Грубый. Недружелюбный.

Хосок не стал будить сову-Тэхёна и по-тихому слинял из квартиры с утра пораньше. Небо сулило дождь, а солнце, которое пару дней назад припекало голову, сегодня уже еле грело, спрятавшись за облаками. Вот и осень наступила. На такие перепады погоды у Хосока аллергия, у его друзей – на его стабильные опоздания. Вчера он написал в чат поздравления Чонгуку, тот, конечно, получил водительское удостоверение, но на намёк подвезти с утра, увидел в ответ только эмоджи с жестом среднего пальца.

шесть красавчиков:

JHobi: Пидор JHobi: никакого уважения к старшим. Кто тебя так воспитал?! golden: вы;).

JHobi сменил название конференции на пять красавчиков и один педик

golden: пох Непробиваемый. Чонгук хоть и пошутил, но прав. Они все познакомились в разное время, но тот в шайку втянулся достаточно мелким, и хоть сначала блеял «хён-хён-хён», со временем самую малость перепрыгнул возрастную субординацию за счёт поблажек: "ну он же макнэ". В ином случае, единственный аргумент старших в любом споре всегда: «я старше, ты младше, я прав», но не в компании Хосока. И, думается ему, больше всего свою лепту в негласные порядки внесли Намджун, который всегда в погоне за справедливостью и имел более западные взгляды, и простодушный Чимин, который больше всех шутил на тему возраста и уважения, но знает, что всё это – дела второй значимости. Попытка обзавестись тёплым сидением под задницей на халяву не удалась, потому Хосок не отказал себе в такси до места назначения. Ключи от студии у него, так что сейчас, кроме шуток, Юнги и Чимин где-то там ждали уже более получаса и наверняка готовы его отколошматить. Через минут пятнадцать поездки, завидев двух друзей, Хосок по их виду понял, что сейчас на него выльется ведро с дерьмом. Он расплатился с водителем и с лицом великомученика вышел из такси. — Белый флаг, белый флаг! — крикнул Хосок, поднимая руки перед собой и примыкая к друзьям. — Я тебе флаг в одно место засуну, — пригрозил Юнги и протянул руку за ключами. Хосок виновато улыбнувшись, вынул их из кармана. — Серьезно, хён, заёб уже, сколько можно?! — Чимин серьёзно поджал губы и смахнул что-то невидимое со своего пальто. — Да всё-всё, сорян, больше не повторится. — Уже слышали. — Ты сам в это веришь? — А ты не слишком закутался? — Хосок свёл тему на одежду Чимина, пропуская того вперёд. — Воздух был холодный, не рассчитал немного. — Малясь не рассчитал и надел пальто, — подколол Юнги. — А чё не дубленка? — Ой, идите в жопу. Зайдя в здание, где они все вместе снимали небольшое помещение, которое зовут студией из-за находящегося здесь звукозаписывающего оборудования Юнги, сразу настроились на другой лад. Об опоздании Хосока дружно забыли, сняв верхнюю одежду и переобувшись в тапки, Чимин побежал варить кофе. Затеяли разговоры о всяком: учёба, факультативы, музыка, кошка Чимина, нежелание Юнги возвращаться к раздражающим соседям в кампусе. Потом Чимин вдруг вспомнил и ахнул: — У тебя же друг приезжал? — скорее утверждение. — Тэхён. Да. — Что за Тэхён? — деловито поинтересовался Юнги. — Он о нём трещит уже сто лет, где были твои уши? — Чимин с грацией модели откинул чёлку назад и привалился задницей к компьютерному столу. — Напомнить ещё раз, что ты не снимаешься в рекламе шампуня? — парировал Юнги. — Напомнить ещё раз, что у меня в руке горячий кофе, который я могу случайно вылить на тебя? Хосок закатил глаза и плюхнулся на диван. — Тэхён мой давний бро из Тэгу, сейчас перевёлся на третий курс в наш универ. — Какой профиль? — Юнги покрутился в кресле и кивнул на кофе Чимина, безмолвно выпрашивая отпить. — Юриспруденция. — О, к Джин-хёну в паству, — улыбнулся Чимин и щедро поднёс свой стаканчик поближе к Юнги. — Не обожгись, горячий пиздец. — И в общем, мы щас хату снимаем вместе, — закончил своё короткое повествование Хосок. — Где я был, когда ты всё это рассказывал... — Юнги таки обжёг язык и зашипел, втягивая воздух сквозь сомкнутые зубы. Чимин в предвкушении задёргал бровями: — Когда новоселье? — Вы познакомитесь с ним, но не надо у нас пока кутежей планировать. Места там мало, привалиться особо негде, а нас аж шестеро. — Семеро же...— поправил Чимин. — Ага, так и вижу Чонгука, который припрётся кутить с Тэхёном, — усмехнулся Юнги. — Не надо из него нелюдимого делать, ок? — возмутился Чимин и сел на тот же диван с Хосоком, доставая телефон. Ненадолго затихли. Юнги загрузил компьютер и вернулся к биту, который писал, Чимин бессмысленно листал Фейсбук и попеременно отвечал какому-то придурку в комментариях, завязывая спор, а Хосок прикрыл глаза и ненадолго выпал из реальности. Зависать тут даже бесцельно было приятно. Снять помещение было идеей Намджуна и Юнги, а увидев перспективы даже просто болтаться после пар, отдыхать, играть в компьютерные игры, остальные поддержали. На шестерых арендная плата ни на кого не давила, но находиться тут всем вместе (чего почти не бывало) крайне тесно, поэтому дополнительно постелили мягкий дешёвый ковёр на пол. Юнги притащил оборудование, Чонгук свой компьютер. Со временем появились кофе, электрический чайник, Джин прибил полку, чтобы было куда класть всякую дребедень, типа