Хочу обратно в небо

Новый день начался от счастья легко и просто. Уютная комната в общежитии, которая находится в нескольких метрах от комнаты Шото и через дверь от Ииды.Было странно то, что это единственные три двери которые не были расписаны на этаже, а ещё, по рассказам Теньи, это был самый тихий отдел всего общежития, сюда не смели заходить даже самые отчаянные люди Бакуго, потому что знали, что Тодороки просыпается от малейшего шороха. А если гетерохром не доспал лишние пятнадцать минут из-за кого-то, то на своих ногах ты с этажа не спустишься. Всё это конечно сказки и все это прекрасно знали, но проверять «а что если» никто так и не решался, а что если правда… Не сказать что за огромной каменной стеной с колючей проволокой приятно просыпаться, но делать особо было нечего, потому, что будильник трещал так, что можно было бы с помощью него придумать более изощренные пытки чем виселица и расстрел. В комнате не было ни ванной ни туалета, поэтому вспомнив пару матов про утро, Изуку поднялся с кровати и побрёл через весь этаж, в надежде, что его взбодрит холодная вода. В душевых он встретил Ииду, который старательно обматывался полотенцем, одновременно чистя зубы и стараясь нащупать очки, которые лежали на раковине. Если у кого-нибудь язык повернётся назвать ЭТО душевыми, то тогда Джонни Депп — это просто офисный рабочий, которому 43 и он ничего не добился в жизни. Все стены были опять же разрисованы. Куча граффити и нецензурной брани, а так же какие-то даты. Без названия, без подписей… С каждой прошедшей минутой, здесь всё казалось более и более странным. И почему-то до Мидории стал доходить весь ужас происходившего. Альфы. Сильные альфы. Закрытая территория. Огромная банда, которая имеет на него свои планы, а так же сумасшедший Тодороки, который любит играть с огнём, а точнее с Бакуго. Вся эта ситуация ужасно забавляла, ведь мать его предупреждала о том, что ОН так и сделает, что ОН не пощадит даже омегу, что ОН монстр во плоти, которому не следует лишний раз даже в глаза смотреть.

***

— Что ты хочешь сделать?! — кричал Мидория на весь офис, заставляя обычный офисный планктон оборачиваться на него и с удивлением слушать продолжение спора. — Это моё окончательное слово. — напротив парня сидел хмурый мужчина, в глазах его отражался только сын, который стоял прямо перед глазами и больше ничего. Его серый официальный костюм был чуть великоват, ведь за последние месяцы он сильно сбросил в весе. Его лицо спокойно, а дыхание умеренно, не торопясь мужчина перебирает бумаги, раскрывая письма и читая их, а после снова оглядывая Изуку. — Я с этим ничего не могу поделать, если мы породнимся, то мне… и тебе, конечно же, обеспеченно светлое будущее. Хочешь ты того или нет, но тебе придётся выйти за него и родить его корпорации нового наследника, который сможет возглавить её. — Я отказываюсь, если тебе так надо, то стелись под него сам! — мужчина не выдержав, встал из-за стола и подойдя к сыну влепил ему громкую и горькую пощёчину. — Я столько лет потакал твоим прихотям, — он сделал голос более писклявым, пытаясь пародировать сына — Пап, я хочу пойти на карате, пап, мне нравиться вон та машинка, пап, отдай меня на бокс, пап хочу кроссовочки… — мужчина опять сел за стол и проведя взглядом по уже поднявшемуся Мидории улыбнулся — Хватит использовать меня, отличные способности психолога у тебя от матери, она мне в своё время тоже мозги промыла, вот и появился ты. Пойми, после вашего официально заявления о браке всё внимание СМИ будет обращенно на вас , мы заработаем с этого миллионы и нашей скромной фирме проложен путь в светлое будущее. — Ни при каких условиях я не соглашусь, ты просишь меня зачать с ним ребёнка, хотя прекрасно знаешь какой он тиран и монстр. Ты ведь знаешь, что его девушка бесследно пропала, после того, как он узнал, что она ему изменила? — зелёные волосы были как всегда не уложены и топорщились, от стресса веснушки почти пропали, а под глазами залегли тёмные круги недосыпа и стресса. — Я сказал достаточно, у меня нет столько свободного времени, лучше бы поговорил с ним, чтобы облегчить себе супружескую жизнь и наладить отношения, а то вылитое на него шампанское на прошлом банкете, тебе точно плюсов не даёт. Всё, можешь быть свободен. Не став дожидаться каких либо действий Изуку развернулся и гордо подняв голову пошёл к двери, выйдя из кабинета и громко хлопнув дверью напоследок.

