Заказ на стерву 2. Нити прошлого

POV Фэш       Проснувшись раньше будильника, я взглянул на спящую Огневу, которая лежала на соседней кровати. Засмотревшись на неё, я невольно улыбнулся. Она стала ещё прекраснее за эти годы: новая причёска, подтянутая фигура. Но всё тот же дьявольский характер, который даже Эмме передался. Я усмехнулся. Девчонка, конечно, удивительная. Растёт вторая Василиса Огнева. Но если откинуть восторженные мысли, то я вернусь к тому же с чего и начал встречу с Огневой. Как можно было подстроить свою смерть? Чем она руководствовалась? Я с ума сходил, думая, что жизнь на этом закончилась, а она спокойно попивала Мохито с Роком и Астрагором.       Вдруг пропищал будильник на телефоне Василисы. Я смотрел, как она, не открывая глаза, отключила будильник и потянулась. Майка от пижамы задралась, оголяя её живот. Я зажмурился, выдохнув. Спокойней, Драгоций. Ты женатый человек, Драгоций, и появление Огневой ничего не должно изменить. — Открывай уже глаза, хватит смотреть втихомолку, — усмехнулась Огнева. Я открыл глаза и поднялся с кровати, столкнувшись с Василисой. — Постарайся не соблазнять больше никого, — я кивком головы указал на её откровенную пижаму. — Много чести, — фыркнула она.       Я усмехнулся, вспомнив похожий момент в начале нашего знакомства. По её взгляду я понял, что она тоже вспомнила это. Да, тогда было здорово! Хотя я её ненавидел, потому что она была такой сучкой. А сейчас безумно злюсь на неё за выходку со смертью. — Это для мужа, — добавила она.       Меня передёрнуло. «Для мужа» — звучит паршиво. До этого я планировал стать её мужем, а теперь эту роль занял Рок. Почему Рок? Неужели из всех мужчин, живущих на планете, не нашлось никого получше, чем мой троюродный брат? Я вздохнул, выходя из комнаты с одеждой в руках. Конец POV Фэш

***

POV Василиса       Когда Фэш вышел из спальни, я вспомнила ситуацию почти что восьмилетней давности. — Ну что застыли? — негодующе поинтересовалась я. — Может, кто-нибудь даст мне полотенце?       Первым среагировал Фэш, сдёрнув полотенце с крючка и протянув мне. Я усмехнулась, забирая у него полотенце и оборачиваясь им. — Постарайся больше не соблазнять тут никого, — хмуро отозвался он. — Много чести, чтобы вас соблазняли… — замялась я.       Вот бы сейчас в то время вернуться. Я бы предупредила отца об Астрагоре, а если бы всё-таки он погиб, я бы сразу продала акции Астрагору, чтобы Диана и Ник были живы. Но тогда бы у меня не было Эммы. И я вот думаю, что из этого могло бы перевесить? Переодевшись в белую рубашку и красные брюки, я отправилась на кухню, чтобы приготовить завтрак. Маар уже ждал нас за столом, общаясь с Эммой. — А вот здесь нужно домножить обе стороны уравнения, — говорила Эмма, показывая Броннеру учебник, по которому занимается с профессором математики. — О, мама! — воскликнула она. — Доброе утро, милая, — я обняла дочку, целуя в носик. — Мы с Джеймсом в бар к Джастину пойдём, там позавтракаем, — сообщила она. — Хорошо, — разрешила я. Эмма улыбнулась и побежала к себе в комнату. — Только не бери сладкое! Лучше кашу с фруктами возьми, — кинула я вслед убегающей дчоери. — Доброе утро, — обернулась я к Маару. — Доброе, — кивнул он. — А что за бар? — Рядом с домом есть бар, там вкусные завтраки подают, — сообщила я. — Может, и мы в бар сходим? — на кухню зашёл Драгоций. — Или ты готовить научилась? — он уставился на меня. Вообще-то я шикарно готовлю! Я обиженно сложила руки на груди. — Василиса прекрасно готовит, — защищал меня Маар. — Готовила раньше, — поправился он. — Ну мало ли — после смерти многое меняется, — огрызнулся Фэш.       Ну вот — мы снова вернулись в начало. Словно и не было этих утренних переглядываний. Что вообще у него в голове творится? Подожди, Огнева, а с тобой-то что творится? Почему тебя сейчас всё это волнует? Ты ведь ясно дала понять, что стараешься теперь только «для мужа». Господи, надо же было так ляпнуть! Мы ведь с Роком просто живём вместе и воспитываем детей, даже не расписаны официально, спим в разных кроватях. Какие из нас муж и жена? Просто сожители.       