Часть 5
20 июля 2020 г., 10:09
До начала нового учебного года осталось всего ничего — две недели. Все лето Сокджин проводил за изучением итальянского языка, который он проходит в институте, и собирается начать учить французский. Еще в детском доме воспитатели говорили, что «у него большие способности к языкам», но сделать что-то больше слов, они не хотели. Все дни, пока не наступало время провождения с детьми, мужчина проводил в библиотеке, а рядом с ним находился Намджун, продолжая изучать литературу Кореи. Только вот в последнее время он вечно где-то пропадает, зля Джина, ведь у них остается время сугубо на учебу школьника, даже ничего спросить не успеешь. В выходные гувернера мальчик тоже вечно целый день пропадает на улице, приходя под вечер. Не раз Ким нападал на младшего своими вопросами на корейском, считая, что тот только отмазывается, пытаясь показать, — своими прогулами Джун делает только хуже себе, но все тщетно: подросток блестяще отвечает и увертывается на том же слове.
— Ким Намджун, имейте совесть. — Грозно повысил тон Джин, увидя беспорядок на своем любимом столе в библиотеке.
— Прости, Джин. Я сейчас всё уберу. — Поспешил исправить оплошность мальчик.
— Когда ты успел так насорить, если тебя и дома не бывает. — Продолжал негодовать учитель, помогая Джуну.
— Я как раз хотел поговорить с тобой об этом. — Школьник сел на стул, меняясь в лице. — В общем, я с тобой ни о чем таком не говорил, потому что хотел разобраться сам в себе. Не обижайся только. — Он поднял свой щенячий взгляд на мужчину, от чего тот расслабил мышцы лица, делаясь мягче.
— Хорошо. Но теперь ты мне все расскажешь? — Рядом сел гувернер.
— Эти дни я пропадал с Юнги…– Он снова смотрел на полки с книгами. — Я следовал твоему совету и узнавал его больше. Знаешь, он совсем не такой, как я себе представлял. Он гораздо добрее, но я не думаю, что у нас что-то выйдет, кроме легкой влюбленности. — Заключил Намджун.
— Почему ты так решил?
— Странный он. Что-то в нем не то, ведь если у нас были какие-то более глубокие чувства, то он бы не стал настаивать на… — Мальчик с намеком посмотрел на учителя, немного побаиваясь его реакции.
— Что?! — Воскликнул Ким. — Да он обнаглел в край. — Бушевал учитель, бегая глазами по комнате, подбирая слова.
— Тише, Джин. — Схватил его за руку мальчик. — Он скоро переведется из школы в другой город, откуда и приехал Юнги, он учился там до 5 класса.
— Надеюсь, ты не натворишь глупостей? — Поднял брови парень, немного умерив свой гнев.
— Джин… — Вздохнул мальчик, отводя взгляд.
— Только не говори, что вы уже…
— Нет-нет. — Перебил его школьник. — Тебе не кажется это слишком быстрым? Мы даже не вместе, поэтому — нет. Но и игнорировать я его не могу…
Перед глазами Намджуна проплыли отрывки встреч с Мином: как тот искренне смеялся, когда Джун сломал свои солнечные очки, говоря, что он очень милый в этой ситуации; как оттирал мороженное от футболки Юнги, ворча насчет этого, а тот лишь трепал его волосы. «Почему все любят к ним прикасаться?» — не понимал этого школьник. Юнги обнимал и целовал юношу, пока никто не видел, за большими и серыми зданиями без окон с тыльной стороны, в безлюдных парках прижимал к дереву, и терпеливо шел за Джуном, когда тот противился этому, выбираясь из его рук. Приятный одеколон оставался на его одежде, преследуя до самого вечера, на талии оставалось ощущение присутствия теплых ладоней, а на шее — мокрые поцелуи, на губах — бархатность чужих, которые страстно цеплялись, доставляя массу удовольствия, заставляя внутри все взорваться от переизбытка эмоций.
— Вижу, тебе действительно приятен этот тип. — Улыбнулся Джин. — Так что ты собираешься делать, ведь ты хотел его отшить, насколько я помню.
