Подъездный роман

День рождения Толи. Звучит безбашенно, правда? Вообще, любое словосочетание с именем «Толя» звучит безумно, красочно и забавно. Удивительно, как некоторые люди могут дать о себе настолько яркое впечатление, что только услышав их имя, по телу табуном проносится приятная дрожь, а в голове прокручивается старая пыльная пластинка с тёплыми воспоминаниями. Немного размытыми, правда. Вот Толя из таких людей, которых практически невозможно забыть. Ваня чертовски рад новой вписке у Наташи, его драконы счастливо танцуют сумасшедший вальс вместе с китами, неаккуратно задевая все его внутренние органы. Утопленнику даже кажется, что сейчас, завязав шнурки и подготовив с таким трудом доставшийся ему подарок, он запросто может взлететь на своих треугольных ушках вверх по лестнице, но, наконец, справившись с непослушной обувью, хватает праздничную коробочку и галопом вырывается за дверь, не дожидаясь Димы. Студент выбегает на площадку между этажами, мимолётно ловит взглядом забитый мусоропровод и приоткрытую форточку в морозную вечернюю улицу с уже зажженными фонарями и проносится дальше. Добравшись до двери, Ваня нетерпеливо жмёт на звонок, перекатываясь с носков на пятки туда-сюда. Приятное волнение кипит в нём ещё с самого утра. Дверь открывает мягко говоря заёбанная Наташа. За её спиной видна светомузыка и громкая весёлая толпа. Пахнет спиртом и Наташиными духами. Хозяйка квартиры несколько секунд залипает на гостя, а потом отходит, чтобы пропустить его внутрь. — Ты только не пей много. — Ловят ушки утопленника её голос. А после, девушка растворяется в знакомых лицах. Мальчик ежесекундно ловит среди людей знакомую розовую шубу и спешит к Даниилу, который уже успел опрокинуть несколько стопок неизвестного происхождения напитка. Тот стоит у столика с алкоголем и периодически заливает в себя спирт. Заметив парня в шапке, модник гаденько улыбается и приветственно целует студента в щёчку, усыпанную веснушками. — Нет, ну Вань, ты в этой шапке в помещении как больной, конечно, когда ж ты её снимешь, хватит меня позорить… — Даниил говорит это в своей привычной протяжной и ленивой манере голоса. Он безучастно хватает ещё одну стопку со стола. — Ой, блять, и это говоришь мне ты с таким-то носом? Я ещё и больной, ага. — Ваня поднимает бровки и смотрит на треугольный накладной нос собеседника. — Урыл. — Даниил смеётся и поправляет длинные волосы. — Мужика твоего видел, он с этим неуравновешенным сейчас где-то тусуется. В глазках у утопленника после этих слов на секунду зажглись искорки, а драконы внутри с замиранием сердца отвлеклись от танца и начали вслушиваться в окружение. — Ты не мог бы быть потише? — Брови студента хмурятся и тот злобно смотрит на лучшего друга. В такие моменты Ваня похож на страшно сердитого хомячка. Модник пожимает плечами и идёт за добавкой алкоголя. Студент осматривается вокруг, надеясь найти зелёную макушку и отдать Укропу его подарок.