Новая жизнь

       Тело становилось ватным, лёгкие наполнились водой и дышать стало до ужаса невозможно. Взгляд становился всё мутнее, и через него мелькнул тёмный силуэт. Он быстрым движением скрылся из виду, и вот уже Куромаку чувствует около спины чьё-то присутствие. Но от асфиксии разум слабел, и вскоре отключился. Мальчик не думал в этот момент ни о чем, как можно было о чем-то думать, когда все тело ломит и сковывает.        Габриэль вскрикнул и тут же слетел с травы, взмывая в воздух, ведь что-то с громким всплеском показалось из воды. Сердце отдавало в голову от этого мимолетного страха, а перед взором картина, от которой побежали мурашки по спине и рукам. Нечто бледное, с кожей как у мертвеца, поднялось из воды. Его тёмные волосы прилипали к лицу, не давая увидеть его. Габриэль сглотнул тяжёлый ком, что встрял в горле, и тут же, переведя взгляд, увидел Куромаку. — Маку! - Он было хотел подлететь, но существо, вылезшее из трясины озера, его пугало. Медленными движениями оно положило ребёнка на траву близ берега, Габриэль увидел бледную руку, чьи пальцы были связаны тонкой пленкой, она медленно убрала с глаз волосы, что мешали обзору. — Н-Не трогай его! - малыш попытался подлететь к нему, когда голова существа прильнула к груди Куромаку, где еле слышалось сердцебиение, но его лишь пронзили взглядом. Чисто голубым и таким ярким, что Габ тут же попятился и, сложив крылышки, рухнул на траву. Сердце давило на ребра, у глаз скопились бусины слез.        Существо медленно прошлось по рубашке мальчика белым пальцем. Казалось, что он колеблется перед тем, как воплотить свой план в жизнь, но счёт шёл на секунды, а значит - медлить точно нельзя. Габриэль со страхом наблюдал за происходящим: как одна холодная рука нажимает Маку на грудь, а вторая разомкнула губы парня, после чего сделала круговое движение кистью над ним. Встав с травы, Габ вытянул голову вверх, дабы увидеть больше, от этого он заметил, что по деревьям прошёлся сине-зелёный цвет. В глазах бусинах отразился перелив отражающийся от глади воды, он исходил из середины озера и расплывался по окружающим его вещам. Деревья, трава, камыши - всё просияло в этом серебристом свете.        Под властью магии, не известной ранее, из горла мальчика пошла струя воды, которая тут же превратилась в шарик, и существо резким движением руки выкинуло еë в камыши. Мгновение, еще, и наконец раздался хрип.       Грудная клетка опустилась и поднялась под тяжестью воздуха, что наконец начал циркулировать в лёгких. Габриэль не удержался и на своих двоих тут же подбежал к Куромаку, который поднялся и, откашливаясь и схватившись за живот, согнулся в три погибели. На бледном лице выступила улыбка, но тут же она спала, ведь слух услышал шуршание листвы. Сияние потухло, погрузив остров на озере во тьму. У Куромаку выступили слезы на глазах, настолько кашель рвал его горло. — Маку... - Тихонько проговорил эльфенок, смотря на гладь воды, куда скрылось оно. — Ч-что? - Мальчик сквозь боль прошептал, а дрожащими руками начал убирать слезы с глаз, что так щипали. — Ты живой... — Куромаку! - Рычание сменилось отчаянным криком. Габриэль видел Феликса таким впервые: его волосы растрепаны и торчали во все стороны, глаза, что так сияли ранее, отдавали страхом и смятением. Если бы Куромаку застал Феликса таким, сейчас перед ним было лишь желтое пятно, то он бы сравнил его с белым полотном, что обычно сушилось на бельевой веревке. Казалось, Феликс хотел плакать от отчаяния, он чуть не потерял этого дорогого ему ребенка. — Маку! Макушка, ну зачем ты убежал!? - голос дрожал, а желтые глаза метались от глуши леса до мальчиков. — Он... Он в воду упал! - наконец смог выговорить Габриэль, продолжая держать друга за руку. — Святые небеса, ты как?? - Феликс сам начал дрожать, будто осиновый лист на ветру, и взял мальчика за щеки тёплыми руками, начиная вертеть его и осматривать. — Фель... - наконец одними сухими губами смог вымолвить Куромаку. Перед глазами плыло, ведь очки соскользнули в воду, а без них он видел всё расплывшимся пятном. — Я... Я в норме. Это являлось ложью. Голова гудела, хотелось пить, ведь в горле словно образовалась пустыня. Феликс начал что-то говорить: про Ромео, про совершенную глупость, его язык заплетался и речь становилась без связной. — Стой, стой! Помедленнее! - наконец зажмурившись, проговорил Куромаку, когда почувствовал через мокрую одежду теплые объятия.        