— Плыть по течению, потому что я ничего не понимаю. — Потер ладошками лицо подросток. — В следующие выходные планируется небольшая вечеринка у нашего друга, ну по борьбе. Он всех приглашает. Там я хочу сказать ему, что ничего большего не будет. Юнги уедет и будет легче. Я надеюсь на это… — Произнес мальчик свои мысли, надеясь, что может его друг поможет.
— Я считаю, что ты прав. — Погладил по спине Намджуна Ким. — При любом исходе помни: ты не один, я всегда тебе помогу, чтобы ни случилось.
— Спасибо, Джин. — Убрал руки от лица подросток, слегка улыбаясь. На душе было тошно от всей этой ситуации. К тому же Намджун прекрасно знал, как его ухажер реагирует на такие новости: агрессия выливается из него, глаза становятся бешенными, как у разозленного быка, в такую минуту он плохо владеет с собой и может наломать дров, но все же решение уже было принято.
— Ты идешь со мной. — Заявил подросток.
— Безусловно. — Согласился Джин без колебаний и других мыслей. Ему даже нравится такие мероприятия в компании своего несовершеннолетнего друга, тем более было какое-то странное предчувствие, которое уже несколько недель не покидает мужчину, заставляя его напрягаться и ждать, подобно начинанию грозы при хмуром небе.
***
— Хорошо, я не против. Последняя неделя лета всё-таки, развлекайтесь. — Дал добро на поездку за город на вечеринку старший Ким. — Джин, не хочешь взять одну из моих старых машин? — Оу, мне неудобно. Может лучше Патрик нас отвезет…– Начал Ким, смущаясь. — Насколько я понял, это перейдет в ночь. Если у вас будет машина, вы сможете вернуться в любой момент. Так что никаких отговорок, пойдем, я дам тебе ключи. — Ушел наверх отец. Гувернер послушно последовал за ним. Ему было немного страшно обкатывать недавно полученные права, ведь он не ездил дальше клуба, где занимается Джун, а здесь целое путешествие. — Вот, номера написаны на брелоке. — Протянул металлическую вещь хозяин. — Знаешь, мне очень нравится, как Джун изменился с тобой. Он начал больше гулять, заводить друзей, у него есть девушка уже? — С улыбкой спросил отец. — Пока нет, он весь погружен в учебу и спорт. — Не соврал, но и не сказал правду Джин, незаметно сглатывая. — Ну ничего. Какие его годы. Приятно вам повеселиться. — Похлопал по плечу учителя Тэмин, выходя вместе с ним из кабинета. Через день двое молодых людей отправились покорять танцпол одного из загородных домиков спарринг-партнера Намджуна, где будет и Юнги. У мальчика потели ладони, поэтому он часто вытирал их о джинсы, смотря в окно и думая, что же сказать. В голове прокручивалось несколько сценариев разговора с разными исходами, но какой же на самом деле произойдет в реальности? — Приехали. — Отстегнул ремень безопасности водитель, смотря через окно на большой дом, из окон которого светился яркий свет. — Судя по веселью внутри, мы на месте. — На крыльце были веселые и подвыпившие девушки и парни, лет семнадцати, возможно, Намджун будет на этом мероприятии самым юным, но из толпы выделяться ему не позволит его рост и тело. Парни вышли из машины, припарковав ее недалеко от этого здания, осматриваясь. Открывая дверь, они почувствовали давление на свои барабанные перепонки из-за басов и громкой музыки. Все внутри веселились, шутили, смеялись, танцевали. Свет постоянно мигал, но это не мешало некоторым парочкам обжиматься на диванах, не стесняясь никого. — Видимо, мы припозднились. — Сквозь этот шум пытался докричаться до Джуна Джин, увидя сие картину. Младший Ким кивнул головой, ища взглядом знакомые черты лица и фигуры, как внезапно его глаза покрыли ладони, закрывая обзор. — Юнги, это ты? — Убирая завесу, произнес Джун. — Конечно я. Хочешь выпить? — Улыбался уже подвыпивший юноша, не замечая другого Кима. — Джин, что скажешь? — Посмотрел на мужчину Джун. — Только немного, а так веселись. Думаю, я найду, чем