Страницы истлевшей безмятежности

Время ожидания тянулось невероятно долго. Кажется, прошло точно больше получаса, как Кенма сидел в полностью пустой аудитории и ждал Куроо, что снова куда-то ушел. Его вообще почти никогда не застанешь в кабинете, только если занятие вот-вот начнется и то не факт. В его руках постоянно был большой блокнот, с которым он, наверное, и не расставался вовсе, может быть, только дома, потому что Козуме не видел того в руках у преподавателя, пока находился у него дома. Сердце билось о грудную клетку куда быстрее обычного, парень без смущения мог это подтвердить. Он попытался дышать глубже, пальцы рук немного подрагивали, златоглазый не представлял каким образом будет пересдавать. Устно? Письменно? Тецуро об этом и слова не сказал. Может быть, ему вообще стоило как-то подготовиться к этой пересдаче? Конечно, темы у него были написаны, но сам конспект занятия отсутствовал. Он вздыхает, открывая тетрадь и в очередной раз пробегаясь взглядом по тем темам, которые писать не стал, ведь хорошо знал благодаря практике и внеурочным. Чужих шагов он совсем не слышит и поэтому вздрагивает, когда на его плечи опускаются большие теплые ладони. – Готовишься? – тон учителя будто был с ноткой издевательства, мужчина явно был доволен собой сейчас. – Вроде того. И каким образом мне пересдавать? – блондин поворачивает голову в сторону Куроо, приподнимая бровь, а вторую наоборот, опуская к переносице. – Просто можешь рассказать устно. Я с удовольствием послушаю тебя, возможно, вопросы какие-нибудь задам, чтобы точно понимать, за что именно я собираюсь ставить тебе зачет. Думаю, это пойдет тебе на пользу. В следующий раз будешь знать, что лучше тебе записывать то, что я говорю, Козуме. – Тецуро отошел от студента, садясь за свой стол, откидываясь на спинку кресла, удобного, насколько помнит сам Кенма. – Ты издеваешься надо мной. – без какого-то сомнения говорит златоглазый, кажется, уже и вторую бровь опуская к переносице. – Возможно. – ухмыльнулся Куроо на одну сторону, глядя на ученика перед собой. – Подойдешь или с места будешь? Козуме подумал, что лучше он встанет с места, потому что на парах он уже засиделся, хотелось немного пройтись. Он поднимается со своего места, задвигая за собой стул, садиться обратно он не собирался – расскажет то, чего от него хотят, а потом сразу же домой. Сегодня они с Шоё хотели поиграть в приставку, а подобное удается им нечасто. Вздохнув, парень начал с первой «пропущенной» им темы. Он ходил из стороны в сторону, смотря себе под ноги, чтобы не встречаться взглядом с преподавателем - так и мысль упустить можно. Куроо же не сводил с него взгляда, наблюдая за тем, как блондин ходит перед ним, нервно заламывает пальцы, старается не смотреть на него, учителя, опускает голову настолько низко, что создается впечатление, что его шея вот-вот согнется пополам, хрустнет и все, нет больше ученика. Отдельную причину для улыбки вызывало то, как Козуме пытался говорить громче, голос скакал от шепота к каким-то полуписклявым ноткам. Но слушать было приятно и интересно, он говорил кратко, но по факту, было видно, что он торопится домой. – Достаточно. – остановил его Тецуро, когда парень уже начал рассказывать третью по счету тему, то есть ту, которая была самой последней. – Почему? Я еще не договорил, ты сам сказал, что еще и вопросы задавать будешь.. – немного растерянно сказал Кенма, но все же пошел на свое место за зачеткой. Он подошел к брюнету, протягивая преподавателю зачетку. Тецуро открыл ее, находя сегодняшнюю запись, исправляя. Незачет. Козуме с облегчением выдыхает и уже тянется забрать зачетку обратно, но Куроо поднимает ее у себя над головой и снова откидывается спиной на кресло. – Что нужно сказать? – он приподнял брови, снова ухмыляясь, глядя на все еще растерянного Кенму. – Что. Верни. – парень обошел учительский стол, чтобы вплотную подойти к преподавателю – Ты играешь со мной, что ли? Куро, верни зачетку, мне уже идти нужно. – Я все еще жду, пока ты скажешь. Ты мое имя не полностью выговорил, теперь точно не отдам. – Тецуро увел руку назад, потому что блондин уже откровенно тянулся за этой несчастной книжечкой, рукой опираясь о стол, чтобы не упасть на учителя. – Куро, прекрати. – Козуме выпрямился, опуская руки, потому что понял, как глупо это выглядело со стороны. – Что мне нужно тебе сказать? Я ничего не понимаю. – Ну, значит пока не поймешь – домой не пойдешь. Хотя, ты можешь уйти и без зачетки, она побудет у меня, но я не знаю, когда ты сможешь её вернуть. – мужчина тоже выпрямился, держа зачетку перед собой. Кенма все же решил воспользоваться моментом, резко наклоняясь