.dirty intentions

— От тебя пахнет фруктами, — Алек ведет носом по горячей шее и шумно втягивает воздух. — Новый гель для душа, не нравится? — у Магнуса игривый голос, и он вертит бедрами, когда Алек прижимается ближе, трется, но не оборачивается. Они виделись рано утром, а сейчас уже поздний вечер. Алек пропустил ужин, но он точно знает, что Магнусу не нужны его извинения или оправдания, еще днем он прекрасно видел какой завал образовался в институте. Скорее всего, он даже удивлен, что Алек не появился среди ночи, так что разговаривать об этом не было смысла, тем более, что Магнус, очевидно, и сам не против провести этот вечер с гораздо более интересным занятием, нежели ужином, даже при свечах. — Скорее нравится, еще не решил, — Алек кусает его в изгибе шеи и нетерпеливо сдергивает темную рубашку. Он сам не знает, что на него находит, но у Магнуса такая гладкая горячая и загорелая кожа. Алек сказал бы, что она красивая, как и весь маг, но он не уверен, что одно такое простое слово способно описать всю притягательность Бейна. К нему хочется прикасаться постоянно, в идеале Алек не выпускал Магнуса из постели, из лофта, он держал бы его рядом всю свою жизнь, а еще лучше вечность, но об этом он подумает потом. Алек опускается, стаскивает с мужчины узкие брюки и чертыхается, когда не обнаруживает белья. Магнус каждый раз лишает его дара речи. Нет, он уже давно не смущается, напротив, это накрывает его с головой, выплескивая на воспаленное сознание все желания, большая часть которых не выдерживает цензуры. Лайтвуд накрывает ладонями округлые упругие ягодицы и сминает их, он даже не фыркает на вылетевший из Магнуса самодовольный смешок и просто нагибает его над столом, прижимая ладонь к сильной спине. Иногда Алеку кажется, что еще немного, и он выйдет из себя и действительно устроит Бейну порку. Он не уверен, что речь только о сексе, потому что, то, как Магнус себя ведет, знает, что сводит с ума и продолжает проникать своими выходками глубже, в самую сердцевину его сущности, которая, кажется, уже круглосуточно трепещет от желания обладать им постоянно. Алек уже не раз думал об этом — не то, чтобы он уже определился — что хотел бы использовать на заднице Магнуса, но флоггер из мягкой кожи с самого начала показался ему удачным выбором, когда Иззи вывалила перед ним весь ящик странноватых плеток. Еще ему понравился гибкий стек, нефилим не знал, из какого материала тот был сделан, а хотелось быть уверенным в своем выборе. Алеку правда казалось, что идея отшлепать Магнуса чем-то вроде этого имеет право на жизнь, особенно когда в теле все еще живо бьется желание зажать Верховного Мага Бруклина в каком-нибудь укромном уголке института, после того, как тот только раздразнил и ушел беседовать о чем-то с Мариз. Алек сбился со счета, сколько раз Бейн доводил его до состояния белых пятен перед глазами и исчезал по своим магическим делам. Нельзя, конечно, сказать, что так было всегда, да, Магнус любит раззадоривать, но даже если он не сбегает, Алек все равно чувствует себя щенком, с которым играют аппетитной игрушкой. Дрессируют и контролируют. Поэтому сегодня ему пришло в голову изменить тактику, хотя особенной уверенности в том, что все получится так, как он хочет, абсолютно нет, потому что он привычно засматривается на привлекательное тело перед собой. Магнус гибкий, податливый, действительно потрясающий до кончиков пальцев. Он всегда легко и красиво прогибается в пояснице, разводит бедра, откидывает голову, от любых его движений у Алека каждый раз сбивается дыхание, он неосознанно вспоминает, как получил свой первый приватный танец на прошлый день рождения, и с шумным вздохом давит на горячую спину Бейна сильнее, заставляя того, прижаться к столешнице. Сознание может и подкидывает ему потрясающе картинки с того вечера, но перед ним сейчас куда более жаркое зрелище, потому что это его Магнус и это реальность. Алек ведет указательным пальцем по ложбинке между ягодиц и удовлетворенно хмыкает, глядя на то, как