Дамочка в беде

— Тейра? Отступать было некуда. Айрис мысленно застонала и в очередной раз помянула тихим злобным словом все те свои жизненные обстоятельства, которые привели к этой встрече. И почему только она не вспомнила всё, допустим, лет пятнадцать-двадцать назад? А ещё лучше — когда ей самой были её прекрасные двадцать, а не нынешние вечные двадцать с хвостиком, который с каждым годом лишь удлинялся… — Так, ну-ка марш в подворотню, мальчик, и тш-ш-ш, — подавив тяжкий вздох и взяв себя в руки, решительно скомандовала Айрис, подняв голову. Пожалуй, стоило отвести этого балбеса куда-нибудь в укромный уголок, чтоб объясниться. Не выяснять же отношения при всех, в конце концов? Слишком уж много любопытных, которым не следует знать все детали этой истории, тут сконцентрировано. Она даже любезно взяла инициативу на себя и ухватила Такео за рукав, уводя в нужном направлении. Благо тот на её радость не стал упираться, как тот баран, и послушно пошёл следом. Так они оказались в тесной подворотне, затем выйдя в тесный глухой проулок, где из достопримечательностей была только пара больших мусорных контейнеров. Немного не доходя до них, Айрис остановилась и наконец отпустила своего нежеланного собеседника. — Давай-ка я быстро отвечу на вопросы, которые тебя могут терзать, и мы расстанемся, — миролюбиво предложила она, а затем продолжила, взяв с места в карьер, чтобы не потерять инициативу в этом разговоре. — Итак. Да, я Айрис, но сейчас меня зовут Венера Фокс. Нет, мы с тобой не родственники и никогда не были. Нет, я не знаю твоего прошлого. Тебя привёл Юрий, но он тоже вряд ли в курсе. Да, я специально притворялась твоей больной сестрой. Так было нужно. Зато смотри, какой ты человечный, не оскотинился, как тот же Шарк, мистер суровый снайпер, — и слегка улыбнулась. «Так нужно» — не самое лучшее объяснение, конечно, но не говорить же, что это было в основном ради собственного развлечения? Сейчас бы Айрис не стала вытворять что-то подобное, ясное дело, но без дополнительных воспоминаний… что ж, она не могла не признать, что её периодически заносило не в лучшую сторону. — Наш разговор на этом окончен, я надеюсь? Не ищи меня больше, — после чего резко развернулась и направилась к выходу. «Вроде бы удалось легко отделаться. Ай да я!» — счастливо подумала временно-не-доктор, уже почти прикидывая, в какую из кофеен сейчас хочет направить свои стопы, чтобы заесть стресс. — Постой! — внезапно отмер Такео. Айрис полуобернулась, послав ему вопросительный взгляд. — Ты… я… но почему? Почему я? И Тейра… Почему ты не хочешь сказать это? Какой у тебя был мотив? Айрис резко захотелось закатить глаза. Она полагала, что если этот разговор слишком уж затянется, сказка про белого бычка, которую она может рассказывать тут всем и каждому, чтобы никто её ни в чём не заподозрил, может и не прокатить. И это будет очень и очень неприятно. — Ну, тебе ведь нужен был якорь? Нужен. Я дала, — как можно беспечнее сказала Айрис и повторила. — Вон у Шарка не было. И что мы получили? Тьфу. — Думаешь… ему это могло помочь? А как же Тао? Он ведь… — Стала бы якорем милая маленькая сестричка для Шарка? Ха! Конечно же, нет! — возможно, чуть более резко, чем надо, ответила она. — Но для тебя это был подходящий вариант. Люди не одинаковы. Даже модифицированные. Тао же… тоже другой. Вы разные. Откуда мне знать, почему он такой получился? Вероятно, ваши личности не были стёрты до конца. Как и у других. Иначе почему бы у каждого был свой характер? Спроси об этом у Франкенштейна, быть может, ему известно больше. Я, конечно, гениальна, но он на уровень выше всех учёных Союза вместе взятых. Мне не стыдно признать это подавляющее превосходство, знаешь ли. Ещё вопросы? Только давай побыстрее, время моего обеденного перерыва — тик-так. А я голодна. Такео смотрел на неё не отрываясь, словно стоит только ему отвести взгляд — и собеседница тут же испарится, словно туман под жаркими лучами солнца. — Почему… — он поджал губы, пытаясь как можно скорее сформулировать свою мысль. — Почему ты не хочешь с нами общаться? Со мной? Разве мы не… не ладили раньше? Что ж, на это у Айрис уже давно был заготовлен ответ. — Потому что это опасно, разумеется, — как нечто само собой разумеющееся произнесла она. — Любая собака из Союза сейчас считает своим долгом тявкнуть на вас. А я всего лишь слабая девушка, которая не хочет ввязываться ни в какие разборки. — Ты ведь можешь попросить Франкенштейна сделать тебя сильнее, — кажется, даже смутившись от своего предположения, продолжил настаивать Такео. — Ты плохо меня расслышал? Я не хочу ни с кем драться. Вообще. Вы все с этим и так неплохо справляетесь. То, что произошло недавно, было вынужденным делом. На ближайшие лет тридцать мне этого хватило. — Значит, когда