methods of treatment

– Ну, там же холодно! – возмущённо вздохнул Магнус и плюхнулся в кресло напротив стола редактора. – Прекрати это ребячество, ты мой лучший фотограф, – Рагнор сел на край стола и пролистал наброски по статьям. – И поэтому ты хочешь, чтобы я отморозил себе зад? – Магнус закатил глаза и надул губы. – Это высшая хоккейная лига, и кэп команды не самый общительный парень, а ты способен расположить к себе даже труп. – Напомни мне, почему ты всё ещё мой лучший друг, – фыркнул Бейн, вставая с кресла. – Где расписание этого Лайтвуда? По пути на ледовую арену Магнус несколько раз останавливался с желанием развернуться в сторону дома и надеть что-то более подходящее, но вовремя вспоминал, что у него отродясь не было ничего шерстяного и ультратёплого. О хоккее он знал немного: Катарина называла этот вид спорта – боями гладиаторов, а Магнус, как водится, пропускал всё мимо ушей. Он пролистал несколько фотографий в интернете и даже многозначительно хмыкнул, раскрывая на планшете фото капитана команды. Ладно, можно было засчитать первый значительный плюс всей этой затеи. Александр Лайтвуд оказался весьма привлекательным молодым мужчиной, и Магнус убедился в этом лично, когда спустился с трибун к катку и сделал несколько пробных снимков тренирующихся игроков. Капитан команды приблизился к нему сам – даже не пришлось звать его, комично размахивая руками. Магнус обрадованно вздохнул, когда встретился лицом к лицу с хоккеистом. – Вы, должно быть, Магнус Бейн? – Александр? – Магнус протянул руку и тихо ойкнул, когда игрок пожал её, очевидно, слегка не рассчитав силы, и заметив это, быстро извинился. – О, простите, это краги, зовите меня Алек. – Хорошо, итак, для начала я бы хотел сделать несколько снимков, – начал было Магнус, но тут же осёкся, заметив хитрую ухмылку на лице Лайтвуда. – Что-то не так? – Вам надо выйти на лёд, – бескомпромиссно заявил Алек, и прежде чем он успел ответить, добавил: – Бояться нечего, Магнус. Я Вам помогу и обеспечу хорошие снимки своей команды, ну как, идёт? Магнус кивнул, всё ещё неуверенный в происходящем, но отказываться было поздно; именно поэтому, когда к нему подошёл какой-то молодой человек с несколькими парами специальной обуви, он недовольно покачал головой, надеясь, что не ввязывается в очередную авантюру, из которой опять выберется с травмами, а Катарина будет гонять редактора по всему офису. Ботинки зашнуровать помог тот же парень, чьего имени Магнус так и не спросил, всё ещё находясь в легком шоке. И только когда ему передали его же тонкие перчатки и камеру, помогая подняться с места, он нашёл глазами Алека и, уловив его снисходительную улыбку, сощурился и поджал губы, хватаясь за борта арены. – Я никогда не катался на коньках, Александр, – предупредительно начал он. – И если я упаду – вина будет на Вашей совести. Алек ничего не ответил, только снова улыбнулся, и Магнус на секунду завис на его лице, хотя тут же влепил себе мысленную оплеуху и схватился за протянутую руку, выходя на лёд. Ноги задрожали практически сразу, как только коньки коснулись ледяной поверхности катка. Магнус с трудом перевёл дыхание, покрепче сжимая ремешок камеры, и когда Алек что-то сказал, ему пришлось переспросить. – Вам нужно расслабиться, Магнус, Вы слишком напряжены. Фотограф только вздохнул и попытался отпустить руку Алека, хотя в следующий момент схватился за неё снова. – Как я буду фотографировать, если мне даже дышать страшно? – возмущённо спросил он. – Я помогу, – Алек откатился назад и осторожно ухватился за Магнуса, крепко удерживая его на месте. – Можете мне довериться, – тихо попросил он и следом громко обратился к тренирующейся команде. – Джейс, прокатитесь по площадке! Игроки быстро оживились, и Магнус всё же сделал несколько снимков. Стоило признать что то, какими выходили фотографии на предпросмотре, уже казалось превосходным; Магнус