крекеров и прочего, кофемашина и бойлер были у работников мини-офиса, кто тоже снимали в этом здании помещение втрое больше по площади. Нешумных студентов этажом ниже в основном все жаловали, запомнили в лицо, дружелюбно здоровались и делились своими прибамбасами, однако за воду в бойлере условились платить поочередно, а разные этажи как раз гарантировали, что никто никому не мешает. В редких случаях кто-то из офиса сам заглядывал, если вдруг кофе кончился или ещё чего одолжить, а одна из молоденьких сотрудниц-нун, кажется, даже положила глаз на Юнги. После полудня дождя так и не случилось. Чимин засопел на два часа, очевидно у него была дикая ночка, Хосок занимался своей работой "на удалёнке" на ноутбуке, периодически созваниваясь с заказчиком сайта и обговаривая с тем детали дизайна, Юнги выжал из себя все соки и куда-то пропал уже как полчаса назад. К труппе "почти ничего не делающих" присоединился Джин. Его появление в студии всегда обозначало перерыв от любой деятельности, потому что сначала он звонил, чтобы к нему спустились постоять за компанию пока он курит, или покурить вместе, если это Хосок или Джун, а потом он обязательно хотел кофе со съестным, которое притащил. Джин тот самый выпускник, каких в американских ситкомах называют популярным парнем. Высок, ухожен и широкоплеч. Но в остальном из стереотипов выбивался. Юношеский максимализм в нём давно потух, превращаясь в неумеренный труд (злая привычка), а на уме у него только работа, студсовет и неудавшиеся отношения. Подработка и правда была, с обязанности выдавать верхнюю одежду посетителям клуба, за пару лет дослужился до того, кто выполняет большинство поручений менеджера и следит за самым младшим персоналом, за что ему неофициально, но стабильно приваливал кэш. А популярность как раз таки вопреки стереотипам почему-то гарантировала ему сплошное невезение в любви. — И вот я смотрю в её глаза, она смотрит на меня, думаю отличный момент, чтобы поцеловать её, она ещё такая миленькая, понимаете? И что вы думаете? — Джин выждал театральную паузу, с завидным актёрством оглядев слушателей, дабы выразить степень охреневания. — Она хихикает и говорит, что у неё уже есть парень! — Стоп, что? — Чё-ё? Хосок, и, пробудившийся к началу рассказа Чимин, негодовали. — Со мной на свидания ходить ей нормально, заебись! А сразу сказать правду, а не выступать настоящей динамо невмоготу! — Может не хотела упустить шанс пофлиртовать с великолепным Сокджином? Джин цокнул: — Это уже начинает превращаться в злую шутку. — А что ты хотел... Либо красивое лицо, либо девушка, — пошутил Чимин. — Всё и сразу не положено. — Да хули ты загоняешься, хён, серьёзно, — поддержал Хосок. — Встретишь своё в своё время и бла-бла-бла. — Спасибо блин. Удружили. Вернулся Юнги. Обменявшись с Джином рукопожатиями, устало прошел к своему креслу. — Тебя-то где носило? — спросил Хосок. — Да сбегал до магаза, разомнулся немного. — Дохуя бегал чёт. Юнги пожал плечами, а затем они с Джином завели разговор о чём-то своём. Под комментарии Чимина, что начинается стариковская тусовка и пора валить, Хосок засобирался по делам и домой. Напоследок обусловили ещё раз, что сегодня планируется затусить вместе, и пусть Хосок Тэхёна тоже берёт. Телефон Тэхёна зазвонил не пойми где. Днём он забегался протирая пыль там, куда их с Хосоком руки в прошлый раз не дошли, и разбирая оставшиеся сумки, а после уселся отвоёвывать пару территорий в войнушку, и как-то о сотовом не вспоминал пол дня. А потом уже вечер, перекус, и даже тот красавчик с сайта знакомств похоже не писал, раз нигде ничего не пиликало и не напоминало о себе. Смартфон обнаружился заправленный в пододеяльник. Звонил Хосок. — Как-то даже обидно! За целый день ни звоночка, может меня пизданули преступники какие! Вот так вот друзей и теряют, м-да. — Вы ошиблись номером, пи-бип, пи-бип. — Тэ, ты ужасный человек. Тэхён рассмеялся и продолжил: — Хреново преступники тебя пизданули, раз ты мне дозвонился. Может ты дашь им ещё один шанс? — Надеюсь, ты собираешь вещи, чтобы съехать с квартиры. — Ты где? — Соскучился? — Я кладу трубку. — А-щ, да топаю уже. Гонял в студию, потом к предкам, в магаз вот сейчас заскочу. А ты чё кого? — Да ничего, — Тэхён огляделся вокруг в поиске ответа. — Прибрался, сумки свои разобрал до конца. — Ну наконец-то, а то валялись ни пройти-ни выйти. — Не пизди, ну. — Ты помнишь, что мы в клуб сегодня? — Ага, — тяжелый вздох. — У-у-у, звучишь, как безудержный весельчак, готовый оторваться по-полной, — Хосок по части иронии молодцом. Тэхён не ответил, но улыбнулся догадке друга о его вовсе не тусовочном настрое. — Ладно, я скоро подхожу. Договорим ещё, — скинул и ускорил шаг. Дома противопоставить уговорам было нечего. Тэхён провёл день в тишине и выбираться из уютной оболочки сегодня не очень хотелось, но для того ли он приехал в Сеул, чтобы очередной вечер выходного провести забившись у компа и играя в стрелялки? 1:0 в пользу убедительного Хосока. — Может еще и познакомишься с каким-нибудь горячим геем. 2:0. — Это последний раз, когда я другого мужика зову горячим. Ты видишь на какие жертвы я иду? — Не представляю, как ты это переживёшь.

