А вы точно врач?

Таня последний раз крутанулась перед зеркалом. И хотя она уже явно опаздывала на первую пару, она все никак не могла выйти из дома, снова и снова рассматривая свое отражение, пытаясь понять, нормально ли выглядит. Шоколадного цвета волосы — личную гордость, мимо которой не мог спокойно пройти ни один парикмахер, она собрала в небрежный высокий пучок, зелено-голубые глаза аккуратно подвела карандашом, губы накрасила светлой помадой, довершив нежный образ зеленым платьем свободного кроя и сапогами. И все по отдельности смотрелось красиво, вот только Танька без конца пудрила огромный прыщ на лбу и размышляла, а не торчат ли жирные бочка в этом платье. Решив, что все вроде относительно ничего, она, вздохнув, накинула пальто и выбежала из дома. По пути она пять раз проверила тому ли самому Олегу Петрову отправляет смс с фотками родинок, а потом все-таки нажала «отправить». Лекция по философии обещала быть такой же скучной, как и все предыдущие, мартовское утреннее солнце заметно проглядывало через облака, обещая теплый весенний денек, а девушка думала, что сегодня же пойдет записываться в спортзал. Сумку приятно отягощали лотки с салатами из брокколи и помидоров, придавая решимости. Как бы ни было трудно, она возьмет себя в руки. Войдя в аудиторию и извинившись за опоздание, она даже не удивилась, что Лера прогуливает первую пару. Половина курса прогуливала философию, о чем знал весь деканат и лектор, но всем было плевать. В первую очередь самому философу. Препод настолько жил в своем мире, что, если бы Танька зашла к нему голой на пару, он бы просто продолжил читать нотации об учениях Гегеля, не делая паузы на какие-то мелочи, типа студентов. Таня перекинулась шуткой с одногруппниками в общем чате и продолжила поиски лучшего спортзала. Выбор стоял между двумя. Один рядом с домом, другой — с универом. И тот, что с универом давал бонусы в лице освобождения от физры в их институте. Мелочь, а приятно, хоть физра у них и шла последний семестр. «Ты отметила нас с Аринкой на философии?)» пришла смска от Леры. «Естественно=)» Таня улыбнулась и тут же почувствовала на себе чей-то взгляд. Обернувшись, она посмотрела по сторонам, но не заметила, чтобы кто-то на нее пялился. Все в основном смотрели только в свои телефоны либо дремали. Решив, что у нее паранойя на почве вчерашнего глупого инцидента и голода, все же груша — так себе полноценный завтрак, Таня продолжила размышлять о плюсах и минусах фитнес клуба рядом с институтом.

