Твоя ненависть, что порождает во мне чувства.

       Мальчишка резко выбежал в зал и стал выискивать глазами знакомую шевелюру, стоя за стеной, чтобы блондин не увидел юношу. Урарака была права, за барной стойкой спиной к веснушчатому сидел Каччан, о чем-то общаясь с барменом.        — Черт..        «Что мне делать? — в панике спрашивал у себя Изуку. Биение его сердца участилось, глаза забегали по помещению, — Продолжить работать, словно ничего не произошло? Нет, так Каччан меня точно заметит. Что же делать?..»        Страх окончательно затуманил сознание. Хотелось убежать так далеко, чтобы пара ядовитых алых глаз надолго вышла из памяти. Но ноги не шевелились, отказываясь служить парню. Словно их парализовало.        — Изуку, иди на кухню. — обеспокоенно молвит Очако, положив руку на плечо официанту. — Посиди там некоторое время, пока он не уйдет.        Спорить в такой ситуации будет безрассудным решением, так как полностью скрыться с глаз незваного гостя – единственный выход, да и парню действительно нужно успокоиться. Кратко прошептав «Хорошо», зеленоглазый с опущенной вниз головой пошел вперед. Он был напуган из-за собственных мыслей. «А вдруг он заметил меня, когда я был занят работой?»; «Когда он пришел?»; «Нужно чаще оглядываться, иначе еще одной такой встречи мне не избежать!» — подобное крутилось в его голове, отчего в зеленых глаза виднелись неконтролируемые страх и ужас.        — Только час назад ты с упоением работал и мило со всеми общался. Что случилось? — и снова тот повар – Иида Тенья, стоит прямо перед Изуку, вопрошающе глядя на него.        — Ничего, совсем ничего. — только и ответил юноша перед тем, как скрыться в раздевалке.        Взор направлен на зеркало, что отражает мрачное выражение некогда счастливого лица. На нем нет той самой прекрасной улыбки, которая будто окутывает окружающих приятной, заботливой теплотой. Зеленые глаза пусты, в них нет ничего, кроме неподдельного ужаса. А сердце больно колит в груди, то-ли из-за страха, то-ли из-за мгновенно нахлынувшей волны воспоминаний. Удивительно, что хватило лишь одного силуэта Кацуки, чтобы медленно строящийся мир в веснушчатом окончательно рухнул.        — И что мне теперь, мать вашу, делать?.. — шептал он, глубоко вздохнув. Руки сжимают рабочий фартук, фантазия прокручивает в голове подростка плачевный исход событий, а юноша продолжает исследовать свое лицо взглядом, сморщившись от отвращения к самому себе.

