Собака преодолела более 100 км чтобы укусить бросившего её хозяина

— Бинхэ? — с даже самому себе непонятной интонацией позвал-спросил Шэнь Цинцю. — Шицзунь? — выглянул из кухни Бинхэ, помешивая какой-то соус для ужина. — Что-то случилось? — А где Синьмо? — Синьмо? — нахмурился Бинхэ. — Я развеял его осколки и закопал в разных частях Бесконечной Бездны. У Шэнь Цинцю вытянулось лицо, что он поспешил скрыть за веером. — Подойди сюда. Бинхэ на мгновение скрылся обратно и вышел уже без миски. — Что слу… Он замолк на полуслове, увидев причину, по которой Шицзунь вёл себя так странно. В открытой шкатулке, где хранились особо дорогие украшения для волос, россыпью покоились осколки Синьмо. Стоило Бинхэ протянуть руку, чтобы убедиться, что это не розыгрыш или подделка — Синьмо полыхнул таким всплеском тёмной энергии, что сомнений не осталось. Цинцю обнаружил, что умудрился вцепиться в мужа, практически загородив его собой. Бинхэ понимающе погладил его по спине, пытаясь успокоить. — Шицзуню не стоит бояться. У этого Бинхэ есть всё, что он только мог бы пожелать, Синьмо не сможет захватить меня. — Я знаю, Бинхэ, — чуть выдохнул он под ласковым поцелуем в висок. — Но то, что он вообще каким-то образом тут появился — очень дурной знак. — Я не знаю, как это произошло, но я увеличу степени защиты. Он больше не побеспокоит нас. Синьмо выпустил ещё волну энергии — что-то ощущаемое как смесь возмущения, обиды и изрядной доли злости. Цинцю бы расшифровал это как эквивалент фырка. Протянув руку, он раздражённо захлопнул крышку шкатулки. Бинхэ вновь старательно развеял осколки Синьмо в пыль, поместил их в пять закрытых сосудов, опечатал те так, что на них свободного места не осталось, на всякий случай опутал ещё бумажными печатями и разместил их в максимально разных частях человеческого мира, царства демонов и Бесконечной Бездны, запечатав ещё и места захоронения. Цинцю, не оставляющий его ни на миг, довольно кивнул. — Это лучшая защита, которую только можно придумать. Лучше и быть не могло. Поэтому, когда одним прекрасным утром Бинхэ, открыв дверь бамбукового дома в демоническом царстве, обнаружил у порога всё те же осколки — Цинцю показалось, что его длинные волосы целиком встали дыбом. Бинхэ гневно нахмурился. — Убирайся. Я не знаю что тебе нужно от меня, но ты мне не нужен! Гордо развернувшись, Бинхэ прошествовал обратно в спальню. — Ты его не получишь, — рассерженной кошкой прошипел Цинцю, громко захлопнув дверь. Подчинённые Бинхэ, которым было поручено избавиться от мусора, потом жаловались на то, что каждый мог взять максимум один осколок — и то с трудом — настолько сильно от тех фонило злостью и жаждой крови. На третий раз Бинхэ, обнаружив осколки на собственном столе — просто выкинул их в действующий вулкан. Конечно же, Синьмо вернулся. На десятый, юбилейный, раз Цинцю скормил осколки трём носорогам-питонам. Синьмо вернулся. На чёрт знает какой раз, выловив осколки прямо из чашек с ароматным отваром от Бинхэ, они устало переглянулись. Синьмо был скинут прямиком в кислоту Водной Тюрьмы дворца Хуаньхуа. — И он постоянно возвращается! Понимаешь, постоянно! Даже после кислоты Водной Тюрьмы. Как вообще можно было пережить кислоту Водной Тюрьмы?! — бушевал Шэнь Цинцю, быстрыми шагами меряя немногое свободное от бумаг место в кабинете Шан Цинхуа. — Не знаю, бро, но похоже где-то в законах мира прописано, что Синьмо обязательно должен быть с главным героем, — задумчиво произнёс Цинхуа, запихивая в рот ещё одну печеньку из тех, что принёс с собой Цинцю. Бинхэ нервничал и готовил их в просто