остановка сердца на приступе нежности

— да-да, и вам спасибо за встречу, — Старк пожимает чужую ладонь, стараясь не звучать слишком грубо, но мужчина напротив него улыбается так хищно, что он еле сдерживается, чтобы не плюнуть ему в лицо или не сказать что-нибудь слишком резкое, а потом — не уйти с чувством выполненного долга. но ситуация не позволяла. быть основателем одной из самых крупных компаний мира, а также — главным героем народа, временами казалось непосильной задачей, ведь с каждым днем становилось все тяжелее улыбаться чужим нахальным лицам и быть более-менее вежливым с каждым высокопоставленным ублюдком, лишь бы, как говорила ему весь последний месяц Пеппер, «не подставить под опасность свою итак слишком шаткую репутацию» и «Тони, у нас было слишком много громких ситуаций за этот год, так что нам надо на время залечь на дно. прошу тебя, не вытворяй ничего лишнего». и сейчас, смотря на то, как цифры на часах переходили к отметке двух ночи, а толпа с камерами вокруг так и не хотела рассасываться, Старк думал о том, что, черт возьми, как же он устал. он садится за руль, захлопывая дверь и чувствуя легкое головокружение из-за нескончаемых ярких вспышек фотоаппаратов, проводивших его, как это мило, до самого автомобиля, и зажигает мотор, в секунду уезжая с этой проклятой встречи, которая тянулась, кажется, всю вечность. — Пятница, предупреди Пеппер, что я уехал, — говорит он, потирая переносицу, — и на всякий случай проверь, спит ли Питер. я знаю, что он любит искать приключения на свою пятую точку в это время, — он ставит режим на автовождение, передавая управление ИИ, откидывается на спинку и, услышав в полусознании слова Пятницы о том, что »…мистер Паркер сейчас спит», наконец прикрывает глаза. кажется, еще очень давно сбитый режим сна начал давать о себе знать головными болями и постоянной усталостью, но он не мог перестать думать о том, что надо было бы еще доработать костюм и устранить все возможные и не- неполадки, поискать кофе покрепче и заказать несколько марок виски, разгрести бумаги, о которых Поттс говорит уже вторую неделю, а еще, наверное, немного пообниматься с Питером, чтобы вернуть себе силы и стать немного живее, чем обычно. да, было бы неплохо. • — Пятница, свет на тридцать процентов, — он снимает обувь и идет в гостиную, по пути стягивая с шеи галстук и расстегивая пуговицы на манжетах. за панорамой как обычно город горит тысячами переливающихся огоньков, а ему хочется лишь снять с себя чертов костюм, лечь на первое горизонтальное и поспать хотя бы минут десять. — Питер? — шепчет он удивлённо, дойдя до дивана и заметив на нем крохотное свернувшееся тело. Питер лежит, под голову подложив одну из декоративных подушек, посапывает тихо и брови иногда во сне хмурит, а Тони не может понять, что «стоп, как он вообще сюда пробрался?». — вы недавно сказали, чтобы у мистера Паркера был доступ к зданию и он мог беспрепятственно заходить по своему желанию, — словно умея читать мысли, отвечает Пятница. Старк кивает в ответ, садясь на корточки рядом с диваном и чувствует непомерную нежность внутри. у этого мальчишки волосы по подушке разбросаны, его грудь медленно поднимается и опускается, говоря о спокойном сне, а пижама с машинками, которую Старк однажды купил ему в шутку, делает его слишком милым — у них было задание в другой стране, и они должны были переночевать несколько дней в отеле, но под конец первого дня выяснилось, что Паркер забыл свои вещи дома, а спать в нижнем белье ему было «слишком смущающе и неудобно. и вообще, мистер Старк, это не я настаивал на двухместном номере», так что Тони пришлось искать выход из ситуации. Тони видит на самом краешке дивана рюкзак и аккуратно сложенный костюм, и понимает, как мальчишка проделал свой путь от своего дома до его. — мистер Старк? — шепчет мальчишка, жмуря глаза. в них из-за сна мошки летают и картинка кажется слишком мутной, но даже так Питер понимает, кто находится рядом с ним, и мгновенно расплывается в сонной улыбке. Старк думает о том, что это выглядит слишком прекрасно. — прости, я разбудил тебя? — нет, все в порядке… — мужская ладонь аккуратно касается паркеровской щеки, поглаживая, и Питер прикрывает глаза, словно готовясь вновь упасть в сон, — …я так долго ждал тебя, но уснул, — бормочет он, а у Тони в сердце делает кувырок, оседает на нежном приступе и взрывается в чувствах, ведь «он ждал меня?» — идем в кровать, малыш, — Старк аккуратно берет Питера на руки, удивляясь его легкости, а тот в свою очередь утыкается носом в его ключицы, скрещивая руки за шеей, — разве ты не учишься завтра? — спрашивает он, чувствуя, как мальчишка оставляет крохотный поцелуй на косточке. — завтра выходной, Тони, — Питер смеется тихо, когда Тони стукается пяткой о край тумбочки в темноте, — ты в порядке? — да, надо только сходить в душ и переодеться, — Паркер кивает, натягивая на себя одеяло и следя за уходящим в ванную комнату Старком. в кровати намного мягче и уютнее, чем на диване в гостиной, но Питер все еще немного сожалеет о том, что он все-таки уснул и не смог дождаться появления Тони, а еще надеется на то, что Мэй не проснулась из-за слишком громкого звука открывающегося окна в его комнате и не знает, а даже если и знает, то не переживает за него из-за того, что он ушел посреди ночи в неизвестном направлении. но Питер так соскучился по Тони, что он не мог сделать иначе. последнее время Старк слишком часто пропадал, будучи чересчур занятым, и Питер изо всех сил старался не мешать его делам и работе, старался не впадать в неприятности, что у него, кстати, отлично получалось уже полторы недели подряд, но вчера ему стало так одиноко без Старка рядом, что он подумал, что «может быть, он не будет против, если я переночую у него?» «хотя бы одну ночь» — ты можешь приходить сюда, сколько хочешь и когда захочешь, малыш, — шепчет Тони, оставляя поцелуй на питерском лбу. у Старка волосы мокрые, почти кудрявые, глаза уставшие смотрят так нежно, так ласково, что Питер понимает, почему он в такой огромной любви к этому человеку. юноша касается ладонью чужого подбородка, щетина колется немного, и Питер смеется своим мыслям о том, что Старк временами похож на ежика: на вид колючего и опасного, а на самом деле чертовски милого и мягкого, стоит только найти правильный подход. — я скучал по тебе, — и губы Старка превращаются в счастливую улыбку. он тянет Питера в свои объятия, оставляет многочисленных бабочек на его лице, а после целует в губы, чувствуя, как юношеские ладони гладят его по волосам, и отвечает «я тоже», прерывая поцелуй. — спокойной ночи, Тони, — Питер скрещивает свои ноги с чужими и умиротворенно закрывает глаза, цепляясь пальцами за подол старковской футболки. — спокойной ночи, малыш, — Тони обнимает его за талию, прижимая ближе, и понимает, что лучше этого, наверное, и быть ничего не может.