Смешав яйца с молоком в миске, я взбила это всё и залила жидкостью кусочки хлеба, положенные заранее на сковородку. Немного поджарив, я выложила это на тарелку и подала на стол. Также сварила кофе, вытащила из холодильника апельсиновый сок и черничный джем. После чего сделала тосты и поставила всё на стол. Сухо пожелав парням приятного аппетита, я выпила стакан сока, съела немного омлета и сделала несколько глотков кофе. А потом сходила в спальню за мобильником и набрала номер Рока. — Доброе утро, — ответил он. — Привет. — произнесла я. — Я решила отправить детей в Испанию, — сообщила я без церемоний. — Мы сегодня улетаем туда все вместе, а потом нам нужно будет в Париж по расследованию. — Подожди, что? — удивился Рок. — В какую Испанию? А как же занятия Эммы? — Пусть отдохнёт немного, послушает испанскую речь, покупается в море, пообщается с Анхель — дочерью Риммы, — я сделала ещё один глоток кофе. — Ни за что! — воскликнул Рок. — Ты хоть понимаешь, что Астрагор с тобой сделает? — Нашёл чем пугать, — хмыкнула я, сбросив вызов. — Едем в аэропорт, остальные там будут ждать, — я встала из-за стола. — Такси вызывать? — уточнил Маар. Я хитро улыбнулась, качая головой. — Нас в гараже ждёт красненький Феррари, — сообщила я, приближаясь к комоду, из которого вытащила ключи от машины.       Пока Маар с Фэшем собирались, я предупредила обо всём Джеймса и попросила его собрать вещи. Также дала наказ Николаю, чтобы он заехал за ними после обеда и отвёз в аэропорт, но только в тайне от Астрагора и его людей. Правда Рок может проболтаться. Ну и пофигу!       Выйдя из дома, я открыла гараж и села в свой автомобиль, заводя его. Драгоций плюхнулся на переднее сидение рядом со мной, а Маар сел назад. Как хорошо, что я не купила двухместный автомобиль, как планировала до этого. Рок уговорил меня приобрести машину, в которой будет хотя бы 4 места. Пристегнувшись, я выехала из гаража и закрыла его пультом. А затем направилась в сторону аэропорта.       Пока мы ехали, я набрала знакомый номер на мобильнике и приложила его к уху. Надеюсь, он ответит! Мне нужна его помощь, хоть и не хочется признавать это. Но приходится! Я долго ждала ответ на вызов и уже хотела отложить телефон, но абонент ответил. — Go to the airport (Поезжай в аэропорт), — без церемоний приказала я и сбросила вызов. Надеюсь, он приедет. Он не дурак, знает, что отвечать потом будет перед Астрагором. — Кто это? — поинтересовался Драгоций, но я проигнорировала его вопрос. — Господи, может, вообще сбежать в Варшаву и забыть всё это как страшный сон? — вздохнул Маар. — Как мы собираемся бороться против системы? — Мы не будем бороться против системы, — покачала я головой. — Это может закончиться общими похоронами. Я не отупела за эти годы, Маар. — Правда? — съязвил Драгоций. — Фэш, мы не сможем нормально работать, если ты будешь показывать свой характер, — одёрнул его Броннер. — Мы не сможем нормально работать, если нашим коллективом будет командовать лгунья и предательница, — надменно высказался Фэш, — а вот мой характер нам никак не помешает. — Ну, конечно, Драгоций, — я сильнее нажала на газ, — всегда мешала я.       А он по жизни был святым! Всё не так делала только я. Больше никто из нас не виноват в том, что случилось. Не было угроз Астрагора, не было спонтанного предложения Фэша, которое дало трещину в таких, казалось бы, нормальных отношениях. Я нервно выдохнула, сильнее надавливая на газ. — Огнева, ты нас угробить хочешь? — запаниковал Драгоций. И я резко съехала на обочину, затормозив. — Сумасшедшая? — заорал он, взглянув на меня. — Фэш! — возмутился Маар. — Василиса, пожалуйста, без выходок. — Да вы мне надоели! — вспыхнула я. — Я ваши задницы спасала семь лет назад. Я делала это не для себя. Я… — Ну! — фыркнул Фэш. — Забудьте, — я махнула рукой и нажала на газ, выезжая на дорогу. — Чего замолчала, а? — начал нападать Драгоций. — Сказать больше нечего? Для нас ты это делала, да? — он продолжал возмущаться, даже не замечая, как мне сейчас тяжело.       