Попробуем?!

Илья стоял у окна, держа в руках сложенную бумагу А4, на которой красовалась распечатанная фотография Таси и Жени. Было ощущение, что в том белом листе содержалась вся его жизнь. Ветер, бушующий в тот день, был как его настроение – волнительным, тревожным и беспощадно эмоциональным. Сердце щемило от нахлынувших воспоминаний, захвативших его в городе Тула. По желанию Всевышнего, он встретил ее, которую полюбил и от которой росла сейчас маленькая девочка, не по возрасту смышленая и очень улыбчивая. В свои три месяца Тася узнавала его в любом месте и в любых обстоятельствах. Игрушки малышку изредка интересовали, когда рядом был папа. Илья всегда брал девчушку на руки и сладко прижимал ее к себе, вызывая нежные звуки голоса Таси. Почему-то ему вспомнилась та сама ночь, когда Жене было плохо от внезапно проявившегося мастита, и когда он всеми силами старался совладать с разумом, чтобы успеть помочь Жене, малышке и сделать все домашние дела. Желание спать тогда накрыло под утро так сильно, что он слабо помнил свое пробуждение. В одном он был уверен точно - он чувствовал Женины руки на своем затылке и ее нежные слова, которые тут же стали другой тональности, стоило ему только открыть глаза. -Женя, - с облегчением выдохнул он, подняв голову на нее. –Ну ты как? Температуры вроде нет, - Илья провел рукой по ее лбу. -Все в порядке, - слабо улыбнулась она, не отрывая глаз от него. –Ты давно в таком скрюченном состоянии тут? -Не знаю, но мне не хотелось тебя оставлять… Может принести тебе чай? -Давай я сама схожу, - она положила свою ладонь на его руку. Илья наблюдал за ее неловкими движениями. Было ощущение, что она всячески пыталась дотронуться до него, проявить какую-то физическую близость, но ее движения были скованными и будто бы полны смущения. -Илюша, - послышалось с кухни. –Ты когда все успел убрать? Он с улыбкой на лице пожал плечами и восторженно осмотрелся по сторонам. -Спасибо тебе… Ему казалось в тот момент, что их жизнь начинала налаживаться и что когда-нибудь он вернется в эту кровать не на ее краешек, а на полноценное спальное место. Илью вывел из воспоминаний звонок таксиста, который сказал, что уже подъезжает к его дому. Желтая машина вмиг показалась в окне. Илья взял в руки чемодан и любимую игрушку Таси, маленького зайчонка, который будет напоминать о дочке в шумном мегаполисе. Они с Женей договорились, что он будет приезжать когда захочет и что Женя никогда не будет препятствовать их с дочерью отношениям. Отношения. Женя всегда с любовью наблюдала за трепетными чувствами отца и дочки, где-то в глубине души коря себя в том, что не может это видеть каждый день. Когда Илье поступило предложение занять должность главного врача одной из московских больниц, она была первой, с кем он решил этим поделиться. -Женьк, тут такое дело, - в тот вечер он присел напротив нее на кухне, пока Тася посапывала в младенческом коконе. -Что-то случилось? – она по обыкновению поставила перед ним тарелку с ужином. Аппетитная курица в трюфельном масле и картофельное пюре, которое он так обожал. -Мои любимые блюда, - с дрожью в голосе произнес он. –Случилось, - он снова смотрел куда-то вдаль. –Мне работу в Москве предложили. В тот момент он следил за ее реакцией. Он хотел в ней прочитать то, что уже давно хотел. Женя тем временем засуетилась на кухне, отвернувшись от него. Слезы покатились по щекам так сильно, что не было сил их контролировать. -Я сейчас, - хрипло добавила она и тут же скрылась за дверью ванной. Это не осталось без внимания Ильи, ведь в ту же секунду он уже стоял под дверью и слышал ее негромкие всхлипы. -Жень, одно твое слово, и я никуда не поеду, - сказал он громче, чтобы она услышала его. -Просто пойми, что мне очень больно от того, что между нами происходит. Больно, что я прихожу сюда как папа Таси, а не как твой любимый мужчина. Больно, что не могу вот так вот сгрести тебя в охапку и сходить с ума от того, что ты моя. Больно, что, - Илья перевел дыхание, - ты меня больше не любишь…, - кинув взгляд на по-прежнему закрытую дверь ванной, он поспешил покинуть квартиру, оставив Женю подумать о сказанном без его присутствия. Когда она услышала, как закрылся замок входной двери, она села на холодный кафельный пол ванной и разрыдалась, что было сил. Громкие звуки, которые вырывались наружу, она пыталась сдерживать прижатыми ко рту руками. -Нет, нет, нет, - вырывалось наружу, опустошая ее полностью. Только в страшном сне она могла представить себе такой исход всех их отношений, которые он когда-то поставил под удар, а она приняла это и свела все до такого болезненного финала. -Мам, ну Таська у вас с Ильей чудо, - Ромка ловко одной рукой делал «козу» своей младшей сестренке, удерживая ее другой рукой. –Улыбка точно его. Женин подбородок предательски задрожал, что не скрылось от Ромы. -Эй, мам, ты чего? – парнишка напрягся. – Вы так и не помирились? -Да, это я виновата, Ромочка, - она пожала плечами. -Может еще можно что-то исправить? Мы вот тоже с Верой иногда ссоримся, но мы делаем все возможное, чтобы помириться и учиться на ошибках. Вот знаешь что она вчера мне выдала? Женя в ответ покачала головой. -Сказала, что хочет в Лондоне учиться! А я ей знаешь что сказал?! Что без меня она не поедет никуда, я же ее люблю!? Мы же вместе… -Вместе, - Женя вдруг вспомнила тот день в ординаторской, когда просила Илью пережить смерть Ланы. Вместе. Она тогда держала его за руку и была на грани нервного срыва. Но она боролась за свои отношения до конца. Так почему сейчас она не делает этого же? Ведь она любит его. Их любовь, конечно, претерпела трансформации, но ей есть место быть. -Ромочка, - Женя посмотрела на часы. – Тасю покормишь, ладно? Смесь на столе, бутылочка уже готова и стоит рядом. -А ты куда? – удивился он. –Отпущу, если за Ильей поедешь! -За Ильей, - улыбнулась она. -Наконец-то узнаю свою маму! -Милая моя, простите, - Женя вбежала на платформу уходящего поезда. –Это на Москву? -На Москву, на Москву, - проворчала женщина. – Это ж надо было так опоздать. –Две тысячи потеряла! -Да, я вам очень сочувствую, - Женя озиралась по сторонам, ловя последнюю надежду. Осознав, что больше никого нет, кроме ворчливой женщины, она поняла, что ее потеря гораздо больше, чем билет Тула-Москва.