Моменты из жизни.

У Агуста в душе глубокая печаль. Его любимый брат вот уже как два года считается погибшим. Юнги был журналистом и смог разоблачить одного очень влиятельного и страшного человека. Разумеется, прощать этого ему не собирались. Так в один прекрасный день жизнь двух братьев-близнецов превратилась в ад. Каждого из них попёрли с работы, испугавшись за свою жалкую шкуру или соблазнившись приличной суммой денег. Юнги пришлось не один раз нарушать закон, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Агуст очень боялся за старшего и каждый вечер, когда брат возвращался домой, в первую очередь ощупывал с головы до ног, чтобы убедиться в отсутствии серьёзных ранений. - Ты когда-нибудь перестанешь? - хмыкает Юнги, когда в очередной раз младший из близнецов принялся "обследовать" его. - Никогда, - отзывается тот, беззлобно усмехнувшись. - Мне так будет спокойнее, - добавил, обвив руками шею брата. - Нам нельзя, Гу, - предупреждающий тон старшего никак не сочетается с его действиями. Ладони ложатся на хрупкую талию близнеца, поглаживают поясницу. - Раньше это тебя не останавливало, - тихо замечает Агуст. - Сейчас не время для нежностей, - Юнги чувствует тёплые, мягкие губы брата на своём лице, шее и уже близок к тому, чтобы сдаться. - Пиздишь как дышишь. Тебе это так же необходимо, как и мне. - Всё то ты знаешь, - ворчит старший, утыкаясь носом в плечо Агуста. Урчит, чувствуя тепло и любимый запах мяты, что исходит от брата. - Я устал, хён. Устал постоянно бояться. Сколько мы ещё будем скрываться от этих ублюдков? - Скоро всё закончится. Потерпи, малыш. Ещё немного. - Ещё раз назовёшь малышом - яйца откушу. - Понял, малыш, - Агуст угрожающе смотрит на брата, но от его нежного взгляда сдувается. - Придурок, - обиженно бурчит, жмурясь от прикосновений старшего к волосам. Юнги знает, что Агуст любит, а что нет. Для него младший близнец всегда как открытая книга. Без труда можно угадать его мысли, эмоции и чувства. И сейчас Юнги придётся сделать очень тяжёлый шаг. На днях ему позвонил прежний работодатель. Предложил вернуться и вновь взяться за ручку с блокнотом. Пообещав хорошие деньги и чистку репутации, он поручил вновь проследить за тем человеком. Сначала Юнги послал его, не поскупившись высказать всё, что он думает. Но эта вечная беготня от полиции, преследования шестёрок того мужчины его сильно достали и измотали. И буквально через пару часов Юнги прислали все инструкции. С того времени он потерял покой и сон. В отличие от брата, старший из близнецов умел прятать свои чувства глубоко в себе. Парень понимал, что возможно это ловушка, что его запросто убьют. Но безопасность и благополучие любимого братика для Юнги всегда было прежде всего. Вот только как сказать об этом Агусту... Он ведь не позволит, не отпустит. Родителей больше нет, их убили, а потерять ещё и старшего брата парень совсем не готов. - Я должен исчезнуть на пару деньков, - да. Он это сказал. Агуст отстраняется. - Нет, - вот так вот сразу. Юнги аж цепенеет от неожиданного и резкого ответа близнеца. - Он убьёт тебя. - Как ты..? - Думаешь, я не вижу, что в последнее время ты сам не свой ходишь. Находишься где-то не здесь. Не со мной, - Агуст обрывает эту местами сопливую речь и прямо произносит: - В следующий раз не будешь оставлять открытым свой электронный ящик. - А тебе надо, блять, было посмотреть, что это за письмо, - грубо шипит Юнги, подходя к ноутбуку и набирая нужные данные. Действительно, письмо с инструкциями было открыто во вкладке браузера. - Хоть не удалил, и на том спасибо, - он всё закрывает и отключает ноут, убирая в сумку. Агуст стоит неподвижно ещё минуты две, затем бросается вслед за вышедшим в коридор братом. - Стоять, - хватает его за рукав кожаной куртки и заставляет развернуться. - Я сказал. Ты. Никуда. Не. Пойдёшь. - Я всё равно уйду, братик. Не трать напрасно моё время. - В таком случае, - младший из близнецов тоже натягивает куртку, - я пойду с тобой. - Нет, не пойдёшь, - шипит старший. - Так останови меня. В чём проблема? - с вызовом бросает Агуст. - Ты. Ты моя самая главная проблема, - Юнги вжимает младшего в стену. - Единственная, которую я люблю решать. Тем способом, который ты очень хорошо понимаешь, - впивается долгим и грубым поцелуем в губы напротив. Агуст чувствует чужое колено меж своих ног, что легонько массирует растущий бугор в штанах. - Не пытайся, - шепчет прерывисто, смотря в затуманенные возбуждением глаза брата. - Я не изменю своё решение. - Я тоже не