Выжженные пламенем биотики

Беззвучной вибрации, отдающейся в руку капитана, всё-таки удалось вытащить его из уютных объятий крепкого сна. Он неохотно приоткрыл один глаз, пытаясь сфокусироваться на кнопке отключения будильника. Наконец, отыскав её одной рукой на запястье другой, он обеими рухнул обратно на кровать. Каждое утро Шепард благодарил Вселенную за то, что давно пребывал в высоком ранге, позволяющем ему больше не вскакивать по утреннему звонку, а просыпаться не торопясь, медленно выцарапывая себя из утренней неги. Он лениво повернулся со спины на бок, утыкаясь носом в затылок своего парня, тихо сопящего на соседней подушке. Чтоб не провалиться после звонка обратно в объятия дрёмы и не проспать важные дела, спектр давно придумал хитрый трюк: первым делом надо найти в бодрствовании что-что очень приятное. А обыкновенный запах короткой стрижки Кейдена, растрёпанной по утрам после вечернего душа, по какой-то до сих пор не понятной причине был одной из таких неимоверно приятных вещей. Повалявшись ещё немного, Шепард вальяжно потянулся со смачным зевком и неохотно перевернулся на другой бок, садясь на своём краю кровати. Так, лёгким удовольствием он себя уже выманил — теперь осталось окончательно проснуться, с чем отлично справляется утренний душ. Проследовав в него, капитан закрыл стеклянную дверь, чтобы не разбудить шумом своего парня, и встал под струю воды, вспоминая вчерашний день. Да уж, первые сутки на посту — а столько событий! Неудивительно, что после такого насыщенного дня он с трудом нашёл в себе силы слегка ополоснуться перед тем, как ложиться в кровать, и тут же отрубился, оказавшись на мягкой подушке. А ведь обещал уделить внимание Кейдену, так стоически перенёсшему разлуку почти в месяц. Неловко вышло из-за того кадета... как его? Дэна. Ортодоксально-консервативный бойфренд после такого точно закатил бы истерику, но с Кейденом Шепарду несказанно повезло найти парня, по взглядам находящемуся на противоположном конце спектра: в вопросах всего, что они делали как пара, у них были полнейшие идиллия и взаимопонимание без посягательств на личную свободу друг друга. Каждый беспрекословно доверял другому, зная, что сам сделает всё возможное ради комфорта партнёра и может безоговорочно рассчитывать на то же самое в ответ. Они даже никогда не обсуждали это, никто никому не ставил такие условия, просто как-то... всё получилось само собой. Они просто совпали. Оказались идеальными парами друг для друга. Оба хотели одного и того же, были убеждены в одном и том же, оба свято чтили личную независимость, но также наслаждались теми моментами, когда партнёр баловал их своей заботой, с не меньшим удовольствием уделяя внимание ему в ответ. Всё-таки, все ценности галактики не сравнятся с тем симпатичным сокровищем, которое, мерно сопя, лежало сейчас в кровати капитана. Он знал, что Кейден сам понял безо всяких объяснений, почему первый настоящий секс после комы достался тому белобрысому парню, а не ему. Конечно, они уже в первый день немного пошалили, безумно соскучившись друг по другу. Но, строго следуя суровому наказу Карин Чаквас, они ограничились банальной взаимной дрочкой, чтоб не испытывать судьбу и здоровье спектра: займись они чем-то хоть мало-мальски интересным, они бы уже не смогли удержаться, и ни о каком «без резких движений» речи бы там даже не шло. Но просто подрочить — не то. Такое даже не считается. Капитан должен был встретить своего парня как подобает, но заставил его ждать столь желанной близости ещё целый день, до сегодняшнего вечера. Ну ничего. Теперь — его очередь делать приятное своему парню. Твёрдо решив сегодня сохранить все силы до вечера и перед сном устроить тому достойное приветствие после разлуки, выложившись по максимуму, Шепард выключил душ и вышел из небольшой комнатки, вытираясь на ходу. Очаровательный вид сексуального канадца, всё ещё мило дремавшего в его кровати, лишь укрепил капитана в своей готовности от души выебать его вечером, устроив тому хорошую взбучку. Тем более, что у них этого не было уже давненько. Так, чтоб никуда не спешить, отрываясь по полной, ни на что не отвлекаясь и уделяя внимание лишь друг другу — они уже давно не проводили время вместе. Шепард и сам по этому безмерно изголодался из-за нескончаемых миссий, даже до его комы не оставлявших места для личной жизни. А Кейден, которому пришлось ждать ещё на три недели дольше, уже, должно быть, и вовсе, с ума сходил без страстных ласок своего партнёра. Да и член коммандера, даже после вчерашнего мощного оргазма пару раз легонько напрягшийся, пока Шепард вытирался, любуясь умилительно сопящим в его кровати почти голым красавчиком, явно был не против того, чтобы вечером отжарить этого бойца как следует. Одевшись и уже собираясь выйти из каюты, спектр встал перед выходом, не в силах открыть дверь. Кейден всегда спал непробудным сном — хоть орудия Нормандии калибруй у него под ухом, хоть шумную оргию прямо над ним устраивай. Но единственное, что могло встревожить спящего майора — это вибросигнал будильника... и пневматический звук открывающейся двери. А разбудить милаху, так сладко дремавшего в его постели — последнее, чего сейчас хотел Шепард. Не в силах прервать блаженный сон своего любимого, капитан разулся, подошёл к кровати и прямо в одежде поверх одеяла лёг рядом с Кейденом, нежно обнимая его сзади. Всё равно тот проснётся с минуты на минуту. Шепард знал, что мускулистый симпатяга обожал встречать утро в объятиях не менее мускулистых рук спектра. Никуда Нормандия не денется за эту пару минут, зато так он сделает своему парню приятно. Пусть это и мелочь, но прямо сейчас, а не вечером. Предвкушая довольную улыбку заспанного бойца, просыпающегося в ласкающих его объятиях, другой десантник и сам не заметил, как вновь провалился в объятия дрёмы.