Понятное дело, Феликс переживает, похоже, они правда стали семьей. Услышав всплеск, Габриэль посмотрел на берег и увидел знакомые очки. Улыбнулся, потянув Куромаку за рукав. — Куро, твои очки, они здесь! Габриэль ловко подбежал к ним и, приподняв за переносицу, доставил столь нужный аксессуар мальчику. Тот с благодарностью его принял и, протерев о свитер Феликса, надел на нос. Пускай стекла ещё были мутные, но через них он ясно увидел жёлтый взгляд, что впивался в них, будто исследуя, но это явно было не так. — Феликс... - проглотив ком, Куромаку уже было хотел указать за спину парню, но того не понадобилось, ведь раздался волчий рык, а ветер лишь помог разнести его по поляне, заставив вздрогнуть всех. Феликс лишь сильнее обнял Куромаку, а у самого стучало сердце так, что отдавало в голову, заставляя дурные мысли заполнить весь мозг. Куро видел, как эти глаза приближаются, выходя из тени. Серый волк, на чьей шерсти были шрамы от пуль охотников, что не заросли мехом. Пасть исказилась в сумбурном рычании, благодаря которому были видны острые, пожелтевшие от времени зубы.        Медленно повернувшись к нему, Феликс издал тихий полустон от наступающего страха. Только этого не хватало, волк... В голову залезла милосердная мысль, если он задержит его, то Куромаку сможет убежать. Он ведь виноват, что не остановил юнца, что отпустил его в лес, что не уследил, хотя Ромео просил. Сглотнув подступающую слюну, Феликс приподнялся с колен и развернулся к волку. — Куромаку... Тебе, тебе нужно бежать, как только волк нападёт.       Ещё не до конца пришедший в себя мальчик лишь захлопал глазами. Как оставить? Одного?! Да он с дуба рухнул! Помотав головой, Куро отполз подальше к камышам, а Габриэль испуганно подлетел к другу и залез на плечо, дабы быть ближе. К сожалению, Феликс не видел отрицательного ответа от Куромаку и потому, развернувшись к волку, принял свою судьбу. Было страшно, дрожь сковывала тело, не давая даже пальцу на ноге подняться. Он не хотел умирать в таком юном возрасте, но что поделаешь, такова жизнь... Ведь волк уже направился к нему, под его лапами сгибалась трава, образовывая следы. Зажмурившись, Феликс принял свою несчастную судьбу... Когда его щеки взяли в тёплые и мягкие руки.        Куромаку потребовалось пару раз моргнуть, дабы удостовериться в том, что видит перед своим не столь чистым взором. Перед Феликсом стояла женщина, уже в преклонном возрасте. Возможно, ей и было лет шестьдесят, но выглядела она всё ещё потрясающе. Чёрные вьющиеся волосы, что уже покрылись снегом, а на лице выступили морщины, что выдавали столь высокий возраст барыни. На еë плечах висела тёплая шубка из меха, что так удачно заслоняла женское тело. Еë уставшие глаза, что выражали обыденность жизни, сейчас загорелись совсем иным. Своим огненным взглядом она осматривали слегка пухлое лицо Феликса, а после на еë губах заиграла лёгкая улыбка. — Мой мальчик, нашёлся, - она погладила его скулы большими пальцами. Парень распахнул веки, как только услышал этот сладкий, смешанный со старостью голос. Он уже был не так молод, но всё ещё оставался игривым и задорным. — Ч... Что? - Губы высохли от переживаний, и сейчас он чувствовал себя рыбой на суше. — Я тебя так долго искала, я думала, что уже не найду! - Она прижала его к себе и обняла за плечи. Куромаку потер веки кулочками и поглядел на волчицу. Ни он, ни Феликс не понимали что происходит. Габриэль хлюпнул носом и вытянул голову, дабы рассмотреть лучше. — Ну ты что так смотришь? Мой малыш, как давно я тебя не видела. - Она продолжала щебетать свирестелью. - Около десяти лет прошло, как они забрали тебя у меня. Казалось, что я с ума сойду. Тут что-то внутри Феликса зашевелилось, что-то вынырнула из пучины воспоминаний, что мозг так усердно забывал. — Стой... Это же... - он грубо отстранился от неë с непониманием. - Это... Это ты забрала меня от отца в тот вечер!!! - Парень сорвался на крике, от сухости в горле начав кашлять. Женщина аккуратно похлопала его по спине. — Ну, нечего мне тут истерики устраивать. - Кажется, она была недовольна таким поведением, и именно сейчас Куромаку понял, что это ведёт к чему-то плохому, отчего его взгляд начал метаться по всему, что могло бы помочь. Тёмный лес, гладь озера, голубой взгляд, растерянный Габриэль... Взгляд? Оглянувшись на воду, Куромаку аккуратно подполз к камышам. — Хэй! - он обратился к тому, кто сидел сейчас по жабры в воде, тот пискнул и отдалился. — Помоги нам! Прошу! Придумай что-нибудь, а я... Я отплачу тебе... Только подумаем об этом позже...