***
...Небо становится темнее, теряя все прекрасные и нежные оттенки голубого небосвода. И от бывалых, нежно розовых облаков, мирно плавающих по небу, не остаётся ни единого следа. Вместо розовых небесных волн, появляются не менее прекрасные звёзды, которые позже становятся созвездиями. На горизонте, постепенно начинает появляться луна, предвещая, что день наконец-то подходит к концу и людям пора отправляться в царство Морфея. Кагеяма лежит на ещё зеленоватой траве и любуется ночным небом, пока не осознаёт, что его возлюбленный исчез из поля зрения. Он начинает вертеться, чтобы найти его, но ничего не получается, потому что они ушли слишком далеко от уличных фонарей, а глаза, ещё не до конца привыкли к мраку. — Хината, придурок, ты куда подевался? — кричит Кагеяма в надежде на то, что рыжеволосый находится недалеко от поляны и просто отошёл по своим делам. Не дождавшись ответа Кагеяма поднимается с прохладной травы и идёт куда-то в темноту, приговаривая себе под нос: ”Чтобы я, ещё хоть раз согласился поехать погулять ночью, оставив телефоны дома...” Не успев закончить свой разговор с самим собой, Кагеяма заметил, что его взяли за руку и ведут куда-то вглубь леса. Он молча следовал за человеком впереди. Он знал, что эта маленькая тёплая ручка принадлежит Хинате. Рыжеволосый вывел Кагеяму на узкую тропинку и отпустил его руку. На лице Хинаты появилась тёплая улыбка. Кагеяма подошёл к своему возлюбленному в плотную и немного наклонился вперёд. Он знал чего добивается рыжеволосый дьяволенок. Хината хитро улыбнулся и положил руки на шею Кагеяме. — Долго мне тебя ждать? После этого вопроса, Кагеяма не стал привередничать. Он без лишних вопросов подался вперёд, притягивая Хинату ближе к себе и обхватывая его тонкую талию своими руками. Одно мгновение и время остановилось для этих двоих. Кагеяма почувствовал приятный вкус клубники и немножко прикусил нижнюю губу Хинаты, на что тот, болезненно простонал что-то невнятное в губы Кагеяме. Хината посмотрел на любимого человека и прервал поцелуй короткой фразой: ”Давай сфотографируемся”. Кагеяма выпустил его из своих объятий и стал наблюдать. Хината сел на тёмно зелёную траву и почувствовал легкий летний ветерок, который начал играть с рыжими волосами и развивать их. Кагеяма подошёл к нему и снял с шеи возлюбленного фотоаппарат. Он присел на корточки, чтобы запечатлить своего дорого человека и сохранить в фотоплёнке ещё одну фотографию с восхитительной улыбкой рыжеволосого парня.***
На лице Кагеямы появилась мимолётная улыбка, от теплых и нежных воспоминаний, но она моментально пропала, когда он понял, что таких прекрасных и незабываемых моментов, в его жизни, больше никогда не будет. Кагеяма отвёл взгляд куда-то в сторону и сказал хриплым голосом: — Эта фотография... Была сделана незадолго до его...— Кагеяма тяжело вздыхает и чувствует как в горле образовывается комок. Он пытается сдержать слёзы, но они начинают стекать по щекам. Сугавара придвинулся ближе к Кагеяме и уложил того к себе на колени, осторожно поглаживая по непослушным волосам. — Расскажи мне, что произошло в тот день. Перед глазами Кагеямы начали появляться расплывчатые воспоминания: 1 число, встреча, нет... Свидание. Он бежал... Опаздывал. Одно мгновение и перед глазами брызги алой крови, на асфальт опустились до жути знакомые рыжие волосы, окутанные алой жидкостью... Сердце уходит в пятки, когда он узнаёт в сбитом подростке своего возлюбленного, с которым хотел увидеться через полчаса в их любимом кафе — Хинату... Кагеяма резко подскакивает и моментально оказывается на полу. Всё тело охватывает дрожь. Он чувствует как непреодолимая боль сковывает его сердце. Хочется закричать от невыносимой боли, но он не может... Голос, как будто стал чужим. Звон в ушах не позволяет отчётливо слышать голоса семпаев. Голова кружилась, а глаза так и хотели закрыться, чтобы погрузиться в сон. Кагеяма устал... Устал от боли и ночных кошмаров. Устал от таблеток и от тошноты. Устал от одиночества. Устал от того, что не мог коснуться любимого человека. Устал от осознания того, что его больше никто не ждёт дома, хотя это место уже давно перестало им быть. Устал есть магазинную еду. Устал засыпать в холодной кровати и не ощущать чужого тепла под боком. Больше некому заботиться о нем и спрашивать, ”всё-ли он взял” перед уходом на подработку. Больше никто не ругает его и не ворчит от того, что он опять забыл кинуть форму в стирку. Больше никто не закатывает грандиозных скандалов, после которых по всей квартире разносятся сладкие стоны и скрип кровати... Больше нет тех красочных дней, лишь пустота и эта пустота, до конца дней будет вместе с Кагеямой...