Малфой и другие неприятности.

Спальня в пятизвездочном номере отеля была усеяна лепестками роз, на столе стояла бутылка открытого шампанского, а воздух был пропитан въедливым запахом ванили, отчего даже немного кружилась голова, но двум любовникам, что лежали полностью голыми на кровати, самозабвенно целуясь, было совсем не до этого. Казалось, что Вселенная перестала существовать для них, когда неожиданно их прервал насмешливый голос, отчего они застыли в миллиметрах от губ друг друга, видно не в силах поверить, что сказке, которая не успела начаться, пришел конец: - Так-так-так, и кто тут у нас? – Усмехнулся Драко в излюбленной манере растянув гласные, как в старые добрые школьные времена. На его губах застыла улыбка, а сам он едва ли сдерживался, чтобы не засмеяться, ведь все это несомненно было крайне увлекательно для него. Такой подарок от судьбы он не мог и желать, но эти двое сделали все сами, что вызывало лишь непередаваемое чувство удовлетворения, снимая с его плеч большой груз, который не мог не тяготить его по ряду причин, но не теперь. Вкус свободы был очень приятен, отдавая легким послевкусием победы. – Астория, любовь моя, с кем это ты? – Ему не нужно было спрашивать, ведь невозможно было не узнать этот выбритый знаменитый затылок, просто он не мог отказать себе в маленьком удовольствии в полной мере насладиться этим представлением, пока Гермиона застыла около него, шокировано прикрыв рот рукой и не зная, что сказать. Не то, чтобы этого она не могла ожидать, но все же она тоже сразу поняла, кто в их отсутствие грел кровать девушки, перед которой она видно напрасно испытывала стыд за свои чувства, ведь это более не имело значения. - Драко! – воскликнула Гринграсс, испуганно застыв на месте и едва ли успев прикрыться одеялом, ведь она была полностью нагой. Она не слышала, как эти оба зашли в номер, но бежать и оправдываться было уже поздно. На ее глазах появились слезы, но она знала, что все уже предопределено, поэтому лишь стыдливо смахнула их кулачком, прямо посмотрев на своего уже бывшего жениха и его, как бы трудно не было это признать, особенно ей, будущую жену, нисколько не собираясь извиняться за свое поведение. Она не считала себя виноватой, да и это мало бы что смогло изменить. Удары судьбы нужно принимать с гордо поднятой головой, не иначе. - Молчишь? – поднял бровь Малфой, глядя насмешливо на нее, но поняв, что ей видно нечего сказать, а может, уловив ее настрой и мысли, тут же переключился на другого главного действующего персонажа, который в сложившихся обстоятельствах был крайне нужен ему по ряду причин. – Виктор, может тебе есть, что сказать? Крам, все еще лежа в пол оборота, гордо расправил плечи, и развернулся к ним лицом, едва лишь прикрывшись другим концом одеяло, оставив плечи и живот открытыми, что в нынешнем положении было весьма зря: - Чего ты хочешь услышать, Малфой? – Его тон голоса, с которым была произнесена эта фраза, говорил одно – он считает себя здесь победителем и хозяином положения, хоть это было глубочайшей ошибкой. - Ну даже не знаю. – Задумчиво провел рукой по подбородку Драко, отодвинув табуретку и присев на нее, оказавшись с Крамом на одном уровне. Выражение его лица было настолько неестественно доброжелательным, что смогло вызвать мурашки даже у его оппонента, как бы тот ни пытался этого скрыть. Гермиона осталась все также стоять позади него, когда Виктор резко перевел взгляд на нее, и мужчина с яростью заметил, что в его глазах промелькнула печаль, отчего Малфой резко сжал кулаки до хруста. – Начнем с того, почему ты отправил