***

В огромном кафетерии их института всегда было шумно и людно. Таня собиралась найти столик в углу и спокойно пожевать свой салат, а заодно хоть как-то подготовиться к коллоквиуму, который неумолимо приближался, как смерть с косой. — Приве-е-ет, — протянула Лера еще издалека, завидев подругу, и потащила своего парня с огромным подносом, уставленным едой, к Таньке. — Здорово, Танюх! — Леша уселся рядом, тут же вгрызаясь в отбивную с картошкой. — Ты на диете, мать? — он бесцеремонно указал вилкой с нанизанной на нее картофелиной на Танькин салат. Именно этого и не хотелось больше всего. Вопросов о диете, взглядов в ее тарелку и прочего любопытства. Леша тут же непроизвольно разозлил.  — Угу, — промычала девушка, стараясь не смотреть завистливо на его аппетитный обед. — Зачем? Ты и так норм, — искренне не понял Леша. — Что ж вы, бабы, вечно на диетах? Это ваше пожизненное состояние? Жизнь через боль, муки и самоограничения? Или это все ради мужчин? — Леша, что ты несешь? — возмутилась Лера. — Добро в массы, — тут же парировал он. Таня только вздохнула. Они были настолько милыми и настолько раздражали ее сейчас, что хотелось придушить обоих. — У меня гастрит обострился, — соврала она Леше и выразительно посмотрела на Леру. — И да, я не хочу быть норм, хочу быть шикарной девушкой. — Полегче, секси вумен, — засмеялся парень, отчего снова захотелось по-доброму треснуть его. Неожиданно мимо их стола прошли трое парней с подносами, громко смеясь над чем-то. И когда последний из них прошел рядом со столом ребят, он весело посмотрел на Таню и хитро подмигнул ей, ухмыльнувшись. Все прошло за долю секунды, троица парней уже скрылась, выбрав самый дальний стол у стены, а Леша и Таня так и сидели, не в силах прожевать свою еду. Лера, которая сидела спиной к проходу, не видела подмигивание парня и поэтому тупо смотрела по сторонам, пытаясь увидеть, что так поразило ребят. — Танюх, — протянул хитро Леха, первый отошедший от изумления, — это что сейчас было? Колись давай! — А что? Что было? Я ничего не видела. Таня, о чем он? — Лера подпрыгивала на месте от любопытства. — Да на Таньку-то главный бэд бой вуза пялился и улыбался сейчас, — еще шире улыбнулся Леша. — Ну, и когда ты успела его заарканить, мисс скромняшка? — Я не понимаю, о чем ты, — зашипела Таня, краснея. — Кто это, вообще? Я его где-то видела, но не помню где. — Блин, Танюх, ты совсем затворником стала или в вакууме живешь? Ай, забыл, ты оставила универскую веселую жизнь, потому что все боишься пересечься с бывшим где-нибудь. Кончай страдать по мудаку и выползай на свет божий. Тем более, говнюк почти нигде не появляется. Его вроде как отчислить могут, как мне Серега сказал. — Леша, хватит. Отвали от нее, — тут же вступилась за подругу Лера. — Я тоже не люблю тусовки, и, вообще! Мы не говорим о Волан-де-Морте. — Хватит, вы оба! — психанула Таня. — Я понятия не имею, почему этот парень мне подмигнул, и не боюсь пересечений с Глебом, просто не хочу никуда ходить. Тусовки мне не интересны. — Ладно, извини, — сдался Леха. — Просто ты нормальная бабца, че ты паришься о дебилах? Выше нос! Вон сам Олежа Петров на тебя пялится, а Олежа, чтоб ты знала, мало на кого смотрит, если, вообще, смотрит. Таня поперхнулась остатками салата и стала сильно кашлять. И дело было не в том, что парень подруги назвал ее «бабцой». Лера тут же стала хлопать ее по спине и предлагать компот, но у Таньки все никак не проходил приступ. — Его зовут Олег Петров? — пропыхтела красная, как рак Танька. — Точно?! А у нас в вузе есть еще Петровы… Олеги? — Не знаю, вроде нет. Тань, ты чего? — Лера подозрительно смотрела на подругу, которая была сама не своя. — Леша, и что еще за бабца?! Ты что, деревенщина?! — Мне, кажется, плохо от брокколи. Увидимся на коллоквиуме, — Таня не дала ребятам больше ничего сказать, бросила лотки в сумку и убежала из столовой, оставив их разбираться с термином «бабца» без нее.