промышленных масштабах. — В конце концов, я создал его специально для Бинхэ. Цинцю зарычал, приземлившись напротив и наставив на него веер. — Что нам делать? — Мне-то почём знать! — вскинул руки Цинхуа. — Я хоть и создатель, но ты своими усилиями пустил сюжет по такой звезде, что я вообще ничего уже не знаю. — Какие слабые места у Синьмо, создатель? — потребовал Цинцю, отбирая остатки печенья. Цинхуа проводил их разочарованным взглядом, божественную стряпню Ло Бинхэ даже ему удавалось попробовать слишком редко. — У него нет слабых мест, — пожал он плечами в итоге. — Он самое сильное оружие в мире, читкод божественного уровня, который может свернуть мир в носовой платок — причём не только этот. Эта штука в принципе ничего не боится, ему и огонь, и вода, и кислота, и гнев главного героя — лишь временные трудности. И если уж он сам — не знаю правда самостоятельно или с пинка Системы, ты не сказал — решил, что ему нужен Бинхэ, то тут битва титанов. Вопрос в том, кому скорее надоест. — Бро, ты там жив? — щёлкнул у него перед глазами Цинхуа после слишком долгой задумчивой тишины. Не получив ответа, Цинхуа фыркнул и стащил себе печенье. А Цинцю тем временем терроризировал Систему, вспомнив о её существовании. "Ты знаешь что-нибудь о происходящем?" [Конечно, эта Система знает всё ( ◡‿◡ *)] "Тогда расскажи, как справиться с Синьмо!" [Система не располагает сведениями, запрашиваемыми пользователем] "Ты же только что сказала, что знаешь всё!" [Система знает всё в рамках этого мира. Уничтожение ключевого артефакта выходит за эти рамки] "Иными словами, ты тоже говоришь, что уничтожить Синьмо невозможно." [Всё верно! Пользователь очень умён (⁀ᗢ⁀)] "Ну а сдержать хотя бы? Если сначала ему требовалось несколько месяцев, то сейчас он возвращается практически на следующий день!" [Ключевой артефакт "Синьмо" обладает неограниченными силами, сдержать его невозможно] "Блять! Большое спасибо, что снова ничем не помогла! Только и умеешь, что баллы забирать!" [Пожалуйста. Эта Система всегда рада помочь своему пользователю (◕‿◕)♡] Цинцю с безысходным стоном приложился лбом о стол. Бинхэ целовал его в шею, одной рукой удерживая в воздухе, а другой чувственно проводя по спине. Цинцю выгнулся, зная, что Бинхэ в любом случае не даст ему упасть. — Муж мой, — переместился Бинхэ к уху, захватывая губами мочку. Цинцю ощущал, как сквозь все слои одежды о него трётся Небесный Столп в полной готовности. От ощущения силы Бинхэ и его явного желания вело, так что Цинцю покрепче сцепил ноги вокруг талии Бинхэ, слегка потираясь членом о член. Бинхэ зарычал, решительно направившись к кровати, так и не сменив положения. Цинцю, которого в порыве страсти осторожно кинули на простыни, вскрикнул отнюдь не от возбуждения и очень злобно зарычал. — Шицзунь? — мгновенно разволновался Бинхэ. — Я сделал тебе больно? Цинцю молча оттолкнул его и сполз с кровати, потирая пострадавшую задницу. Под откинутым одеялом ожидаемо обнаружились осколки Синьмо. — Ты! — врезал в него зарядом демонической энергии Бинхэ. Синьмо ответил тем же, пусть и значительно слабее. Они двое напоминали сцепившихся дворовых псов, скалящихся и лающих друг на друга. — Вы оба, успокойтесь! — рявкнул Шэнь Цинцю, очень уставший от этого дерьма. Может, главный герой и главное оружие и могли вести бесконечную войну, но он был просто человеком, и он откровенно заебался. — Бинхэ, есть ли возможность как-то затянуть его сущность в царство снов и поговорить? Бинхэ напрягся. Синьмо перестал фонить энергией, словно прислушивался. — Теоретически это возможно, — медленно