моей матери письмо с проклятием, или зачем лег в постель с моей невестой, хоть и прекрасно знал о нашей грядущей свадьбе? - О чем ты? Какая еще книга с проклятием? – удивленно уставился на него Виктор, пропустив остальную часть предложения, может специально, а может и нет. Малфой в ответ на это лишь недовольно цокнул языком и усмехнулся, выражая тем самым все, что он думает о его словах и доверии к ним, заставив своего врага говорить. – Слушай, да я признаю, я… Я и Астория, мы… Какого черта я вообще извиняюсь? – начал спокойно говорить он, но в конце концов, спустился до натурального крика, с яростью всплеснув руками. Видимо, его выдержки не хватило, чтобы тягаться с Драко, что был спокоен подобно айсбергу, вызывая тем самым мурашки даже у Гермионы. – Это полностью твоя вина во всем случившимся, ясно тебе? - Это как же? - Это твоя вина, прекрати отрицать это ублюдок! – Выкрикнул Виктор яростно, вызвав на лице Грейнджер натуральное презрение, что ни смог не заметить. - Мия, я… - Еще хоть раз назовешь ее так, и я убью тебя на месте. – Мгновенно остановил его шепот Драко, что был страшнее всех криков. Глаза Малфоя пылали ненавистью, при одном лишь звуке имени девушки, произнесенные устами этого ублюдка. - Не смей говорить мне этого. – Заорал подобно ненормальному Виктор, совершенно не следя за сказанным, в чем была его ошибка. - Я люблю ее, слышишь! Люблю, Мию! Астория, что была до этого совершенно внешне спокойна и уравновешенна, отвела глаза в сторону, поджав губу, явно чтобы не расплакаться, но едва ли кому-то из этих двоих было до этого дело: - Поэтому лег в постель с другой? – Тихо переспросил его Драко, кивнув в сторону бывшей невесты. - Я… Я… - Хотел отомстить мне, потому что понял, что Гермиона выбрала меня? - Не делай вид, что ты не чувствовал этого. Твоей вины это не умаляет. И если… - Начал было в полную меру изливаться Крам, совершенно потеряв контроль из-за всего случившегося, но его прервал тихий, но очень твердый голос Гермионы, отчего он тут же умолк и даже его взгляд прояснился на мгновение: - Астория, идем отсюда. – Сказала девушка, подойдя к кровати со стороны Гринграсс и подав ей руку, чтобы та могла встать. Она удивленно перевела свой взгляд на нее, явно не понимая, зачем та делает это, когда вдруг Виктор снова начал говорить, отчего слезы снова образовались в ее глазах: - Асти, пойми меня, я не в этом плане, я просто… - Хотел отомстить Драко за то, что он отнял у тебя Гермиону, поэтому и переспал со мной. Да, я уже поняла, спасибо. – Выдохнула она, проглотив слезы и подняв вверх подбородок. Даже в таком виде она была прекрасна, хоть сама того не понимала. - Асти, послушай, я не хотел, но этот ублюдок сам на это напросился, и я не мог не… - Не воспользоваться тобой, Астория, ведь ты и сама, судя по всему, не была против этого? – Усмехнулся Драко, наконец прямо посмотрев на бывшую невесту и нисколько не собираясь жалеть ее. И она поняла именно в тот момент, что он верно прав, поэтому проглотила всю ту обиду, что готова была сорваться с ее губ, ведь видела со стороны, как мерзко это выглядит на примере Крама. - Не смей строить из себя… - В это время снова завелся Виктор, но тут же был остановлен яростным криком: - Заткнитесь оба! – Зло и крайне негодующе заорала на них обоих Гермиона, после чего снова спокойно, но более настойчиво посмотрела на девушку. - Астория, идем, тебе нужно умыться. Гринграсс, проглотив очередной комок из слез, кивнула ей благодарно и, подхватив одеяло, резко вскочила и отправилась с Грейнджер в ванную, где тут же тяжело спустилась вниз