всё закончится… — Мой ответ — нет, — решительно перебила его Айрис. — Но почему? — Вы с Тао уже взрослые мальчики. Пора бы вам выбраться из-под моего крылышка и зажить своими жизнями. Так что не тревожьте меня, — в очередной раз отбрила она и всё-таки смилостивилась, — без крайней на то необходимости. После этого Айрис решительно покинула подворотню, чтобы скрыться оттуда как можно скорее, пока Такео не догнал и не начал снова доколёбываться со своими бесконечными вопросами. Тем более, что он теперь знал, где её найти. Из-за этого Айрис даже ненадолго задумалась насчёт того, чтобы сменить место работы. Однако она поразмыслила и пришла к выводу, что прилипчивый гадёныш Тао всё равно при желании её достанет, а этот притащится следом. В общем — никакой приватности! В довершение этого идиотизма, стоило лишь Айрис, груженой новой порцией вкусняшек, переступить порог салона, все сотрудницы не преминули ненавязчиво, как стая голодных (до сплетен, очевидно) касаток окружить её. — Кто это был, твой парень? — спросила самая смелая из них. Айрис фыркнула и как можно небрежнее ответила: — Нет, бестолковый сводный брат. После этого на неё, словно щебень из ведра, посыпался град вопросов: — Вы живёте вместе? — А сколько ему лет? — Какой у него рост? — Что ему нравится из еды? — Где он работает? — У него есть девушка? На мгновение Айрис подумала о том, что ей стоило притащить Такео с собой, чтобы эти беспокойные девицы напугали его своим энтузиазмом, и он сам по собственной воле растворился в голубой дали подальше от этого филиала шоу «Давай поженимся, холостяк!», но потом подавила эту недостойную мысль и терпеливо ответила на большую часть вопросов, прежде чем отговориться необходимостью работать. Айрис не хотела этого, но весь остаток рабочего дня её мысли невольно возвращались к Такео. Почему-то в её голове он был словно щенок, которого она безжалостно бросила у мусорки и сбежала, как безответственная хозяйка. Однако Айрис считала себя очень ответственной! В конце концов, Такео теперь находился на попечении самого большого босса их общечеловеческой качалки, и потому о нём вообще не стоило беспокоиться. Тем не менее, после работы Айрис словно невзначай прошла мимо той самой подворотни и как можно более незаметно заглянула туда. Такео там (впрочем, весьма ожидаемо) не обнаружилось, и временно-не-доктор невольно ощутила, как с её души свалился какой-то очень прилипчивый камешек — совесть, не иначе. «Ты слишком размякла тут, дорогуша, от этой невинной жизни», — сказала Айрис сама себе и продолжила свой путь к супермаркету, в который вроде как бы и собиралась изначально. К счастью, этот великовозрастный балбес ушёл домой самостоятельно, и ей не пришлось дополнительно закатывать глаза и брать его с собой, чтобы при первом удобном случае успешно сбагрить обратно Франкенштейну. Каков умничка! Не то, что Тао, возмущаться присутствуем которого в своей жизни в одни белобрысые ворота она уже несколько подустала. Про «запланированный» ранее под влиянием неугомонного хакера поход в бар Айрис уже благополучно забыла, и дальше бы тоже не помнила, не напомни ей об этом мерзавка, которая выскочила, догнала и даже почти схватила за локоть: — Онни, мы же собирались сегодня сходить выпить после работы! Идём! Давай же! Я знаю один караоке-бар, тебе там обязательно понравится! Айрис пожалела об этом немедленно, вот прямо на месте, однако смиренно нашла в себе силы на что-то среднее между улыбкой и оскалом и потащилась, увлекаемая безжалостными коллегами, в питейное заведение. Что ж, это местечко выглядело довольно неплохо как снаружи, так и внутри. Улыбчивый молодой человек с симпатичной мордашкой (окей, Айрис, ты НЕ будешь думать о том, что можешь сделать с этим личиком и в каких дозах. И вообще пора завязывать со старыми дурными привычками, в Союзе два-точка-ноль тебе этого большой босс никогда не позволит, стопроцентная гарантия) проводил желающих пить и петь дам в отдельную комнату со звукоизоляцией. В общем-то, её наличие было весьма логичным, ведь так никто никому не мешал, и каждый желающий мог позориться на всю катушку исключительно в своей компании. На какой-то (довольно короткий, впрочем) промежуток времени Айрис даже подумала, что всё складывается довольно-таки неплохо. Еда была вкусной, алкоголь — приятным, с объятиями и лобызаниями в знак заверения в самой глубокой любви никто из девчонок не лез. Однако довольно скоро Айрис поняла две вещи: её коллеги далеко не так устойчивы к алкоголю, как она сама, и явно не стали бы даже сколько-нибудь финалистами в конкурсе будущих поп-айдолов. Впрочем, пока торопиться было некуда, поэтому оставалось только неторопливо потягивать коктейль весёленького ярко-голубого цвета да поглядывать то на коллег, то в телефон, попутно