В это время за барной стойкой

       «Бармен никак не отреагировал на мое появление в ресторане и внешность. А значит, эта сука ему явно ничего не успела рассказать обо мне. » — думал блондин, сделав глоток из бокала алкогольного напитка.        — Какое-то странное у Вас выражение лица, что-то произошло? — поинтересовался Денки, протирая тряпкой барную стойку. Такого рода вопросы – его работа. Он – бармен, поэтому его обязанность не только разливать всем напитки, но и беседовать с посетителями, а возможно, и поддержать их, если с ними, по его мнению, что-то не так.        — Ага.. — пялясь в одну точку, ответил Кацуки.        — И какова же причина Вашей щемящей тоски?        — Девушка бросила. — и это единственное, что Бакуго мог ответить бармену. Да, он соврал. Но ему нельзя говорить правду о сбежавшем парне, что был в его плену, подвергаясь ужасным пыткам.        — Многие сталкиваются с расставанием в своей жизни, и не раз. Но лишь меньшинство не сдается и продолжает жить дальше, радуясь каждому прожитому моменту. — отчитав эту фразу словно отлично выученный стих, бармен довольно улыбнулся.        — Понимаешь, она призналась мне в любви, сказала, что никогда меня не бросит.        — Вы много времени проводили вместе?        — Да. — помявшись с ответом, молвит Кацуки. В голову снова лезут воспоминания, но не вызывают больное чувство вины или угрызения совести. Блондин лишь ухмыляется, опустошив стакан до половины.        — В большинстве случаев у людей бывает обычная симпатия, которую они, сами того не понимая, называют «влюбленностью». Подавленности после расставания, конечно, не избежать, но если человек был и вправду влюблен, чувства не угаснут. Если же была действительно обычная симпатия, люди часто идут к другим, забывая о старой любви и не гоняясь за ней, будто пытаясь ухватиться за шанс все исправить. — эти слова ввели Кацуки в ступор, озадачив его. А чувствовал ли он что-то к Изуку? Возможно на этот вопрос так и не найдется ответа, но задуматься и правда стоит.        «Ухватиться за шанс все исправить..» — про себя произнес парень, странно всматриваясь в свое отражение в стакане.        Были ли у него чувства к Мидории? Для него самого это остается вопросом. Изуку – игрушка или Бакуго все же что-то чувствует к нему?        — Слушай, я слышал у вас здесь один паренек работает. — начал он, так и не поднимая взгляд на бармена, — Интересно про него немного узнать.        — Какой именно?        — Изуку Мидория, вроде.        Денки чуть стакан из рук не выронил, услышав это имя. Рассказать ли совершенно незнакомому посетителю о своем друге? Он сделает лишь хуже, если между ними творится что-то неладное. А если они знакомы? Каминари не знал, как поступить.        — Он, значит.. А зачем Вам это? — спросил светловолосый, вопросительно глядя на Кацуки.        — Мы друзья детства. — твердо отвечает блондин и поднимает голову. Пара алых, будто кровь, глаз сверлит Денки взглядом, не скрывая огня ненависти к последнему. Он зол. Зол, что тот задает столько ненужных вопросов. — Мы дружили довольно долго. Пять лет, если не ошибаюсь. Но в один момент Изуку уехал из родного города, оставив мне лишь прощальную записку. И сегодня я увидел его в окнах вашего заведения, вот и решил заглянуть. Вы расскажите мне о нем? Или так и будете молчать?        Бармен боялся сделать лишнее движение под этим испепеляющим тело взглядом. Он не мог пошевелиться, смотря прямо на блондина.        — Хорошо, я расскажу все, что знаю о нем. — выдал он, подавив дрожь в голосе.        Бакуго, довольный такой реакции, усмехнулся и снова опустил голову, допив напиток. Светловолосый не хотел ничего говорить посетителю, уж темболее о своем друге, что явно ничего не подозревая, работает, но если не скажет – это будет чревато плохими последствиями и проблемами, в которые уж точно втянут самого подростка.        — Работает Изуку тут с недавнего времени, около месяца, параллельно занимаясь учебой. Шестнадцать лет. Я слышал, что некоторое время назад он попал в какую-то передрягу, после которой до сих пор не может полноценно оправиться и восстановиться. Так что, если Вы действительно его друг, сделай с этим что-нибудь, он будет благодарен Вам.        «Все же рассказал кому-то об этом... Мразь!» — думает Кацуки и отвечает — Несомненно. Сделаю все, что в моих силах.        — Слышал, он сирота. Остался без родителей в подростковом возрасте, сейчас живет у одного из друзей. — тут же Бакуго остановил речь бармена, понимая, что услышал ту самую информацию, которая ему и была нужна.        — У одного из друзей, значит. Можно поинтересоваться, если ты знаешь, у кого именно?        — Знаю, но что Вам мешает спросить у Мидории об этом лично?        — Хочу сделать ему сюрприз: неожиданно наведаться к нему, договорившись насчет этого с его сожителем. — ответил парень, обернулся назад и окинул зал глазами. Подростка здесь не было, странно. Небось заметил неожиданное появление блондина?        — Хорошо. Тодороки Шото – двадцатидвухлетний парень, знаком с Изуку довольно давно и часто наведывается к нему в этот ресторан. Надеюсь, это все Ваши вопросы?        — Да. — коротко произнес Бакуго и, положив купюру из кармана на барную стойку, направился к выходу.        «Странный он какой-то. — сказал про себя светловолосый, глядя тому вслед, — Они с Изуку точно друзья?..»

×××

       — Тодороки Шото.. Звучит знакомо. — бубнит себе под нос Бакуго, вводя имя в поисковую строку.        Все, что сейчас нужно было блондину – побольше узнать о этой личности, чтобы понять, как действовать дальше. На удивление, в интернете не было и клочка информации о парне. Ни одного сайта или блога, совершенно ничего.        — Видимо, очередная знаменитая шишка, которая хорошо скрывает все данные о себе. — продолжал Кацуки, не прекращая вводить имя в поиск, — И с ним живет Деку? Чем он ему так понравился?        И вот Бакуго наткнулся на интересную статью с названием «Тодороки Шото: детство, родители, личная информация». Он нажимает на сайт, устало выдохнув. Довольно долго он искал нужный ему блог, но знал, что сдаваться нельзя.        Но не тут-то было. Только сайт погрузился, как сразу выдал ошибку. И сколько бы блондин не перезагружал страницу, ничего не менялось.        — Сука! — шипит Кацуки.        И снова неудача. Сначала из-за алкоголя в крови дал пленнику сбежать, а теперь раздумывай над тем, как вернуть его. В какой момент жизнь так резко изменилась, неустанно думал блондин. Ведь он сам и не заметил своей странной привязанности к этому мальчишке.        — Не думал я, что еще хоть раз свяжусь с ним. — говорил Бакуго, набирая нужный номер.        Продолжительные гудки словно играли на нервах парня, свободная рука стиснулась в кулак.        — Да, слушаю.        — Это я, Кацуки.        — Ты? Я даже немного удивлен. И что же сподвигло тебя на звонок мне?        — Как бы неприятно мне не было это говорить, но мне нужна твоя помощь, и срочно.        — Помощь? Как-то странно слышать от тебя такие слова, это точно не розыгрыш?        — Нет, мне действительно кое-что нужно от тебя и твоих отлично развитых навыков взлома техники.        — Но.. не ты ли мне твердил все время, мол самостоятельный человек не нуждаешься в моих подачках»?        — Это сейчас совершенно не имеет значения. Мне нужна твоя помощь, поэтому будь добр ответить: ты согласен или нет?        — Хорошо. — ответил тот, и продолжил — Но, Бакуго, мы давно знакомы, и ты прекрасно понимаешь, что за просто так я ничего делать не буду.        — Да, об этом я подумал. И чего же ты хочешь?        — Пятьдесят тысяч, и я с радостью помогу тебе. — да, он всегда был не так прост. Помощи от него практически никто не мог добиться, да и Кацуки, наверное, тоже, если бы парни не были знакомы с подросткового возраста, связав себя узами выгодной обоим дружбы.        — Деньги никогда не были для меня проблемой, и ты это хорошо знаешь. — едва ухмыльнувшись, молвит блондин.        — Ну что-ж, что тебе нужно "от меня и моих отлично развитых навыков взлома техники"?        Парни договорились о встрече, чтобы уж точно не было никаких проблем. Блондин устало вздохнул и сбросил вызов, откинув телефон в сторону. Половина плана выполнена, остается лишь ждать.