Я вытащила из подстаканника солнечные очки и надела их, чтобы Драгоций не увидел подступающих слёз. — Маар с Захаррой потеряли лучшую подругу, я лишился девушки, которую любил, Лёшка, Гроза и Марина похоронили верную соратницу и подругу, — наседал Драгоций. — И после этого ты говоришь, что делала это для нас? Серьёзно? Ты прям нереально облегчила нам жизнь в тот момент. Но что ты точно сделала, так это усложнила её сейчас своим появлением.       Я уже не сдерживалась. По моим щекам текли слёзы. Слава Богу солнечные очки и распущенные волосы позволяли скрывать это. Я не вынесу такого расследования. Драгоций каждый день будет упрекать меня в том, что я подстроила свою смерть. Он никогда не простит меня, хоть я и молила его об этом семь лет назад. — Я знаю, что ты сейчас не слышишь меня, — продолжала я, находясь в реанимации. — Но я надеюсь, что ты когда-нибудь простишь мне всё то, что я сделала и сделаю ещё в скором времени.       Я говорила с Драгоцием, пока он был без сознания, я молила, чтобы он потом простил меня. Но я думала, что никогда не увижу его и не сумею познать всю ненависть, которую он теперь ко мне испытывает. Я прекрасно понимаю его, я бы тоже ненавидела любимого человека, который сотворил такие вещи. Но всегда проще судить со стороны, проще ставить какие-то планки. Я никогда не соответствовала ожиданиям людей, всегда делала по-своему, разочаровывая всех остальных. Ушла из спорта — мама была не довольна, сделала аборт — злился Броннер, была слишком стервозной — тем самым бесила Диану, просила отца компенсировать мне детство — он считал меня меркантильной. Я никогда не соответствовала ожиданиям других.       Родная бабушка ненавидит меня; с мамой я не виделась лет пять; я ужасная сестра, которая разговаривала с родной сестрёнкой, страшно сказать, несколько месяцев назад; часть родственников и друзей мертвы, я больше никогда не обращусь к ним; друзья будут ненавидеть за «смерть»; пасынок иногда хочет прибить меня; с Роком мы не муж и жена. Я живу под прицелом Астрагора! Моя жизнь никогда не станет нормальной, можно уже заказывать гроб, потому что нет смысла жить дальше. Я вздохнула. Нет, смысл есть. Только один. Эмма. Я так её люблю! Вот ради неё я готова на всё. Но захочет ли она в будущем общаться со мной? Она знает, что я её приёмная мама, она почти не тянется ко мне, ей больше нравится проводить время с Астрагором. А вдруг она станет такой же жестокой как её дедушка?       Заехав на территорию аэропорта, я припарковала автомобиль и вышла на улицу. Закрыв двери, я молча направилась в сторону здания. Маар с Фэшем последовали за мной, не сказав ни слова. В аэропорту нам нужен был специальный зал ожидания, где мы будем проводить время до отлёта частного самолёта. Приблизившись к двери, я взялась за ручку и тяжело вздохнула. Ноги свело от волнения: я сейчас увижу друзей, по которым так соскучилась за эти годы. Я открыла дверь и прошла в зал ожидания, а парни зашли следом. Все присутствующие обернулись. Надо было видеть их лица и состояние. Захарра первая сорвалась с места и, сократив расстояние между нами, отвесила мне крепкую пощёчину. Я усмехнулась. Повторюсь, Огнева, для тупых: а чего ты ждала? Это ещё адекватно. — Жива, значит? — дрожащим голосом поинтересовалась Захарра.       И я только сейчас заметила, что она была одета в некотором роде по-молодёжному: джинсы, футболка с рисунком и красный жакет. На ногах у неё были обуты белые кеды. — А ты, я смотрю, этому не рада, — вставила я свои пять копеек. — Скорее в шоке, — вмешалась Гроза, приблизившись к нам. Обняв меня, она прошептала: — Мы все в шоке. Нам так не хватало тебя. — Ты в своём репертуаре, Огнева, — усмехнулась Маришка, тоже обнимая меня.       