***

Таня в который раз посмотрела на дверь деканата и, вздохнув, ушла в дальний угол коридора. Все мысли вращались вокруг ее безумной идеи выкрасть списки всех людей их вуза. Почему-то она отчаянно хотела проверить, сколько Олегов Петровых учатся в их большом институте. И хотелось верить, что Петров — популярная фамилия, и может, ну, может… есть еще какой-нибудь Олег Петров? А если есть, то что дальше? Танька тряхнула волосами, пытаясь собраться и успокоиться. Она так распереживалась, что даже особо не радовалась тому, что каким-то чудом хорошо ответила на коллоквиуме. Весь остаток пары она надеялась, что Олег Петров, которому она отправила свои фотки, и Олег Петров, который подмигнул ей в столовой — это разные люди. Как назло, мимо Таньки прошел зам декана и скрылся за дверью. Без помощи друга теперь было не обойтись, и девушка достала телефон, тут же набирая знакомый номер. — Я всего день в Испании, а ты уже звонишь! Что случилось? — бурчала Арина в трубку. — Ты же знаешь всех в институте, выручай, — затараторила Танька. — Мне нужны списки всех парней вуза. Ну, или хотя бы все Олеги Петровы, что у нас учатся. И не спрашивай, зачем мне это надо. И никому не говори! Арина, ты слушаешь? Я бы сама, но в деканате постоянно куча преподов и я, ну… — Даже боюсь представить, что там у тебя. И не уверена, что хочу это знать. Ладно, слушай. Иди в деканат, там работает Машка Усольцева, моя знакомая. Скажи, что от меня и попроси ее дать список. И когда я вернусь, мы поговорим о твоих тайнах. Я, надеюсь, ты не связалась с Олегом… — Арина не успела договорить, потому что Танька ее перебила, сказав, что любит ее, и сбросила звонок. Сердце почему-то испуганно сжалось, хотя повода и причин совсем не было. Таня взяла себя в руки и бодро пошла в деканат, но стоило ей переступить порог, как она тут же ощутила непреодолимое желание сбежать. В светлом, теплом помещении среди шумно работающих стареньких компьютеров, шкафов с папками и фикусов в кадках стоял Олег Петров и о чем-то спорил с замом декана. Тут же сидели преподы, секретари и все, как один, посмотрели на невысокую девушку, растерянно замершую в дверях. — Ты что-то хотела? — после немой паузы спросила одна из старшекурсниц, подрабатывающая секретарем, решив про себя, что девица явно приторможенная. — Эм-м, — Таня чувствовала, как щеки начинают пылать от стыда, потому что Олег Петров продолжал говорить с замом декана и при этом нагло посматривал на нее. — А Маша Усольцева… — замялась она. — Сегодня не работает. Завтра будет с десяти утра, — ответила скучающе та же секретарша. — Спасибо, — выпалила Таня, тут же скрывшись за дверью. Каблуки ее весенних сапожек так звонко и громко цокали по старому мраморному полу здания, что она даже не услышала, как кто-то бесшумно догнал ее в коридоре и положил тяжелую руку на плечо. От испуга и неожиданности Танька вскрикнула, как последняя невротичка. — Какая ты пугливая, — весело засмеялись над ухом. Голос был очень приятным, глубоким и грудным. Девушка обернулась к его обладателю и едва не поседела от сковавшего ужаса. — Привет, — над ней возвышался Олег Петров, тот самый Олег Петров из столовки и деканата. Он весело и ехидно улыбался, а Таня невольно отметила, что у него очень красивые ямочки на впалых гладковыбритых щеках. — Привет, — неуверенно ответила она. — Не узнаешь меня? — хмыкнул парень. — Ну, да, мы же года два-три назад общались. И я немного изменился. Таня совсем растерялась. Она не понимала, кто он, откуда ее знает, ему ли она отправила фото своих родинок и что ему надо. Похоже вся гамма эмоций отразилась на ее лице, потому что Олег, вдруг, громко засмеялся, откровенно потешаясь над ней. — Ну и вид у тебя! Как будто смерть увидела. Таня хотела ему ответить, а заодно спросить, что ему нужно, как судьба решила ее добить контрольным выстрелом в голову. Прямо из-за поворота вышел ее бывший с другом, которого она тоже знала, направляясь в тот же деканат. Таня почувствовала, как дышать становится трудно, а пылающие до этого огнем щеки мгновенно белеют от холода, сцепившего все внутренности. Глеба она давно не видела. Не общалась больше с их тусовкой, не ходила на мероприятия, где могла его встретить, даже в институте лишний раз не смотрела по сторонам. Благо, он учился на вечерке и был на год старше, но она все равно по-детски боялась встреч с тем, кого когда-то любила, и с кем встречалась почти два года. Прошло много долгих месяцев, с тех пор, как он ее бросил, а Танька чувствовала, что до конца так и не отпустило. И вот сейчас, когда она, наконец, пыталась по-настоящему идти вперед, заняться собой и снова открыться миру, этот мир плюнул в нее случайной встречей, так еще и вкупе с каким-то мутным типом, который беззастенчиво над ней насмехался. Олег тоже заметил, что она изменилась в лице даже больше, чем, когда он ее напугал и обернулся посмотреть, кого она там увидела. Таня тем временем буркнула что-то неразборчивое и со скоростью звука пошла в противоположную от Глеба сторону. Поразившись, как на таких каблуках можно так быстро удирать, Олег бросился за ней. И все это действо не укрылось от глаз Глеба, который хмуро шел в деканат, наблюдая, как за его бывшей бежит его не самый приятный знакомый. Таня успела пропрыгать два лестничных пролета, как ее опять настиг тот, кого Леша ласково называл Олежей. — И куда ты так торопишься? — улыбнулся он, загораживая ей путь к отступлению. — Я спешу, — Таня обошла его, собираясь уйти. Обида на Глеба, которая казалась уже почти забытой, всколыхнулась в душе, смешиваясь с липким чувством стыда перед Петровым. — Спешишь к доку показать родинки, Тань? — пропел весело он, заставив одной фразой застыть на месте изваянием. Девушка так растерянно стала хлопать длинными черными ресницами и так сконфуженно вытянула в изумлении нижнюю губу, что у Олега появились смешинки в глазах. Давно он не видел чего-то настолько же милого и трогательного. Например, бирюзового цвета удивленные глаза в обрамлении пушистых ресничек — очень милое зрелище. А то, что их обладательница еще и молчала, как партизан на допросе, лишь добавляло желания подтрунивать дальше. — Кстати, нехорошо отправлять людей в черный список, — заметил он все с той же хитрой улыбкой. — Я случайно отправила тебе фото, — наконец, ответила Таня, отводя взгляд в сторону. — Удали и забудь. И прекрати смеяться надо мной. Я извинилась. И, вообще, я тебя не знаю! — последнюю фразу она сказала, как ей показалось, гордо и высокомерно. Но Олег Петров только засмеялся звонким громким смехом, который раскатывался по лестничной клетке. Группка старшекурсниц, как раз спускавшихся вниз, удивленно посмотрела на парочку. Олега Петрова они знали. Как знали и то, что он почти никогда не ходил в институте с девушками, предпочитая своих друзей. И почему тогда сейчас он смеялся и стоял вплотную с какой-то девчонкой? Таня каждой клеточкой своего тела ощущала, что на нее смотрят, и от этого хотелось сквозь землю провалиться. А Олегу, казалось, было совершенно плевать, что на него кто-то пялится. — Вот это сейчас было обидно, — прекратив наконец смеяться, сказал он. — Мы знакомы. Просто ты меня забыла. Удивительно, что у тебя сохранился мой номер. А знаешь, — вдруг лукаво прищурился парень, — можем пообщаться… я напомню тебе наше знакомство. — Что? В смысле? — Таня удивилась так, что чуть сумку не выронила. — Вытащи меня для начала из черного списка, а там что-нибудь придумаем, — Олег снова подмигнул ей и, не прощаясь, пошел вниз по лестнице. Таня так и продолжила стоять растерянная, не понимая, какого черта происходит. Телефон, вдруг пискнул входящим сообщением, заставив ее снова подскочить. Писал врач Олег Петров. Таня не знала, радоваться или истерично смеяться. С врачебной точки зрения, ее фото ему тоже понравились. Родинка выглядела безопасно и подлежала удалению. Таня выдохнула, не собираясь отступать от прекрасной новой жизни, к которой худо-бедно, но стремилась, и попросила записать ее на прием на следующей неделе.

