Рубин во мгле

— Ну и что послужило причиной твоей резкой смены стиля? — спокойно поинтересовался Гаара, внимательно рассматривая номер кабинета на двери. Я невольно залюбовалась песчаником. «Знает же что спрашивать! — восхищенно подумала я. — Раскидываться словами на ветер он не станет». Пока я сочиняла причину и засматривалась на идеальный профиль любимого человека, Гаара неожиданно перевел взгляд на меня. «Я сижу слишком близко», — подумала я и тут же пересела на самый край лавочки. Щеки предательски заалели. Гаара никак не отреагировал на мои действия. Наверное, уже привык. — Захотелось перемен, — промямлила я, не смотря в глаза песчанику. — В больнице? — ухмыльнулся Гаара. — Я тебе не верю, ты отводишь взгляд. Удивленный Гаара, ухмыляющийся Гаара, улыбающийся Гаара – всё это легко заставит биться моё сердце быстрее. Для полноценного счастья не хватает только смеющегося Гаары. — Ну и не верь, — пробубнила я. — Что это для тебя значит? Действительно, что я значу для Гаары? Я часто задавала себе этот вопрос. Конечно, раньше Гаару вообще никто не волновал. Но теперь, когда он стал благодарным последователем учения святого Узумаки, я стала верить во взаимную симпатию. «Вот идиотка! — мысленно корила я себя. — Он меня даже за друга не принимает. Сейчас он нуждается только в своей семье. И, пожалуй, еще в Узумаки. Господи, я начинаю бояться проиграть Гаару Наруто». — Когда людям тяжело, они не контролируют свои действия, - сказал песчаник, проигнорировав мой вопрос. — Ты отрезала свои волосы, потому что они напоминали тебе погибшую подругу? — Догадливый, чёрт, — неожиданно вырвалось у меня. Гаара вздрогнул, а я ударила себя кулаком по голове. — Прости, — пристыжено сказала я. — Мне сейчас тяжело. Песчаник кивнул и еле заметно улыбнулся. Я покраснела еще больше, но выдавила из себя ответную улыбку. Смущенная и растерянная я, услышав за дверью негромкие шаги, резко поднялась и нетерпеливо потянулась к дверной ручке. «Не выдержу больше ни минуты проведенной вместе с Гаарой», — подумала я. — Еще рано, — неожиданно осадил меня Гаара, сжав мое плечо. И когда он успел подойти ко мне? Но от его касания я сразу напряглась. Нет, мне было не противно! Да что там! Мне было чертовски приятно! Вот только моя природная стеснительность и явная симпатия к нему сделали свое дело. Почувствовав мое напряжение, Гаара тут же убрал руку с моего плеча. Я прикрыла глаза. В душе неприятно кольнулo. Вот почему всегда так? Я когда-нибудь смогу спокойно хотя бы поговорить с ним? Шаги за дверью прекратились, и послышалась какая-то возня. Кажется, я действительно поднялась раньше времени. Но вот только в тот момент мне просто нужен был повод, чтобы оторваться от манящих глаз. Честно говоря, я боюсь находиться наедине с Гаарой. Боюсь, что стану много краснеть и говорить глупые вещи. Неуверенно взяв меня за руку, песчаник повел меня обратно к скамейке. Я перевела взгляд на свою ладонь и смущенно опустила голову. Поймав себя на мысли, что мне нравятся прикосновения Гаары, я растянулась в глуповатой улыбке. Когда мы уселись на скамейку, песчаник поспешно убрал руку. «Наверное, думает, что мне неприятно», — подумала я, погрустнев. Что-то ударило мне в голову, и я неожиданно выпалила: — Знаешь, мне очень нравится один человек. Но я боюсь, что противна ему. — Никогда бы не подумал, что кто-то может плохо относиться к такой хорошей девушке, как ты, — медленно растягивая слова, ответил Гаара. «Догадался, — ухмыльнулась я. — Иначе не стал бы отводить от меня своего взгляда». — А ты никогда не думал, что этим