Она сегодня была во всём розовом: платье, туфли и клатч. Боже, да ещё такой ядрёный цвет! Слегка противно. Я повела плечами. Но, признаться, ей идёт такой образ. — Я… — только и произнесла я.       Мне даже нечего сказать. Вдруг я заметила приблизившуюся ко мне девушку, одетую в чёрно-белую юбку, белую футболку и зелёный пиджак. Стильно однако! У неё были каштановые волосы и карие глаза. Она оглядела меня и протянула руку. — Майя Драгоций, — представилась она. Драгоций? Внутри что-то больно кольнуло. — А ты, я так понимаю, Алисия… Драгоций? — уточнила Майя. — Когда как, — хмыкнула я. — Василиса Огнева, — проговорила я. — Так будет правильней.       Я пожала её руку. И вдруг раздался стук в дверь зала ожидания. Я обернулась и заметила, как в помещение заходит Герман. Да-да, я позвала именно его. Мельком оглядев ребят, я поняла, что сейчас они снова пребывают в шоке. Я их так до обморока доведу. — Did you call me? (Звала?) — холодно спросил Герман, приближаясь ко мне. — I need help. Remember your friend Kai? We'll need it now. We need to find someone from the Federal reserve… (Мне нужна помощь. Помнишь своего друга Кая? Нам он сейчас понадобится. Нам нужно найти кое-кого из федеральной резервной…) — No, no, no! Don't even ask for it. I won't help you. Just because you're a protégé of Astragor doesn't mean I… (Нет, нет, нет! Даже не проси об этом. Я не стану тебе помогать. То, что ты протеже Астрагора, еще не значит, что я…), — Герман не договорил, получив от меня удар в пах.       Он согнулся пополам, а я схватила его за волосы, приподняв голову. — Herman, these are my friends that you already know. Guys, this is Herman, who killed Diane and Nick. Look, Herman, the guys aren't as happy as you might think (Герман, это мои друзья, которых ты уже знаешь. Ребята, это Герман, который убил Диану и Ника. Смотри, Герман, ребята не так счастливы, как тебе может показаться), — громко проговорила я. — Maybe I should call my husband? (Может быть, мне стоит позвонить мужу?) — Oh, please! (О, я умоляю!) — усмехнулся Герман, не приняв эти слова за что-то серьёзное. Тогда я сильнее сжала его волосы. — I'd rather call the godfather you're so afraid of (Я лучше позвоню крёстному, которого ты так боишься), — равнодушно отозвалась я и толкнула его. А сама выхватила мобильник и якобы начала набирать номер Астрагора. — Okay, okay! (Ладно, ладно!) — всполошился Герман, подняв руки в жесте «сдаюсь». — What do I have to do? (Что я должен сделать?) — Find a man named Henry… (Найди человека по имени Генри…) — я обернулась к ребятам. Я даже фамилии его не знаю. — Henry Hostel (Генри Хостел), — Захарра поравнялась со мной. — He used to work for the Federal reserve (Раньше он работал в федеральной резервной системе), — сообщила она. — What are you getting into? (Во что вы ввязываетесь?) — возмутился Герман. — Fly to Poland and forget about the system (Летите в Польшу и забудьте о системе), — посоветовал он. Маар говорил то же самое. — You know what the problem is? (Знаешь, в чём проблема?) — я посмотрела в глаза Герману. — I don't care what you think (Мне плевать, что ты думаешь), — прошипела я, развернувшись и направившись к выходу из зала ожидания. Захарра последовала за мной, как и Маришка с Грозой. Остальные продолжали стоять. — Do you think Astragor will give you your freedom when you solve the crime? I think that he might try to kill one of your friends again, as he did on January first, so that you would sign again… (Как ты думаешь, Астрагор даст тебе свободу, когда ты раскроешь преступление? Я думаю, что он может снова попытаться убить одного из твоих друзей, как делал это первого января, чтобы ты снова подписала контракт…) — Shut your mouth (Закрой рот), — процедила я, останавливая его. — I've said it all (Я всё сказала).