подтвердил Бинхэ. — Но это может дать ему дополнительное преимущество. Цинцю махнул рукой, устраиваясь на той стороне кровати, где не было Синьмо: — Плевать. Тебя ему не победить, а с остальным мы справимся. Убери его с постели и ложись. Бинхэ, недовольно надувшись, всё же скинул осколки в какую-то шкатулку и забрался на кровать, обнимая Цинцю и затягивая его в царство снов. Синьмо предстал пред ними в виде собаки. Совершенно чёрной собаки, с чёрными глазами, мокрой и грязной свалявшейся шерстью и злым оскалом. Цинцю еле сдержался, чтобы не рассмеяться, потому что это точно пустило бы любые переговоры под откос ещё до их начала. — Что тебе нужно? — не стал тянуть резину Ло Бинхэ. — Ты, — прохрипел Синьмо. "Да уж, голосок под стать виду", — подумал Цинцю где-то между волнами негодования, вырывая руку из железной хватки Бинхэ. — Послушай ты, зубочистка-переросток, Бинхэ мой муж и никому, понял, никому, считая тебя, не стоит на него претендовать. Я его не отдам, я дважды отвоёвывал у тебя Бинхэ, смогу и в третий, если будет нужно! Синьмо насмешливо фыркнул, усаживаясь на задние лапы и демонстративно укладывая рядом хвост. Цинцю едва не зашипел — эта собака смотрит на него свысока! И не важно, что это самый могущественный меч! А ну сделал морду попроще! — Ты, может, и отвоёвывал его, но стоит ли напоминать какой ценой? От того, чтобы кинуться на Синьмо, Цинцю удержал только Бинхэ, перехвативший его за талию. — Даже если я нужен тебе — ты больше не нужен мне, — суровым тоном прервал Бинхэ их поединок взглядов. — Убирайся. — Ты зря отказываешься, мальчик, — не сдался Синьмо. — Я могу предложить тебе то, что никто больше не может. — Тебе нечего мне предложить, — и секунды не думал Бинхэ. — Неограниченную силу. — Я и так очень силён. — Власть. — Она у меня есть. Не то, за что стоит бороться. — Возможность по щелчку пальцев разрушить целый мир! — Зачем же мне разрушать мир, он меня устраивает, пусть стоит, — насмешливо фыркнул Бинхэ. — Всё, о чём ты только можешь мечтать! — Цинцю почудились нотки паники в голосе Синьмо. — Мои мечты давно стали явью, — прижал его ближе Бинхэ. Цинцю повернул голову ласково целуя его в щёку и получая в ответ мягкий поцелуй в губы. Глаза Бинхэ сияли счастьем и спокойствием. — Не оставляй меня! — внезапно с отчаянием взвыл Синьмо, отчего Цинцю вздрогнул, переводя на него взгляд. От величественного вида не осталось и следа — теперь Синьмо и правда напоминал мокрую, побитую жизнью псину, у которой отбирали последнюю надежду на что-то хорошее. На мгновение стало даже жаль его, но память о том, что он делал с Бинхэ, мгновенно отрубила любое сострадание. — Тебе ли не знать, что такое, когда ты один и вокруг только тьма! Бинхэ вздрогнул, Цинцю мгновенно погладил его по закаменевшим рукам, передавая небольшую толику духовных сил, безмолвно напоминая, что он рядом. Ты больше не один. Никогда не будешь один. Куда бы ты ни направился, этот муж пойдёт с тобой. — Я действительно понимаю тебя, — взвешивая каждое слово наконец заговорил Бинхэ, немного расслабившись. — Но я не могу принять тебя. Я знаю, что твоя главная цель состоит в том, чтобы захватить меня. Я не хочу рисковать. — Это не обязательно, — с надеждой взглянул на них обоих Синьмо. — Я могу контролировать это, если я пожелаю — моя сила не будет мешать. — И где же гарантии, что ты не захочешь? — влез Цинцю. Синьмо посмотрел на него серьёзно и очень устало. Он был древним, очень древним мечом, даже древнее, чем старик Мэнмо, и сейчас это было заметно. — Гарантий нет. Но как ты и сам заметил — мальчишка