человеком можешь быть ты? — прямо спросила я. Следующее действие потрясло нас обоих. — Я должна видеть твои глаза. Схватив Гаару за плечи, я быстро развернула его, вынуждая посмотреть на меня. Осмелев, я дотронулась до обеих его щек и стала вглядываться в бирюзовые глаза. «Смогу ли я найти ответ в твоих глазах, Гаара?» — Неужели никогда подобная мысль не приходила тебе на ум? — спросила я. В моём голосе слышалась непередаваемая боль. Гаара растерялся и стал слишком часто моргать. Дотронувшись до моих трясущихся рук, песчаник мягко убрал их от своего лица. Но затем он крепко сжал их в своих ладонях. — Я… — Вы следующие. Дверь открылась, и на её пороге пораженно застыли Канкуро и Темари. Вот надо же было им появиться именно в этот неловкий момент? Гаара поспешно отпустил мои ладони. С трудом оторвав от него свой взгляд, я молча поднялась и буквально вбежала в кабинет. Канкуро тут же ехидно улыбнулся и с любопытством уставился на своего младшего брата. Темари лишь удовлетворенно хмыкнула и села на скамейку. Не проронив ни слова, Гаара встал и зашел в кабинет. Ирьенин посмотрела на меня с укором, но промолчала и показала на соседнюю койку. Я послушно сняла обувь и легла на спину. Молодая помощница стала осматривать Гаару. В комнате царила такая тишина, что я отчетливо слышала как тикают часики на запястье у моего медика. Она положила мне руки на голову и медленно опустила их к моему животу. От её ладоней исходило приятное зеленоватое свечение. От скуки я стала разглядывать помещение. Кабинет был оформлен просто, но со вкусом. Бежевые обои, деревянный стол, огромные шкафы, заполненные важными бумагами, розовые занавески, побеленный потолок. Мне определенно понравился стиль оформления. Осторожно разбинтовав мою левую руку, женщина внимательно прощупала её. — Больно? — негромко поинтересовалась ирьенин и нажала на определенную точку. Я поморщилась, но отрицательно покачала головой. Медик продолжила свой визуальный осмотр. Она постоянно хмурилась, а я вздрагивала от её прикосновений. — Тебе велели не трогать сломанную руку, - сказала женщина, кинув на меня тревожный взгляд. — Скажи, ты всё это время пользовалась только правой рукой? Я вспомнила, как сбила Ямазаки и упала на свою левую руку и вчерашний вечер, когда при помощи двух рук отчекрыжила себе хвостик. Я очень долго прохлаждалась в больнице. Неудивительно, что почувствовав себя лучше, я стала проявлять интерес к своей сломанной руке. Ну, знаете, начала заново учиться пользоваться ей. — Нет, — спокойно ответила я, но мысленно приготовилась к выговору. — Еще две недели будешь довольствоваться только правой рукой, — резко сказала ирьенин. — Потом снова придешь на приём. Постарайся больше не тревожить руку. Она зажила не до конца. Свободна! Я заскрипела зубами от злости, но не стала грубить женщине. «Сама во всём виновата», — корила я себя, но все равно кинула на ирьенина недовольный взгляд. Обувшись, я последовала к выходу. Около двери я натолкнулась на Гаару. Его, наверное, без меня не отпускали. Вспомнив случай на скамейке, я поджала губы и постаралась не смотреть рыжику в глаза. Открыв дверь, я вышла из душного кабинета. Темари и Канкуро откровенно скучали на скамейке. Видимо мы отсутствовали очень долгое время. Кивнув песчаной семейке на прощание, я решительным шагом двинулась домой. Меня выписали. Хоть и придется через две недели сюда вернуться на повторный осмотр. Но Темари вдруг поднялась с лавочки и схватила меня за рукав. — Проводишь нас до ворот? — неуверенно начала куноичи. — Сегодня мы возвращаемся домой в Суну.