hectic

Сынмин устало откидывается на подушки после душа и прикрывает глаза, чувствуя навалившуюся за неделю усталость. Ноутбук, из которого доносятся звуки малознакомого фильма, практически убаюкивает, и Ким думает, что отрубиться поперёк чужой кровати в положении полулёжа не так уж и неудобно. Однако чувствует, как матрац прогибается под весом ещё одного тела, тёплого и мягкого, и лениво приподнимает уголки губ. Минхо жмётся ближе, щекочет влажными волосами кожу, и Сынмин притягивает его к себе за талию, окончательно расслабляясь. Они оба измотаны жёсткими тренировками и постоянными съёмками, так что сейчас тело практически не ощущается. Ким слабо, но всё же понимает, что лучше всё же пойти спать к себе - ну или хотя бы нормально лечь на чужой кровати -, чтобы завтра не жаловаться на боль в спине и шее. Но нога Хо удачно расположилась сверху, а сам парень дышит куда-то в район шеи, так что Сынмину вообще не хочется думать о том, что сейчас придётся выпутываться из согревающих и успокаивающих объятий. Комната слабо освещается синевой монитора, но Ли прекрасно видит каждую черту лица младшего. Он скользит взглядом по носу с полюбившейся горбинкой ниже, к аккуратным мягким губам, которые хочется целовать в такие моменты особенно сильно. Глазами задерживается на аккуратной, длинной шее и не удерживается от того, чтобы потереться носом о мягкую кожу, вдыхая запах геля для душа вперемешку с запахом тела, и оставить лёгкий влажный поцелуй у основания. Сынмин вдыхает глубоко и коротко облизывает нижнюю губу из-за будоражащего внутри чувства. Он знает, к чему могут привести подобные манипуляции, и старается не поддаваться, помня об усталости, даже в первую очередь не о своей. Но горячий язык мягко проводит влажную линию вдоль шеи, а мягкие губы целуют нежно и почти невесомо, и это сейчас почему-то ощущается острее, чем обычно. Желание, ещё не пробудившееся, уже отголосками расходится по телу. - Хён, - голос звучит тихо и хрипло, почти на ухо, и от этого по коже старшего бегут мурашки. - Кажется, кто-то жаловался, что без сил... Минхо не даёт договорить: перекидывает своё тело и оказывается на бёдрах младшего, заставляя того распахнуть глаза и встретиться с серьёзным, по-особенному тёмным взглядом, который то и дело блуждает по лицу, пытаясь зацепиться за что-то одно, но то и дело останавливается в районе губ. Ким не выдерживает. Ладони непроизвольно ложатся на поясницу и притягивают ближе, заставляя сократить и без того небольшое расстояние. Сынмин чувствует чужое дыхание на своих губах и понимает, что дышать почему-то становится очень трудно от такой близости, будто в душевой, полной горячего пара. Он смотрит доверчиво на старшего, сглатывая вязкую слюну, и выдыхает рвано, окончательно срывая тормоза. Минхо целует сразу глубоко и влажно, языком проходится между губ и касается чужого нёба, заставляя раскрыться. Он нарочито медлителен и ленив - младший чувствует это -, но не упускает возможности провести ладонями по груди, плавно перемещаясь на плечи и слабо сжимая футболку. Ким сминает с чувством чужие губы, пока оглаживает подушечками пальцев кожу на спине старшего, а затем не удерживает тихого рваного полустона, когда чувствует, как на нём начинают извиваться. - Мы ведь... - Хо отрывается от чужих губ, облизываясь, а затем вновь смотрит в глаза Кима, уже полные обожания и желания, - всего лишь лениво целуемся... Его затыкают влажным, более напористым поцелуем, и Ли тихонько стонет, чувствуя, как парень наконец приподнялся и прижался торсом к нему, сжимая с силой ягодицы. Сынмин сплетает их языки, чувствуя под закрытыми глазами звёзды, и проникает горячими руками под футболку старшего, ласково оглаживая бока. Минхо обхватывает его шею руками и льнёт ближе, извивается и дразнится, посасывая чужой язык. Губы у старшего мягкие, тёплые и настолько подходящие для постоянных укусов, что Мин не сдерживается, терзая