собираюсь, - парирует Юнги. - Ты... Ты должен остаться. Здесь безопаснее. Я не прощу себе, если ты погибнешь только потому, что я не смог удержать тебя от опрометчивого решения, - обхватывает ладонями лицо брата, не разрывая ни на секунду зрительный контакт. - Мне будет спокойнее, если ты пообещаешь, что не пойдёшь со мной. За мной. Так я буду знать, что ты в порядке. Что мне есть ради кого вернуться... Вздох. Агуста ломает нещадно. Руки начинают дрожать, когда он зарывается ими в выкрашенную в блонд макушку и пропускает светлые пряди сквозь пальцы. Он не может отпустить брата, не желает даже думать про это. Если отпустит - потеряет. Не отпустит - Юнги всё равно уйдёт. Оба исхода внушают страх. - Обещай, что вернёшься, хён. Обещай, что не бросишь, - слова слетают с дрожащих губ. - Обещаю, братик, - от вспыхнувшей было страсти не осталось и следа. Агуст едва сдерживает слёзы, когда обнимает близнеца на прощание. Юнги чувствует боль, растекающуюся по венам младшего словно яд. В его силах лишь поскорее покончить с этим дерьмом и вернуться домой. Чтобы больше никогда не делать больно тому, кто любит его. - Помнишь, я на днях спросил тебя, что будет, если я вдруг перестану быть собой? Стану кем-то... другим. Ты тогда не ответил, - Юнги как-то грустно усмехается. - И ты решил узнать об этом прямо сейчас? - Если ты готов дать мне ответ. Младший из близнецов смотрит куда-то сквозь брата, вновь обдумывая вопрос. - Мне тяжело, - наконец, говорит он. - Тяжело это представить. Знаю только, что ты всегда будешь моим братом. Чтобы ни происходило в нашей жизни, я буду рядом. - Спасибо, - шепчет еле слышно старший, когда за ним закрылась входная дверь. Агуст упал на колени и беззвучно заплакал. Надежда, что брат одумается, угасала с каждой минутой. - Я стану твоим ангелом... Чтобы крыльями от бед укрыть... Я стану твоим ангелом... Чтобы просто рядом быть... - его тихий мелодичный голос эхом отдавался от стен опустевшей квартиры. - Вернись ко мне, Юнги-я... Я дождусь... Обещаю... Юнги уже во дворе обернулся и с тоской посмотрел вверх, на окна их маленькой квартирки, что по наследству от родителей погибших досталась. - Прости меня, Гу... Прости за всё... - накинув на голову капюшон и натянув на лицо чёрную маску, старший спешит покинуть это место... Юнги знает, какой на самом деле будет исход. Он не вернётся...

***

Два года спустя. Агуст, одетый во всё чёрное, аки ниндзя, выходит за ворота небольшого кладбища, постоянно озираясь по сторонам. С тех пор, как погиб брат, его прежняя жизнь рухнула подобно карточному домику. В городе стало небезопасно. Загадочные убийства, сотни бледных обескровленных трупов, некоторые из них истерзаны и изнасилованы... Ничего вам не напоминает, друзья? Вампиры. Об их существовании Агуст знает не понаслышке. Ведь именно эти кровожадные твари причастны к смерти Юнги. Как младший из близнецов узнал об этом? Записи старшего, что остались в тот роковой день. Тот человек, за которым следил Юнги оказался вовсе не человеком. Один из самых опасных и жестоких кровососущих тварей, что держал под контролем небольшой вампирский клан в Тэгу. Покопавшись в сторонних источниках, Агуст узнал, что он берёт начало ещё в эпохе династии Чосон. Самые сильные вампиры среди ныне живущих в современном мире. Питаются исключительно человеческой плотью и кровью, не брезгуют даже маленькими детьми. Ужасно. Слишком страшно, чтобы поверить. Разумеется, Агуст не собирался оставлять это просто так. Сначала он уничтожил конкретно тех, кто косвенно или напрямую причастен к смерти брата. После в нём что-то окончательно сломалось. Теперь на его счету сотни, нет, даже тысячи убитых вампиров. И каждый раз Агуст выбирает новый способ уничтожения этих тварей. Он по-прежнему обитает в некогда их с Юнги квартирке, но теперь она больше напоминает логово охотника на вампиров, нежели обычного человека. Различное оружие, висящее на стенах, от простого ружья до средневекового арбалета. Везде валяется мусор в виде листов бумаги с данными о новых жертвах вампиров. И фотография близнецов в рамочке, что стоит на письменном, тоже заваленном бумагами, столе. - Ты сегодня дольше, чем обычно, хён, - замечает Чонгук, стоит Агусту подойти к стоящей недалеко от кладбища машине. - Снова напоролся на одного из этих ублюдков, - сухо произносит старший, забирая сигарету из пальцев Чона и делая небольшую затяжку. С Чонгуком он познакомился полгода назад, когда парень едва не стал закуской вампира. Его успели тогда