к учителю, чтобы выхватить зачетку. Рука скользнула по столу и златоглазый потерял равновесие, упираясь коленом в кресло, а руками по обе стороны от Куроо. Кресло скрепит, а Тецуро от неожиданности снова откидывается на спинку, чувствуя, как кресло наклоняется слишком сильно и с громким глухим стуком падает, на удивление даже не ломаясь. Кенма на момент зажмурился, открывая глаза уже находясь на полу, ну, почти. Он упирался в спинку кресла одной рукой, второй удерживая край зачетки в руке Тецуро. Он попытался потянуть ее на себя, мало заботясь о том, что прямо сейчас он сидит на чужих бедрах и вряд ли сможет встать, потому что правое колено благополучно зажато подлокотником. Куроо все равно отвел руку с зачеткой в сторону. – А ведь я чуть головой из-за тебя не ударился! – немного обиженно и по-детски надув губы, сказал брюнет. – Извини, но даже если бы ты и ударился, возможно, перестал бы вести себя так. Зачетку верни и я пойду. – Кенма попытался высвободить ногу, но ничего не вышло, стало только больнее. – Черт.. – Сильно больно? – Тецуро тут же снял ухмылку с лица, приподнимаясь на руках, стараясь особо не шевелить ногами, чтобы не зажать чужое колено еще больше. Зачетку пришлось отложить в сторону, чем и воспользовался Козуме, быстро хватая книжечку и запихивая в задний карман. Руки мужчина положил на бедра ученика, пытаясь понять дальнейшую схему действий. Кресло в данный момент он никак не разберет, потому нужно было выкручиваться как-то по-другому. – Так, постарайся расслабить колено, я немного отведу подлокотник в сторону, а ты медленно вытащишь, хорошо? – рука преподавателя поднялась немного выше, от чего он теперь чувствовал напряжение Козуме. – Расслабься говорю, ты хочешь тут и дальше так сидеть? – А по чьей вине это произошло? – златоглазый поморщился, чтобы не показывать свое смущение от чужих прикосновений. Было очень неловко, он понял это только сейчас. А если прямо сейчас кто-нибудь зайдет в аудиторию и их застанут в подобном виде? Кровь продолжала медленно притекать к ушам и щекам, стало чуточку душновато. Расслабить колено было нереально, хотя бы потому что он упирается на него, а тут его еще откровенно держат за бедра. Куроо наклонился вперед, кладя вторую руку на подлокотник. – Не по моей уж точно. Это ты решил кинуться на меня. Тебя никто не толкал и не просил. – преподаватель вздохнул, стараясь устроиться поудобнее, чтобы повторно не упасть. – Потому что ты зачетку мне мою не отдавал и просил что-то сказать. Ведешь себя как ребенок, но не как учитель университета точно. – Это кто из нас здесь еще и ребенок? Взрослые люди разве кидаются на других людей? Я имел ввиду волшебное слово, что я еще мог попросить сказать? А теперь давай, еще раз говорю, расслабься. – учитель приготовился, не поднимая головы. – Раз, два, три.. Тецуро отодвинул в сторону подлокотник, а блондин с горем пополам вытянул колено, придерживаясь за чужие плечи. Легкая боль все еще была в ноге, но уже проходила. – Спасибо. – коротко сказал студент, убирая руки, потому что преподаватель уже начал выпрямляться, но рука его по-прежнему находилась на бедре парня. – Неужели? Не за что, но в следующий раз не делай так, ладно? – они встречаются взглядом, Куроо застыл прямо напротив чужого лица, они почти что соприкасались носами, но расстояние еще сохранялось. Рука на бедре ученика чуть сжалась, а сердце юноши, что только недавно успокоилось, снова начало биться куда быстрее. Золотистые глаза посмотрели на чуть приоткрытые губы Куроо, что тоже не спешил отстраняться, ведомый скорее чувствами и обстановкой, чем разумом. Сидели они так около минуты, после чего блондин сам подался вперед, соприкасаясь с губами преподавателя своими. Поцелуй выходил вялым, будто оба как-то слишком устали, хотя отчасти так оно и было. Кенма немного наклонил голову набок, прикрывая глаза и приобнимая мужчину ладонями за шею. Он буквально пальцами почувствовал как побежали мурашки по чужой коже. Тецуро уже положил вторую руку на бедро Козуме, чуть нажимая и немного углубляя поцелуй, с особой нежностью сминая искусанные губы. Щеки Кенмы уже имели ярко-красный оттенок, будто его лихорадило. В голове было пусто, все ощущения были сосредоточены на губах и бедрах. Тело само по себе начало расслабляться, потому парень уже с головой отдался ощущениям, полностью обнимая брюнета и чувствуя как мужские ладони поднимаются с бедер на талию, наставляя немного прогнуться в спине. Во время поцелуя Кенма не дышал, поэтому когда голова пошла кругом от недостатка воздуха, он отстранился, делая глубокий вдох, от которого голова кажется закружилась еще сильнее. Осознание