по мраморной стене и тихо заплакала, ведь более не могла этого терпеть: - Не плачь. – Сама едва ли не рыдая от всего случившегося и от всех мерзких слов, что были сказаны до этого, тихо и умоляюще попросила ее Гермиона, поджав губы и присев перед ней на корточки, чтобы быть на одном уровне. - Не могу. – Выдохнула она в ответ, посмотрев прямо на нее. - Астория, мне жаль. Правда. - Не надо. Не говори мне этого, ведь я тебя ненавижу. – Наконец искреннее, сквозь слезы ответила ей Гринграсс то, что все время хотела сказать и о чем не могла перестать думать. – Ненавижу тебя все то время, что мы знакомы. - Я знаю. - Ты… Почему у тебя есть все? Почему я не ты? - Астория… - Я так сильно завидую тебе. Ненавижу тебя. Очень. - Я знаю. – Тихо выдохнула Гермиона, сев рядом с ней и тоже облокотившись на холодную стену. - Ты ведь тоже не просто так легла с ним в постель? – Она как женщина прекрасно понимала эту тактику и не имела права судить, но сама бы подобного не сделала бы. - Хотела мне отомстить через него? - Да, я хотела отомстить тебе, ведь ты отняла у меня Драко. С самой первой секунды нашего знакомства не было шанса в его сердце для меня, ведь ты уже была там. Почему я так глупа, раз думала, что изменю это? - Возможно и так. Я не могу говорить за него. Но твоей вины тут нет, это его вина раз он все это позволил. Но у него свое мнение на этот счет. – Выдохнула Гермиона очень тихо, опустив голову. Она и правда думала так. - Но ты уверена, что вообще любишь его? Любишь его настоящего? – Через несколько минут абсолютного молчания наконец задала она тот вопрос, что не могла оставить без ответа. - Я… Я не знаю. – Тщательно обдумав, ответила Гринграсс, видно и правда не зная. - Мне жаль, Астория. Очень. Мне не искупить вины перед тобой. И ему тоже. И снова комната погрузилась в молчание, пока обе девушки пытались найти в себе силы, чтобы озвучить наконец то, что должны, чтобы закончить все это раз и навсегда. У них двоих было много непонимания между друг другом и дурацких, надуманных обид, но они чувствовали в тот момент одно – им нечего делить, и так было всегда, просто все вышло из-под контроля, но необходимо наконец решить все здесь и сейчас. Они не враги, отнюдь нет. - Мне тоже жаль. – Очень тихо, вымолвила Астория, пока ее сердце учащено замерло на миг. Только оно понимало, как трудно далось ей это признание. - Знаешь, возможно в другой жизни мы могли бы поладить. - Возможно. – Улыбнулась ей Гермиона, повернув голову в ее сторону. И снова комната погрузилась в молчание, но время шло и наконец Грейнджер пришлось озвучить причину их столь неожиданного появления в Америке: - Ты вывела деньги из компании на другой счет тоже из мести? - О чем ты? Я ничего подобного не делала. – Удивленно сказала Гринграсс, взглянув на нее открыто, отчего Гермиона тут же поверила ей. - Но только ты имела доступ к ним… или? - Я… Я… отец хотел проверить, правильно ли я и… - Заикаясь и начиная понимать все произошедшее, ответила ей девушка, а в ее глазах промелькнул испуг и печаль. - Ты дала ключ к хранилищу ему, верно? - Да. - Астория, мне срочно нужно сказать об этом Драко и… - Ты спала с ним? – Вдруг очень неожиданно и резко спросила ее Гринграсс, уставившись на Гермиону серьезным взглядом, явно ожидая предельно честный ответ. - Что? - Ты спала с ним, в то время как мы были помолвлены? - Нет. – Выдохнула Гермиона, отведя глаза, но Астория верно истолковала ее ответ, спросив: - А хотелось? - Очень. – И это было чистейшей правдой, и как бы ни было все это обидно слышать обоим, проложило мостик между ними двумя, как