укусить, но мы не в дерьмовом кино, чтобы поверить в то, что люди обращались в вампиров от одного укуса. Этот процесс очень сложный. Агуст убил кровопийцу, а Чонгука забрал. С тех пор парнишка прицепился к нему, как банный лист к жопе. Временами это бесило. Но как бы то ни было, Агуст чувствовал привязанность к младшему, что со временем превратилась в крепкую дружбу. - Вот же уроды, - бурчит Чонгук, с досады стукнув кулаком по капоту автомобиля. - Скоро в туалет нельзя будет сходить, голова одной из этих тварей будет из унитаза на тебя таращиться. Если хуй не откусит вместе с задницей. Агуст хрипло смеётся. - Я убью его прежде, чем он свою пасть раскроет, - тушит окурок носком тяжёлых ботинок и поворачивается к младшему. - Никого не было из посторонних поблизости, пока я навещал брата? - Нет, хён. Хотя, постой. Я видел какой-то непонятный силуэт. Он стоял вон в той стороне, - Чон показал рукой куда-то за угол кладбища. - Я подкрался бы незаметно, так местность, блять, открытая, хрен где спрячешься. Ну, я и рванул сдуру, а когда на достаточное расстояние приблизился, он исчез. Испарился. - Он тебя не заметил? Ты не пострадал? - Чонгук мягко кладёт руку на плечо старшего. - Хён, не стоит. Всё в порядке. - Поехали отсюда. Тут смертью несёт так, что у меня гланды чешутся, - Агуст корчит гримасу отвращения и хлопает автомобильной дверцей. А через секунду легковушка увозит обоих мужчин обратно в город. - Закинуть домой? - осторожно интересуется Чонгук, наблюдая за притихшим старшим через зеркало заднего вида. - Заглянем сначала к Ви. Он говорил, что у него есть кое-какая информация. - И ты ему доверяешь? - жуёт нижнюю губу Чон. - Он же... - Я знаю, кто он, - отрезал Агуст, встретившись с ним взглядом в зеркале. - Тэхён не такой, как эти хищники. Его семья не убивает людей. - Но ведь убивали когда-то, - не успокаивается младший. - А если вдруг они поддадутся искушению? Тебе не будет жаль убивать их? - Ви потратил слишком много времени, чтобы пойти против своей природы. Не думаю, что он захочет снова это пережить. - Тогда предупреждаю, хён. Если он или кто-то из его семьи попытается тебя укусить, будет, сука, сдыхать медленно и мучительно. - Ха-ха-ха, остынь, мелкий, - Агуст наклоняется вперёд и треплет Чонгука по волосам. Затем его лицо становится вновь серьёзным. - Только не вздумай лезть на рожон. Юнги сунул свой нос куда не следовало и теперь гниёт под толщей земли. Не допущу, чтобы с тобой произошло то же самое, - отворачивается к окну, прислоняется лбом к стеклу. Чонгук за тот короткий срок, что они знакомы, стал ему не просто другом или напарником. Он смог заполнить часть пустоты в его сердце, после смерти старшего близнеца появившейся. Агуст чувствует ответственность за названного брата, ведь Чон младше него на целых три года. Машина останавливается и Агуст слышит как хлопает водительская дверца и открывается задняя. А затем его обнимают крепкие руки Чонгука. - Прости, хён. Прости, что снова затеял этот разговор. Я обязан тебе многим, ты спас мне жизнь. Я потерял всех, кто был мне дорог. Ты единственное, что у меня осталось, Агуст-хён, - старший невольно вздрагивает, столкнувшись с серьёзным взглядом чёрных глаз. - Я не могу потерять ещё и тебя. - Чонгук... - Без "Чонгук". Юнги-хён пожертвовал собой ради тебя. Неужели его смерть напрасна? - вопрос больно ранит. Но ещё больнее - осознание того, что Чонгук прав. - Я уверен, он был бы не очень рад, если бы узнал, что ты общаешься с представителями его убийц. - Семья Тэхёна живёт в Японии, - непонятно зачем уточняет Агуст. - Он вернулся в родной город, чтобы держать под контролем всё, что они сумели сохранить за эти годы. - Неплохой ход, чтобы уйти от разговора, - хмыкает Чон. - Но прошу, помни о том, что я тебе сказал, - наклоняется и целует. Осторожно и мягко. Удивляется, когда старший отвечает на его действия, перебирая пальцами мягкие чёрные волосы. Долгие годы воздержания, стресс, усталость - всё это легло на плечи обоих тяжёлым грузом. Так они помогали друг другу хоть немного облегчить ношу. - Чёрт, кажется, у меня встал, - шипит Агуст про себя, в надежде, что Чонгук его не услышит. - У меня тоже, - м-да, удача сегодня явно не на его стороне. - Может... - Прямо здесь? Недалеко от мест обитания этих кровопийц? - Мы трахались в местах и похуже, хён, - Чонгук чуть усмехается, помогая старшему избавиться от джинсов. Толкается на пробу, слышит недовольное шипение, очень смахивающее на кошачье. Не слишком удобное