Грехи...

Каждое Лешино слово врезается мне в голову и ещё больше придает уверенности в себе. Я не знаю как, но мне действительно стало легче. Кажется, в его словах нет ничего необычного и сверхъестественного, но видимо иногда и не нужно выдумывать ничего необычно, достаточно просто поддержки, которую я от него чувствую. Дальше мы сидим, молча, смотря глаза в глаза, словно заглядывая в глубины души. Одной из рук я опираюсь о диван и чувствую, как его ладонь накрывает ее. Теплый взгляд и нежное прикосновение окончательно успокаивают все сомнения внутри. – Леш, спасибо. Он дарит мне свою теплую улыбку, и я слышу звук, означающий конец урока. – Леш, можешь сказать физруку, что я тебе срочно нужна была, а то влепит два. – Без проблем. Мы встаем с заветного дивана, и Леша по-джентельменски провожает меня до двери. – До встречи, Насть. – Пока. Дверь уже приоткрыта, но я прикрываю её и оставляю след помады на Лешиной щеке и скрываюсь из виду. *** Такой ребяческий, но такой милый поцелуй Насти заставляет меня улыбнуться. Я возвращаюсь за рабочий стол, но мысли в голове явно не о работе. Её вид сегодня, это нечто. Я привык видеть одиннадцатиклассниц в подобных нарядах, но Настя выглядит совсем по-другому. Она очень сексуальна, но в то же время очень скромная. Я не знаю, как можно сочетать в одном человеке эти два качества, но она умудрилась это сделать. Я достаю из недр полки ежедневник и проверяю, нет ли на сегодня важных встреч, и к моему счастью так и есть. Нужно будет только юристу закинуть вечером доки, и я почти свободен. Но тут же я вспоминаю о встрече с замом отца, так сказать его представителем в Москве. Невольно хочется сжать кулаки, но я нервно выдыхаю и набираю его номер, дабы уточнить все детали. Несколько гудков и на том конце слышу голос. – Юрий Олегович, здравствуйте. Это Алексей Узенюк. – Я понял. Леша, значит сегодня в 7, я буду ждать тебя в ресторане «***» Адрес скину смс. – Хорошо. Я надеюсь это ненадолго? – А что так? Спешишь? – Да нет, просто время рассчитывать нужно. – Не волнуйся, пару бумаг подпишешь, переговорим и свободен. – Понял. До встречи. – До встречи, Алексей. До чего же мне не хотелось ехать к этому Юрию Олеговичу. Не самый приятный человек в моей жизни. Да и в принципе все, кто, каким-то образом связан с бизнесом отца ужасные люди. Стоит, наверное, рассказать о том, чем он занимается? Это ужасное дело он начал лет 8 назад и когда понял, что это приносит неплохую прибыль, остался в бизнесе. Со временем оброс связями, единомышленниками ну и естественно его пожизненная любовь к хрустящим бумажкам сделала свое дело. Я думаю, вы знаете что такое продажа в рабство? А особенность дела моего отца в том, что к примеру любой из так называемых «клиентов» находит русских девочек в интернете, потом специально обученные люди находят всю возможную информацию об этих ни в чем не повинных созданиях, и если заказчика всё устраивает, они находят их и грубо говоря продают. Что происходит дальше, думаю объяснять не стоит. Естественно я к этому не хочу иметь ни какого дела, и отец прекрасно знает моё отношения к его занятию. Каждый раз мне хочется самолично задушить всёх этих толстосумов, покупающих абсолютно обычных девочек, а ещё больше я ненавижу тех, кто продает их. Одним словом всё отцовское окружение. Ровно в семь я подъехал к ресторану, и, войдя внутрь увидел Юрия Олеговича. Так как на меня записана какая-то часть бизнеса, отцу так проще, периодически моя подпись должна стоять в бумагах. И вот каждый раз ставя размашистую закорючку, я чувствую как подписываю кому-то судьбу и это ужасно. Ужасно жить, спать, да просто существовать с мыслью о том, то ты кому-то перечеркнул жизнь. И поэтому я как можно скорее хочу выпутаться из этого дерьма, потому что сейчас я ничуть не лучше своего отца. Через минут тридцать я уже покинул ресторан и направился в сторону дома, по дороге выкуривая четвертую сигарету подряд.