заняться. — Нехотя разрешил гувернер, не желая видеть рядом с собой эту ехидную морду, но еще больше его бесило, что Мин находится рядом с его учеником. Закинув руку на подростка, Юнги повел его к столу с напитками, о чем-то весело болтая. Гувернер не спускал с них глаз, в любой момент готовый напасть на этого типа, разорвав в клочья. Он сам не знает, почему так возненавидел этого юношу, ведь толком его и не знает. Возможно, это все из-за рассказов Джуна, но ведь сейчас они больше не конфликтуют… Однако Кима настораживает Юнги, заставляя ждать от него какой-нибудь провады. Мин вывел за руки Намджуна танцевать под злой и контролирующий любые действия взгляд Кима, который стоял около стены, попивая сок. К нему подошла небольшая компания из трех человек — два парня и девушка, — знакомясь. Джин отвлекся от парочки, разговорившись с ними. — Юнги, у меня что-то голова закружилась. — Скривился Намджун. — Пойдем наверх, там немного отдохнешь. Ты что-нибудь ел? — Заботливо под руки повел на второй этаж школьника Мин. В ушах стоял гул, но музыки не было слышно, коридор кружился, в желудке странное ощущение, теплота от алкоголя растекалось по юному телу, заставляя того гореть, жаждя добавки. Младший Ким и не понял, как оказался на кровати, на которой рядом присел Юнги. — Ты первый раз пьешь? — Да… — Положил одну руку поверх глаз, а вторую на живот подросток. — Это отпустит? — Должно. — Погладил его по тыльной стороне ладони Юнги. — Давай я помогу тебе расслабиться. Юноша быстро притянулся к шее, но медленно начал покрывать ее мокрыми следами, вставая на руки на кровать рядом с лежавшим, который переложил свои руки на голову и шею Юнги. С закрытыми глазами он наслаждался такой нежностью, нисколько не тревожась, расслабившись, возможно, впервые. Мин навис над юношей, вдыхая его аромат, перемешанный с алкогольным коктейлем, поглощая его губы, чувствуя на своих русых волосах чужую руку, прижимавшую сильнее к сахарным устам, заставляя плоть возжелать каждую частичку этого тела. Рука скользнула под черную футболку, трогая пальцами четкие кубики пресса, которые так и манили их попробовать. Снова поцелуи перешли на кожу ниже головы. Юнги поднял ненавистную ткань, оголяя такое юное и нетронутое молочно-ореховое тело. Через секунду парень вылизывал соски, спускаясь ниже, проводя языком до самой каймы джинс. — Юнги…– Вымолвил сквозь пелену приятных ощущений Намджун. — Что, сладкий? — Оторвался от брюк Мин. — Не надо, я не готов. — Уже смелее и тверже произнес Джун, отходя от ласк. — Тогда, когда? — Навис над ним парень, молниеносно поднявшись. Младший Ким хотел сесть, но Юнги прижал его руки к изголовью кровати, выжидая ответ, о котором он уже догадывался. — Никогда. — Сглотнул подросток, глядя прямо в наполняющиеся гневом глаза. — Уверен? — Ухмыльнулся светловолосый юноша. — Думаешь, я так просто отступлю? Думаешь, я буду ждать? Думаешь, я не понял, что ты мне откажешь? Думаешь, я что-то чувствую к тебе? — Один за одним вопросы лились в заполненные треском слуховые рецепторы прижатого парня, заставляя его тело наполняться страхом и неприязнью. — Пусти. —Попытался применить один из выученных приемов Джун, но тело не слушалось, в мгновение превратившись в обмякшую массу. — Что ты…– Язык начал заплетаться, веки невольно захлопывались, стены комнат умножились, завихряя сознание. — Я почти лето обхаживал тебя. А знаешь ради чего? — Расстегивал ремень на чужих штанах Мин. — Я поспорил, что уломаю тебя, ведь давно понял, — ты один из нас. Я знал, что ты не клюнешь, ведь отличался тем, что чувствуешь людей. Чертова интуиция. — Он перевернул, стащил с него брюки, расстегивая свои. Младший Ким начал махать руками, но они оказались настолько тяжелыми, что снова упали по бокам. — А сейчас я сделаю пару фото доказательств. Не бойся, я буду нежен. — Зловеще