понимал, что это своего рода заслуга Лайтвуда: с трибун он вряд ли получил бы такое уникальное изображение. Когда ему показалось достаточно, Магнус слегка дернулся на льду, пытаясь обернуться, и испуганно прижал к себе камеру, замирая на месте. – Теперь мне нужен капитан, – выдохнул он, поймав взгляд хоккеиста. – Ну, вот он я, весь в Вашем распоряжении, – Алек явно шутил, но фотограф не разделял его настроения, всё ещё пытаясь успокоить сердцебиение. Магнус даже не заметил, как к ним подъехал один из игроков и встал рядом, приветливо улыбаясь. – Это Джейс, и он Вас подстрахует. – Ага, – Магнус мельком взглянул на дружелюбное лицо парня, но всё же сдержал порыв схватиться за него после того, как отпустил руку Алека. Первая пара десятков снимков вышли отличными, Магнус даже начал засматриваться на капитана команды, и немного увлёкся мыслями о том, что теперь начнёт следить за его карьерой, хотя хоккей последнее, что могло бы его заинтересовать. Кажется, он даже забыл, что находится на льду и с трудом балансирует на хоккейных коньках, когда фотографируя очередной поворот игрока на льду, инстинктивно дернулся в сторону и тихим вскриком снёс собой стоящего рядом Джейса, который, очевидно, не ожидал такой подставы. Лед встретил неподготовленное тело крайне недружелюбно: Магнус застонал, ощущая дикую боль, надеясь, что всё-таки ощущения врут, и его позвоночник не собрался гармошкой, а задница осталась без сильных повреждений. Он даже не сразу заметил испуганное лицо Алека, который оказался рядом и рывком поднял его со льда. Кажется, он что-то спрашивал, и Джейс рядом причитал, но Магнус усиленно прислушивался к своему телу. Зад ныл от встречи со льдом, помимо прочего, казалось, будто копчик был вовсе не копчиком, а как минимум хвостом, который от удара врезался в спину. Магнус заговорил только тогда, когда схватился за защитные борта и сошёл со льда, едва посмотрев на виноватое лицо Алека и стоящего позади игрока. – По крайней мере, я не выронил камеру. Думаю, теперь Вы должны эксклюзивное интервью моему журналу. Он осторожно опустился на сидение и скосил на него недовольный взгляд, когда Алек уселся рядом и извинился. – Мне очень жаль, Магнус. – Очень на это надеюсь, – он поерзал и поморщился. – Я замерз и по Вашей вине отбил зад. – Но снимки получились? – осторожно поинтересовался Алек, и Магнус снова недовольно посмотрел на него. – Получились, но не думайте, что это снимает с Вас вину, – с него, наконец, стянули коньки, и Магнус переобулся, обратив внимание на игрока, который был занят тем же. – Тогда займёмся решением оставшихся проблем, – Алек улыбнулся. – Здесь есть кафе, где подают очень вкусный горячий шоколад, это поможет Вам согреться. Магнус сощурился, пытаясь понять, флиртует с ним Алек или действительно находится под давлением угрызений совести. Так или иначе, Лайтвуд не соврал – шоколад действительно был вкусным и горячим, Магнус уже после первого бокала, почувствовал, как тело, наконец, отогревается и напряжение сходит на нет. Вот только поерзав, он слегка поморщился и посмотрел на сидящего напротив Алека. – Признайтесь, Александр, Вы всех журналистов так испытываете? – На самом деле – нет, – Алек улыбнулся, и Магнус возмущённо надулся. – Чем же я заслужил такое? – Просто Вы хорошо смотрелись на льду. – Ну да, шлёпнулся я, должно быть, очаровательно. – Нет, правда, Вы, должно быть, любите свою работу, Магнус. Вы не отказались, хотя могли, не так ли? – Алек слегка наклонился вперёд и обхватил ладонями свой бокал. На секунду Магнус даже засмотрелся на длинные пальцы, но всё же ответил. – Если бы я знал, какую боль это причинит моей заднице, я бы не пошёл на это, будьте уверены. Алек улыбнулся и сделал глоток шоколада, а потом со вздохом отодвинул свою кружку. – Ну, кажется, холод, наконец, отпустил Вас, пора заняться вашими ушибами? Магнус приподнял