бы странно это ни звучало. - Что же, получается я твоя должница. – Гораздо более спокойно и умиротворенно сказала ей Астория, вытерев остатки слез с лица. - Нет, это не так. Это я тебе задолжала, Астория, причем за все. - Не ты принимала за меня эти решения. Это полностью моя ошибка. - Не бери на себя весь груз, и не делай вид, что отец тебя не подначивал. – Озвучила Гермиона то, что было предельно очевидно для них обеих, но Гринграсс лишь покачала головой из стороны в сторону, сказав печально: - Я идиотка, причем для него такой и останусь. - Ты не дура и не идиотка, Астория. И никогда таковою не была. Не позволяй ему никогда говорить подобного о себе, хорошо? Я желаю тебе счастья. Искренне. И уверена, ты его обретешь. Ты представить себе не можешь, чего ты достойна, но только не позволяй больше эмоциям захватить себя. Комната погрузилась в молчание после слов Гермионы, но Гринграсс неожиданно печально и горько улыбнулась, спросив ее: - Знаешь, что самое мерзкое? - Что? - Я, кажется, люблю его, ну знаешь, Крама. Прости, что говорю это тебе. – Очень тихо и явно сомневаясь в том, что делает, открылась ей девушка. Не кривя душою, просто отчаянно желая услышать ее мысли на этот счет, ведь никому более сказать этого не могла. Не после подобного. - Каким бы ублюдком он не был сейчас в моих глазах, но я верю, что он поймет свою ошибку и раскается. – Кивнула ей головою Грейнджер, не пытаясь обмануть или дать ложную надежду девушке, а просто сказав то, во чтобы ей хотелось верить самой и желая поделиться этим с нею. - Хорошо. Тогда время покажет. – Благодарно улыбнулась ей та, и вновь обе уловили копошение из гостиной, что более не могли игнорировать. - Иди, пока Драко не убил его. Он мне еще пригодится, сама понимаешь. – Ухмыльнулась Гринграсс, кивнув на дверь, за которой раздавались приглушенные заклятием крики Виктора, что явно умолял прекратить боль и пытки. Уже было направившись к двери, Гермиона вдруг остановилась и обернулась к девушке, что все также продолжала сидеть на полу, завернувшись лишь в одно одеяло. - Астория? - Да? - Когда вернешься в Англию, напиши мне. Попьем кофе с круассаном в том кафе, хорошо? – Улыбнулась Гермиона. - Хорошо. – Кивнула Гринграсс. Они обе почувствовали это – единение, несмотря на все, что было прежде. Они не враги друг другу. - Иди. Первым, что заметила Гермиона, когда снова вошла в спальню, было то, что вся комната была перевернута с ног на голову: кровать превратилась в щепки вместе с картиной, от лепестков роз не осталось и следа, а стеклом от журнального столика был усеян весь пол. Виктор лежал прямо на них, извиваясь от боли из-за Круциатуса, пока Драко спокойно и умиротворенно стоял рядом, явно испытывая удовольствие от страданий оппонента, что не мог себя защитить, ведь его палочка, сломанная и не действующая, лежала прямо около его ног. Гермиона не могла видеть выражение лица Малфоя, но и не была уверена, что хочет этого, но терпеть крик бывшего друга тоже было уже невыносимо: - Драко? - Да, родная? – Не поворачивая головы, тихо откликнулся он, все также любуясь страданиями врага и явно не собираясь останавливаться. В голосе было столько скрытого садизма, что девушка поежилась, боясь даже пошевелиться. - Хватит, прекрати. - Зачем? Мы только начали говорить. - Драко! – Пришлось повысить голос ей, отчего он наконец чуть повернул голову: - Ну? Только не говори мне, что тебе его жалко, и он… - Ты меня пугаешь. Ее фраза явно выбила его из колеи, отчего он как будто очнулся ото сна, наконец повернув к ней полностью лицо, на котором застыло