вырвалось с уст парня, которые сжимал юную попку, положив бедра Джуна на свои. Юнги помассировал плоть мальчика, заставляя ее возбудиться, а после спустил свои ноги, чтобы его голова оказалась меж ног подростка. Быстрыми движениями языком, он намочил промежность Джуна, не забывая целовать внутреннюю сторону бедра. Хоть данное случается не по обоюдному согласию, Мин не хотел причинять ему боль, хотя и не задумался, что сейчас душа лежащего в полусознательном состоянии школьника ломается, осыпается по частицам от ножа, от давления под названием «боль, обида, непонимание». Намджун смотрел в потолок, не чувствуя ничего. Колоссальная нагрузка на его организм и психику заглушала всё, что только можно, не давая вздохнуть. Из глотки мальчика слышалось мычание в знак протеста действиям: он не собирался сдаваться, пытаясь что-то крикнуть. — Чертов ублюдок. — Заорал Ким, который ворвался в комнату, предварительно обыскав все остальные. С диким грохотом он повалил Мина на пол и ринулся к размякшему оголенному телу. — Джун, что с тобой, ты меня слышишь? —Трепал за лицо мальчика Джин, стараясь понять в каком тот состоянии. — Джин… — Послышался тяжелый всхлип. — Что ты ему подсыпал?! — Крикнул в сторону насильника Ким, подлетая к нему и валя обратно, блокируя руки наседая сверху. — Если ты, поганый гандон, что-то с ним сделал… — И? — Перебил его Юнги. — Что ты можешь? — Ухмылялся юноша. — Поверь, тебе не жить полноценной жизнью. Умоляй меня, чтобы его отец не узнал об этом, иначе ты будешь валяться в канаве. — Грозно проговорил гувернер. Через секунду удар ногами по спине и учитель оказался на полу. Мин встал и ударил Джина в живот ногой, второй раз, третий…пятый…многочисленно. После встряхнул головой и наклонился к крючившемуся от боли Киму, грубо беря его за лицо: — Не с тем связался. Я ничего не боюсь. — Зло выдохнул юноша, кидая его обратно, направляясь к кровати. Однако он упал на колени, заорав. Гувернер ногой толкнул ему по подколенникам, захватывая его за горло, терпя ужасную боль. — Дернешься — ты труп. — Тихо и зловеще проговорил парень. — Тебе ли не знать этот захват. Говори, когда кончится действие препарата. — Минут через 15. — Еле дыша, прошипел Юнги. — А теперь пошел вон. Все твои координаты я уже знаю, тебе никуда не смыться, жди прихода полиции. Вставай. — Не убирая рук, парни встали, подходя к открытой двери. Сокджин насильно вытолкнул Мина, грозясь, что «только пусть попробует что-то еще сделать». Закрыв дверь, Ким с болью в сердце и злясь на себя, одел мальчика, который немного начал овладевать собой, моргая уже чаще. — Прости, Намджун. Я виноват, что не уследил за тобой. Нужно рассказать всё твоему отцу и полиции. Нельзя это просто так оставлять. — Гладил блондина по голове гувернер, второй рукой доставая телефон. — Нет. — Прохрипел Намджун, после чего прокашлялся. — Нет, Джин. — Уже громче и внятнее произнес младший Ким. — Почему? Он же напоил тебя и почти изнасиловал. — Негодовал мужчина, желая разукрасить морду подростку, причинившему страдания его ученику. — Почти, но не изнасиловал. — Пытался сесть Джун. — Я тебя прошу, не говори об этом никому. — Ким Намджун, вы понимаете, что сейчас несете? — Воскликнул, негодуя, Сокджин. — Пожалуйста, Джин. Я сам с этим разберусь. — Боролся подросток с головной болью. — Нет, Намджун. Если ты не хочешь ввязывать сюда родителей, ладно. Но с этим разберусь я. Понятно? — Серьезно и агрессивно заявил Джин. — Ты уверен? — Поднял бровь мальчик, положа голову на изголовье кровати. — Да. Я виноват, что не уследил за тобой. Он точно с тобой ничего не сделал? — Очень переживал Сокджин. — Правда. Мне не было физически больно, он не лишил меня чести. — Сказал Джун, жмуря глаза. Ким выдохнул с облегчением, радуясь, что его подопечный не повторил его судьбу. Когда тот ворвался в помещение, перед