Попробуем?!

В первую ночь пребывания дома Жени и малышки, Илья решил остаться с ними, правда, боясь Жениной реакции на это. Уж слишком холодно она вела себя в таких вопросах, когда дело касалось, где ему переночевать или как помочь ей в том или ином вопросе. Она все время со всем хотела справиться сама, что касалось ее или их отношений. В вопросах беременности, Илья на правах главного врача больницы, интересовался у Евстратовой о ее состоянии и с позволения Жени посещал вместе с ней УЗИ и плановые осмотры, каждый раз боясь надоесть Жене своей заботой. «Боялся, боясь» – в жизни Илья стало больше страха. Страха за жизнь Жени, малышки, за их отношения, страх неизвестности их будущего. Женя кивнула, оставив его в комнате с дочкой, которая уже спала в кроватке и удалилась в сторону своей спальни. Спальня стала только ее ровно с того момента, как Илья съехал от нее после всего случившегося с Ланой. Она легла в холодную постель и укрылась пуховым одеялом. Сон не шел – внутри было чувство беспокойства. Она впервые за долгое время позволила Илье остаться. Она выпроваживала его, даже будучи на последних месяцах беременности. Она ругала его за сверх заботу и повышенное внимание к себе. Она убеждала его, что с ней все хорошо, правда, первые месяцы ее беременность все время была на грани. Она скрывала это от Ильи, но он все знал от Евстратовой и молча ее оберегал. Она же самое удивительное, что случилось с ним в жизни. Она лежала в кровати и вспоминала, как она лопала черешню в ординаторской, заботливо принесенную им. Она поглаживала округлившийся живот, прислушиваясь к своим ощущениям. Состояние тревоги сменилось стабильностью и хорошим самочувствием, что не скрылось от Ильи и вызвало у него радость и счастье за любимую женщину. -Ты так и будешь его игнорировать? – внезапно спросила Оленька, сидевшая рядом тогда на диване в ординаторской, перебирая спелую черешню. –Я просто не понимаю, что еще он должен сделать, чтобы ты поверила ему?! – гормоны бушевали в Оле со страшной силой. Она решительно все высказала подруге. -Олюшка, давай не сейчас! – Женя всячески избегала этих разговоров. –Пойду больного Рыбкина проверю, как он после операции. -Снова сбегаешь? – Олин тон был схож с учительским. –Только от себя не убежишь, Жень! Ты же любишь его…. Королева с грустью посмотрела на подругу и, кивнув в сторону черешни, вышла из ординаторской. Пару месяцев спустя после этого Женя ушла в долгожданный декрет. Долгожданным он был, как ни странно, для нее самой – было уже тяжело ходить, да и Илья всем приказал оградить ее от всего. Зато она научилась быстро печатать и каллиграфически заполнять медицинские карты. В ее крайний рабочий день Илья решился проводить ее домой на такси, понимая, как морально тяжело было покидать любимую работу – место ее силы и неиссякаемого источника жизненной энергии. Женя тогда и слова не проронила в машине, инстинктивно склонив голову на плечо Ильи. Он обрадовался такому стечению обстоятельств, почувствовав хотя бы на несколько секунд Женину близость. Дома он укрыл Женю в этой самой постели, поцеловав в висок и крепко сжав ее руку. Она отвергала помощь, но в его поддержке она нуждалась как никогда. Женя, не заметив, как уснула, проснулась через пару часов, почувствовав набухание в области груди. Обрадовавшись такому стечению обстоятельств и примерно рассчитав время кормления, она тихонько пробралась в комнату Таси, где на диване мирно спал Илья, а в кроватке лежала дочка. Она не спала и не издавала ни единого звука. Девчушка двигала ручками и молчала, видимо не желая будить папу. Взяв ее на руки, Женя присела в кресло, которое специально оборудовали для кормления. Она ловко приложила дочь к груди и радостно