маг терпеливо ждет, и не пытается перехватить контроль. Он практически лег грудью на стол и прогнулся, из-за чего Алек с трудом сдерживается, чтобы не сорваться на обычный сценарий. Он устраивается на полу удобнее и скользит ладонью по внутренней стороне бедер, заставляя мужчину развести ноги шире. То, как Бейн молча подчиняется, от чего-то возбуждает нефилима еще больше, и он не успевает сдержать себя, коротко сжимая гладкое бедро, чтобы оставить на нем следы от своих пальцев. Магнус совершенно непристойно чертыхается, когда Алек переходит от неторопливых поглаживаний к действиям. Он старается запомнить этот звук, когда давит на нежный вход и едва погружает подушечку большого пальца. Алек делает это для того, чтобы подразнить его и, судя по звукам, которые выдыхает Бейн, ему это удается, вот только, когда Магнус тихо шипит и ведет бедрами навстречу, самоконтроль Лайтвуда дает огромную трещину. — Громче, — неожиданно даже для самого себя приказывает Алек, он даже не уверен, звучал ли его голос так когда-либо вообще — жестко и хрипло. — Ох… Александр, — не заставляет себя ждать Магнус, его тон пронизан издевкой, и Алек несдержанно кусает его за ягодицу, вырывая из того удивленный вздох, и удовлетворенно прижимается губами к следу на гладкой коже. Он никогда не делал ничего подобного: весь его сексуальный опыт выстраивался вокруг Магнуса, именно он буквально обучил его, подготовил для себя. Нельзя было сказать, что уверенность Алека достигла своего пика, он бы вообще предпочел об этом не думать, ему хотелось изучать мужчину самостоятельно, брать не только то, что ему дают и предлагают, а все и сразу. Эти мысли захлестывали его, затуманивали разум и доводили до неконтролируемой дрожи в пальцах, но Алек не планировал, что даст себе волю именно сегодня, ключом ко всему стал сам Магнус и его неожиданная покорность. Он устраивается удобнее, сжимая пальцами упругие ягодицы, чуть разводит их, раскрывая мужчину для себя. Пару секунд смотрит на аккуратный сжатый вход, который столько раз жадно принимал его в себя, и неосознанно облизывает губы, потирая пальцем нежную кожу и слегка надавливая на тугие мышцы. Первое прикосновение языка вызывает у Магнуса легкую дрожь, и Алек готов поклясться, что слышал тонкий всхлип, он позволяет себе впитать эти ощущения и ловит глоток воздуха, прежде чем скользнуть в Магнуса языком. И реагирует тот потрясающе, вообще то, как мужчина дрожит и шумно дышит, пропуская короткие стоны, раскрываясь для него, действует на Алека невообразимо, он всерьез принимается вылизывать его, проникая так глубоко насколько это возможно, наслаждаясь мелкой дрожью, которая прокатывается по разгоряченному загорелому телу. Он перехватывает бедра Магнуса удобнее, прикрывает глаза и толкает язык глубже, заставляя того заскрести ногтями по поверхности стола, и повторяет эти движения снова и снова. — А-але-ек, — Магнус выдыхает лихорадочный стон его имени и поддается навстречу, на мгновение в голове нефилима проскальзывает интересная мысль, и он осторожно проталкивает в него один палец, а затем еще один, и теряет связь с сознанием, когда Бейн стонет еще громче и крупно вздрагивает, ударяя ладонями по столешнице. — А-ах.… О боже! Магнус настолько горячий, что, кажется, обжигает, кожа от прикосновений быстро краснеет, гладкие стенки судорожно и плотно обхватывают его пальцы. Лайтвуд снова кусает и засасывает кожу на ягодице, не в состоянии себя сдерживать, оставляет несколько ярких засосов и несдержанно рычит, понимая, что хочет гораздо большего, когда маг шумно выдыхает какое-то проклятье и отчаянно насаживается на ласкающие пальцы. Алек засматривается на это зрелище, на то, как раскрасневшееся от ласк колечко мышц растягивается и обнимает их, он пытается вздохнуть поглубже, но только кусает губы, поднимается и почти вжимается пахом в задницу Магнуса, чтобы дать знать о своих намерениях. Он трет влажной головкой нежный вход, и наслаждается нетерпеливыми вздохами, и то, как жаждуще раскрывается