, слегка шершавую и разгоряченную кожу приятно холодит пластик упаковки. Поворот ручки, тихий скрип балконной двери — петли давно пора смазать. Холодный воздух беснующимся потоком врывается в помещение, опаляя щеки и приводя в чувство. Тихонько чиркает спичка, и маленький, слабый, едва видный огонек несмело обхватывает древко. Пламя причудливо изгибается и пляшет, отбрасывая мягкие тени на окна. Это все похоже на некий странный танец, выступление в его честь — бенефис. Чудно. Огонь слегка согревает озябшие пальцы и наполняет теплом всё тело. Но этого мало, на его прогнившую душу одной спички не хватает, хочется забыться. Огонь ярко вспыхивает напоследок, в попытке передать свет, а затем тухнет, оставляя за собой лишь густую темноту да обугленное древко. Недолго спичка полыхала. Минута, и она летит на пол, присоединяясь к таким же почившим товарищам. Сигарета же занимает свое почетное место. Руки трясутся, а голова полнится роем бессмысленных и тревожных мыслей. Глубокий вдох — первая затяжка. Тихо. Дым удивителен сам по себе — отравляя, он дарует успокоение — прекращают дрожать руки, плечи облегчённо опускаются, мысли покидают голову, и только дыхание становится прерывистым да тишину разбавляют тихие покашливания. В расширившихся зрачках порхают белые хлопья — на улице холодно. Страшно, темно, мерзко, отвратительно, жизнь отвратительна… Вторая затяжка. Все переживания остаются в тесной квартирке — за порогом балконной двери — там совсем другой мир, душный и гнетущий, а тут, убивая себя он чувствует лишь лёгкость. Дым ровно клубится вокруг, словно защищая, он наполняет лёгкие и опутывает конечности, точно теплое одеяло, спасавшее в детстве во время грозы. Как же тихо. Здесь спокойно — телефон давно выключен, свет не горит, и он отпускает себя — рисуя дымные картины и рассыпая горстями пепельные звёзды. На обшарпанном балконе он крадёт минуты своей жизни, взамен на лёгкое спокойствие и мимолётное ощущение тепла на кончиках пальцев. Щеки и нос давно покраснели, уши замерзли, а кожу щиплет от мороза, ничего, он подождёт, пока бычок ещё тлеет. Последняя затяжка и личная звезда взрывается, лишая очередную галактику своего солнца, улетает с балкона, оставляя за собой пепельный хвост. Впору бы загадать желание, но он давно знает — такие звёзды не исполняют мечты. Последние клубы дыма рассеиваются на морозе, а тишину нарушает лишь едва слышный щелчок двери. На сегодня это всё, но ему этого хватит. Пора возвращаться к работе — и только едкий запах тяжёлой шалью лежит на плечах, напоминая об украденных минутах, рассеивающихся дымных картинах, и оставленных галактиках на балконе.