***

Вспоминая этот разговор сейчас, Мидория понимал, что можно было бы обойти все острые углы и договориться не только с его потенциальным женихом, но и отцом, всего лишь надо было привести парочку весомых аргументов и фактов. Просто надо было быть более лояльным, но он вспылил… Инко всегда учила держать лицо, показывая статус и никогда не впадать в панику, показывая эмоции, но он Мидория не послушал её и сделал всё с точностью наоборот. — Ты готов к сегодняшнему дню? — вдруг, из мыслей его вырвал Тодороки, который видимо, только что встал. — Сегодня тебя ждёт сложный день, попытайся сильно не бесить Бакуго, он сегодня с похмелья, мои парни подрались с альфами из вне, мне придётся присутствовать на разборках. Меня не будет всего пару часов, так что побудь до этого времени паинькой. — Изуку кивнул ,и забрав щётку, направился в комнату. Подобрать соответствующий наряд для такого… заведения. Было всего лишь несколько критериев: не вызывающе, чтобы было удобно убегать и максимальное сливание с ландшафтом. Но понимание, что Кацуки достанет его из-под земли ни капли не утешало, ведь это огромный альфа, которого он опозорил при его друзьях и после бесстыдно смылся. — Чувствую этот день будет долгим. — Надев чёрные спортивные штаны и большой свитшот с капюшоном бежевого цвета, запихнув пару тетрадей в сумку, он направился на выход из общежития, по дороге Изуку продумывал план того, что он мог бы сказать блондину, чтобы избежать худшей участи, но в голове был исключительно запах дыма, который блокировал все возможное и невозможные мысли. От горьковатого привкуса табака во рту, Мидория чувствовал себя живым и ускорял шаг. Даже нося статус школы-тюрьмы это заведение работало как часы. Подростки хоть и с неособой охотой, но шли туда, ведь если пропустишь больше трёх уроков, то отправят драить туалеты, а они в таких местах не особо приятны. Большинство здешних учащихся уже давно закончили среднюю и даже старшую школы, подпирая своим аттестатом столы и тумбочки. Но здесь не учат формулам и грамотному написанию фраз, тут обучают человечности и законам. Хотя, внешний вид преподавателей не очень схож с этой концепцией. Подходя к своему кабинету Изуку слышит до боли знакомый бас, который ругается чуть ли не на весь этаж корпуса, омеге казалось, что если бы блондин замолчал на минуту, то можно было бы услышать тишину коридоров, даже при наличии стольких людей. Заходить в класс было до ужаса страшно, ведь он не знал что в него полетит, учебник по нравственности или парта, которая пришибёт его как муху. Но как только он сделал шаг в класс, то все затихли, даже Кацуки встречал его суровым взглядом-приветствия-смерти. Пройдя вглубь класса он заприметил пустое место, которое ему вчера показывал Аизава, оно было максимально удаленно от Бакуго и его лучей ярости, которые он излучал в сторону веснушчатого. Блондин пнул стул парня, который сидел перед ним, жестом показывая, чтобы он свалил. — Ты сидишь здесь. — четко приказал он. «Спокойствие.Лицо.