положение, отсутствие смазки и понимание, что в любой момент на них могут напасть, только сильнее разжигает вспыхнувшую между ними столь редкую искру. Пик удовольствия наступает слишком быстро. - Ты ведь понимаешь, что между нами всё равно ничего не изменится? - Агуст рвано дышит, пытаясь собрать разбежавшиеся мысли в кучу. - Я благодарен тебе за поддержку, за то, что ты принёс в мою жизнь хоть немного света. Но я не могу позволить себе большего... - Хён, - Чонгук мягко улыбается. - Ты каждый раз говоришь одно и то же. Я устал повторять, что не рассчитываю на что-то большее. Мне хватает того, что ты даёшь мне сейчас. Я всегда прикрою твою спину, всегда буду рядом, если понадобится. Просто у нас свой метод поддержки, согласен? - перебирается на водительское место и заводит мотор. - Это называется секс по дружбе, - фыркает Агуст, вновь отворачиваясь к окну. И цепенеет, чувствуя на себе чей-то пристальный взгляд сквозь стекло. Вцепившись пальцами в бинокль, он подносит его к глазам. Ничего не видно. Тогда Агуст выбегает из машины и пробует снова. Но видит лишь тень с длинными светлыми волосами и в традиционных одеждах, что спешно удаляется в лес. Агуст хочет броситься за ним, но его успевает остановить Чонгук. - Что происходит? - За нами кто-то следит. Следил. Он ушёл. Нужно идти за ним, - младший, теперь уже единственный, из близнецов Мин, бросается к машине и открывает багажник, где хранилось разнообразное оружие. - Нет, хён. С тем количеством, что у нас сейчас при себе мы и армию этих кровососов не уничтожим. Единственное, что мы можем в данный момент - это вернуться в город и разработать план. Агуст молчит минуты две, обдумывая слова друга. - Поехали. - К Тэхёну? - Да, - брюнет плюхается на заднее сиденье, потирая пальцами виски. - Как скажешь, командир, - бурчит недовольно Чонгук, наконец, выруливая на проезжую часть. - Чон... - Что, хён? - Спасибо, - благодарно шепчет старший, постепенно проваливаясь в лёгкую дремоту.

***

- Я уж думал, вас волки загрызли, - негромко смеётся Ви, когда Агуст и Чонгук, наконец-то появились на пороге его дома. - И не надейся, кровосися, - огрызается последний, показав Тэхёну средний палец. - Имей совесть, мелкий. Я на век старше тебя, прояви уважение. - Мне похуй, - рычит Чонгук, сев в кресло, закинув ногу на ногу. - Тэхён, ты, кажется, говорил, что у тебя есть кое-что важное для нас, - Агуст решает вмешаться, пока между этой парочкой не разгорелся конфликт. - Да, мой друг, - вампир улыбается, приобнимая парня за плечи. Тэхён и его семья - одни из немногих, кто действительно сумел пойти против своей природы. Пьют животную кровь заместо людской. Конечно, чтобы приспособиться к такому способу пропитания потребовались долгие годы тренировок. Нельзя сказать, кому из них - Агусту или Тэхёну - повезло при первой встрече больше. Но вампир оказался действительно ценным союзником и одним из верных друзей, которых, по словам Агуста, можно было пересчитать по пальцам. - Я весь во внимании, - Агуст садится в соседнее кресло, смотря прямо в золотистого цвета глаза Ви. Ещё один признак, по которому можно понять, что вампир не питается человеческой кровью. У тех зрачки красные, будто кровью залитые. - Не могу сказать точно, правда это или всего лишь слухи среди других вампиров, - Тэхён берёт бокал с кровью какого-то дикого зверя. Медведя, кажется, - но двое из тех вампиров бродят по Тэгу и один из них ищет тебя. Агуст и Чонгук переглянулись. Теперь уже ни у кого из них не осталось сомнений. За ними действительно следят и очень хорошо. - Всё-таки не слухи, - бормочет себе под нос Тэхён, переводя взгляд с одного лица на другое, задерживаясь подолгу на Чонгуке. Тот лишь презрительно хмыкает и наглядно поглаживает рукоять пистолета, намекая, что лучше держаться от него подальше. Ви облизывает губы и вновь возвращается к разговору. - Давно вы заметили слежку? - Лично я уже пятый день это наблюдаю, - Чонгук всё-таки решается заговорить. - Самое интересное, это то, что он или они даже не пытались напасть в открытую, особенно когда мы были более беззащитны и уязвимы для их атак. - Почему ты не сказал ничего мне, Чонгук? - Агуст сжимает губы в тонкую линию. - Хотел убедиться, что это не галюны от того, что я слишком много курю, - младший ерошит пятернёй свои волосы, щёлкает зажигалкой, затягиваясь. - Интересно, какого хрена они творят? Что им нужно? - Не боишься сдохнуть от своих сигарет, малыш? - ехидно улыбается Тэхён. - Уж точно не от твоих клыков, Тэхён-и, - Чонгук