И, заодно повидаться с Человеком в кожанке. Но спотыкается взглядом о жёлтую, до боли знакомую, толстовку. Ваня пролезает сквозь дебри из пьяных недолюдей, наступая тем на пятки и морщась, когда те наступали на него. Добравшись, наконец, до заветной яркой кофты он видит, что Боря что-то активно доказывает Дане, который, в свою очередь, огрызается на коммуниста. Вот это парочка… Прервав их интеллектуальный спор о нравственности кражи Диминых трусов, студент спрашивает о местонахождении Толи. Боря смотрит куда-то сквозь Вани, видимо, совсем не осознав, что у него спросили. Медик же раздражённо показывает пальцем на другой конец огромного зала, забитого людьми. — Он где-то в той стороне. — слышит студент его хриплый голос и тяжело вздыхает. Ещё раз прорываться сквозь эту толпу? Да он же с ума сойдёт! Но он сделал это. И даже остался в трезвом уме от запаха спирта! Уцепившись, наконец, за панка взглядом, утопленник метнулся к нему. — Толя! — Смотря именнинику в карие глаза, мальчик с разбегу прыгает на ничего не подозревающего парня и крепко обнимает его руками и ногами. — Ваниш! — Укроп так же сжимает пацана в объятиях. И только сейчас, изумрудные глазки натыкаются на серые прищуренные очи прямо перед собой. Лицо Тимофея оказывается напротив. И как же Ваню так угораздило прыгнуть? — Эм…привет… Тим. — Утопленник, кажется, сейчас в обморок упадёт от недостатка воздуха. — Привет, пацан. — Мужчина ухмыляется и теребит макушку парня, снова портя тому причёску и поднимая и без того чудесное настроение за предел мечтаний. В глазах студента фейерверками взрываются звёзды, а драконы ликующе вскакивают и начинают носится по всему организму. Спустя пару секунд игры в гляделки с предметом своей влюблённости, Ваня, весь красный, всё же решает слезть с панка, хитро хихикающего в плечо мальчика. — Толь, я подарок принёс! — Воодушевлённо тараторит студент, протягивая панку коробочку. — О! Что там, что там, что там… — Укроп переминается с ноги на ногу от предвкушения. Он визжит от восторга, достав коллекционный медиатор его любимой группы, который стоил Ване несколько стипендий с шараги. Толя ещё раз пылко обнимает утопленника, а после показывает Тиму подарок. У того лишь поднимаются брови. — Ну ты даёшь, парень… — Мужчина одобрительно хлопает студента по плечу от чего у того на несколько мгновений замирает сердце, а на лице расплывается неконтролируемая глупая улыбка. Вот бы остаться на этой вечеринке навсегда… — Тимооош. — Толя с ухмылкой подходит к старшему брату. Тот напрягается. — А спой что-нибудь! В честь моего дня рождения… — Укроп протягивает Тимофею новенькую гитару, которую ему подарил Дима. Мужчина закашливается. Снова. И снова достаёт таблетки из скрытого кармана в кожанке. Ваня хмурится. Он? Петь? Что Толя задумал? Приняв пилюли, Тимофей хмуро смотрит на младшего. — Я в последний раз пел лет сто назад. В шараге. А у меня тогда, если ты не помнишь, не было этого кашля злоебучего. Ты поиздеваться решил? — Но я хочу вспомнить то, как родной братик пытается петь мне на гитаре, поностальгировать…неужели ты откажешь в мой день рождения?! — панк жалобно смотрит на человека в кожанке, а тот громко вздыхает и берёт гитару в руки. — Хорошо, только не при вс… — слова Тима обрывает именинник, который ежесекундно хватает микрофон для караоке. — Внимание! Сейчас для вас споёт Тимофей Сергеевич! Попрошу тишины. Удивительно, но все сразу притихли. Тим злобно смотрит на именинника и садится на ближайший стул, настраивая гитару. — Что играть то? — Кажется, будто мужчина уже смирился с тем несмываевым позором, который на него накатит после пения. Толя сначала смотрит на Ваню, встречается с ним глазами, ухмыляется и снова поднимает взгляд на сидящего. — Слишком влюблён. Он серьёзно сейчас издевается, да?

