Мы грабим банк

— Ах, Чуя, я так рад, так рад! Мы наконец-то сможем остаться наедине, чтобы… — Заткнись, иначе сейчас исполнится твоя мечта и ты сдохнешь, — прервал слишком уж воодушевлённого парня Накахара, недобро оглянувшись на него через плечо. Честно говоря, рыжий школьник уже начал медленно жалеть о том, что позвал своего… парня к себе в гости. Да ещё и с ночёвкой. Одному только богу известно, что там в голове у этого извращенца, вот только пусть избавит Чую от этих дурацких подробностей и помолчит хотя бы пять минут! — Вообще-то, я говорил о том, что мы сможем нормально попить чай и посмотреть новый фильм от Marvel, — Дазаю пригодилось всё его самообладание, чтобы не засмеяться и даже не улыбнуться, а только иронично приподнять бровь. Но он не смог не хмыкнуть, когда заметил, как у его драгоценного рыжика покраснели ушки. — Последнее время нам мешала твоя кузина, Коё-сан. Она наконец уехала? — всё же решив больше не вгонять Чую в краску, перевёл тему парень, вернув на лицо милую улыбку. — Угу. Сказала, что у неё какие-то дела в Токио и что вряд ли вернётся раньше, чем через две недели, — облегчение в голосе Накахары было слишком уж заметно, что заставило идущего за ним Осаму тихо усмехнуться себе под нос. Нет, он, несомненно, любил кузину своего парня, но порой она очень сильно перебарщивала. Особенно когда таскала их двоих по магазинам, нагружая пакетами и коробками по самые головы, если не выше. За такое ему иногда хотелось задушить её подушкой, но он буквально задницей чувствовал, что Чуя это не одобрит. *** — А я тебе говорил, что изначально он и был плохим, — вынес вердикт Дазай, делая ещё один глоток чая и с видом победителя глядя на недовольно надувшего губы рыжего парнишку. Тот сидел на полу по-турецки, обхватив руками подушку и положив на неё подбородок, упорно не глядя на довольного, словно чёртов лис, кареглазого. Тот, однако, не спешил возвращать свой взор к телевизору, где уже шёл какой-то боевик. Взрывы и сигнализация были довольно громкими, но парни не спешили убавлять звук, ведь было ещё не настолько поздно, чтобы они могли помешать этим соседям. — Чу-я-кун. — Даже не думай об этом. — Ты мне проспорил. — Я отказываюсь от двойного суицида, а на что-то нормальное у тебя всё равно идей нет! — Ты портишь всю романтику своими отказами. — Ты вот сейчас серьёзно? — Тогда я хочу поцелуй от тебя, раз уж ты проиграл и не хочешь исполнять моё заветное желание. Накахара аж дышать перестал и медленно, словно они были в фильмах ужасов, повернул голову в сторону охреневшего, по его скромному мнению, Осаму. Но эта шпала сидел, как ни в чём не бывало, улыбался и медленно пил чаёк, не отрывая взгляда от парня. А рыжий всё размышлял: сразу ему вдарить или всё же исполнить его желание, а потом ударить? Тяжело вздохнув, Чуя решил, что проигрывать надо достойно, а значит и желание Дазая он исполнит, как полагается. Переборов внутреннее смущение, юноша придвинулся ближе к молодому человеку и, набрав в лёгкие побольше воздуха, поцеловал его в щёку. Но такой жест шатена решительно не устроил, так что он только снисходительно улыбнулся и, решив взять всё в свои руки, поднял лицо Чуи за подбородок и медленно наклонился к его губам… и внутренне сматерился несколько раз, когда относительную тишину нарушил звонок его же телефона. Накахара, словно очнувшись от транса, резко отпрянул и, немного прокашлявшись, кивнул на лежащий на диване смартфон Осаму. — Алло? — Недовольство в голосе парня должно было на расстоянии убить звонившего, но, увы, этого не произошло. — Боже, Осаму, ну что ты так неприветливо? — Услышав голос дяди, шатен прикрыл глаза и слегка нахмурился. Точно, он ведь забыл ему сказать, что остаётся у Чуи на ночь. — Ты ведь у Накахары-куна? — Откуда ты?.. — Ну не на улице же ты будешь шататься в одиннадцать вечера, если не хочешь под домашний арест, — аргумент оказался весомым, так что Дазай даже кивнул, хоть его собеседник и не видел этого. — Чем вы там занимаетесь? — Мори немного напрягся, когда услышал в динамике сигнализацию. Может, он переоценил своего племянника и тот всё же шатается где-то на улице? — Что мы делаем? — убрав телефон от лица и прикрыв микрофон, шёпотом спросил Осаму у рыжего. Говорить дяде о том, что они должны были вот-вот поцеловаться, он как-то не хотел, а идей, как на зло, не было. — Грабим банк, — усмехнулся Чуя, глянув быстро на экран телевизора, где как раз и происходило сие событие. В конце концов, Дазай же не идио… — Грабим банк! — Что? — Огай поднял брови вверх, надеясь, что ослышался. — Что? — Придурок, — Чуя с чувством хлопнул себя по лицу, и только трясущиеся плечи выдавали его хорошее настроение. Махнув пару раз рукой, мол, сбрось ты уже звонок, рыжий всё же не сдержал смех, когда немного растерянный шатен завершил разговор. Дазай же и правда не понял, что сказал, но осознание ситуации начало медленно приходить в его голову. — Чуя! — Да кто ж знал, что ты повторишь это? — А ну иди сюда, чёртов коротышка! — Отвали, шпала! — Лучше по-хорошему иди сюда, пока я не догнал тебя и не сделал всё то, о чём ты подумал ещё днём! — Даже не думай об этом, извращенец! Так некстати поскользнувшись на кухне, послышались звуки падения двух тел и маты Чуи, ибо Дазай свалился прямо на него, но они быстро переросли в одно лишь недовольное мычание, которое уже через пару секунд было уже очень уж довольным. *** — Коё, ты уверена, что нет никаких новостей про двух подростков, которые пытались ограбить банк? — У вас идиотизм наследственное, да?