выдыхает дым прямо в лицо подошедшему вампиру. - А ты мне нравишься, - вампир наклоняется ближе. - Не хочешь сходить со мной на свидание? - Слишком много хочешь, кровосися, - Чон толкает его в грудь, дабы встать. Однако Ви и с места не двинулся. - Ты забываешься, Чонгук-и, - тон становится более угрожающим. - Давай проясним. Ты всего лишь человек. Слабый. Ничтожный. Одного удара достаточно, чтобы прихлопнуть вас как тараканов. Я вампир. Я намного сильнее тебя. Даже если я перестал убивать вас, это не значит, что я не могу управлять вашим сознанием, - Ви хватает Чонгука за волосы, заставляя посмотреть ему в глаза. - Скажу один раз, повторять больше не намерен, - наклоняется ещё ближе, так что между их лицами осталась какая-то лишняя пара миллиметров. - Ты будешь моим. Я добьюсь тебя любой ценой, Чон Чонгук. Можешь сопротивляться, убегать, огрызаться, но тебе от меня не скрыться. Я всегда буду за твоей спиной, детка, - мажет окровавленным дыханием губы напротив и выпрямляется, отпуская Чонгука. - Помни об этом. - Я, конечно, не против, чтобы вы ещё потрахались прям тут, но лицезреть это не собираюсь, - Агуст поднимается на ноги и хватает со стола ключи от машины. Эта парочка за короткий срок успела изрядно выебать ему мозг. - Чао, голубки, - дверь захлопнулась с такой силой, что едва не слетела с петель. - Что ж, похоже, мы остались с тобой тет-а-тет, - ухмыляется вампир, подождав, пока смех Агуста стихнет вдали. - Что предпочитаешь, чай, кофе или может, что-то покрепче? Я чувствую, у нас будет очень интересная беседа. Чонгук молчит секунд пятнадцать, обдумывая своё положение. Он на чужой территории, ему некуда бежать. А какой вампир в гневе, почему-то страшно представить. И вдобавок, Чонгука тянет к нему. Как магнит притягивает к себе металлические опилки. Он сопротивляется, пытается скрыть зарождающуюся симпатию, которая со временем перерастёт в гораздо большее и сильное чувство. - Кофе. И покрепче.

***

Агуст паркуется во дворе и чуть ли не бегом поднимается по лестнице, напрочь забыв о присутствии в доме лифта. Влетает в квартиру и застывает на пороге. В доме явно был кто-то чужой. Не снимая обувь, парень осторожно двинулся вглубь квартиры. Запах смерти и крови стоял плотным густым туманом, забивая ноздри. Все вещи находились на своих местах. Хруст. За исключением одной. Рамка с фотографией братьев лежала на полу лицом вниз. Разбитая. - Сука. Агуст собирает осколки и случайно режет себе пальцы. Багровые капли стекают по бледной коже, пачкая паркет. - Ну, здравствуй, братик, - знакомый шёпот пробирает до костей, а ледяные губы присасываются к мочке уха. - Что за... - парень резко оборачивается. И натыкается на взгляд кроваво-красных глаз, что внимательно изучают его. Юнги подходит ближе. Берёт руку брата в свою и припадает к ней, вылизывая текущую из порезов кровь. Агуст резко вырывает её из тонких бледных ледяных пальцев и одним движением вскидывает вторую руку с пистолетом. - Фу, что за гостеприимство, Агуст~и, - вампир растягивает губы в окровавленной ухмылке. - Неужели ты мне не рад? - Зачем ты пришёл, Юнги? - у Агуста в голове хаос. Старший брат, которого он считал мёртвым все эти годы, стоит сейчас напротив. И выглядит не так, каким запомнил его младший в последний раз. Длинные светлые волосы, часть из них собрана в высокий хвост, одежда совсем не соответствует модным тенденциям современности. Вздох. Осознание вспыхивает подобно искре. - Это был ты, - Агуст говорит это скорее сам себе, нежели брату. - Зачем? - а вот этот вопрос уже адресован непосредственно Юнги. - Я же должен знать, как поживает мой любимый братик, - вампир причмокивает губами, всё ещё ощущая сладкое послевкусие крови Агуста. - И какой он в постели? - Что? - до младшего из близнецов не сразу доходит суть вопроса, но он быстро берёт ситуацию под контроль. - Горячий. Мне хорошо с ним. - Не пизди мне, - шипит рассерженной змеёй Юнги, слишком быстро оказываясь рядом. - Этот Чонгук понятия не имеет, что такое истинное удовольствие, он вообще ни о чём понятия не имеет. Он не может быть лучше меня. - А что ты хотел? Думал, что я буду пиздострадать по тебе все эти сраные годы? - Агуст начинает кричать. - Это ты понятия не имеешь, как мне было хуёво тогда. Ты не знаешь, сколько ночей я проплакал, когда осознал, что тебя больше нет. Сколько боролся с тем, чтобы не уйти к тебе. Сколько сил я потратил, чтобы заново собрать себя по кусочкам. Я каждую неделю пёрся на это сраное кладбище и рыдал как сука