***

      После разговора с Германом, я встретила в аэропорту Николая, который привёз Эмму с Джеймсом сюда. Сообщив остальным, что мы летим в Испанию, я попросила Николая договориться о вылете. Потом мы прошли в самолёт и заняли свои места. Я села одна, отвернувшись к иллюминатору. Эмма захотела сесть рядом с Джеймсом сзади меня. Это, кстати, не первый её полёт. До этого мы летали вчетвером на отдых на Бали и на Бора-бора. Когда самолёт взлетел, набрав высоту, Николай предложил остальным напитки и закуску. Я мельком заметила, как Фэш с Майей взяли себе по бокалу шампанского. Отвернувшись, я попыталась скрыть слёзы. Да, знаю, что я сама желала ему счастья, но так невыносимо смотреть на то, как он улыбается кому-то другому.       На расследование преступлений у нас уйдёт не больше двух или трёх недель, а потом Астрагор вряд ли захочет спокойно отпустить меня. А даже если и отпустит, то без Эммы. А я никуда не уеду без дочери, я буду там, где она, даже если придётся снова подчиняться Астрагору. А так бы я забрала дочь и улетела с ней в Варшаву к маме. Я скучаю по ней, по Мираклу, по Николь и Даниле. Эмма видела бабушку и тётю, когда ей было всего лишь два года. Я бы хотела, чтобы они встретились, но не сейчас. Ещё не время.       Услышав заливистый смех, я обернулась и заметила, как Фэш что-то шептал Майе на ухо, а та смеялась. Разочарованно закусив нижнюю губу, я поймала на себе сочувствующий взгляд Захарры. Резко отвернувшись к иллюминатору, я сжала губы в одну линию, чтобы не расплакаться прямо здесь. Я ведь сейчас начну жалеть сама себя, а это приведёт только к слезам. Да, раньше было хорошо. Отношения с Фэшем я считаю самыми лучшими, только он не пытался переделать меня, не причинял физической или моральной боли, он старался сделать меня счастливой. Но вмешался Астрагор, разрушив всё, что строилось. Но Драгоцию ведь не объяснишь это, да и не надо. Надеюсь, он не понял, что сказал Герман. Либо понял, но не предал значения. Пусть всё так и остаётся! Он счастлив, и это самое главное. А я… я и не заслужила счастья. — Не думаю, что французским девушкам понравится моё пение, — пожал плечами Фэш, направляясь к выходу из моей комнаты. — Ты слишком самокритичен, — кинула я ему вслед. — Тебе нравится, как я пою? — Я этого не говорила, — выставила я руки вперёд, словно защищаясь. — Не надо ничего выдумывать, — резко произнесла я. — И вообще, мне нужно спускаться вниз.       Я усмехнулась. Это было так давно! Но зато как здорово. Мы тогда тоже собирались в Европу, во Францию, чтобы посетить университетские встречи. Хоть я и улетела раньше, чем остальные ребята, но всё равно получила кучу незабываемых эмоций, включая наши общие моменты с Фэшем. Ой, а как он пытался вернуть меня в фигурное катание!..       Я застыла в позе кобры, а Драгоций встал передо мной, наклонившись к моему лицу. — Прогибайся, — советовал он. — А я предупреждала, что у меня ужасная растяжка, — прохрипела я. Мне не хватало дыхания. Вдруг мы услышали, как входная дверь отворилась. — Что это вы тут делаете? — удивлённо воскликнула Захарра.       Выглядела она не лучше, чем я полчаса назад. В помятой блузке, с взъерошенными волосами и синяками под глазами. Я улыбнулась, переворачивая из позы кобры в нормальное положение. Ну, а чем мы тут занимаемся? Разве не видно? Становимся фигуристами.       Из воспоминаний меня вывела Маришка, приземлившаяся на соседнее сидение. Шмыгнув носом, я обернулась к ней и натянуто улыбнулась. Он с грустью взглянула на меня, сомкнув губы. — Знаешь, тогда ребята были заняты мыслями о выздоровлении Фэша, они не могли заметить того, что произошло. Я ведь тоже поначалу не обратила внимание на это, — призналась она. Понятно, о чём пойдёт речь. — А после слов Германа, я начала вспоминать, что же произошло тогда. Сама-то помнишь?..       