его глазами встала давно забытая картина, хотя, как такое можно забыть? Лишь спрятать в самый темный и мрачный уголок своего сознания, заставляя душу регенерировать с этим окровавленным осколком внутри. Когда Джину было шестнадцать, его лучший друг сотворил с ним такое, привязав к кровати и вставив кляп в рот. Он делал это долго, медленно, извращенно, с полными глаз безумием, а после оказалось, что он наблюдался у психиатра. Ким плакал в ванной, повторяя всего два вопроса: зачем и почему, крича в ладонь, ведь нельзя, чтобы кто-то услышал и узнал. Джин не сломался, лишь вытер слезы, очистил нос, и, вдохнув полной грудью, закопал все мрачное в себе, становясь самым солнечным мальчиком, который с виду и не знает горя. — Тебе лучше? — Заботливо спросил Ким, окончательно успокоившись. — Поехали домой. В машине есть вода. — Да, поехали. — Начал вставать с кровати младший Ким. — Ты обещаешь, что это сохранится в тайне? — Да. — Закатил глаза гувернер, помогая юноше подняться. — Теперь будь аккуратен, я с тебя глаз не спущу. Осторожно молодые люди спустились, садясь в машину в полном молчании. Ким подал воды своему воспитаннику и сел за руль, пристегиваясь. Пол дороги прошли в молчании. Джун стеклянным взглядом вглядывался в даль, не испытывая никаких эмоций и в тоже время их насчитывалось тысяча. Плакать? Не мог. Злиться? Не было сил. Кричать во все горло? Уже не хотелось. Резко машина остановилась, выдернув школьника из своих мыслей. — Что случилось? —Испуганно произнес Ким. — Джун, когда тебя поглотит эта ситуация — не молчи, прошу. Выплакайся мне, порви боксерскую грушу в клочья, не держи в себе. Я буду рядом и пойму тебя. Не хочу, чтобы ты прожил то же самое, что и я. У тебя есть человек, которому ты можешь довериться. — Выложил все свои мысли мужчина, боясь, что произошедшее сломает его ученика, хоть тот и силен духом. — То же, что и ты? — Округлил глаза мальчик. — Что ты пережил? — Не сейчас… — Пытался отвертеться Сокджин, но младший Ким продолжал настаивать на своем. Мужчина не выдержал, свернув машину на обочину, он поведал ему свою историю: детство, которого у него и не было; издевки ровесников в детдоме и воспитателей, кроме одной, которая и помогла ему выучиться; про лучшего друга и эту ситуацию; про первые неудачные отношения после, как его трясло, как он боялся, как он погрузился в учебу, не желая связываться с этим миром в плохом свете, хотя было столько ситуаций на гране. — Я смог не сломаться и добиться многого, хоть рядом у меня никого не было, кроме моей любимой воспитательницы. У тебя всегда буду я, через года я хочу оставаться твоим другом, братом, защитником. Ты импульсивный и агрессивный, но я вижу, что ты еще и ранимый. — с нежностью произносил Ким, вытирая со щеки мальчика первую слезу, которую тот не смог сдержать, позволив комку подступить к горлу. — Ты не заслуживаешь этого подонка, тебе нужна планка гораздо выше. Не смей ставить марку на что-то меньшее, чем ты достоин. Иди сюда. — парень отстегнул ремень и жестом показал мальчику упасть в его объятья, что тот и сделал. Не скрывая своей боли и эмоций, которые накатили, как извержение давно спавшего вулкана, школьник мочил белую футболку учителя, оставляя на ней всю обиду, страх, беспомощность, злобу. Он плакал навзрыд, крича в грудь гувернеру, «что это была его игра, просто спор» и сжимая в руке его пиджак. Ким нежно гладил густые волосы Намджуна и спину с плечами, прижимая его крепче и не отрывая губ от его макушки, приговаривая, что «всё хорошо, тебе станет легче, давай, Джун~и, я проучу его». Сердце сжималось от его всхлипов. Хотелось скрыть подростка от большей гнусности и грязи в этом мире, показывая только хорошее и доброе, но суровая реальность смеется, слыша такие желания, кровожадно сверкая своим оскалом. Что же она приготовила для этих двоих?