нижнюю и извиняясь тут же, проводя по ней языком. Хо стонет в поцелуй бархатным голосом и зарывается пальцами в сиреневые волосы, сжимая их на затылке. Удивительно мягкие, даже после манипуляций стилистов. Он прерывает поцелуй и коротко чмокает его в кончик носа, сталкивая их лбы и продолжая слабо извиваться на бёдрах тонсена, а затем снова припадает к губам, по-французски и почти пошло. Киму едва хватает выдержки, чтобы не стать грубее, однако он касается пальцами сосков, коротко царапая, пока немного отстраняется, так, чтобы тонкая ниточка слюны разорвалась не сразу. Старший прикрывает глаза и в спине ломается от чужих прикосновений, но язык не прячет, заставляя его блестеть в свете монитора. - Блять, - шипит Минхо, когда зубы мягко смыкаются на соске, оттягивая. Собственное возбуждение неприятно трётся о ткань домашних треников, пачкая их предъэякулятом, и заставляет хотеть больше, чем поцелуи и предварительные ласки. Надевать нижнее бельё - не в его стиле, особенно, когда есть определённые планы. Хочется, чтобы кожа к коже, обжигающе, медленно, с чувством. Чтобы ощущать запах чужого тела и почти сходить с ума от невозможности усыпать шею и ключицы багровыми пятнами. Чтобы без притворства и игры на камеру, где они "как кошка с собакой", а на деле сплетаются конечностями, не оставляя пространства меж собой. Чтобы пальцы на ногах поджимались от удовольствия, разливающегося волнами по мышцам. Старший уже давно чувствует, как напряжён чужой член, явно проступающий сквозь ткань пижамных штанов. Но Сынмин начинает дрожать под пытками, непослушными пальцами сжимая футболку, пока губы слабо втягивают солоноватую кожу шеи, и Минхо наклоняется к уху, опаляя его горячим шёпотом. - Смазка в углу под подушкой, - влажный поцелуй остаётся на мочке, после чего Сынмина откидывают назад, на матрац, пока спускается вниз, меж разведённых крепких бёдер. Ли не спешит, аккуратно стягивая ненужный элемент одежды в надежде поиграться и подразнить ещё немного, только уже через нижнее бельё. Которого, к удивлению, на младшем сегодня не было. Тот лишь пожимает плечами и практически не смущается от собственного раскрытия: лишь пошире разводит ноги, открывая старшему больше доступа. Тот понимает без слов, целуя от основания вверх, задерживаясь лишь для того, чтобы коротко втянуть чувствительную кожу. Дыхание Сынмина сбивается окончательно, и искать тюбик становится сложнее, особенно, когда он чувствует прикосновение тёплых, влажных от слюны пальцев к побагровевшей головке. Ким прикусывает губу и зажмуривается, пытаясь нащупать смазку, а когда находит, с губ срывается громкий стон из-за того, что слишком хорошо чувствует узость чужого горла. - Хо, п-пожалуйста... - он сглатывает и облегчённо выдыхает, понимая, что Ли прекратил свои пытки, от которых - бесполезно скрывать - едва не кончил. Он приподнимается на локтях, чтобы видеть, и не зря. Минхо даже сейчас, растрёпанный, без макияжа, возбуждённый до предела и смотрящий невинной ланью, выглядит погорячее любой порнозвезды. Он плавно избавляет себя от тренировочных штанов, открывая вид на крепкие, мощные бёдра, на которых, если приглядеться, ещё виднелись следы прошлого времяпровождения, и вновь устраивается между ног. Сынмин облизывается коротко и с приоткрытым ртом смотрит на старшего, ожидая привычных манипуляций с прохладным, скользким содержимым тюбика. Но вместо этого Хо выдавливает содержимое себе в рот, согревая. Член Кима болезненно дёргается от вида смазки, пачкающей и без того блестящие губы, прижимается крепко к чужому торсу, и Ли приходится взять затвердевшую плоть в руки, чтобы придать удобное положение. Он смотрит прямо в чужие, наполненные почти животным желанием глаза, и хлопает ресницами. А затем открывает рот и позволяет стечь смазке с языка прямо на головку. Мин откидывает голову, не в силах смотреть на подобное безумие. Ленивые поцелуи на