Госпожа души моей

В одной из далеких деревень королевства, в самом праздничном кабаке, происходило веселье. Деревенские отмечали свадьбу молодых, и даже не зная, кто они, несли им подарки. Пара принимала всё это, празднуя и веселясь по полной, ведь вскоре обычная рутина заберет их к себе в пучины тоски. А что ещё может произойти с ними, в той местности, в которой они живут? Правильно, ничего. На свадьбе было очень много гостей. Их было такое невероятное количество, что все начали путать друг друга. Скорее всего, в этом был виноват местный алкоголь - ужасное "пойло", из-за которого можно сразу помереть. Но не это главное. В уголках кабака всегда находились люди, отстраненные от веселья, которых привели друзья, либо же те, кто пережедал очередную бурю неприятностей. И в этот раз, на празднике не обошлось без странного мужчины, который постоянно смотрел в окно, пока его дитя резвилась с местными отпрысками. Брови незнакомца были нахмурены, выдывая затаившееся напряжение, в котором жил этот странный мужчина. - Отец? - послышался робкий голос, который едва ли перебивал весь этот грохочащий шум звуков и криков. Но таинственный незнакомец откликнулся, повернувшись. На губах показалась не то улыбка, не то насмешка. - Да? - Можешь... пожалуйста, рассказать легенду про госпожу Манами. - Последние два слова были произнесены так тихо, из-за чего малыш испугался, что отец его не расслышит. Но тот услышал. И лицо его помрачнело. Мужчина знал, что это деревенские стрекозы взбаломутили сердце мальчика. И теперь он ждет правды. Потому что знает, что его отец всегда говорит правду. Какая бы жестокая она не была. - Неужели, ты и вправду хочешь услышать её? - вопрос был задан таким тоном, что даже если малыш и передумал, то было бы глупо говорить "нет". Поэтому, ему пришлось кивнуть, стараясь быть храбрым. Мужчина улыбнулся, с этой попытки, хлопнув на свои колени. - Тогда садись. И слушай самую мрачную сказку, которая есть в нашем королевстве, ибо именно они несут в себе жестокие уроки жизни. На этих словах мальчик вздрогнул, пытаясь вжаться в себя всем телом. Его красные волосы смешно топорщились, и мужчина легонько провел по голове, приглаживая их. Он смотрел в завораживающие фиалковые глаза мальца, и чувствовал некий страх в груди, который снова и снова поднимался при взгляде на него. Мужчина отвел взор, выдыхая, кашлянув себе в руку. Собираясь с силами. Ибо этот рассказ, отдавался болью в груди не только у него, но и у каждого второго жителя, который сейчас старался веселиться и улыбаться на чужой свадьбе. Это боль всего королевства. Которого уже нет. И больше не будет. "В королевстве Бахра был мир и процветания. Всё жило и дышало полной грудью. Каждый человек, независимо от своего социального статуса, благодарил бога за каждый прожитый день в этом государстве. Настолько там было всё прекрасно. Единственное, что нам не доставало, так это волшебного существа, жрицы, чей зоркий глаз и ясное виденье помогали королю вести правление. Это очень печалило народ, который уже привык к такому ходу правления. Последняя жрица в нашем государстве, умерла от старости, и для многих это значил конец империй. Все кричали: "Ну как так?" "Не можем мы так жить!" Но всё решилось. Когда молодой король Сулей захватил часть другого королевства. Во время боя, он встретил молодую девушку, чьи аметисты горели ярким огнём в ночи. Она оказалась жрицей. И когда наш властитель победил, то в качестве знака примерения, он взял эту девушку с собой. Так у нас появилась новая жрица, и имя ей было - госпожа Манами. Все были без ума от девушки. Она была так мила и невинна, что многие, кто пересекались с ней, начинали влюбляться. Её чудесный смех раздавался по всему дворцу, отдаваясь эхом в тишине. А музыка, которую исполняла госпожа Манами! Казалось, что она расходится по всему королевству, достигая самых далеких окраин. Все восхищались девушкой, и каждый новый день был отрадой для них. Ибо рядом с ними жила та, способная сделать их жизнь лучше. Но кто бы знал, чем это обернется в конце. У короля Сулея был доверенный рыцарь, и не абы какой, а начальник войск. Он всегда находился подле короля, помогая ему принимать