конченная у твоей могилы, а ты... - силы иссякли и последнюю фразу Агуст произнёс сиплым шёпотом. - Я умирал без тебя... - Я умер без тебя. - Чонгук дал мне силы жить дальше. - Он посягнул на моё. - Чонгук поддержал меня в непростое время. - Он забрал у меня тебя, - рычит Юнги, хватая близнеца за плечи и вжимая в стену что есть силы. Агуст больно ударяется спиной, с его губ срывается стон. - Тебе больно. А мне, блять, думаешь, не больно? Я вижу своего брата, трахающегося в машине с этим придурком! Что я мог в этот момент думать? Человек, которого я любил всю жизнь и после неё, просто взял и позволил этому молокососу запихнуть его член себе в задницу. Знаешь, кто ты после этого? Продажная шлюха. Дешёвка. Мразь. Выстрел. Юнги быстро оказывается на другом конце комнаты, сверля бешеным взглядом близнеца, который спустил курок и снова прицелился. - Закрой свой блядский рот, чмо вампирское. То, что ты мой брат, не даёт тебе никаких прав говорить обо мне в таком тоне, - Агуст зол не меньше. При жизни Юнги хоть и был ревнив, но таких вещей себе не позволял. - Умница. А теперь слушай внимательно. Я не ебу, что ты там себе навыдумывал. Или черви окончательно сожрали твои мозги к хуям. Но. У нас с Чонгуком был просто секс. Без обязательств. Никакой любви между нами нет и не было. Ты всегда говорил, что я для тебя как открытая книга. Так прочти меня, что стоишь и смотришь как баран на новые ворота? Прочти меня... Агуста снова припёрли к многострадальной стенке. Юнги ловит его взгляд и смотрит в ответ, выпускает лёгкое воздействие, которое постепенно начинает усиливаться. Брюнет чувствует, как тело окутывает слабость, в глазах начинает темнеть. Но старший не даёт ему отключиться, умело контролируя сознание близнеца. Тишина на несколько минут воцарилась в квартире, было слышно лишь прерывистое дыхание младшего. - Смотри на меня. Эй, смотри на меня, - Юнги снимает воздействие и едва успевает подхватить падающего на пол брата. - Давай, открой глаза. Вот так, хорошо. Сколько пальцев я показываю? - вытягивает руку с оттопыренной пятернёй. - Пять, - тихо произносит Агуст. - Да-а-а... Молодец, - вампир обхватывает пальцами подбородок близнеца и целует. Настойчиво, сразу язык в ход пускает, в бой рвётся. Младший из близнецов глухо стонет, в себя быстро приходит. Но вместо ожидаемого удара или ругани Юнги ответ не менее страстный получает, сладкий запах брата кружит голову, разум туманит. Возбуждение у обоих близится к точке кипения. - Признай, что я лучше него, - блондин стягивает с близнеца куртку, подхватывает под бёдра. Бедная стенка, скоро не выдержит, рухнет от того, что Агуста вжимают в неё всей силой, грубо трахают его рот языком, прокусывают губу, тут же слизывая капли крови. - Юн... Юн... - дыхания не хватает, совсем. - По... Подожди, Юнги... Стой... - тот не очень охотно отрывается от своего занятия и выжидающе смотрит на брата. - Не здесь, дурак... - хихикает как-то странно. Будто нализался валерьянки или чего покрепче. - В спальне... удобнее... - Прости... Забылся, - кается старший, вновь припадая к сладким губам. Не отрываясь от Агуста ни на секунду, он довольно быстро находит нужную дверь, что слетает с петель от одного мощного пинка. - Вот же чмо вампирское, - не удержался от комментария младший. - Чтобы завтра поставил её на место, понял? - У меня мысль получше, братик, - шепчет Юнги, нависая сверху. Забирается ледяными руками под футболку близнеца, жадно ощупывая каждый сантиметр разгорячённой кожи. Стоны Агуста топит в страстных поцелуях, чувствует, как тот цепляется за него, словно утопающий за спасительную соломинку. - Как ты посмел бросить меня? - Агуст хватает вампира за волосы, с громким чпоком отстраняет от себя. - Где ты, сука, был, когда мне было плохо? - Это не было моим выбором, малыш. Это первое. Второе - три месяца из двадцати четырёх я был действительно мёртв. Я потерял счёт времени, когда очнулся. И понял, что уже всё не будет так как раньше. Потом начались бесконечные тренировки, мне пришлось учиться жить по-новому. Новобращённым в первые недели очень тяжело. Постоянная жажда крови и убийств. У меня ещё была затяжная депрессия. Я попросту убил бы тебя, если бы вернулся тогда, - вампир садится на постели и тянет брата на себя, прижимая к своей груди. - Я не смог бы себе этого простить. Ты и сейчас так вкусно и сладко пахнешь, что у меня клыки чешутся укусить твою нежную шейку, - он прижимается губами к указанной части тела, втягивая кожу, чтобы оставить