Сдержанность» — кружилось в голове омеги. — С чего ты взял что я послушаю тебя? — с невесомой улыбкой спросил Изуку. — Я сказал, сюда, бегом. — решив не ругаться лишний раз с красноглазым, Мидория язвительно улыбнулся и с грохотом поставив сумку на стол, начал выкладывать на него принадлежности, показушно громко кладя их на стол. — Хочешь строить из себя миниатюрную стерву? У тебя неплохо получается, малыш. — альфа прохрипел это и Изуку сразу же отдало отдалённым запахом перегара и крепких сигарет, что в данной ситуации неимоверно бесило. — Неужели ты стал спокойным и принял ситуацию и что тебя тут некому защищать. — Мидория сел на своё место, положив ногу на ногу и повернувшись к блондину. — Смирился? Мечтай, я просто не хочу иметь дело с таким дерь… — Мидорию прерывает громкий хлопок входной двери и вошедший в неё Тодороки. — Так и знал, что ты что-нибудь учудил, просил же подождать немного. — альфа прошёлся вальяжной походкой до парты Мидории. — Я попросил у директора твоего перевода в наше крыло, но это займёт некоторое время, поэтому на переменах буду за тобой заходить, чтобы ты всегда был под контролем. — надо было видеть лицо блондина искажённое ненавистью и непониманием происходящего. Красноглазый приподнял бровь и перевёл взгляд на руку гетерохрома, которая накрывала омежью. — А как же разборки? — Там всё уладили ещё до моего прихода, думаю, тебе повезло. — Двумордый, ты же в курсе, что сейчас находишься на моей территории? И трогаешь то ,что принадлежит мне. — блондин резко встал из-за парты, его друзья, которые сидели на соседних рядах сделали то же самое. — Серьёзно? — Шото в плотную подошёл к красноглазому, практически соприкасаясь лбами. — Я пришёл даже не к тебе, а ты уже хочешь подраться, какое у тебя самомнение, не хочешь и со мной поделиться им. — за Тодороки стоял Иида и ещё не знакомый парень, они явно не собирались драться, чего не скажешь про компанию Кацуки. Все были на иголках, но только Шото сохранял спокойствие, когда Изуку успел уже трижды пожалеть о том что принял помощь альфы. Эта перестрелка глазами продолжалась ещё около полуминуты , пока красноволосый парень, который стоял ближе всех к Бакуго не подошёл к нему и сжав плечо, что-то прошептал. По лыбе Тодороки, было понятно, что он услышал о чём альфа говорил блондину, хотя лицо Кацуки было таким же непробиваемо злым. Глубоко вздохнув блондин грозно посмотрел на Изуку, смотря оценивающим взглядом и Мидория буквально слышал, как в его голове крутились шестерёнки. Но их обоюдное молчание прервалось звуком открывающейся двери. — Итак, садитесь по местам, — Аизава подошёл к учительскому столу и удивлённо взглянул на компанию, которая собралась в середине класса, собираясь нажимать на красную кнопку, которая находилась под столом, на всякий случай. — Аизава-сенсей, вы не переживайте так — усмехнулся Шото, — мы же просто общались, мы уже уходим, — Тодороки ещё раз глянул на Бакуго, а после перевёл взгляд на омегу, который стоял и был где-то в себе. — Я зайду за тобой после. — блондин цыкнул и уселся на место, провожая взглядом чужаков.