***

Основное время заняло пожрать и поебланить под музыку, поэтому после недолгих сборов, приехали поздно после полуночи, в самый разгар, но самые последние. Оделись простенько и со вкусом. Тэхён не изменил своей любви к классическим и стильным лукам, тёмная рубашка вкупе с тонкими чёрными брюками выглядели охуительно. Хосок, всегда нахваливающий его внешность, и сейчас не скупился на комплименты, вызывая у друга смущенный румянец. Напоследок перед выходом опрокинули немного вина в кружках (в чём было) для настроения. На входе проверили удостоверения, пропустили без запинки. Музыка, неон и сценический дым на танцполе сразу погружали в нужную атмосферу и затягивали глубже, призывали влиться. Проходящая мимо компания пьяных девушек, акцентировала на них своё внимание, игриво рассмеявшись над восторженным высказыванием той, что ткнула наманикюренным пальчиком аккурат в грудь Тэхёна, оценивая его грудные мышцы. Ни Тэхён, ни Хосок не расслышали, но обменявшись взглядами, спрыснули. Такое нарушение личного пространства в ином случае ему бы не польстило, но не в этот раз. В этот раз ему весело. — О, какие люди! — Чимин, завидев поднимающегося Хосока в компании, предположительно Тэхёна, спустился на несколько ступеней с подиумных мест, чтобы кинуться в объятия. — А че не ещё сто лет собирались? — Ты, я смотрю, уже и нахуяриться успел. — Обижаешь, я только начал, — оставив попытки забраться на Хосока, Чимин отпустил старшего, поправил свою рубашку и протянул руку к Тэхёну. — Я Чимин, здорова! — Тэхён. Рад знакомству, — приходится подходить немного ближе, чем следует в обычной обстановке, чтобы быть услышанным. — Пошли, на диванах поспокойнее и не нужно орать друг на друга, — Чимин (очень открытый, заметил Тэхён, парень) пошел вверх к их столику. Тут и правда чуть тише, диваны кругом стояли вокруг низкого стеклянного стола, на котором уже стоял алкоголь, и только что принесли еще и кальян. Тэхён сразу узнал Намджуна, тот поздоровался с ним как со своим старым другом, хлопая по спине и опуская глупую шутку, что сразу немного расслабило. И узнал Чонгука, который со своего места кивнул и изобразил (это улыбка такая или он подавился?). Остальные же оказались более дружелюбными и располагающими. Их столик был самым шумным. Они один за другим подкалывали Хосока и, пыша жаром, рассказывали компрометирующие истории друг о друге, продолжая вливать в себя горячительные напитки. Тэхён весь вспотел и раскраснелся от смеха и градуса, который в один момент резко ударил в голову. Один Чонгук скромно сидел на краю дивана и молча пил свой виски, периодически улыбаясь и контактируя только со "своими". Это бесило Тэхёна, теряющегося в догадках: всегда ли он такой или это пассивный протест против него? Не обращать внимание несложно, но стоит случайно скользнуть взглядом по его лицу, это вызывало раздражение. И дело даже не в том, что там думает этот мелкий хуй, а скорее неуютно перед остальными. Начинали находить мысли, а не пожалели ли все, что он к ним присоединился? Может им было бы веселее, если бы их друг не сидел угрюмый весь вечер в непринятии нового компаньона...