На пляже йогуртов нет, а диета ухудшает коммуникацию

Такасуги зачарованно смотрел, как йогурт исчезает под толстым слоем майонеза. Улыбка блаженства на лице Хиджикаты говорила о том, что диеты и подсчеты калорий существовали для этого счастливого человека только в кино. Башня из Майонеза, спешите в кинотеатры, майонезный попкорн получите бесплатно на входе. — Хочешь? — Хиджиката простер бутыль с майонезом над чужим йогуртом, и Такасуги поспешил придвинуть свою скромную порцию диетического питания поближе, чтобы и тень майонеза не коснулась ее. Приходилось соблюдать ограничения в еде, и не сказать, чтобы это способствовало налаживанию коммуникации. Особенно с Хиджикатой. Он ел жирный майонез с любой самой полезной пищей и совсем не толстел: все калории сжигались на работе. — Не хочешь, так и скажи, — немного обиженно сказал Хиджиката, любовно погладил ценную бутыль и убрал ее с глаз долой. Такасуги без аппетита выпил йогурт из чашки. Ему все чудился на языке вкус майонеза, но то была психосоматика. Хиджиката всегда чистил зубы прежде чем его поцеловать. — Ты же знаешь, что нет. — Ну-у-у-у, — многозначительно протянул Хиджиката, отправляя в рот половину Башни из майонеза, — ты так говорил и о наручниках в постели, помнишь? А теперь что-то щелкнуло, и тебя замкнуло на них. — Так говоришь, словно в еде и постели у человека не может быть разных предпочтений. — У человека, да. Так что, вот это весь твой завтрак? Мы же сейчас на весь день уходим, а на пляже йогуртов нет. Может, взять тебе еще парочку? Такасуги заглянул в свою чашку: там было нечего ложкой собрать. Есть почему-то совсем расхотелось. — Не стоит. — Перешел на духовную пищу? — Счастлив тем, что имею, — соврал Такасуги. Майонезом он, как Хиджиката, не питался, но с удовольствием бы съел что-то из того, что продавалось на пляже, если бы ему разрешил врач. Жареного кальмара или мороженое. — Твоя проблема в том, что ты живёшь в постоянном стрессе, — сказал Хиджиката. — Причем тебе нравится его преумножать. Например, мы с тобой… Он запнулся, выжидательно посмотрел на Такасуги: тот и бровью не повел. — Как будто бы ты живешь в стране майонезных умпа-лумпов, а не в реальном мире, Хиджиката. Это был удар ниже пояса. Такасуги знал, как Хиджиката переживал после того, как путешествие на майонезную фабрику оказалось путешествием на майонезную фабрику, а не сказочную фабрику из книжки Дааля. Кажется, именно тогда Такасуги впервые и согласился на наручники: сперва чтобы утешить Хиджикату, а потом это как-то вошло в привычку. В конце концов, нет ничего страшного в том, чтобы воплотить в постели фантазии партнера, Хиджиката тоже соглашался на его предложения. Хиджиката с достоинством вынес удар: спокойно доел месиво из желтого и белого, вытер рот тыльной стороной ладони и изрек: — Я умею справляться со стрессом и не морить себя голодом. И да, я знал, что майонезных умпа-лумпов не существует. Просто мне хотелось в них верить. Ну, взять тебе еще легкоусвояемого белка, или пойдём? — В то, что майонез улучшает вкус любого блюда ты тоже, стало быть, хочешь верить? Хиджиката драматично кивнул. Он умел признавать очевидные вещи.

* * *

Хиджиката купил две порции фисташкового мороженого, но Такасуги вежливо отказался. С тех пор, как он сел на эту идиотскую диету, стало сложно угощать его едой. Ну, хотя бы сакэ добрый доктор не отменил, и они по-прежнему могли выпивать. Собственно, Хиджиката и хотел начать этот разговор вечером, после того как они напьются и потрахаются. Или после того, как они потрахаются, и у Такасуги не будет сил на остроты. Хиджикату приятно тонизировали его остроты, но все хорошо в меру, кроме майонеза. — Почему ты до сих пор не приправил мороженое майонезом? — невинно поинтересовался Такасуги. — Как видишь, их у меня теперь два. Считай, что первое я съел за тебя. — Почему все считают, что мороженое утоляет жажду? Жажду утоляет вода или чай, причем не холодные, а теплые. Хиджиката промолчал. Он не интересовался здоровым питанием, а мороженое просто было вкусным. А Такасуги был красивым, хотя и несколько схуднул за последний месяц. Хиджиката не верил в диеты, но верил в последствия стресса. — Пойдем? — спросил Такасуги. Его нетерпение было понятно: он отыскал вчера симпатичный грот, в котором можно было остаться до самого вечера, пока пляж не опустеет. На виду все же было опасно находиться. Позавчера они наткнулись на Ёрозую, играющую в мяч в своем духе, вчера Сого скинул Хиджикате на телефон серию интригующих снимков их первой ночи в этом райском уголке, сопроводив убийственными комментариями и обещанием поделиться богатством с Сабу-чаном, его новым другом по переписке. Это Хиджиката и хотел обсудить, но сперва ему самому нужно было снять стресс, а никто лучше Такасуги не справлялся с этой проблемой. — Все-таки ты улучшил мороженое, — улыбнулся Такасуги. Хиджиката тоже улыбнулся: фисташковое мороженое недурно сочеталось с майонезом.