силён, возможно, сильнее меня. Если я попытаюсь его захватить — он мгновенно поймёт и избавится от меня. А я больше не хочу, чтобы от меня избавлялись. Вам молодым не понять, каково это, когда даже всё, во что ты верил и что желал, оказывается бесполезной пылью, и ты остаёшься ни с чем. И тогда только и остаётся мечтать, чтобы эта пустота смогла превратиться в спокойствие. Цинцю невольно прижался поближе к Бинхэ. Очень уж болезненно звучали слова Синьмо, отзываясь где-то в самой глубине сердца. Неужели и меч был намного более интересным персонажем, чем прописал Самолёт? "Ну держись, бро, я тебе за всё выскажу при следующей встрече!" — Ты ведь не отстанешь? — Бинхэ, похоже, тоже тронуло сильнее, чем он мог признать. — Я буду пытаться, пока ты не найдёшь способ меня уничтожить, — кивнул Синьмо. Цинцю обернулся, встречаясь взглядом с Бинхэ. Не нужны были слова, очевидно, что они оба думали об одном и том же. — Я согласен попытаться, — Синьмо вскинулся, но Бинхэ поднял ладонь, прерывая его ещё до начала. — Но, во-первых, ты оставишь нас с Шицзунем в покое и перестанешь появляться, где вздумается. Во-вторых, при любых признаках того, что ты что-то задумываешь против нас — я от тебя избавлюсь. В-третьих, ты слушаешься меня и не пытаешься перечить или навязывать свою волю. Это основные правила. Синьмо всеми силами пытался не казаться нетерпеливым. Но, похоже, забыл, что в этой форме у него есть хвост, который слишком быстро для такого надменного взгляда мотылялся из стороны в сторону. — Я согласен с условиями, мальчишка. Но советую иногда всё же прислушиваться ко мне, я знаю много больше, чем ты себе можешь представить. — Если ты будешь говорить умные вещи, то может быть, — дипломатично заявил Бинхэ. Синьмо вздохнул, но подошёл ближе, подставляя голову. — Раз согласен, то действуй. Нехотя выпустив Шэнь Цинцю из объятий, Бинхэ протянул правую руку, укладывая её между ушей Синьмо. Цинцю вцепился ему в левую, наблюдая за тем, как демоническая энергия перетекает в духовную сущность меча. Синьмо, однако, держал слово и, получив нужное, спокойно позволил Бинхэ отойти. Чуть склонившись напоследок, он исчез из Царства снов. — Ты в порядке? — не сдержал волнения Цинцю. — Никаких странных ощущений? Он не пытался тебя подавлять? Ты хорошо себя чувствуешь? Бинхэ вновь обнял его, успокаивающе целуя в кончик носа: — Не стоит волноваться, этот муж в полном порядке. Пока что Синьмо и правда действует, как договорились. — А потом? — уткнулся ему в шею переволновавшийся Цинцю, вдыхая родной запах. — А потом посмотрим. Но пока ты со мной — я сильнее его. Сильнее чего угодно. — Значит, ему никогда тебя не победить, — погладил он Бинхэ по волосам. Бинхэ в ответ втянул его в поцелуй, не переставая улыбаться. Открыв глаза в реальном мире, Цинцю столкнулся с таким же чуть затуманенным со сна взглядом Бинхэ. Улыбнувшись друг другу, они синхронно повернулись. На той самой шкатулке в целости и сохранности, словно и не было никогда осколков, лежал лучащийся силой Синьмо. Самодовольный блеск клинка был очевиден даже через ножны. Слишком очевиден. Цинцю понял, что именно ощущали те люди, что писали на форумах про невозможность заняться сексом, пока кот смотрит. — Бинхэ, вынеси его в главную комнату, пожалуйста, — постарался сохранить лицо он. Синьмо выстрелил короткой и едкой волной энергии — усмехался, гад. Пока Бинхэ поднимался и уносил свой новый-старый клинок, Цинцю обессиленно уткнулся лицом в подушку. Ну здравствуй, новая реальность. Жизнь с протагонистом просто не могла быть спокойной и скучной.