решения до жрицы, а когда она появилась, то стал прислуживать и ей. Многие видели, что он влюблен в госпожу Манами. Сияющие влюбленные глаза выдавали его, и то с каким рвенением, он защищал жрицу - достойно чести. Теперь приоритет интересов рыцаря сместились в сторону девушки, как и интересы нашего короля. Ты же уже понял, Энд, о каком человеке я говорю? Да, о великом военноначальнике, против которого боялись выступать все завистники короля, ибо именно он являлся главным доверенным лицом в королевстве. Человек, чей характер, пугал и отпугивал от себя остальных людей - Акабане Карма. Но его сердце сгубило взгляд аметистовых глаз госпожи Манами. Не знаю, как она это делала, но вокруг её ног всегда простиралось кучу разбитых сердец, по которым она шла с неизменной улыбкой на устах, покоряя новые вершины. Особенно, когда твои главные союзники - Король и военноначальник - были влюблены в тебя. Никто и не заметил, когда госпожа Манами стала женой Сулея. Уверен, что Карма не простил такое своему королю, отвернувшись от него. Вся его преданность перешла к девушке, которую он считал невиноватой, и при всех называл "Госпожой души моей", что оскорбляло короля. В королевском дворце на этой почве часто возникали конфликты. Думаю, уже тогда между господином Акабане и госпожой Манами была любовная связь. Все были так поглащены этой драмой, и госпожой, чья улыбка освещала день во дворце, что не заметили, как король Сулей начал сходить с ума. Думаю, в этом была виновата волшебная музыка девушки, которая дурманила наш разум. И задурманила Короля. Он словно помешался. Мужчина постоянно плакал и молил, чтобы госпожа Манами была рядом и смотрела ему в глаза. Вскоре, это превратилось в истерики, которые девушка заглушала своей чарующей музыкой. Никто и не заметил, как госпожа Манами взяла власть в свои нежные руки, поддерживаемая начальником Кармой. Но уже тогда начались беспокойства со стороны слуг, которые видели эти бездонные, глупые глаза короля. Они плакали, но всё равно верили, что госпожа спасёт мужа. Или подарит наследника, не смотря на то, что это большой риск. Ведь волшебное дитя жрицы - сильнее любого чародея. В нем такой запас магической силы, что представить трудно. Но все надеялись, хотя бы на это. Никто не знал, что будет дальше. Госпожа уверенно вела политику в королевстве, успешно справляясь с ролью монарха. И многие были счастливы, но все видели, как ярко загораются аметистовые глаза Манами, когда кто-то говорил про Короля, спрашивая, поправился ли он. Ее жесткое "нет", было не совместимо с улыбкой, которой она всех одаривала. Напряжение во дворце стало расти. Появилось множество слухов. Но и с ними госпожа смогла справиться. Каждый раз, она приглашала к себе Акабане, и каждый раз, когда тот присаживался, та наклонялась к его уху, что-то шепча. После чего он произносил: - Да, госпожа души моей, всё сделаю. И на следующей неделе наступала чья-то смерть. Те из слуг, которые видели их в этот момент, говорили, что Акабане походил на короля: с глупой улыбкой и бездонными глазами, а перед ним стояла госпожа Манами и ухмылялась... Её аметисты были наполнены ненавистью и яростью, а не той священной любовью, которая была вначале. Слуги тут же увольнялись после увиденного, но через пару недель их тоже ждала смерть. Вскоре, в городе наступили общие казни, и все жители стали засыпать по ночам со страхом под ненавистную им мелодию госпожи, которая стала похожа на похоронную. Король Сулей к тому моменту уже умер, и госпожа Манами заняла его престол, как единственная, с кем у него была связь. Она стала королевой Манами, но всем от этого известия хотелось плакать. Королевство затопило кровью. А через несколько месяцев было уничтожено королевство Гахар, союзник Бахра, которое они прикончили своими руками. Точнее, это сделал Карма, ухо которого горело от просьб госпожи Манами. Судя по всему, слухи были правы, и девушка, действительно не смогла принять отказ наследника Гахара на свадебный союз, решив изничтожить и отомстить им раз и навсегда. Все были уверены: Карма заколдован. Он действует под воздействием магии госпожи, которая ни во что его не ставит. Все видели, как она могла