кровати после трёхчасовой танцевальной практики - он почти готов был поверить, если бы не знал, чем обычно подобное заканчивается. Сынмин возвращается в исходное положение, когда Хо вновь седлает его и тянется за долгожданным, слишком мокрым поцелуем с привкусом приторной смазки. Внутри всё скручивается тугим узлом, и ладони сами находят ягодицы и массируют их, заставляя парня нетерпеливо тереться своим пахом о живот. Ким в нетерпении пытается найти тот самый злополучный тюбик, чтобы растянуть Ли, однако тот облизывая коротко верхнюю губу, приподнимается и обхватывает чужой скользкий член ладонью. - Я готовился, - поясняет Хо, смущённо отводя взгляд. Сынмин находит это очаровательным - его дикую сексуальность и почти девственную кротость. Лишь приподнимается следом за ним, принимая сидячее положение, и руками обхватывает парня под спину, поддерживая и прижимая к себе чуть ближе. - Потому что соскучился. Ли видит, что младший улыбается ему настолько лучезарно, насколько может, и подаётся чуть вперёд, сохраняя несколько жалких сантиметров между их губами. Минхо насаживается медленно, жмурясь от ощущений, и выдыхает загнанно в чужой рот, из которого вырывается блаженный стон. Парень старается - правда старается - сдержаться, чтобы одним плавным движением не заполнить старшего, потому что, несмотря на подготовку, ему всё ещё неприятно. Он поддерживает его, впиваясь короткими ногтями в мягкую, покрытую испариной кожу, и входит медленно, заставляя старшего обхватить его шею и откинуться назад, размыкая губы в немом стоне. - Я так хочу тебя, - Минхо говорит сбивчиво и словно в бреду, утыкается носом в основание шеи и целует смазанно, - ч-чёрт, я так... хочу тебя, Сынмин! - он почти срывается на крик, когда чувствует, как его резко насаживают, а затем увлекают в глубокий французский, помогая расслабиться и перенять инициативу. Хо кажется, что он готов потерять сознание прям вот так - с крепким членом в собственной заднице и под томное "хён" прямо в губы. Ему хорошо до дрожи в коленях и до головокружительного удовольствия, и он цепляется за чужие плечи и переплетает языки в надежде хотя бы немного вернуться в реальность. Он движется плавно, размашисто, извиваясь на чужих бёдрах и заставляя проглатывать звонкие стоны в перерывах между глубокими поцелуями. Ким подаётся бёдрами навстречу каждый раз, когда чувствует, как старший опускается вниз, выбивая из глаз искры. Глубоко настолько, что будто прошибает молнией, и Ли стонет, не заботясь о толщине стен, когда головка особенно сильно проезжает по простате. Сынмин чувствует, как сильно сжимает его в себе Хо, и понимает, что долго не выдержит. Усталость всё же даёт о себе знать. Он обхватывает член старшего рукой и старается надрачивать в заданном темпе, однако старший сбивается от неожиданных, слишком приятных сейчас ласк, заставляющих сжиматься и дрожать, и двигается сбивчиво и рвано. Он заходится стоном, когда младший начинает стимулировать уздечку, и изливается в тёплую ладонь. Ким поджимает губы, чувствуя приближающуюся разрядку, и едва успевает выйти из обмякшего тела, пачкая пол и, кажется, домашнюю футболку Ли. Они валятся на кровать, чувствуя почти свинцовую тяжесть в мышцах, и понимают, что за это время ноутбук уже давно погас. Фильм они, к слову, смотреть даже не пытались, так что будет возможность пересмотреть без надобности выискивать злосчастную минуту, на которой они остановились. - Нам снова надо идти в душ, - причитает Минхо, смотря невидящим взглядом куда-то в потолок из-за навалившейся усталости и сонливости. - Но я не хочу. - Значит, сходим утром, - Сынмин улыбается коротко и слабо, а затем притягивает к себе старшего, накрывая их обоих одеялом. Благо, не его. - Слишком бурный просмотр фильма. Мне лень. Минхо нехотя соглашается и прикрывает глаза, проваливаясь в долгожданный сон. Поругаться из-за кровати и грязной одежды они успеют завтра.