наблюдала за ее почмокиваниями. Наконец, молоко пришло, хоть и в небольших количествах. Ей хотелось хотя бы немного насладиться тонкой связью матери и ребенка. -Ну что, как поживает моя крестница? – Оля, будучи в самом начале восьмого месяца беременности, аккуратно взяла Тасю на руки и нежно коснулась губами ее крохотной щеки. –Женька, ну какая же прелесть! Просто чудо! -Скоро и себе с Антоном такую родишь, - Женя с восторгом наблюдала за Олей в новом статусе. Ольга приехала в гости буквально на следующий день после выписки. -Мечтаю, чтобы наши девчонки были также дружны, как и мы. -Ну а папа девчонки, - Оля указала на малышку, - так и будет у нас страдать? Жень, - Оля посмотрела на подругу, - я тут заезжала за справкой на работу, ну на нем лица нет. Он любит тебя, а ты его. Я не понимаю, почему ты так категорична. -Оля, мы это обсуждали уже, - Женя опустила глаза. –Я буду счастлива, когда рядом с ним будет достойная женщина, а не обуза. -Это ты сейчас о себе, подруга? – засмеялась Оля и положила малышку в кроватку. – Вот, подойди сюда, - она с силой повела Женю к зеркалу, - посмотри на эту женщину. Молодая мама, великий хирург и невероятная красотка! И это я про тебя, Жень! -Да ладно тебе! – Женя будто бы боялась смотреть ей в глаза. –Как вы Новый год празднуете? – она старалась как можно быстрее увести разговор в другое русло. -Мы нормально. С семьей. А ты? Илья, надеюсь, будет с вами? Ты его пригласила? – Олиному напору не было равных. -Нет, - она пожала плечами. -Так, - Оля посмотрела на ее телефон. – Пиши ему. -Олюшка… -Я сказала, пиши! -Выбора у меня нет, да? – Женя улыбнулась. -Вот впервые за весь день ты права, - Оля была рада такому результату своей психологической работы. Дело оставалось за малым – подтолкнуть Женю к активным действиям. В канун Нового Года Женя привела в порядок не только свою уютную квартиру, но и преобразилась сама. Наконец, за долгое время ей захотелось выглядеть просто потрясающе, а не глубоко беременной женщиной с гулькой на голове. Она была счастлива, что платье, когда-то подаренное Ильей, пришлось впору. Она распустила локоны, которые красиво спадали с плеч. В реальность ее вернула маленькая дочка, потребовавшая внимание мамы. Женя улыбнулась их с Ильей чуду, начиная тут же укачивать дочку для продолжения ее сна. На часах была почти полночь, когда Женя и Илья стояли у Новогодней елки. Илья с благодарностью смотрел на любимую женщину, весь вечер повторяя, что главный подарок она ему сделала в канун наступающего года – родила самую чудесную девочку на свете. Он, тем временем, протянул ей небольшую коробочку. Женя с замиранием сердца смотрела на презент, с любопытством гадая, что же было внутри. Достигнув содержимого, из глаз брызнули слезы. Это был золотой браслет, на котором красовались две фигурки младенцев – на одном было написано «Ромка», а на другом – «Тася», и также были нанесены даты и время их рождения. Браслет был как символ ее главного предназначения – быть мамой самых прекрасных детей. -Илюш, это волшебно, - ее тон был мягким и ровным, как когда-то, когда они были так счастливы вместе. –Ты мне подарил настоящий праздник в жизни. Наша дочь, да и вообще вот это все… -По сравнению с тобой и Тасей, вот это все абсолютно неважно, - Илья поставил свой бокал на стол и приблизился к Жене. –Я не знаю, что ты думаешь, но я хочу быть рядом с тобой и дочкой, - его дыхание сбилось, а глаза смотрели прямо на нее. -Илюш, я…, - Женя задумалась над его словами. –Она их слышала уже много раз, но в канун Нового Года они звучали по-другому. -Ничего не говори, просто поверь мне, - Илья приблизился к ее губам и уже почти коснулся их, как в кармане брюк раздалась трель его мобильного.