×××

       Юноша обнял себя за плечи, вжавшись спиной в самый дальний угол комнаты. Тело чувствовало дикую усталость и странную тяжесть, синяки ныли от любого соприкосновения с чем-либо, а на ранах никак не могла засохнуть кровь, выстраивая за собой алую дорожку. Под глазами хорошо видны темные мешки от недосыпа и пролитых слез, губы начали трескаться.        Блондин стоит у деревянного стола, проходясь взглядом по вещам, что лежат на поверхности – острые ножи, окровавленные биты, с выбитыми гвоздями на концах, плетки и тому подобное. Он хищно скалится, улавливая ушами негромкие всхлипы пленного. Бакуго начинает заводиться.        Неустанно наносить увечья и грубо трахать истощенное тело Изуку начинает надоедать, хочется чего-то новенького. Хочется подчинить и сломить мальчишку, но сколько бы Кацуки не старался, тот не сдается, обещая себе, что когда-нибудь выберется из этого ада. Это действует блондину на нервы. Желание быстро и просто убить этого паренька возрастает до максимума, когда тот своим гордым и одновременно напуганным взглядом глядит на Бакуго, но весь стресс снимается обычным и привычным насилием.        — Чего же ты такой глупый, чертов Деку? — усмехается Кацуки, сжав в руке выбранный им нож, самый острый и длинный. Тот вопросительно глядит на него, украдкой переводя взор на холодное оружие. — Ты постоянно вторишь себе, что выберешься отсюда, но раз за разом я также спускаюсь в этот подвал и причиняю тебе боль.        Изуку опускает голову, покосившись на пол взглядом грустного и обиженного щенка, что услышал в свою сторону что-то оскорбительное от любимого хозяина. Даже отвергать тот факт, что это правда, не нужно, ведь это действительно так. Он целыми днями сидит здесь, в темном и сыром помещении, раздумывая над тем, как бы высвободить себя из лап этого кровожадного зверя. Но каждый день, будто в первый раз проливает горькие слезы и тщетно молит Бакуго прекратить все эти издевательства.        — Выкинь уже все эти ненужные мысли о побеге из своей головы. Ты только мой, больше ничей. — нож проходится острием по щеке поникшего подростка, оставляя неглубокий след.        — Н-нет.. — решительно отвечает Изуку, подняв глаза, полные волнения, на блондина.        — Что? Нет? — усмехнулся тот, схватив пленного за шею — Это не тебе решать, сука!        В этот вечер Кацуки слетел с катушек, чего зеленоглазый боялся больше всего. Мидория обессиленно упал на пол, простонав от невыносимой боли в теле. Веки медленно сомкнулись, Изуку потерял сознание, перетерпев весь тот ужас, который только можно было выдумать. А Бакуго, взглянув на него в последний раз, вышел из подвала, громко хлопнув дверью. Он снял стресс, этого вполне достаточно.        В эту же секунду Изуку просыпается, широко и в страхе распахнув глаза. Кошмары снятся ему каждую ночь, можно было бы уже привыкнуть, но каждый раз, будто в первый, по лбу катится холодный пот и парень в ужасе переводит сбившееся дыхание.        Он медленно принимает сидячее положение на мягкой постели, откинув в сторону чересчур теплое одеяло. За дверью слышен звук работающего телевизора, а за окном через занавески видна непроглядная тьма. Кажется, Шото уже дома.        Мидория громко вздыхает, пригладив к затылку небрежно лежащие на лице кудри. Вот уже несколько недель его мучают подобные сны, из-за которых желание спать окончательно отпадает. Но поделать с этим юноша ничего не может. Даже если выкинуть из головы все те страшные воспоминания, тело никогда не забудет пережитого ужаса.        «Мне стоит поговорить об этом с Ураракой, хоть я и не хочу нагружать ее лишними проблемами. » — думает Изуку, глядя в пол.