Все проблемы не вечны

      Очнулась Рейнбоу в медкабинете. Открыв глаза, она поняла что в помещении не одна. Около неё помимо врача стояла Спитфаер. – Что с ней? – Точно сказать не могу, тут нужны более полные обследования. Но у меня подозрение на черепно-мозговую травму лёгкой степени тяжести. Ничего страшного в этом нет, нужен только покой на пару недель. И никаких ударов головой.       Спитфаер, ничего не ответив, вышла из кабинета. Рейнбоу открыла глаза и привстала с больничной койки. Перед ней стояла приятной наружности женщина лет сорока в кипельно белом халате. – Не вставай пока. – Мне надо идти. Там экскурсия, я должна успеть. – Не торопись. Кончилась уже твоя экскурсия. Ты мне лучше скажи, была ли у тебя недавно травма головы? – Нет.       Конечно же Рейнбоу Дэш соврала чтобы её не выперли отсюда в ту же секунду. Ведь травма это серьёзное основание для отстранения. – Ты можешь не пытаться меня обманывать, я видела у тебя на затылке следы сильного ушиба. – Да не было никакой травмы у меня! – Не переживай, не выгонит тебя никто отсюда. Мне просто нужно знать, что писать в документе о твоём состоянии. – А, как вы... – Как я догадалась почему ты меня обманываешь? Поверь, ты не первая кто скрывает травмы по этой причине. – Ну насчёт травмы не знаю, но удар точно был. Споткнулась и ударилась о шкаф. – Споткнулась и упала назад затылком на шкаф? Странно. – Ну это уже не Ваше дело. Спасибо за помощь. Я пожалуй пойду.       Девушка пытается встать, но у неё плохо получается. Всё перед глазами всё так же плывёт. Рейнбоу снова садится на кушетку. – Всё ещё не прошло головокружение? Оххх, значит всё чуть серьёзнее чем могло показаться при первичном осмотре. Тебя нужно проводить до твоего общежития, сама не дойдёшь. Жди тут, я сейчас вернусь.       Медсестра вышла из кабинета. Минут через 5 кто-то постучал. Из-за двери высунулась синяя голова. – Тук-тук, можно?– спросил Соарин. – Медсестры тут нет, она вышла минут 5 назад. – О, ты тут! А я не к ней. Хотел спросить как ты себя чувствуешь? И что это вообще было?       Рейнбоу немного стушевалась. С чего вдруг Соарину интересно как она себя чувствует? "Скорее всего для очередной отчётности" – подумала девушка. – Да всё нормально, я наверное пойду в общежитие. Мне правда уже пора. – Подожди, Миссис Дейли сказала, что одна ты дойти не сможешь. Может быть тебя проводить? – Ну пойдём, а Вам не влетит за такое? – Что ты имеешь в виду? – Я имею в виду, прилетит ли Вам за общение со мной, как со студенткой Академии. – Пф, нет конечно. Я не имею к Академии никакого отношения. Я вообще здесь сегодня только из-за тренировки. Но влететь может тебе. От Спитфаер. Так что сильно не распростроняйся о наших неформальных разговорах. – Хорошо, я поняла.       Рейнбоу и Соарин двинулись в сторону общежития через парк. – Пока мы идём по безлюдному парку, может всё-таки расскажешь где головой ударилась. На соревнованиях такого не припомню, значит до этого что-то случилось. Клянусь, никому не расскажу. – Почему Вам так важно это знать? – Ты не подумай, я без злого умысла. Мне просто интересно. Но если это что-то сверхсекретное, то так и скажи. Допрашивать тебя я тут не собираюсь. – Да ничего секретного нет, просто тема немного больная. Просто повздорила кое с кем, вот и всё. – Ясно, дальше расспрашивать не буду. Просто не имею права на это. Если захочешь, сама расскажешь потом как-нибудь.       Рейнбоу и Соарин уже приблежались к общежитию, как вдруг девушке позвонили. В трубке раздался грубый мужской голос. – Гражданка Рейнбоу Дэш? – Ну допустим, а Вы кто и зачем мне звоните? – Майор Флинт, звоню сообщить что ваша мать была найдена мёртвой под окнами своей квартиры час назад.       Девушка не могла в это поверить. Неужели Дорианна могла так поступить. Хотя, зная что творит с ней алкоголь, Рейнбоу всё же поверила. – В смысле? Вы явно что-то путаете. – Не путаю, Дорианна ведь? – Ну да, а что случилось? Это самоубийство? – Абсолютно верно. Никакого криминала. Но чтобы точно удостовериться, нам нужны Ваши показания. Завтра к трём часам ждём Вас в полицейском участке по адресу улица Небесная, дом 5, первый этаж. Назовёте по какому вы делу и вас пропустят. Всего доброго. – Ладно, буду завтра. Всего доброго.       Парень увидел недоумение на лице студентки. – Что-то случилось? Кто звонил? Выглядишь озадаченной. – Это полиция. Нашли тело мамы. Просят завтра к трём часам быть в участке.       Взгляд Соарина помрачнел. – Оу, соболезную. Пойму, если тебе нужен будет отгул. Я предупрежу Спитфаер. – Не надо. Тренировка утром, до трёх в любом случае успею. – Да я не про это. Боль утраты и всё такое. – Да какая боль. Она мне не родная. Взяла меня из детского дома, когда мне было 15. Одинокая, беспросветно бухающая, женщина- вот кем она была. Никакой боли нет, я её даже толком не знаю. Кстати, это именно из-за неё у меня травма головы. – Оу, звучит не очень. – Ну ладно, не будем о плохом. Раз уж мы добрались до общежития, пора прощаться. До свидания, Соарин. – Пока, Рейнбоу. Надеюсь, ещё встретимся.       Напоследок они уже традиционно перекинулись улыбками. Рейнбоу зашла в свою комнату и, даже не переодевшись, рухнула на кровать. Оставшийся день девушка так и провела, валяясь на кровати. Этот день принёс ей массу неоднозначных событий, которые изменили её жизнь навсегда. Но таких событий ещё много впереди.