для него жаркое тело, только сильнее подстегивает его желание. Алек входит плавно и стискивает зубы, он хочет подразнить его, но Магнус одуряюще горячий, обжигающий, он приподнимается на носочках и сильнее прогибается в пояснице, нетерпеливо подается навстречу и с довольным стоном буквально надевается на твердый член. Нефилиму приходится схватиться за край стола, чтобы удержать равновесие, у него снова нет никаких шансов, так что Алек срывается почти сразу на совершенно дикий ритм, впивается пальцами в загорелые бедра и толкается до основания, зажмуриваясь от нахлынувших ощущений, от того как сладко и ненасытно сжимается Магнус вокруг него. Алек внезапно ловит себя на желании видеть его лицо и, останавливаясь, чтобы отстраниться не сдерживает самодовольный вздох, видя, как бедра мага лихорадочно дергаются навстречу словно по инерции, а из его горла вырывается несдержанный и даже жалобный всхлип. — Алек… — Сейчас, — голос Алека хрипит, он обхватывает ладонями ягодицы, коротко касается губами поясницы и скользит руками по бокам, чтобы приподнять мужчину. Магнус позволяет перевернуть себя на столе и томно вздыхает, когда тот широко разводит его ноги и покрепче перехватывает их под коленями, толкаясь в жаркую глубину. Он быстро срывается, жестко сталкиваясь с сильными бедрами. Тело, словно налитое расплавленным свинцом, припекающее кожу изнутри, выталкивает из сознания все приличные мысли, оставляя оголенные инстинкты. Алек почти наваливается на него и наконец, целует, скользит языком в стонущий рот и почти сразу же отстраняется, продолжая жестко врываться в податливое тело, которое прогибается, поддается навстречу. И когда Магнус громко ахает и несвязно о чем-то просит, нефилим понимает это на уровне рефлексов, закидывает его ноги себе на плечи и вбивается еще глубже, быстрее, встречаясь с бедрами мага звонкими шлепками, подводя их ближе к краю. Он почти вжимает Магнуса в стол, прилипая горячим телом, когда хриплый вскрик проходится по слуху, и замирает, позволяя оглушительному оргазму прокатиться по всему телу, выдыхая собственный громкий стон, прижимаясь губами к вспотевшей шее мага. Отстраняется Алек не сразу, тело Магнуса дрожит под ним, и на самом деле он не уверен, в том, что это не его собственная дрожь, поэтому нефилим неосознанно кусает нижнюю губу мага и привлекает внимание. Он хочет поцеловать его, но только неглубоко толкается языком в раскрытый от тяжелого дыхания рот и улыбается, приподнимаясь, чтобы посмотреть на этого волшебного мужчину под собой. — Такой греховный рот, мой ангел, — лениво протягивает Магнус, его голос пронизан чувственной хрипотцой, и он тоже окидывает нефилима взглядом, от чего Алеку приходится прикрыть глаза, потому что не может не смотреть на него, маг выглядит ошеломительно потрясающим, вымотанным и удовлетворенным. И он все еще внутри него, такого горячего и ненасытного, ведь когда он пытается отстраниться, Бейн удерживает его, сжимая бедра, и хитро дергает уголком губ. Алеку интересно их положение, тело все еще отходит от оргазма, и он осторожно склоняется над Магнусом, опираясь на локти, игнорируя дрожь в коленях, и внимательно смотрит на красивое лицо, прежде чем оставить еще один липкий поцелуй на его губах, и, когда тот охотно отвечает ему, нефилим чувствует себя таким невероятно насытившимся. Хотя он от чего-то уверен, что это ненадолго, тем более что Магнус быстро подтверждает его догадки, заерзав под ним. — Как насчет переместиться в спальню? — к хриплому голосу Бейна возвращаются насмешливые нотки, Алек фырчит, сгребая расслабленное тело со стола, и неожиданно признается. — Иногда я хочу тебя выпороть. — Я совсем не против, — быстро отвечает Бейн, и Алек останавливается на полпути к спальне, чтобы снова заглянуть ему в лицо, натыкаясь на издевательски искрящиеся золотые глаза и приподнятую бровь, удовлетворенно ухмыляется. — О, я запомню. Что ж, во всяком случае, теперь он точно знает, что шанс отшлепать эту волшебную задницу ему скоро представится.