ударить его по щеке или заставить склониться перед всеми гостями. А он улыбался, шепча: - Госпожа души моей... Госпожа... Гости были в таком шоке, что спешили покинуть дворец, провожаемые взглядом чарующих аметистовых глаз, которые уже не вызывали у них приятные чувства. Скорее страх, что они теперь в любой момент могут умереть. Но слуги видели... Видели, как страстно любили они друг друга по ночам, молясь, чтобы девушка никогда не смогла родить. Но Манами родила. Дочь. Безумно похожую на Акабане. И в ту же ночь её лишилась. И это стало последней каплей разумности. Госпожа сошла с ума, а вместе с ней и весь двор. Государство пришло в упадок, но на него боялись нападать, испытывая животный страх перед Манами и Кармой. Союзники вокруг Бахра умирали и подчинялись ему, и нищих стало так много, что воины ходили и убивали их по дороге. Никто не знал, когда закончится этот ужас. Но однажды. В одно светлое утро, раздались крики. Слуги знали, что госпожа снова ждёт ребенка, и были готовы ценой жизни убить его. Ибо ребенок жрицы - опасное дитя. Он несёт с собой угрозу. Вечную и нерушимую. Но когда они ворвались, госпожа была мертва, лужа крови расплылась под ней. Рядом с ней умирал Карма, в руках которого был нож. Никто не знает, что случилось. И был ли Акабане под заклятьем всё это время, но перед смертью, он снова шептал про свою госпожу..." - А ребёнок? - Энд не удержался, испуганно зыркнув на отца, чьи мрачные желтоватые глаза, смотрели на него. - Что с ним? - Он пропал. Никто не знает, где он сейчас. Но за его голову огромная сумма денег. - Произнёс мужчина, поправив свои волосы. - Поговаривают, что его глаза такие же, как и у матери - смертельно опасные и завораживающие. - Аметистового цвета? - пискнул мальчик. Мужчина не ответил, и быстро собрав мальчика, вывел из кабака, побежав по дороге. Малыш был на руках, не понимая, почему отец так испугался, и куда они опять бегут. Но вскоре задремал, не замечая, что они остановились. Мужчина вздохнул. Его золотистые глаза были грустны, и темные волосы трепались на ветру. - Я всё помню... Ох, помню, как это было. Юма был одним из слуг, которые были подле госпожи, надеясь прихлопнуть её. Особенно он, после того, как умерла его невеста Юкико. На том же чертовом поле, где её обвинили в измене родины. Просто из-за того, что она перевезла в отца в безопасное место, подальше от кровопролития. И видел, как в комнату ворвался Акабане с ножом, его взгляд был усталый и яростный. Он нанес госпоже удар со спины, чтобы не смотреть в её фиалковые глаза. Он понимал, в какую ловушку она его загнала, и собирался избавится от неё. А после от себя. Впервые, Манами применила священную силу, пронзив ею тело Акабане. Тот отлетел к шкафу, послышался грохот. В комнате на миг стало чересчур светло. Странно, что слуги не прибежали. Наверное, испугались. Девушка сползла вниз от кроватки. В её аметистовых глазах впервые царила боль, и какое-то мрачное удовлетворение. Последняя фраза, которую она произнесла, была: - Настало время пить чай из ваших слёз. Это было сказано таким тихим, но до жути проникновенным тоном, что Юма тут же занес кинжал над головой госпожи, заставив её замолчать навсегда. Он уже хотел убить ребёнка, дабы окончательно свершить свою месть и избавиться от проклятье всего народа, но Акабане не дал. Не позволил убить своё дитя. Не смотря на все возражения и противоречия юноши, которые тот ему говорил, под вопли малыша. Пожалуйста. - Молил Карма, протягивая к Юме сверсток. - Вырасти его, как обычного ребенка, и он не причинит никому вред. Спаси его... Прошу... И он снова не смог отказаться, особенно, когда малыш так надрывно плакал. Юма принял на себя все обязанности, и под покровом ночи ушёл. Теперь вся его жизнь бегство. Но ради этих аметистовых глаз, это того стоит. Юма понимал, почему Акабане влюбился в госпожу Манами, потому что, только один взгляд на их глаза, словно выстрел в сердце. - Ты мой господин. - Провороковал мужчина, присев возле дерева, скрываясь от посторонних глаз. - Ты конец наших жизней. И ты их начало. Возможно, ты способен спасти наш мир. Он немного помолчал, выдыхая и тихо произнёс: - Но сейчас мир к тебе не готов.