бровь, встречая красноречивую усмешку Алека. – У Вас есть какое-то особенное средство? – Есть, я бы сказал даже уникальное, – Алек серьёзно кивнул, и Магнус не сдержал смешка. Такой расклад дел он не предполагал, но был очень не против того, что всё, наконец, обрело свои краски, и всё, что на первый, хоть и пристальный взгляд, казалось недвусмысленным флиртом, выходило куда более многообещающим, чем он даже предполагал. Алек расплатился, и помог Магнусу надеть пальто, которое он даже и не заметил, как снял, когда отогрелся. Они перебрасывались короткими фразами, выходя из здания, и только когда пересекли парковку, Магнус с ужасом выдохнул, глядя на черный байк, около которого остановился Алек. – Вы, должно быть, издеваетесь, Александр. – Может быть совсем немного, – Лайтвуд смешливо фыркнул и подошёл ближе, держа в руках шлем. – Я помогу. Магнус вздохнул, когда длинные пальцы коснулись его подбородка, и всё же позволил надеть на себя шлем, ощущая нарастающую панику. Не то, чтобы он боялся такого рода экспериментов, но четыре колеса были всегда привычнее двух, тем более последний раз, когда ему попадались мотоциклы, он сломал ногу, и после этого обходил стороной все мотосоревнования и всё, что было с ними связано, даже Рагнор не заводил разговоры на этот счёт. Но говорить об этом Алеку он не стал, по правде говоря, мысль об этом не пришла в голову. К тому же Магнус быстро потерялся в эйфории, как только схватился за куртку Лайтвуда, когда они тронулись с места, он почти прилип к чужой спине и инстинктивно зажмурился. По подсчетам Магнуса они неслись по улице не так долго, как он ожидал, а может он и вовсе не почувствовал времени, затерявшись в собственном головокружении. Так что, когда байк тормознул на парковке около жилой высотки, он не сразу отпустил Алека и вообще с трудом поднялся с мотоцикла, кое-как избавившись от шлема, восхищённо вздохнул и, кажется, даже пошатнулся на ровном месте, судя по тому, как Алек удержал его на месте. – Пойдём? – Лечить мой зад? – весело отозвался Магнус и позволил Алеку утянуть себя в дом. Бейн не представлял, что произойдёт дальше, окончательно доверившись Алеку, и как только он переступил порог лифта, удивленно вздохнул, несильно ударяясь лопатками о зеркальную стену. Алек поцеловал его ещё до того, как дверцы закрылись. Магнус, может быть, даже удивился или пошутил бы по поводу темперамента, но мысли сами собой улетучились из его головы. Поцелуй был голодным и жадным, будто Алек с самого начала хотел сделать это. Когда лифт звонко звякнул, и Алек отстранился, потянув его за собой, Магнусу потребовалось несколько секунд, чтобы поймать ускользнувшую реальность. Квартира Лайтвуда встретила обоих уютным теплом и нетерпением, с которого началось избавление от одежды. Магнус даже не думал о том, что будет после, собственно он редко об этом думал на работе, а такого с ним и вовсе никогда не было. Чтобы один человек только своим появлением утопил в себе и завладел всеми мыслями. У Алека оказались на редкость крепкие, но аккуратные руки, стягивающие с него одежду осторожно и даже бережно, а еще от чего-то – как показалось Магнусу – ужасно медленно, так что он и поспешил это исправить, нетерпеливо потянув куртку с чужих плеч, подался вперед, чтобы получить еще один горячий поцелуй. Когда вся одежда уже украшала пол, Магнус внезапно почувствовал, как он уходит у него из-под ног, и крепко ухватился за широкие плечи, восхищённо и шумно выдыхая. – Перейдем к самой главной части лечения? – Думаю, стоит поторопиться, – с усмешкой ответил Алек, отпуская его на постель. Магнус удовлетворённо вздохнул, как только спина коснулась мягкой ткани, и поёрзал, устраиваясь удобнее, потянул Алека на себя, отвлекая от изучения собственного тела, путаясь пальцами в темных волосах. Чужая кожа казалась горячей и становилась ещё более обжигающей под