***

— Эй, Петров! — Че? — Удар через плечо! — заржал Миша и ловко бросил на маты замечтавшегося друга, прихлопнув его к полу ринга. Петров зарычал, извернулся, вскочил на ноги и прописал кулаком в перчатке смеющемуся другу под дых. Миша, не успевший сгруппироваться и увернуться, закашлялся и стал материться. — Ну, че засранец, дать тебе через плечо? — засмеялся Олег, пружиня рядом с Мишей, как мангуст перед коброй. — Бабе дай, мудила! — хохотнул Миша, ухмыляясь. — Так, вы что тут устроили?! — к рингу подошел злой Мишин тренер. — Петров, пошел вон с ринга. И сними перчатки, ты не в секции. — Мишаня помогал мне разминаться, — тут же парировал Олег. — Мой тренер опаздывает. Я помогал другу отработать удар. — Петров, не беси меня! — рявкнул тренер. — Ты либо ходи в секцию, либо не мозоль мне глаза! И не называй своего фитнес-инструктора тренером. Это оскорбляет! — Ой, какие мы обидчивые, — хихикнул Олег и стянул перчатки, тут же ероша рукой свои лохматые светло-каштанового цвета волосы. — Что я пропустил? К парням подошел фитнес-инструктор Олега, больше напоминавший убийцу медведей, а не тренера в классическом понимании этого слова. Огромный, сорокалетний мужик, КМС по карате. И только Мишин тренер продолжал считать его перебежчиком из большого настоящего спорта и тренерства в жалкий легкий заработок. — Ничего интересного. Мишанин тренер нас, как всегда, унижает, — невинно улыбнулся Олег под фырканье последнего. — Так хватит халтурить. Ты размялся, весельчак? — строго гаркнул Антон. Олег кивнул. Почему-то настроение было отпадным. Настолько отпадным, что не было желания его скрывать. И его друзья это видели. Обычно он был куда сдержаннее и язвительнее, а последние пару дней ходил и периодически хихикал, как умалишенный. — Олег, у тебя весна в жопе заиграла? — ехидно пропел тренер, неодобрительно замечая, что Петров плохо выкладывается на тренировке. — Нет, но я стремлюсь к этому, — пропыхтел парень, подозревая, что Антон специально увеличил вес его штанги, чтоб выбить дурь из головы. — Молодежь, а, ну, соберись!