багровый след. - Но ты ведь... скучал по мне? - Агуст одним жестом убирает ненужные заколки и ленты из волос близнеца и белоснежные пряди волнами опускаются на его хрупкие плечи. - И что ты сделал со своими волосами, придурок? Юнги смеётся и шлёпает его по заднице. Младший стонет от сладкой боли, откидывая голову назад. Открытая беззащитная шея, набухшая от напряжения вена в самом деле так и манит укусить. Вампир облизывает свои клыки, но успевает остановить себя. Снова. - Наш клан древний и очень сильный среди других. Поэтому у нас такой внешний вид. А что, не нравится? - ломает джинсы с нижним бельём и швыряет ненужные тряпки на пол, оставляя Агуста в одной футболке. - Мне не нравится, что ты всё ещё одет. - Так чего же ты ждёшь, Агуст~и? - ухмыляется старший. Водит ладонями по обнажённой коже бёдер, грубо, властно сжимает ягодицы. Агуст чувствует каменный стояк близнеца, что упирается ему в промежность. - Раздень меня. Младший из близнецов ухмыляется в ответ и уже через пару секунд вся одежда, что была на Юнги, уже валяется где-то рядом с его штанами. - Узнаю своего братика, - кровавое дыхание обволакивает Агуста, словно небольшое облако. Слышится треск - это Юнги, не сдержавшись, рвёт на брате единственный клочок одежды, что скрывал полный доступ к его ахуенному телу. - Заткнись, хён и поцелуй меня уже. - Надо же, ты, наконец-то вспомнил, что я старше тебя, - шепчет вампир, вновь откидывая брата на простыни. Ярко-красные глаза изучают желанное, распластавшееся под ним тело. Агуст обхватывает ногами талию Юнги, тянет руку и проводит по всей линии шрама, точно такого же, как и у него самого. Что делает их ещё более похожими. - Получил в наказание за то, что спас в очередной раз твой восхитительный зад, - тянет губы в усмешке старший. - Не могу же я позволить каким-то отморозкам подпортить твою шкурку, - наклоняется и проводит языком по всей длине шрама. - Так вот кто спас меня в тот раз, когда мы с Чоном попали в окружение этих тварей... - Агуст теперь смог собрать все кусочки пазла. Около двух недель назад друзья действительно напоролись на засаду тех самых вампиров. Их было около пяти-шести особей. И они все были безумно голодны. Агуст с Чонгуком чудом смогли перебить всех, но один из них всё-таки уцелел. Именно он полоснул длинным чёрным когтём по лицу младшего из близнецов, оставив на всю жизнь шрам. От резкой боли и приличной потери крови Агуст тогда отключился, но перед этим успел увидеть чей-то силуэт, что оторвал вампиру голову одним движением и сжёг всех остальных. Разумеется, он был благодарен незнакомцу за спасение его жизни и жизни Чонгука, но не тратил времени на его поиски. А оказывается, спаситель всё это время был поблизости... - Почему..? - Потому что всё ещё люблю тебя, - Юнги больше не может ждать. Ложится сверху на брата, смоляные волосы на затылке в кулак сгребает, в губы ещё более жадным поцелуем впивается. Агуст едва успевает переводить дыхание, утопая в грязном, кровавом омуте родных глаз с головой. Он скучал по такому Юнги. Именно этот образ запомнился младшему близнецу в их последнюю ночь любви. - Как же мне тебя не хватало, малыш... - Не смей больше покидать меня... - Никогда. Я больше не уйду. Я буду с тобой, братик, - Юнги мажет губами по вздымающейся груди, массирует пальцами обеих рук набухшие горошины сосков. Агуст всхлипывает, мечется под братом, пытаясь то уйти от ласк, то наоборот, желая получить больше. - С Чонгуком ты не испытывал таких ощущений, я прав? - вампир знает, что прав. Но хочет услышать это от самого близнеца. - Не так ли, Агуст~и? - Д-да... Да... Да-а-а-ах... Юн... Юнги... - Агуст что есть силы впивается в спину брата ногтями, выгибаясь навстречу движениям его языка и губ. - П-прекрати... Я... Я сейчас ведь кончу... Ах... Умоляю, хватит... Юнги не хватит. Юнги всегда мало. Агуст чувствует, как ледяная ладонь сжимает его готовый в любую секунду излиться член у основания и громко вскрикивает. А когда ощущает всё тот же блядский язык и губы вампира на багровой сочащейся смазкой головке, готов взвыть от контраста грубости и нежности. Юнги смотрит на него снизу вверх, в алых глазах горят похоть и страсть. Его член уже давно в полной боевой готовности, но братья слишком любят играть друг с другом, доводить до грани. - Значит, ты один из них... - выдыхает младший. - Да. Я вампир, Агуст~и, - низкий хриплый шёпот долетает до ушей парня. - Поначалу я счёл это проклятием, - Юнги сжимает простынь в кулаке так, что трещит ткань. - Особенно