Daechwita Story

7. — Здравствуй, — сказал Хосок. — Здравствуй, Мин Юнджи, дочь Его Величества почившего Императора династии Мин. — Здравствуй, Юнджи, — подал голос Юнги. — Приятно познако... Стоп, что?? — Наследника оставили во дворце, а её поселили к нам, иначе её могли бы тоже убить, — пояснила Воробей. Юнги уставился на Мин Юнджи, девочку лет 10, одетую в простую крестьянскую одежду. На плече у неё висела холщевая сумка. Сразу и не догадается, что она из Королевской семьи. — Она может с нами общаться через бумажки, — прошептала в ухо парня Воробей. — Ты же помнишь, что она не может говорить? — Прошу, усаживайся, Юнджи, — пригласил за стол Хосок. — Мы без тебя не начинали. Девочка села рядом с Юнги, достала листок бумаги, кисточку и чернила и написала: " Здравствуй, Юнги ". Получив такой листок, у Юнги невольно сжалось сердце. Но также, он почувствовал, что-то невероятно тёплое от это девочки. Как будто она была его родной сестрёнкой. — Привет, Юнджи, — улыбнулся он. За обедом все по очереди побольше рассказывали о себе. Оказалось, что все с детства были знакомы ( кроме Юнджи ). Воробей и Сокджин были родными братом и сестрой, а Чонгук и Хосок тоже были друг другу родными братьями. Но так или иначе, они все хоть как то, но были связаны с дворцом ( по крайней мере до Кровавой ночи ). Воробей с детства отличалась недевичьим характером, за всё детство она, объединившись с Чонгуком, передалась со всеми мальчишками в городе и поставила серьёзный авторитет. — А я? — смущённо засмеялся Сокджин. — Мне бы рыбачить, да на кухне еду готовить. — Да, — похлопал по плечу того Чонгук. — Он у нас ещё тот добряк. И мухи не обидел за всю жизнь. А Хосок окунулся с головой в образование... Юнги мог только слушать их, ведь на столе была невероятно вкусная еда и парню было некогда что-либо говорить. Да ему и нужно было что-то говорить, ведь его жизнь была по сравнению с их далеко не интересная. Даже пустая. Юнджи тоже молчала, она была слишком серьёзная для своего возраста. У неё в сумке не было даже куколок: только принадлежности для письма. Тут Юнги вспомнил, что он её уже видел. Да, он её видел в самом начале, когда он очнулся рядом с городскими воротами, она была среди тех самых крестьянских детей. Как же он её сразу то не узнал... — Уфф, — выдохнул Чонгук, доев уже пятую добавку. — Наконец-то я наелся! Пойду спать... — Спасибо за еду! — сказал Сокджин Воробью. — Было очень вкусно... А кто будет мыть посуду? Разве сейчас не очередь Чонгука? Но Чонгук, услышав своё имя, умчался в свою комнату. — Ну вот, опять я вместо него, — загрустил Ким. — Давай я тебе помогу! — вызвался Юнги. — О, правда? Спасибо! — Мин Юнги, — вдруг остановил Хосок. — Чего? — отозвался тот. — А, не... Ничего... Но когда наступит время, я тебе кое-что скажу, очень важное. — М... Хорошо! — сказал Юнги и вышел с Сокджином из комнаты. — Хосок, ты только не опоздай, — проговорила Воробей, глядя вслед Мину. — Он ведь должен знать.