***

Капли душа стекают на пол, с мощными брызгами разлетаясь во все стороны и собираясь на кафеле в мокрое одеяло не успевшей утечь воды. Вода никуда не спешит, её волны всегда формируют безбрежную морскую гладь, уходящую до горизонта — прямо туда, где двумя белоснежными шарами отражается пара ночных лун. Ведь им там самое место — бесконечно далеко от мокрой прозрачной лужи, уже стекающей вниз с зелёных расправляющихся листьев травы. Они неспешно колышутся на летнем лугу, в центре которого красуется обыкновенный офисный стул Альянса из хромированной стали. В его зеркальной спинке отражается синий свет загадочной сферы, парящей над сиденьем, которое утопает в сочных зелёных травинках. Эта сфера так и манит своим видом. Но что она делает на стуле? Она ненадолго присела, ей нужно отдохнуть, прежде чем вновь продолжить выжигать всё живое своим испепеляющим светом. А стул... всем ведь хочется куда-то присесть. Вот и папуасы считают так же, водя хоровод вокруг стального хромированного сооружения, обнимая свои табуретки. Им тоже нужны стулья, иначе на что станут залазить марширующие по кругу карлики, когда остановятся, чтобы вновь стать нормального роста? Они такие нарядные в этой парадной униформе альянса! Каждая звезда на их погонах переливается в лучах яркого синего солнца, повисшего во тьме посередине круглого стола, по периметру которого сидят загадочные тени в военных мундирах. На них бы взглянуть одним глазком, чтобы разглядеть их лица. Но никак. Да и зачем, когда на столе, медленно снимая свою униформу, вульгарно пританцовывает Кейден. — Я знаю, тебе это нравится, — манящим томным голосом неторопливо произносит он, уже полностью распахнув рубашку и медленно расстёгивая ширинку брюк. Он не стесняется и не спрашивает разрешения, а сам, сбросив штаны, встаёт над головой капитана, лежащего в густой траве, заставляя смотреть снизу вверх на свой солидный бугор в трусах и его шикарный торс на фоне яркого летнего неба. — Тебе это понравится, — повторяет он, опускаясь на колени и заманчиво предлагая лизнуть головку своего эрегированного члена. — Видишь, как у меня встал — и ты тоже вставай. Как тепло и мягко на языке! — Ну же, Шепард, вставай, — ласково повторяет он, — просыпайся. Ещё пара нежных движений. — Ну Ше-е-епард, ну просыпа-а-айся... Зелёное поле давно растворилось в бескрайней чёрной бездне, оставив лишь милого Кейдена, с каждым движением проявляющего именно ту, самую искреннюю, любовь, перед которой невозможно устоять и в которой так нуждается спектр. Это чувство слишком приятное, чтоб оставаться во власти непроглядного мрака, и капитан неохотно открывает глаза.