Я хмыкнула, возвращаясь мыслями в первое января семилетней давности. — Co powie Pani Ogniewa? (А что скажет мисс Огнева?) — усмехнулся Астрагор.       И снова это дурацкое «мисс Огнева». Как же меня это бесит! Я сделала глубокий вдох. Если я сейчас скажу «да» врачам, это будет означать, что я соглашаюсь на условия Астрагора. Лучше уж вечное «рабство» под его покровительством, чем смерть любимого человека. — Tak, możesz zacząć (Да, вы можете начать), — дрожащим голосом проговорила я.       Тряхнув легонько головой, я вновь мельком взглянула на счастливого Драгоция, который о чём-то болтал с Майей. — Когда я говорила: «Да, вы можете начинать переливание», то имела в виду «да, я согласна на все условия», — шепнула я Маришке. — На какие вообще условия? — нахмурилась она. — Зачем Астрагору это нужно было? — Весь бизнес отца, которым я владела, — сообщила я. — Плюс он хотел запихнуть Фэша в эту систему и поначалу бил на мою жалость, мол, там он будет счастлив, найдёт кого-то другого. Мол, мы с ним не созданы друг для друга и всё такое. — И ты в это поверила? — возмутилась Марина, чуть повысив голос. — Тише ты, — одёрнула я её. — Астрагор следил за каждым моим шагом, вставлял палки в колёса, не давал развивать бизнес, он виноват в смерти Дианы и Ника, я боялась, что он может навредить вам всем. А у меня немало было близких людей. Мама, сестра, Миракл, Данила, Астариус, все вы, Эмма. — Мы и сейчас есть у тебя, — попыталась примирительно произнести Маришка. — Вы меня ненавидите, — покачала я головой, — и правильно делаете. Моя последняя выходка перешла все границы! Я никогда не умела контролировать себя, была бомбой замедленного действия. И в итоге взорвалась, да только больно задев вас ударной волной. — Когда я узнала, что ты погибла, внутри всё перевернулось, — снова зашептала Марина. — Я поняла, что потеряла ещё одну хорошую подругу. За эти семь лет я столько раз пыталась найти тебя в других людях, встречала какие-то отдельные черты внешности или характера, но не было целостного образа. И тогда я поняла, что, какой бы порой ужасной ты не была, в тебе всё гармонично сочеталось. Иногда ты была предсказуемой, но при этом умела удивлять. И нам всем это нравилось в тебе, не думай, что мы ненавидели тебя. Мы все ошибаемся! Я тоже не подарок. Как и Гроза. И Захарра тоже. Вспомни, как она ревновала Маара к тебе. У всех свои тараканы в голове, просто твои, Огнева, постоянно выкидывают что-то неожиданное, совершенно не соотносящееся с реальностью. Словно ты живёшь в своём отдельном мире.       Я невольно улыбнулась. Как же приятно это слышать! Я крепко обняла Маришку, кладя голову ей на плечо. Как хорошо, что она понимает всё то, что произошло. Да, я натворила кучу бед, но надеюсь, хотя бы друзей у меня получится вернуть. С Драгоцием я уже никогда не буду вместе, это словно своеобразное наказание. Мол, лишила ты человека счастья семь лет назад, а теперь сама будешь лишена счастливого конца. Но зачем нужен конец?.. И тут я задумалась, ведь действительно: почему мы всегда думаем о конце? Мы считаем, что человек, которого любим, обязательно будет с нами до конца. Если мы сами не будем привязываться к кому-то, сможем по-другому взглянуть на жизнь.       У всего есть свой конец: у отношений, у дела, у работы, у жизни. И ведь не обязательно, чтобы совпадали концы отношений и жизни. Всё хорошее когда-нибудь заканчивается, это проверенный факт. И тут могут быть только два варианта: либо наши с Фэшем отношения просто изжили себя, поэтому закончились; либо мы действительно не подходили друг другу, как и говорил Астрагор. Мы с ним слишком разные, поэтому вряд ли смогли бы спокойно жить вместе. Но хотелось бы попробовать. Да, тогда мне хотелось просто жить с Драгоцием: просыпаться рядом с ним, бежать наперегонки на кухню, чтобы приготовить завтрак, целовать его каждое утро и поправлять галстук, собирая на работу.