***

Таня весь вечер проболтала по телефону с Лерой, рассказав все, что с ней произошло за день. В какой-то момент подруга нагло включила громкую связь, и к беседе присоединился ее парень. — Таня, Таня, — пропел Леша, — ну, ты даешь! Быстро вытаскивай его из ЧС и флиртуй, мать! Это же Олежа Петров! — Леша, я начинаю думать, что ты его фанат! — тут же возмутилась Лера. — Конечно, я его фанат. Даже у меня нет столько харизмы и наглости! Олежа первый в рейтинге вуза! Первый, вы понимаете? При этом он постоянно тусит со спортсменами, высушен, как Генри Кавилл для роли Ведьмака в сериале, а когда его группу несправедливо оценили на экзамене, он добился смены препода и пересдачи для всей своей группы. Настоящий мужик! И он улыбался и подошел к тебе, Танька! Очнись! — То есть он крутой ботан? — засмеялась Лера, а в след за ней и Таня. — Дуры вы. За Олежу весь институт дерется, чтоб он пришел на вечеринку к кому-нибудь. Кстати, вся его тусовка — это крутые парни, а не шушера всякая. — Шушера, типа тусовки Глеба, то есть моей бывшей тусовки? — грустно улыбнулась Таня. — Ну, не совсем. Вы точно отсталые, девчонки. У нас три крутые группировки в вузе. Туса Олега, условно назовем их спортсмены-ботаны, туса твоего бывшего квнщика и его прихлебателей-прогульщиков и наша туса с Серегой, Аринкой-Мандаринкой, Максом и другими веселыми чуваками из студсовета. И мы, кстати, давно зовем тебя в нашу банду, а ты все сидишь и тухлишь, как сыч. — Не хочу больше тусовок. А еще сегодня, сегодня я встретила Глеба и…. — Таня, в жопу твоего Глеба! Так, у меня предложение. Либо доставай Олежу из ЧС, либо гоу с нами на мега тусу в загородный дом родителей Макса! Устроим дестрой! — Леша, хватит орать, как в лесу, — одернула его Лера. — Но ты прав, что думаешь, Тань? Пора развеяться! Кстати, ты уже записалась в спортзал? — Нет, я вспомнила о нем, когда добежала до дома и не хотела возвращаться. Завтра точно пойду. А еще жутко хочу есть. Пончик и шоколад. И отбивную… а-а-а, как тяжело худеть. Но зато я купила мази от прыщей. Работаю по всем фронтам. Поболтав с ребятами еще немного, Таня поставила телефон на зарядку и ушла в душ. Ее накрыла жуткая усталость, голод, грусть по Глебу, перетекающая в мысли о странном Олеге, затем в размышления о сведении родинки. В какой-то момент Таня поняла, что голова сейчас взорвется от мыслей. Но среди всего она не понимала главного: откуда они знакомы с Олегом Петровым? Выбежав из душа в одном полотенце, не давая себе шанса передумать, девушка схватила телефон, вытащила Олега из ЧС и отправила короткое смс. «Откуда ты меня знаешь?» Сердце учащенно грохотало в груди от волнения. Даже есть перехотелось. Чтобы отвлечься, Таня пошла сушить волосы и пытаться вспомнить знакомство. На память она никогда не жаловалась, так почему же этот мерзкий Петров был мутным туманом в голове? — Лучше бы я забыла знакомство с Глебом, — вздохнула она. Но как назло, в тот день она помнила даже погоду, даже цвет его кроссовок — все ненужные мелочи. Мелочи, которые до сих пор резали душу, как ножи, когда она лежала в кровати и не могла уснуть. Телефон пикнул, оповещая о смс, а потом почти сразу еще раз. Таня машинально их открыла. «Я тебя не знаю)» «Но я не против узнать)» Таня разозлилась, чувствуя, что он смеется над ней даже в смсках. «Я серьезно! Хотя, не хочешь, не отвечай» Таня решила, что не будет играть в игры. Ее бывший достаточно с ней поиграл, как и с ее нервами. Никакой Олег Петров не выведет ее из равновесия. А уж на красавчиков она насмотрелась. Неинтересно! «Нетерпеливая и не любишь интриги. Мне нравится.) Ладно, мы познакомились в институте на первом курсе». Таня едва не психанула от его сообщения. Точно издевался и ничего нормально не объяснил. — Спасибо, исчерпывающе. Хорошего вечера! — злобно печатала Танька. «Сладких снов. Пусть тебе приснятся подробности нашего знакомства)» — Вот же сволочь!