непонимание, но, наконец осознав причину ее испуга, кивнул ей, недовольно отведя палочку в сторону от врага: - Ты права. Прости. – Извинился он искренне, тут же снова повернувшись к Виктору, что едва ли был в сознании от боли. - Ну так что Крам, кто говоришь, подначил тебя испортить посылку для моей матери, что доверил тебе отец? – Его тон, с которым он заговорил с ним, мгновенно стал ниже и более злее, но он, к счастью Грейнджер, не делал более попыток навредить ему еще больше. - Пошел ты ублюдок. – Еле как пробормотал Виктор, лежа в осколках стекла на полу и едва дыша. Его лицо было разбито, отчего он сплюнул, как только смог отдышаться, но тело не слушалось его более. - Виктор. – Неожиданно тихо позвала его Гермиона, ведь он не понял, что она снова находится в комнате из-за боли, что завладела им прежде. - Мия, я… - Не смей меня так назвать, ясно? Я думала, мы друзья. - Ты для меня не просто друг. – Едва смог вымолвить он, и это было больнее в сто тысяч раз для него, чем какие-то пытки и раны. - Зачем ты делал это? Причем тут Нарцисса? – Действительно не понимая, спросила его Гермиона, не делая попыток приблизиться к нему или помочь, как сделала бы прежде. И он это отчетливо понял, что причинило новую порцию боли, наконец заставив задуматься здраво о содеянном: - Он… Он говорил, что вся их семейка прогнила, что они все… - Кто это сказал? – Переспросила его Гермиона, ведь он не договорил, тяжело закашляв, ведь видно Драко навредил ему гораздо больше, чем казалось на первый взгляд, но он не заслужил ее жалости из-за всего, что натворил. - Виктор, это был Гордон Гринграсс? - Да. – Выдохнул мужчина, когда его сознание прояснилось, наконец начав понимать, что был лишь пешкой в руках другого. Позволил все сделать своими руками. - Где вы встретились? - На совете управления. Он… Он хотел снять Драко с поста гендиректора, и… — Вот же сукин сын! – не сдержавшись выкрикнул Драко, ударив кулаком об стену, отчего Виктор скривился, но все же через минуту продолжил, ведь не мог более удержать это в себе: - Мы говорили после этого, и он сказал… сказал, что все Малфои до единого должны гнить в могиле и я… - И ты решил, что он прав. – Продолжила за него фразу Гермиона, усмехнувшись от его глупости и наивности, совсем не ожидая, что он поведется на столь детскую провокацию. - Ясно. На минуту в комнате повисло молчание, пока наконец Виктор снова не подал голос: - Гермиона, я… Простишь ли ты меня? Мне жаль. - Ты себя слышишь вообще, а? Тебе стыдно перед мною, а как же другие люди? Извинись лучше перед Асторией. И, конечно, перед Нарциссой, что из-за тебя терпит невыносимую боль. Ты использовал их обеих ради мести, только непонятно кому и зачем. Я вообще не понимаю твоих действий. Ты хоть осознаешь, как омерзителен мне сейчас? Каким дураком и подонком ты выставил себя? - Я понимаю, и я… Мне очень жаль. Правда. – Искренне ответил он, с трудом приподнявшись с пола, когда сверху над ним раздался спокойный голос Драко: - Нам пора, дорогая. – Выделил он специально последнее слово, явно провоцируя Виктора, но тот остался спокоен, а может просто не услышал его из-за своих мыслей, что завладели им, пока Гермиона со вздохом ответила ему, явно понимая, зачем тот это сделал: - Хорошо. – Посмотрела она на Драко как на маленького ребенка, но он в ответ лишь улыбнулся ей, взяв ее за руку, когда голос неожиданно снова подал Крам: - Гермиона, но… - Не смей больше сделать больно им обоим, иначе я лично убью тебя, понял? – Ничуть не кривя душой, пригрозила ему Гермиона, поджав губы и сжав руку Драко покрепче. - Да.