Пожалуйста!- Взмолился мальчик и услышал вскрик Феликса, ведь его взяли за шкирку и потащили в лес. Ноги подкосились, отчего парень упал на копчик, он являлся беспомощным в цепких руках волчицы, что так хотела забрать Феликса к себе. Куромаку тут же бросился к нему и взял за руку. — Не пущу! - В этом возгласе смешалось отчаяние и боль, он не хотел терять кого-то столь близкого. — Уйди! - Зарычала на него женщина, - Я, думаешь, просто так тратила кучу времени на то, чтобы сделать его частью леса? Частью себя и своей стаи! - Она повысила голос и лишь крепче сжала воротник светловолосого. - Это было недоразумением, что его забрали у меня! Он мой щенок! Мой ребёнок! На щеках заблестели слезы. Куромаку плакал от отчаяния и понимания того, что он не может ничего, а Феликс - от страха и беспомощности, что привнесла эта женщина в его жизнь. Мучения перевоплощений, недоверие отца и обречённость превращаться волком в полнолуние. Кажется, оба ребёнка сейчас прольют множество горестных слез на этом озере. Габриэль подлетел помочь, но если Куро тут беспомощен, то он тут вообще не играет роли. — Уйди!! - Женщина рывком схватила Куромаку, отдергивая его от Феликса. Упав на траву, мальчик поднял голову на друга, который уже, не скрывая слез, плакал. И возможно его бы сейчас унесли в лес, если бы не звонкий крик, что пронёсся по опушке.       Вода заблестела хрусталем в озере, тем самым озаряя чащу светло-голубым светом. Волчица подняла голову и тут же взялась за уши. Вскричав от боли, она бросилась от Феликса прочь. Куромаку поднял голову, видя, как она беспомощно метается по траве, в поисках выхода, но в итоге превращается в волка и убегает в темноту, за деревья. Куромаку тут же ликует, ведь они победили! Феликса теперь не унесут в лес и... Только сейчас он посмотрел на своих друзей. Феликс прильнул к траве, закрывая уши и взывая, а Габриэль упал на землю, закрывая ушки-треугольнички и вскрикивая от боли. Крик не смолкает до тех пор, пока оба парня не падают в обморок. Куромаку почувствовал, как в пустой черепной коробке отдался стук сердца. Он один, единственное что сейчас слышал мальчик это бешенное биение своего сердца. На ватных ногах он прошёл к Феликсу и потряс его за плечо. Новая волна страха подкатила к горлу, но сил ни то что плакать, говорить не было. — Они скоро очнутся, - послышался тихий голос, тут же привлекший на себя внимание серых глаз. Неспешным шагом Куромаку подошёл к воде и взглянул на существо внизу. Это был парень, чьи бирюзовые волосы закрывали поллица, оставляя только ядренно-чистые, голубые глаза. — Это... Ты сделал? - охрипшим голосом спросил Куро и закашлялся, ведь горло раздирало от сухости. Парень тут же всполошился и подплыл к каким-то растениям-ракушкам, собрал в импровизированный стаканчик из листвы росу да подал Куромаку, дабы тот утолил жажду. Залпом осушив чашу, мальчик поглядел на Спасителя и, переведя взгляд на Габриэля с Феликсом, поспешил переложить их поближе к воде и ему самому. После того, как уложил их рядышком на траву, вдоль берега реки, сам уселся на мохнатые травинки и посмотрел на нового знакомого. — Ты уже два раза меня спас. — Да... - Он явно не отрицал сей факт. Поджав к себе ноги, Куромаку убрал всё ещё мокрые волосы с лица и взглянул на существо в воде. Он явился по голову, отчего была видна лишь бледная, с оттенком серого, кожа. Его ушки, что так похожи больше на плавники с тонкой пеленой, а глаза голубые и яркие, как небушко. — Я...