О выборе

Тёмное небо пылает огнями, Праздник усопших как траур живых. Шаг — и Му Цин позади оставляет Прошлое, детство — одно на троих. Воспоминания — терпкая вишня, Сладость улыбок и горечь в груди Как поначалу боялся быть лишним, Как, поразмыслив, решился уйти. Тот, кто с рождения всюду был первым, Так и не понял негласный закон: В трудное время спасает терпенье, Блажь и капризы оставь на потом. Если нет денег, еды и работы, Если с Небес тебя сбросили вниз, Выбор простой — быть живым или гордым. Что ж, каждый выбрал. Пути разошлись. Если бы мог он сейчас оглянуться… Что бы увидел он там, позади? Нет, обрывает себя. Что за глупость? Всё решено. Уходя — уходи. Хватит ждать случая или удачи, Хочешь подняться — так действуй всерьёз. Мог ли Му Цин сделать выбор иначе? Что за нелепый вопрос! * Новая встреча — как гром в чистом небе, И — новый выбор, на свой риск и страх. Их тридцать три, все с мечами, в доспехах, Против Се Ляня — лишь с веткой в руках. Все говорят: «Помоги его выгнать!» Но в этом шуме беспомощных фраз Голос Се Ляня простой и наивный: «Нет, он мой друг, он меня не предаст!» Мир будто замер и груз ожиданий Давит на плечи и тянет ко дну. Если сейчас он поможет Се Ляню — Кто же поможет ему самому? Это как в старой дурацкой задаче: Как на двоих ты разделишь стакан? Только не сказано (вот неудача!) Что эти двое — твой друг и ты сам. Снова он делает выбор — и верит: Так было нужно. Кто спорит с толпой? «Я вознесусь, стану лучше, сильнее И — я клянусь, я вернусь за тобой!» Сталь режет ветку, смятение пряча; Взгляд режет душу — таков твой ответ? Мог ли Му Цин сделать выбор иначе? Нет. Разумеется, нет. * На Небесах жизнь идет безмятежно, Время размыто теченьем веков. Только одно для Му Цина как прежде — Он одинок среди прочих богов. Все их слова ненадежны и зыбки, Если поверил — считай, проиграл, Грубая лесть не сравнится с улыбкой Друга, которого он потерял. Сколько дорог он прошел в мире смертных, Тщетно надеясь его отыскать? Годы летят, а он все еще верит — Верит, что встретит Се Ляня опять. И каждый раз, когда в небе сияют Тысячи праздничных ярких огней, Он, закрывая глаза, вспоминает Терпкую горечь истаявших дней. Вот он с мешком, полным риса, у дома — Думал помочь, а пришлось убегать. Это последняя встреча и ссора. Если бы только он мог это знать… Вот он в лесу — протянул свою руку, Груз сожаления давит на грудь. Только доверие — хрупкая штука: Если разрушил, уже не вернуть. Вот он уходит — довольно иллюзий. Переступает незримую грань… Чтобы, забывшись, на миг обернуться, Глядя во тьму, где остался Се Лянь. Там, в тусклом свете, он злится и плачет, Призрачный вьётся вокруг огонёк. Мог ли Му Цин сделать выбор иначе?.. Что если всё-таки мог?