***

      Когда мы прилетели в Валенсию, сразу вызвали три автомобиля такси и указали адрес дома Риммы. Я ехала в одной машине с Джеймсом, Эммой и Николаем, остальные разместились в двух других автомобилях. По пути Эмма фотографировала почти каждое здание, а Джеймс ей что-то рассказал. Похоже, историю каких-то достопримечательностей. Только откуда он это знает? Вроде бы раньше не увлекался историей Испании, да и в целом историей. Может, почитал перед вылетом? Я вздохнула и отвернулась к окну. — Василис, — шепнул Николай, сидящий впереди меня. Я подняла голову, пересекаясь с ним взглядом. — Хочешь совет? — предложил он. Я неоднозначно кивнула. — Поговори с Фэшем, — произнёс Николай и, видя, что я хочу возразить, добавил: — Он заслуживает знать правду.       Я ничего не ответила. Может, он прав? Фэш больше всех других заслуживает объяснений. Даже если это ничего не изменит, я должна поговорить с ним, чтобы самой стало легче. Так и сделаю, просто поговорю с ним, расскажу правду и извинюсь. Это меньшее из того, что я могу сделать, чтобы хоть немного загладить свою вину. Я хотела попросить о разговоре, когда мы приедем к дому Риммы и Диего. Но, видимо, не суждено было. Только я успела выйти из машины, как вдруг на мне повисла Римма. — Vasilisa! (Василиса!) — радостно завизжала она, сжимая меня в объятиях. — Żyjesz… (Жива…) — выдохнула подруга. — Też się cieszę, że cię widzę (Я тоже рада тебя видеть), — кивнула я, целуя Римму в щёку. — You know how to effectively disappear and appear (Ты знаешь, как эффектно исчезать и появляться), — усмехнулся Диего, приближаясь к нам. — How are you? (Как ты?) — Not bad (Неплохо), — спокойно ответила я. Хотя понимала, что настроение хуже некуда.       Римма крепко обняла меня и поспешила к остальным, чтобы поздороваться. Диего, кивнув, тоже отошёл к ребятам. Джеймс с Эммой первые приблизились к ним, чтобы познакомиться. Эмме это было интересней вдвойне, она ведь хочет выучить испанский, а Диего как раз прекрасно общается на испанском. Я же в это время подошла к Фэшу, который стоял рядом с Майей и рассказывал ей о Римме с Диего. — Она полячка, а он испанец? — обратилась ко мне с вопросом Майя. — Да, — кивнула я. — В детстве она мечтала выйти замуж за испанца и переехать жить в Валенсию. А мечты имеют свойство сбываться, — я невольно улыбнулась, глядя на Римму, которая знакомилась с Эммой. Засмотревшись на них, я не сразу заметила взгляд Драгоция, обращённый на меня. — Не хочешь познакомиться с ними? — предложил Драгоций жене. — Почему бы и нет, — пожала плечами Майя и отошла в сторону Риммы с Диего. — Я подошла не просто так, — вернулась я к нужной теме, когда мы с Драгоцием остались одни. — Я так и понял, поэтому спровадил Майю, чтобы она не услышала, — кивнул Фэш. — Что ты хотела? — Поговорить. — Говори. — Не сейчас, — покачала я головой. — Давай после обеда на пляже, — попросила я и быстрым шагом отошла от Фэша.