ладонями. Магнус чувствовал себя так будто после холода катка, его бросили прямо в жерло вулкана. Он шумно вздохнул и закусил губу, шире разводя ноги, когда ладони Алека скользнули по внутренней стороне его бедер, а потом уже влажные от смазки пальцы проникли вглубь его тела. Осторожные движения быстро стали настойчивыми, и Магнус пропустил тот момент, когда из горла вырвался громкий, полный нетерпения стон. – Да, давай же… Дважды просить парня не пришлось, Магнус застонал, ощущая долгожданное проникновение горячей плоти, и вцепился пальцами в чёрные волосы. Алек прижался к его губам и выдохнул тихий стон, когда Бейн повёл бедрами, расслабляясь и позволяя ему войти ещё глубже. Магнус постарался сосредоточиться на ощущениях, но очень быстро потерялся в эйфории и собственных хриплых стонах. Ладони постоянно соскальзывали с крепких плеч, проезжаясь по влажной от пота коже короткостриженными ногтями. Алек тяжело дышал, терзая нежную кожу шеи, и крепко хватался за его бедра, почти вдавливая в постель. Оргазм настиг Магнуса неожиданно – он задрожал, хватаясь за Алека с громким выдохом его имени, потерялся в гулком сердцебиении и крепкой хватке Лайтвуда, который практически вжал его в себя, переходя собственную черту. Он уткнулся во влажный висок Алека, успокаивая дыхание, и когда тот слегка отстранился, то почувствовал, как широкие ладони скользнули по ягодицам, и Лайтвуд игриво фыркнул, осторожно толкаясь в расслабленное тело: – Я собираюсь лечить тебя всю ночь. – Ох… Как скажете, доктор, – послушно отозвался Магнус и устроился удобнее, поймав горячий поцелуй Алека, предвкушая длинную ночь. Проснувшись утром, Магнус не сразу открыл глаза, восстанавливая связь с реальностью, а когда всё-таки решился, первое, что бросилось в глаза - умиротворённое лицо спящего хоккеиста. Он прислушался к своим ощущениям и с внутренним смешком отметил, что теперь ноет не только отбитый копчик. Магнус осторожно выбрался из постели и огляделся, оценивая масштабы предстоящей миссии. Одеться беззвучно не было проблемой, но вот собрать всю валяющуюся на полу одежду было уже сложнее. Он впервые в жизни не был доволен своим вкусом и тягой ко всякой звенящей атрибутике в виде металлических подтяжек и цепей, которые напрочь сбивали все планы по соблюдению тишины. Будить Алека хотелось меньше всего – Магнус даже не знал, почему хочет уйти до его пробуждения. Он никогда не был в такой ситуации, и ни за что не стал бы отрицать, что эта ночь надолго останется в его памяти, но в голове неприятно шебаршилась мысль о том, что это, возможно, и правда просто секс, и после побудки, они оба будут испытывать неловкость. Магнус бросил взгляд на зеркало и невесело усмехнулся, понимая, что уходя вот так, хочет защитить свои чувства, которые чересчур быстро появились к тому, кто всё ещё умиротворённо посапывает, прижавшись щекой к подушке. Магнус обернулся на постель, застегивая брюки, и поразился возникшему в груди чувству нежности, с которой захотелось вплести пальцы в растрёпанные волосы Алека. Он быстро отогнал от себя эту мысль, находя свою камеру и пальто, решил надеть его уже за дверью, но как только он схватился за ручку, его настиг хриплый ото сна голос Алека. – Хочешь сбежать? – Даже не знаю, я уже опоздал на полтора часа, – он неуверенно хмыкнул, поражаясь тому, как отмазка появилась сама собой, и, глядя на сонное лицо Алека, едва не простонал вслух, когда тот хитро ухмыльнулся и хлопнул ладонью по постели рядом с собой. – Тогда вернись сюда, и мы решим, что делать дальше. Магнус фыркнул, прогоняя все внутренние страхи, глядя на многообещающую улыбку, послушно скинул с себя обувь и остальные вещи, прежде чем нырнуть под одеяло. – Кажется, ты не закончил кое-что, мой доктор. – Сейчас продолжим, твой случай определённо требует длительного лечения, – пробормотал Алек, наваливаясь сверху на хохочущего Магнуса.