теперь тебе должен, за свое спасение? - аккуратно спросил Куро, глядя на него уставшим взглядом. — Поговори со мной, пожалуйста. - Его голос был тонким и сиплым, возможно, от того самого крика, что поверг врага в бегство. - Я так давно ни с кем не говорил, тут очень одиноко. — Одиноко? Ты тут живешь один? Совсем-совсем? — Да... - Аккуратно подплыв к берегу, положил свои руки на траву, а уже на них голову. Благодаря этому действию, Куромаку увидел такие же плавники у него на руках, а так же, словно веснушки, крапинки темненькие на тыльной стороне рук. Его пальцы были тонки и изящны. — Это... Долгая история. - Существо прикрыло глаза, а Маку увидел в его лице грусть и тоску по дому. - Я желал покой и одиночества и уплыл по подводным тоннелям сюда. Я был так рад этому, что потерял счёт времени. От этого я не заметил камней в туннеле, которые вскоре заблокировали его, отрезая меня от внешнего мира. Его голос дрогнул на этой ноте, и Куромаку услышал подавленный плач. Но однако слез не возникло, существо медленно утерло щеки и посмотрело на мальчика. — Мне... Очень жаль. Давно ли ты тут? — Около двух тысячи лет. Сейчас мне уже восемнадцать тысяч... - отвернул голову в сторону. — Ого, как много, а мне всего двенадцать. - Хмыкнул, а на лице появилась улыбка. - А как тебя зовут? — Не знаю...точнее, не помню.       Куромаку замолчал, вот как. Они слушали шум водопада и трекот птиц. Тишина впервые не ложилась томным грузом на сердца, а была умиротворенной и спокойной. — Так, значит, ты русал? - Посмотрел на чешуйчатый хвостик мальчик, который выглянул из-под глади воды. Переливаясь на свету, он был тёплого бирюзового цвета. — Да... Ты очень умный для своих лет, - подметил русал и хлопнул концом хвоста по жидкой поверхности. — Спасибо, я читаю множество книг, которые приносит Ромео... - увидя грустный вид парня, поспешил добавить. - Но, если хочешь, парочку принесу тебе. Чтобы не скучно было. Тот закивал и сложил ладони домиком перед грудью. — Пожалуйста, буду очень благодарен. И им пришлось прервать разговор, Куромаку повернуться к Феликсу, который потирал вески от боли, а безымянному тут же скрыться в воде от лишних глаз. — Мх... Куромаку? - Прокряхтев что-то несуразное, наконец спросил Феликс, как только зрение вернулось к нему. — Да, я тут, идём домой. -Тут же заговорил Маку, стараясь поскорее вернуться в родную обитель. — Но моя голова... Так сильно болит и звенит в ушах, словно что-то оглушило меня... - подняв пшеничный взгляд на "брата", попытался восстановить кусочки памяти и не с первого раза, но у него получилось. — Волчица! Она была здесь?! - Феликс резким движением подорвался к Куромаку, осматривая его. - Ты не ранен? Всё хорошо? Его голос дрожал, то ли от холода, то ли от страха. Этого Куромаку никогда не узнаёт. — Всё хорошо, нам пора домой. Если Ромео неожиданно придёт, то будет скандал... - аккуратно улыбнулся и взял его за руку. — Да... Ты прав, - быстро закивал Феликс, - бери Габриэля и идем. - Поднявшись на ватных ногах, он взял потухший фонарь и цыкнул языком. Куромаку быстро поднял маленького друга на руки и, оглянувшись на озеро и помахав ему рукой, побежал к Феликсу. Тот взяв его за руку и по запаху повёл к дому.        Под ногами трещали сломанные ветви, а под ступнями продавливался мягкий мох, что так щекотал пальцы. Они шли в полном молчании, никто не хотел разрывать это и начинать диалог, лучше идти в тишине. На небе светит диск луны, что позволяет путникам видеть что-то больше своего носа. И наконец они вышли на поле, небесные звезды уже склонились к горизонту, как и луна начала светлеть, а с другой стороны появилась полоска света и теплоты. — Звезды... Мы всю ночь проторчали в этом лесу. - На зевке произнёс Феликс, а Куромаку сонно потер глазки, кивая.        Они прошли в дом и, закрыв дверь на щеколду, Феликс аккуратно положил фонарь на место. — Ромео... Ни слова... - медленно пошёл наверх, ему нужен отдых. Куромаку промолчал, не обещая. Он хочет познакомить этих двоих с тем русалом, а в особенности подарить книги, которые сам Маку уже прочитал, но уже наступал рассвет, и потому стоит отойти ко сну. Это была безумная ночь, обо всех странностях и тайнах он подумает утром. Уложив Габриэля в постель, сам пошёл к своей. Откуда взялась эта волчица. Что за цветок. Почему всё произошло в эту ночь... Всё завтра.       Упав на прохладную постель, Куромаку обнял подушку, тут же прикрывая глаза.