Наказание

   — Помнишь стоп-слово? — сладко тянет Валентино, бросая партнёра на кровать и наваливаясь сверху.    — Да-а-а, — также протягивая гласные, сказал ведущий, попутно закатывая глаза. Нет, ну а что? Он его за идиота держит? Он просто не мог забыть это, иначе бы его задницу не пощадили. Хотя, признаться честно, Вокс ни разу за всю их совместную жизнь не применял стоп-слово, то ли потому что мотылёк никогда не переходил черту, то ли потому что теледемон имел крепкую выносливость. Что ж, этот раз будет отличаться. Кардинально.    Две пары рук в мгновение ока раздели обоих. Вокс всегда удивлялся изворотливоти и скорости сутенёра, несмотря на его размеры. Бесспорно большие, во всех смыслах.    Сегодня они договорились на ролевую игру. Вот почему руки оверлорда были в наручниках, прикованных к изголовью кровати, а на шее ошейник, отливающий неоном. Телевизионный демон давно привык получать удовольствие от унижения. Конечно, не без помощи Валентино.    — Что это за хуйня? — выводит из ступора мотылька настороженные слова экраноголового.    Взгляд цифровых глаз обращён между своих призывно открытых ног и сутенёра, который достал из маленькой коробки "игрушек" крохотное кольцо, как будто обручальное. Хах, он хочет сделать ему предложение или что? Сомнения экраноголового развеялись также быстро как и начались, когда он почувствовал металл на члене, точнее на основании. Особой боли кольцо не приносило, но это только пока. Ведущий сильно пожалеет о том, что позволил демону-бабочке сделать это.    — Просто хочу, чтобы наша игра стала интересней, — как-то угрожающе прошептал партнёр, чем заставил пассива неуютно поёжиться. Валентино резко вставил два смазанных ранее пальца, сразу расправляя их в жесте "ножницы". Оверлорд недовольно зашипел от такой грубости. Ноги невольно разъехались в стороны.    Пальцы беззаботно продолжали трахать Вокса. Фаланги едва доставали до простаты, отчего хотелось насадиться сильнее, лишь бы только потереть комок нервов. Бёдра двигались в такт движениям, по члену потекла капля преякулята. Возбуждение нарастало с каждым толчком, скручиваясь где-то внизу живота. До дрожи в коленках хотелось больше, чем просто пальцы.    — Я готов, — на одном выдохе проговорил оверлорд, внимательно наблюдая, как средний и указательный пальцы проникают в горящее нутро. — Валентино. — более серьёзно добавил Вокс, склонив экран в бок.    Порно магнат на секунду остановился, словно обдумывая слова друга. Мотылёк хитро улыбнулся и произнёс:    — Не понимаю, что ты имеешь в виду. Может, если ты скажешь, что хочешь, "папочка" подумает об этом?    — А ты случаем не охуел? —грозным голосом спросил Вокс. О, он, конечно, понимает, что от него требуется, но абсолютно точно не будет выпрашивать, чтобы его трахнули. Он не какая-то там очередная шлюшка!    Звонкий шлепок эхом отразился от стен комнаты. Сутенёр с жестокостью ударил бедро другого. Один, два, три. Экран пошёл помехами, а повелитель изо всех сил сдержал крики, отнюдь не от удовольствия, скорее от острой боли в ягодицах.    — Выбирай выражения, сладкий, — каждое слово сопровождалось звонким шлепком, — я ведь могу и передумать.    — Я убью тебя! — со злостью крикнул ведущий, едва сдерживаясь, чтобы не прикончить букашку на месте. Тело слегка задрожало. Чёрт бы побрал Валентино за его профессионализм! Даже сквозь отрезвляющую боль ведущий чувствовал накатывающее возбуждение от пальцев внутри себя.    — Это не то, что я хочу услышать, — руки продолжили атаковать задницу, вырывая из теледемона приглушённые крики. Валентино казалось, что всё происходящее — игра. Ролевая игра. — Ну же, я же знаю, что ты хочешь папочкин член внутри себя.    Было больно. По-настоящему. Ведущему показалось, что пятая точка горит адским огнём, наверное, вся красная от непрекращающейся пытки. Вокс посмотрел на Валентино и то, что он увидел, заставило его содрогнуться. Мотылёк с нескрываемой яростью и похотью шлёпал и трахал его пальцами, а его взгляд выражал что-то дикое, животное. Ну право, как хищный мотылёк! По подбородку течёт какая-то розовая жидкость то ли яд, то ли слюни, которую время от времени слизывал юркий язычок. Телевизороголовый не сомневался, что именно так Валентино ебёт своих шлюх.    Шлюха. Это слово, как бы ни хотел признавать сам теледемон, принесло яркую вспышку удовольствия. Чёрт, он чувствует, что разрядка близка. Ему просто нужен член. Нужен Валентино. Хоть что-то, что заполнит мучительную пустоту внутри себя.    — Агх, просто трахни меня уже! — сквозь стиснутые зубы сказал Вокс, срываясь на крик. Экран обдало непроизвольным жаром.    — Вот так бы сразу, — до тошноты сладко пропел сутенёр, наконец вытаскивая пальцы и заменяя их на член. Он внезапно вошёл на всю длину, довольно простонав. Какой тугой! Сколько бы они не трахались, а Вокс всё такой же девственно тесный и обжигающе горячий.    Экраноголовый прогнулся в пояснице, запрокидывая голову назад. Пару секунд прошло в ожидании, каждый привыкал к ощущениям. Вскоре демон-бабочка срывался на грубые толчки, принуждая партнёра ритмично извиваться. Да, член в меру толстый и длинный прекрасно подходил, чтобы каждым толчком стимулировать простату.     Свободная рука мотылька дёрнула за поводок, сжимая горло партнёра. Из динамиков стали доноситься хриплые, прерывистые стоны. Воздуха стало критически не хватать, глаза рефлектно закатились, а разум начал постепенно отпускать тело ведущего. Лишь жгучее желание кончить не давало уйти в забытие. И вот этот чудесный момент. Ещё, чуть-чуть и... Член лишь дёрнулся в отчаянной попытке излиться. Чёртово кольцо! Оргазм был отвергнут снова и снова, и снова.  На кончиках глаз появились цифровые слезинки.    Самое время для стоп-слова, скажете вы. И когда эта же мысль пронеслась где-то в подсознании Вокса, тот облегчённо выдохнул. Наконец-то этот кошмар закончится! Тот победоносно открыл рот и в панике его закрыл. Это ирония судьбы, не иначе. Как он мог забыть его?! Последняя надежда рухнула, как и маленькая слезинка, покатившаяся по монитору.    — Прошу, — единственное, что мог сказать Вокс севшим от постоянных стонов голосом.    — Чего же ты хочешь, шлюха? — пошло прорычал сутенёр, без сожаления вдалбливаясь в податливое тело. Возможно, хоть сейчас он сможет вытрахать из него всю дурь.    Это была последняя капля. Руки ведущего с силой дёрнулись, беспрепятственно разрывая доныне державшие его наручники. Пространство потемнело, в ладонях наэлектризовался разряд статического тока, предназначенного для порно магната. Недостаточно сильный, чтобы убить, но достаточно сильный, чтобы напомнить мотыльку с кем он находится.     Руки были перехвачены с злорадной хищной улыбкой и направлены на протекающий член Вокса. Оверлорд в ужасе распахнул глаза, прежде чем пронзительно закричать. Тело начало биться в конвульсиях боли и поистине райского наслаждения. Кто бы мог подумать, что электростимуляция так хороша?    Вот только было одно маленькое "но". Кольцо всё ещё было на месте, а оргазмы отвергнуты. Теперь оверлорд не постеснялся зарыдать. Так надрывно и истошно, что даже Валентино понял, что перегнул палку.    — Кончи для меня, — ласково, даже нежно прошептал мотылёк, с лёгкостью снимая блокатор. Вокс неожиданно принял сидячее положение и протяжно застонал. Член дёрнулся в последний раз, а после обильно излился, пачкая живот теледемона. Тело безвольно рухнуло на спину, мелко подрагивая от нахлынувших ощущений. Валентино кончил следом, извергаясь внутрь теледемона, от чего тот снова тихо простонал что-то невнятно. Горячие слёзы всё ещё катились по экрану, даже не думая прекращать.    — Вокси? — обеспокоенно спросил демон-бабочка. Он впервые видел друга в таком "разбитом" состоянии. От мысли, что именно он стал причиной слёз, сердце неприятно кольнуло. Когда игра перестала быть игрой?    — Никогда больше так не делай, — хрипло произнёс Вокс. Помехи сильно мешали воспринимать речь ведущего. Рука устало протёрла монитор, смазывая позорные слёзы.    — Ах, прости, дорогой, — мотылёк обнял партнёра, попутно шепча всякого рода извинения. От прежнего Валентино не осталось и следа. Только заботливый и любящий папочка.    Так они и пролежали несколько минут, пока Вокс с тяжёлым вздохом не сказал, что не злится на него. Да и как тут можно злиться? Тело, что уж говорить о разуме просто не было способно на столь сильные эмоции. Хотелось заснуть, но следующий вопрос взбодрил сознание ведущего.    — Почему ты не воспользовался стоп-словом? — задумчиво спросил четырёхрукий, нежно поглаживая спину друга.    После недолгого молчания Вокс смущённо произнёс:    — Я забыл.    — "Стоп-слово" и было нашим стоп-словом.    Ирония судьбы, не иначе. Оверлорд обессиленно рассмеялся. М-да, он вспомнил, как выбрал это слово, потому что подумал, что это очевидно. Ага, блин, очевидно. Нужно поменять его на что-то более нормальное. Но не сейчас. Сейчас Вокс отправил все программы на перезагрузку, засыпая.    Эх, наутро задница будет пиздецки сильно болеть.