размышляя о том, что ещё вкусненького будет можно заказать из напитков. Айрис постепенно становилось всё более и более скучно, но она старательно мимикрировала под обычную работницу. «В следующий раз я если куда-то и пойду, то только одна, — промелькнула унылая мысль. — Как же это всё…» Не успела Айрис додумать, как почувствовала, что её плечо подверглось наглому нападению. — Он-ни-и-и, — слегка заплетающимся языком позвала эта пьяная идиотка, ещё сильнее приваливаясь к плечу. — Пойдём туда… ну, в этот… ну, в него… — и шёпотом, но слишком уж громким, сказала, доверительно заглядывая в глаза, — в туалет! Айрис посмотрела на собеседницу и терпеливо вздохнула. — Проблеваться? — Что? Не-е-ет! — та даже рукой махнула, усиливая отрицание. — Я это… ну… пи-пи. — Ты цыплёнок? — не удержалась и поддела эту пьянчугу Айрис, осознавшая чужие нужды, но не считающая, что можно так просто заканчивать на этом разговор и двигать в нужную сторону. — Не-ет! Но мне ну-у-ужно! Очень! — Ладно. Пошли. Никаких сомнений не вызвало у Айрис то, зачем именно она была нужна, ведь её спутница по дороге стремилась собрать добрую половину углов, если не больше. Впрочем, твёрдо удерживаемая за локоть, она в основном кренилась то в одну сторону, то в другую до тех пор, пока не скрылась за дверцей кабинки. — Онни-и-и, я быстренько! — полуневнятно промычала девица и принялась шебуршиться. «Быстренько» затянулось минут на семь, и Айрис за это время успела и все свои дела в этом месте переделать, и полюбоваться на себя красивую в зеркале, и заскучать, снова обратившись к телефону в поисках развлечений. Отвлеклась от него только в тот светлый момент, когда происходящее за дверцей стало подозрительно шумным и целенаправленным. — Онни-и, оно не открывается-а-а! Конечно, можно было снести хлипкую дверь дерзким ударом ноги, однако Айрис вполне себе благоразумно предполагала, что здесь, во-первых, может быть что-то вроде камер, особенно в коридоре, и, во-вторых, их быстро обнаружат и выпишут штраф. Терять свои денежки из-за пьяной девицы категорически не хотелось, поэтому следовало выбрать иной путь. — Поверни ручку вверх, — спокойно отозвалась Айрис. Шебуршание в кабинке возобновилось с новой силой, последовало ещё несколько не совсем внятных восклицаний. Когда же дверь наконец распахнулась, оттуда выпала счастливая страдалица, растянувшись у ног Айрис. — Ой, получилось. Спасибо, онни-и-и! Ты такая замечательная! — Только не реви, — быстро осадила девчонку Айрис. Не хватало ещё, чтобы тут началось размазывание слёз да соплей. — Вставай и пойдём, остальные нас уже, наверное, заждались. На самом деле Айрис была абсолютно уверена, что коллеги-пьянчуги вообще не заметят их отсутствие, но для должной мотивации использовала ложь во спасение собственных нервов. Это помогло, но, увы, ненадолго. Торопясь воссоединиться с коллективом, дурная девица ломанулась вперёд по коридору и распахнула (как показалось Айрис) первую попавшуюся дверь. Естественно, там оказались другие отдыхающие, и тоже в подпитии. Кажется, до дерзкого вторжения они что-то отмечали. Компания из пяти молодых парней, одетых вполне прилично, а кое-кто даже и со вкусом. Благодаря своему намётанному глазу Айрис быстро определила, что подобные шмотки были не из масс-маркета, а уровнем повыше. Ей и самой нравилось наряжаться в люксовые и дизайнерские вещи, благо уровень её зарплаты в Союзе позволял без возмущений внутренней жабы осуществлять подобные девичьи капризы. — Ух ты, девушки! — возрадовались тем временем внезапным визитёршам парни. — Ещё и такие красавицы! — Эй, красавицы, может, хотите присесть к кому-нибудь из нас на колени? — А… э… мы… и-и-извините! — пролепетала мерзавка. «Да едрит твою направо-налево», — подумала Айрис и не удержалась от того, чтобы закрыть лицо ладонью хотя бы на несколько мгновений, выражая всю степень своего отношения к происходящему. Она ощущала себя так, словно попала в безграничный океан испанского стыда пополам с тем, что во времена её молодости в прошлой жизни называлось «кринжем». В это время один из парней, одетый в классический костюм-двойку, встал и приблизился к ним. — Вас из заповедника какого-то выпустили, что ли, раз вы девушек до сих пор никогда не видели? — огрызнулась Айрис, за шкирку оттаскивая мямлящую бестолковку подальше от двери и отступая сама. Противник же наступал, а узкий коридор вообще не способствовал маневрированию. Сделав ещё пару шагов назад, Айрис упёрлась спиной в стену, в то время как парень на эту самую стену оперся рукой и посмотрел сверху вниз. — Нас-то нет, но в каком заповеднике водятся такие очаровательные леди? — спросил он с довольной усмешкой. «Это что, кабэ-дон? Я же вроде не в сопливо-романтическом каком-то произведении нахожусь, так какого фига?»