А вдруг он просто всегда такой и Тэхён на себя много берёт? Он же не показывал открытое пренебрежение... И с чего Тэхён вообще должен париться, если этот фаршмак просто не умеет в социализацию? В конце концов, это Тэ тут среди чужих. В какой-то момент он понял, что успел разозлиться на человека, который ему и слова не сказал и, кажется, на него так влиял алкоголь. Всё воспринималось острее. Потому он решил освежить голову и упорхнул вместе с Хосоком, Джуном и Сокджином на улицу покурить. За разговорами на свежем воздухе туман в голове рассеивался, как и не выраженная пассивная агрессия. Резко стало похуй, Тэхён наслаждался хорошим вечером с интересными людьми. Как Хосоку так повезло с друзьями, а ему с Хосоком? – загадка. Когда вернулись, Чимин отплясывал на танцполе с незнакомой девушкой, а за их столом сидели еще две, хихикающие в компании Чонгука, который выглядел совсем не как десятью минутами ранее. Кажется его прилично развезло, и он, как Ловелас шептал что-то одной из них на ухо, пока та смущенно опускала глаза, а затем игриво ударила его запястьем по груди: — Ну прекрати! — Я тебе серьёзно, — ухмыльнулся Чонгук. Тэхён, глядя на всё, подвис, а Чонгук, заметив их возвращение, как ни в чём не бывало собрал ноги, сел нормально и пригубил напиток с уже растаявшим льдом. Наплясавшийся Чимин, подойдя к столу, заулюлюкал, радуясь положению дел. — Какие леди! Чонгук, ты нас не познакомишь? — Я и сам не знаком, — равнодушно ответил тот и даже не поднял взгляд на ту, кому только что что-то пел на ушко. Впрочем девушка не обиделась и сразу переключилась на Чимина. А вот вторая, приметив Тэхёна, соблазнительно улыбнулась и поправила волосы, поворачиваясь к нему всем корпусом: — А ты у нас кто? — А я у нас – гей. И Тэхён был слишком занят своими мыслями, что ответил автоматически и не заметил, как у всех вытянулись лица, и даже Чонгук застыл, пытаясь понять не ослышался ли он. — Как бесит, лучше бы просто отшил, — раздражено хмыкнула девушка и встала, хватая свою подругу под руку и уволакивая её прочь. — Не было печали, — под нос прокомментировал Тэхён и откинулся на спинку дивана. — Ты гей?! — первый опомнился Джин, пребывавший в шоке, будто Тэхён не гей, а жираф, втихую затесавшийся к ним в компанию. На строгие взгляды друзей, прокашлялся и исправился: — Ты извини, я не отношусь негативно, просто удивился! Тэхён рассмеялся: — Всё нормально. Да, я гей. — Это круто, что ты так открыто об этом говоришь, — сказал Юнги. — Даже в наше время не все могут это сделать. — Я никогда не считал это чем-то особенным, чему нужно делать официальное заявление, это просто факт. Остальные согласно покивали. Длительно заострять внимание на теме никто не хотел, но Чимин опрометчиво решил пошутить: — Так вы это, можете с Чонгуком мутить. Он тоже по...всем...— конец предложения, Чимин, под охуевшим взглядом Чонгука, проглотил, как кость в горле. Сконфужено поджал губы трубочкой и сполз ниже по дивану. Тэхён, при всей сложности, не выдал экспрессии и спрятал лицо в бокале коктейля, делаясь глухим, в то время, как Намджун, таки не сумев скрыть фейспалм, просто прикрыл глаза рукой. — Чимин-и немного перепил, — почти ласково сказал Хосок и похлопал того по плечу. — Так что может ему уже хватит? — сквозь зубы процедил Чонгук, склонившись ближе и опаляя висок Чимина дыханием. Затем отстранился, перестав буравить бедолагу взглядом и встал. — Мне уже пора. Попрощавшись, Чонгук уже собирался уходить, когда Джин напоследок пошутил в его адрес про алкоголь и водительские права, и, кажется, тот впервые за весь вечер искренне рассмеялся. Тэхён, словно тайно подглядевший, наспех отвёл глаза.