***

Музыка: Даня Рудой — Слишком влюблëн ( кавер на Нервы ) Постепенно затихающая толпа подтягивается к импровизированной сцене в углу со стулом, гитарой и Тимом. Мужчина тратит две минуты на то, чтобы настроить гитару и собраться со своими мыслями. Скопище окончательно затихает под тихие звуки перебирания струн. Ваня очень нервно теребит края своей толстовки. Парень стоит в первом ряду, прямо перед Тимом и понятия не имеет куда себя деть. Толя придерживает мальчика за плечи сзади, чтобы у того совсем не было путей отхода. Струны перебирают уже более уверенно. Тим глубоко вздыхает, оглядывает толпу вокруг, закрывает глаза и начинает играть. Пойми, прошу — ты очень-очень мне нужна. Тим нежно пропевает…хотя нет, скорее проговаривает эти слова, как-бы пробуя на вкус свой голос и, похоже, сам удивляется, что не налажал в самом начале. Глаза Вани начинают медленно округляться. С хриплого разговора мужчина моментально перешёл на чувственный и приятный голос, которого утопленник никогда не слышал от человека в кожанке. Пойми, ведь я тобой дышу. ты в это вряд ли влюблена… Аккуратные бровки Вани с каждым звучным словом поднимаются всë выше. Он слушает предмет влюблённости с замиранием сердца, не отрывая взгляда от больших рук, сжимающих гитару и резко, в своей привычной манере, перебирающих струны. Прошу, — вернись… Тим открывает глаза, поднимает голову и цепляется туманным взором за зелëные удивлëнные глазки Вани, стоящего точно перед ним или дай умереть мне… Мужчина в кожанке делает шумный вздох и прикрывает глаза. Наверное я слишком влюблён… Сейчас главное не забыть как дышать. Я снова начал слушать Земфиру, Студент прикрывает рот ладонью. Листая твои фото в альбомах, Утопленник разворачивается и утыкается носом в толстовку Толи, подавляя в ней визг восторга и эйфории. Боже, как ему удалось взять такую высокую ноту, да ещё и так по-своему?! Вникая в тебя тысячи раз... Это тот самый грозный мужик в кожанке, который каждые полчаса курит Парламент и страдает от грëбаного бронхита? Как он вообще- Я слишком влюблён… Густые брови Тима хмурятся и того немного потряхивает. Ты в каждой моей мысли. Ты — вирус! Утопленник пытается отдышаться, наконец разворачиваясь, но тут же мысленно осекается. Тимофей снова смотрит прямо на него. Я снова буду ждать тебя дома, Ване снова хочется сорваться на писк. Он всеми своими фибрами души ощущает, как же сильно он влюблён в Тима. Ну не может же он быть настолько идеальным? Каждый раз, когда этот человек вырывает из себя высокую ноту, уши мальчика в буквальном смысле начинают трепетать вверх-вниз, будто стараясь поднять их владельца и подлететь поближе к источнику этого прекрасного звука. В бессмысленном поиске глаз… В зале стоит гробовая тишина. Тим прекращает играть и оглядывает толпу удивлённых лиц вокруг. — Что, настолько плохо? — Мужчина хмыкает и улыбается. — Браво! А сыграй девочку с каре, богатырь! — слышится голос Даниила с дальней части комнаты. Поняв, что раз ни он, то никто не очнётся, Толя начинает громко хлопать и кричать что-то одобрительное. А вслед за ним аплодисменты посыпались от всего подъезда. Ваня, кажется, даже отбил ладони, а на глазах навернулись слёзки. Тим вздёргивает бровь, встаёт, кладёт гитару на стул и небрежно спрыгивает с импровизированной сцены. Пока мужчина отходит на кухню, чтобы выпить воды, Толя наклоняется к треугольному уху. — Тим прям как вино, с каждым годом всё лучше, а, Вань? — парень вздрагивает и отшатывается от панка, пока тот заливается смехом и попивает пиво из одноразового стаканчика. Утопленник, весь красный, сердито отходит от именинника, грозно смотря на того через плечо. Он до сих пор находится в состоянии экзальтации от произошедшего на сцене, а его ушки до сих пор радостно трепещут от полученных чувств. Неожиданно, парень натыкается на кого-то и уже готовится обматерить бедолагу, попавшегося на пути, как вдруг видит бакенбарды и тут же осекается. — Ну? Как тебе «выступление»? — Тимофей доброжелательно ухмыляется, а у парня из-под ног уходит земля. — Эээ.да! Нормально!.. В смысле…классно!.. Отлично!.. Супер! Мужчина улыбается и снова треплет того по голове, лохматя волосы и снимая его головной убор. — Забавный ты парень. — Тим впихивает шапку Ване в руки и проходит дальше к младшему брату, а студент так и остаётся стоять лохматый, с глупой улыбкой на лице и красными, как огненный закат щеками. На них звёздами виднеются веснушки. «Он что, только что сказал, что я…забавный?»