***

— Все всё поняли? — мужчина закрыл учебник и пробежался взглядом по классу. Конечно его никто не слушал, но тихо сидевший омега у окна его неимоверно смущал, мало ли они ему угрожали? А он не сном и не духом. — Мидория, у тебя всё хорошо? — Изуку лениво повёл взгляд, Аизава оторвал его от размышлений о том, как можно было бы отсюда выбраться. — Не беспокойтесь, всё хорошо. — так закончился первый и второй урок, а когда пришло время идти обратно в общежитие, а мысли были совершенно не в порядке. Зеленоволосый всё время переносился в прошлое, думая о том, что можно было бы сделать не вонзая вилку в руку этому извращенцу, который пытался погладить его бедро под столом на ужине их семей. Что можно было бы и не ломать ему ребро обычным ножом для масла и конечно не ломать ему нос подносом, который он выхватил у официантки. Конечно, можно было бы избежать этого всего, но тогда эмоции были гораздо важнее чем какие-то там манеры приличия. В больнице можно было бы ему не плевать в лицо и не бить по сломанному ребру, а просто попросить прощение, как и договаривался он со своим отцом, но опять же это всё прошлое, уже навряд ли его отсюда кто-нибудь вытащит, ведь даже мать на него смотрела в тот вечер как на одичавшего зверя. За всё то время, пока был суд и длилось расследование, никто из его семьи не пришёл к нему в квартире, зная, что он не может покинуть её. Ни одного звонка или письма, когда он так в них нуждался, просто пропали. — Мидория, — Шото, как и обещал, приходил каждую не учебную минуту, посвящая зеленоглазому все своё свободное время. И вот, прозвенел последний звонок и как по волшебству, Тодороки оказался у двери. — пойдём. К общежитию они шли не самым коротким путём, ведь заходили ещё за него, чтобы покурить. Там-то гетерохром и начал расспрашивать омегу о том, из-за чего же его сюда сослали? И каким образом омега оказался в колонии для альф. Естественно, Изуку постоянно пытался сменить тему, но получалось хреново, Шото твёрдо стоял на своём, а когда Мидория сдался, от услышанной краткой истории он лишь выругался и пошёл в сторону общежития.

***

Закат плохо видно из-за огромной бетонной стены, но небо, залитое оранжевой краской было прекрасно, хоть и было видно не целиком. Заваренный чай с ромашкой неплохо успокаивал и позволял задуматься о чём-то помимо семейных проблем. Но раздумья Мидории о великом прервал внезапный стук в дверь. Под дверью виднелись тени от чьих-то ног и нетерпеливое постукивание пальцев по тонкой стене. Подходя к двери зеленоглазый взглянул в глазок и не поверил. На пороге стоял Бакуго. Весь взвинченный и растрёпанный. Изуку не торопясь открыл дверь, и как только расстояние стало достаточным, чтобы просунуть руку, то красноглазый так и сделал, полностью открывая дверь и бесцеремонно входя внутрь. Перехватив омегу под пояс он пошёл до кровати и усадил его туда, сам же он встал около окна и взяв кружку с чаем понюхал, а после отпил, сразу же поморщившись от вкуса. — Ну и гадость. — Если не нравиться, то не пей, лучше скажи, какой ветер тебя сюда занёс? — Мне тут птичка напела, что ты будущий муженёк Йо? — блондин поставил кружку и подойдя к рабочему столу сел на стоящий рядом с ним стол. — Птичка так же сказала, что он сейчас на больничной койке лежит и любуется на свой в дребезги разбитый нос. — альфа улыбнулся во все тридцать два, показывая скорее оскал. — Я-то ошибочно представлял, что ты из тех омег, которые убивают после первого секса, потому что им не понравилось, а оказывается ты и без этого прикончить можешь. — Ну да, что поделаешь? Жизнь у омег такая бесправная, приходится всё брать в свои руки. — Мидория натянуто улыбнулся, зыркая на дверь. — Если вдруг, ты захочешь оказаться на его месте, то только намекни. — Бакуго усмехнулся. — Ты же понимаешь, что находишься не на своей территории? Стены до ужаса тонкие, я слышу как у Ииды в плеере играет Мейби Бейби, так что не советую я тебе ко мне приближаться. Кацуки рассмеялся и уже собирался уходить, но практически около двери развернулся и с серьёзным лицом заявил: — Не смей выходить за кого-то.