произошедшего приходит не сразу, поэтому еще какое-то время Кенма приходил в себя, тихонько сминая меж пальцев выглаженную рубашку преподавателя. Это произошло так же, как и в прошлый раз, инициатором поцелуя снова выходил Козуме, а Тецуро видимо был и не против всего этого, на удивление. В голове будто бы эхом прозвучали чужие слова «это всего лишь поцелуй». В груди все неприятно сжалось. – Кенма? – теплый голос раздался прямо над ухом, учитель все еще придерживал парня за талию, заглядывая в золотистые глаза. Блондин отмирает, убирая руки и пытаясь как можно быстрее встать, но он слишком долго просидел в таком положении, так что, встав на ноги, он пошатнулся. – Прости. – неожиданно даже для самого себя говорит Кенма, оттягивая вниз немного задравшуюся толстовку. – Это ничего не значит, просто поцелуй. – За что ты извиняешься? В каком смысле? – Куроо поспешно встает, потому что студент уже пошел за своим рюкзаком. Тецуро успевает взять его за руку, пока паренёк не вышел из аудитории. – Вы ведь сами говорили, что это просто поцелуй в тот раз, это ничего не значит. – говорил Козуме тихо, но достаточно разборчиво, если стоять очень близко. – Я имел ввиду то, что за поцелуй не извиняются, ты же не облил меня чаем или вроде того. Возможно, ты просто не так меня понял тогда, мне стоило объясниться перед тобой. Теперь Козуме чувствовал себя не в своей тарелке. Мало того, что он неправильно понял слова преподавателя, что прозвучали тогда, так еще и повел себя сейчас не лучшим образом. Стало стыдно, настолько стыдно, что он даже голову поднять на Тецуро не мог. В душе, как и в голове – полная путаница, он продолжает молчать, боясь даже сглотнуть комок, что встал у него в горле. Преподаватель все еще не отпустил его руку, видимо, ожидая какого-то ответа. Козуме чувствовал, как вспотели его ладони, а по телу пошла неприятная дрожь, которую простым «вдох-выдох» никак не остановишь, да и сделать какой-то глубокий вздох у него никак не выйдет, кажется, в кабинете стало не хватать воздуха. Все было будто каким-то нереальным, сердце уже отдавало в уши, но набравшись смелости Козуме решил сказать хоть что-то. – Это неправильно. – тихо сказал златоглазый, пытаясь освободить свою руку, что сжали немного сильнее, сегодня что-то всё пытается сдержать его возле учителя. – Что неправильно? То, что ты меня целуешь? – сейчас Куроо говорил спокойно, без всяких ухмылок и подковырок, он прекрасно видел, как сейчас себя чувствует Кенма. – Да. Ты мой учитель, меня могут отчислить, если кто-то об этом узнает. – парень посмотрел в сторону, хотя его голова все равно была опущена. – Тогда, целуй меня пока никто не видит и не знает. – Куроо мягко улыбнулся и наклонился, чтобы заглянуть в чужое смущенное лицо. Козуме напрягся, окончательно понимая, что происходящее сейчас кардинально изменит отношения между ними. Но вместо того, чтобы согласиться или сделать вид, студент поднимает голову, удивленно глядя на преподавателя. – Чего..? – он сделал неосознанный шаг назад, упираясь поясницей в край парты, немного морщась. – Почему я должен это делать? Мы не в отношениях, мне вообще никто не нравится.. А заводить отношения с учителем это дикость.. – Тогда почему ты второй раз целуешь меня? В ответ снова молчание. Блондин не хочет об этом говорить и причина у него очень простая – он и сам не знал, почему ему уже во второй раз захотелось поцеловать Тецуро. – Ладно, пошли, я тебя до дома довезу, ты ведь торопишься, а я тебя все еще задерживаю. – Куроо отпустил его руку, отходя к своему столу, чтобы быстро собрать вещи, пока Кенма стоя на месте, ждал.

***

В машине играла какая-то музыка, но оба молчали. Златоглазый снова просто смотрел в окно, полностью расслабившись, все же, он уже привык к тому, что его почти постоянно подвозят, неловкости он уже не испытывал. Это было настолько привычно, что создавалось ощущение того, что так было всю жизнь. На душе было тепло, хотя, возможно, ему так казалось, потому что в машине и так было тепло, а остальное могло быть простым самовнушением. – У тебя есть кто-нибудь? Ну, отношения. – блондин решил поговорить, музыка ему надоела, потому он попросту ее выключил. – Почему ты спрашиваешь? – снова тот же светофор, они всегда у него останавливаются, мистика какая-то или просто удачное совпадение. – Интерес. – он достает телефон, открывая первую попавшуюся игру, о существовании которой забыл еще неделю назад. – Ну конечно же, я женат. Мы только живем отдельно. Еще у меня есть трое детей от бывшей жены. Но тебе не стоит беспокоиться об этом, Кенма. – брюнет усмехнулся, на момент ласково глянув на парня, снова нажимая на газ. – Мм..