в первые дни после обращения, как я уже сказал тебе. Теперь мне нравится моя новая жизнь. Так же, как и то, что мы с тобой появились на свет. - Ммм... Ты ведь не убьёшь меня, правда? Юнги напоследок проводит языком по всей длине напряжённой плоти близнеца и вновь нависает над ним. Лёгкая усмешка трогает его губы, можно даже разглядеть небольшие клыки. - Мы оба знаем ответ, - и это действительно так. Агуст обнимает брата за плечи, мягко касаясь губами холодной кожи. Напрягается, когда в него резко с хлюпающим звуком проникают пальцы. Кажется, их всего два. - Юн~и... Пожалуйста... - Что ты хочешь, Гу? - мурлычет вампир, усыпая шею брата новыми фиолетовыми метками, с каждым новым толчком задевая чувствительный комочек внутри. - Тебя... Твой член... Внутри... - Проси лучше, малыш, - Юнги толкается глубже, насколько это возможно. Агуст дрожит всем своим существом, сам двигается навстречу пальцам, прогибается в спине до хруста костей, стонет настолько звучно, что хочется записать это на диктофон и слушать каждый день. Каждую минуту. Каждую секунду. Сломав кнопку повтора. - Да трахни меня уже, ублюдок хренов! Юнги довольно скалится. Именно это он и хотел услышать. Закидывает ноги близнеца себе на плечи, врывается в горячее нутро одним грубым толчком. Агуст издаёт громкий рык, тугие стеночки плотно обхватывают член брата, будто железные клещи. - Ммм, я и забыл уже, как это приятно, - Юнги вбивается в тело младшего размашистыми толчками, облизывая и покусывая кожу на лодыжках, наслаждаясь ароматом родной молочной кожи вперемешку с любимыми мятными маслами. - Не нашёл, с кем потрахаться за эти два года? - Я надеялся, что ты всё ещё ждёшь меня, - вампир наклоняется, всем весом вжимая Агуста в кровать, и ускоряет темп. - Я... Я не знал, что... - дыхание сбивается, - что ты... Думаешь... если бы я... знал, стал бы... спать с другим? - Агуст ещё крепче сжимает поясницу брата ногами, вгоняя его член глубже в себя. - Я тебе верю, малыш, - шепчет Юнги куда-то в усыпанную засосами шею. - Но всё равно за свои поступки нужно отвечать, - клыки впиваются в нежную кожу. Агуст открывает рот в беззвучном крике, но не предпринимает никаких попыток оттолкнуть от себя близнеца. Юнги с наслаждением пьёт сладкую и вкусную кровь, что заполняет его голодный рот. Тон кожи стал ровнее, волосы засияли, глаза загорелись ярким блеском. Агусту кажется, что ещё немного - и брат убьёт его, выпьет до конца. Ещё несколько грубых толчков - и его накрывает волной оргазма, смешанной с болью. Вампир продолжает интенсивно вбиваться в расслабленное тело и спустя несколько минут бурно кончает внутрь, оторвавшись от шеи брата и издав громкий стон наслаждения. - Вот такой ты мне нравишься гораздо больше, - толкнувшись ещё пару раз, Юнги замирает, любуясь младшим братом. Прекрасен как и всегда после жаркого секса. Усыпанный засосами и метками торс и шея, на последней оставлен сочный кровавый след. Дыхание, как и сердцебиение, неровное, сбитое. Агуст ослабевшей рукой нащупывает на тумбочке сигареты и зажигалку. Руки старшего обхватывают поясницу и резко поднимают вверх. Теперь он сидит у близнеца на коленях. И по-прежнему чувствует его член внутри себя. - У меня столько вопросов к тебе, хён, - тихо говорит младший, раз пять чиркнув зажигалкой и, наконец, затягиваясь. Туман в голове начинает потихоньку рассеиваться, сознание снова становится ясным. - Всему своё время, братик, - Юнги легонько шевелит бёдрами, вырывая из уст Агуста еле слышный стон. Его малыш после секса такой чувствительный и податливый. Это сводит с ума. - Я люблю тебя, - Агуст обвивает руками шею вампира, присасываясь губами к его губам. На языке чувствуется металлический привкус собственной крови, но это не пугает. Делает снова затяжку и медленно приподнимает и опускает бёдра. - Не томи, малыш, - Юнги мажет окровавленными пальцами по губам близнеца, второй рукой крепко сжав поясницу. - Это моя месть, - ухмыляется Агуст, медленно слизывая кровь, будто это лучшее в мире лакомство. - Наслаждайся, пока есть возможность. - Обязательно, Гу, - Юнги резко вскидывает бёдра. Ещё раз. И ещё. Сигарета едва не выпадает из пальцев младшего, на что тот громко и несдержанно матерится. - Сейчас потушу его о твою спину, чмо вампирское, - шипит Агуст, прыгая на члене близнеца. - Посмотрим, что ты скажешь, когда я как следует тебя выебу, - ухмыляется вампир, смачно шлёпнув брата по округлым половинкам, сжимая их до синяков под пальцами. Ночь обещает быть длинной.