Поп-айдол Хатаке Какаши

      Следующий муторный день поп-звезды начался с чашечки крепкого кофе, который Какаши так любил пить по утрам. Закинув пустую чашку в посудомойку, юноша быстро почистил зубы и направился в свою комнату, дабы переодеться. К сожалению, выспаться Хатаке так и не удалось, ибо ровно в два часа ночи ему позвонил возбуждённый лучший друг и начал свой трёхчасовой рассказ о том, какая Нохара классная. Единственный плюс в том, что Какаши первым узнал о том, что Рин и Обито наконец вместе и был невероятно рад за них.       На улице стояло жаркое лето, поэтому Какаши достал из гардероба белую свободную футболку с какой-то надписью на английском языке и штаны с кожаным ремнём. Быстро надев выбранную одежду, парень выскочил из квартиры, чтобы не попасться никому на глаза, а тем более Обито, не то он буквально удушит седовласого своими влюблёнными историями.       Спустившись на первый этаж, Хатаке достал из кармана ключи от машины. Нажав кнопку открытия замка, стоящий рядом Lamborghini радостно пиликнул, ожидая хозяина. Закинув на заднее сидение сумку, Какаши уселся за руль. Обычно, знаменитости ездят с водителем, но подобное было не для него. Парень любил рычание мотора и запах бензина. Ему часто присылали штрафы за быструю езду, но Какаши было просто по барабану. Он оплачивал присланные счета и вновь гнал по дорогам Токио, обгоняя едущие перед ним машины, зачастую получая возмущённые гудки от других водителей.       Авто тронулось с места, легко набрало скорость и понеслось вперёд. Хатаке предвкушал лёгкую и спокойную поездку до зала, в котором Какаши должен провести почти девятнадцать часов: с восьми утра до двух часов ночи. Да, жёстко, но такова реальная жизнь поп-идолов. Сегодня должен приехать тренер по танцам, юноша с ним лично ещё не знаком, да и имени не знает. Но Минато сказал, что это парень, и он довольно молод и по-сути ещё не может заниматься подобной работой, но из-за своего таланта, никто не жаловался, а некоторые в поп-индустрии даже советуют его в качестве учителя и постановщика номеров. Намикадзе странно ухмыльнулся тогда, но сразу же стёр улыбочку с лица, возвращая привычное выражение.       Стоило автомобилю набрать скорость, как машины впереди резко остановились, преграждая путь и заставляя остановится. Из любопытства, Хатаке открыл окно и чуть высунулся, чтобы понять, что произошло впереди. Как только макушка парня оказалась на улице, до него донеслись гневные мужские возгласы: — Какого чёрта ты так резко остановился, даттебаё?! — кричал молодой голос. — Потому что ты пытался меня подрезать! — вторил первому уже взрослый, — И вообще, ты ж ещё ребёнок, так почему ты за рулём машины? — Да ты едешь как черепаха, а я уже опаздываю, — уже откровенно верещал парнишка, — а за рулём я, или нет, тебя не касается, старикашка! — Что сказал?.. — мужчина уже замахнулся, но вовремя подоспевшая полиция перехватила удар, заворачивая руки за спину.       Один из стражей порядка хотел схватить и мальчишку, но тот лишь улыбнулся, отступая на шаг, а-ля: «Я не при делах, тот мужик первый начал». А ему и поверили. Когда стоящие впереди легковушки разъехались, Какаши наконец смог увидеть лицо того, кто заварил всю эту суматоху. «Болван с заразительной улыбкой», — так окрестил его Какаши, проезжая мимо двух стоящих полицейских машин. Проводя блондина взглядом, Хатаке отметил, что у того весьма красивые глаза, прямо как небо. Но скорее всего, ему просто показалось.       Парень добрался до зала за считанные десять минут, ибо подобных задержек больше не было. Выйдя из салона автомобиля на улицу, Какаши закрыл ламборджини нажатием кнопки на ключах и направился в стоя́щее рядом здание. Войти можно было только по специальному пропуску, поэтому Хатаке достал карточку из бумажника и приложил её к электромагнитному замку. Негромкий щелчок оповестил об открытии двери.       На первом этаже не было ничего, кроме огромного лифта на пол стены и коридора, ведущего к лестнице. Как только Какаши нажал кнопку вызова транспорта, дверцы лифта моментально распахнулись. Зайдя внутрь, юноша направился на четвёртый этаж, именно там его уже ожидала команда и новый учитель.       Как и на пролётах ниже, на этаже, где оказался идол, практически ничего не находилось. А запах бетона и недавно высохшей краски говорил о только-только закончившемся ремонте, ибо само здание стоит тут довольно-таки давно. Огромная деревянная дверь на две створки удивительно сложно отворялась, несмотря на немалую силу Хатаке. Наконец, попав в просторный зал, стенами которого были зеркала, Какаши встретили тёплыми улыбками.       Ино радостно помахала рукой, когда первой завидела юношу. Хатаке поднял ладонь в знак приветствия и подошёл к девушке, на ходу спрашивая, где же его новый тренер. — Он опаздывает уже на двадцать минут, а телефон отключён, — ответила Яманака, прикладывая руку к щеке. — Я беспокоюсь, что он не приедет. А у нас и так мало времени для следующего концерта…       Какаши ничего не ответил, лишь ободрительно похлопал Ино по плечу и направился к Минато. Намикадзе улыбнулся, отходя от болтающих между собой Неджи и Сая. — Ну, как настрой? — Намерен разнести всех и вся, — хохотнул седовласый, — Кстати, Минато, а где тот тренер-малолетка, которого ты так яростно рекомендовал? Что-то он опаздывает. — Не знаю, — абсолютно честно признался Намикадзе, пожимая плечами, — С ним всегда было сложно. — Вы давно знакомы? — Вот уже семнадцать лет, — поделился блондин, доставая телефон из кармана и набирая чей-то номер. — Ничего себе, — выдохнул идол.       Он хотел ещё много чего спросить у менеджера на счёт нового учителя танцев, но из-за того что Минато решил позвонить, Какаши промолчал. — Ну что за дела? — возмущался мужчина, яростно жестикулируя свободной рукой и ходя по кругу. — Какого чёрта ты опаздываешь?! Только не говори, что ты…       Хатаке не услышал ответа на другом конце линии, но по ошарашенному лицу менеджера можно было легко понять, что сказанное его явно не обрадовало. Через семь минут ругани, Минато наконец забросил вызов, обречённо выдыхая. А увидев настороженное лицо айдола, улыбнулся и помахал рукой, дабы тот подошёл. — Он максимум через десять минут будет здесь, — отчеканил Намикадзе и тотчас развернулся, намереваясь уйти.       Какаши не стал его останавливать, ибо больше задавать вопросы он не планировал. Юноша направился в сторону одного из зеркал, чтобы переодеться. Гримёрок тут не было, а стесняться перед своей командой не пристало самому популярному поп-идолу Японии. Быстро напялив свободные шорты и белую майку, Хатаке закинул снятые вещи в сумку, бросая её же на пол.       Услышав звук открывания двери, айдол резко обернулся. Его взгляд ненароком задержался на мокрых от пота светлых волосах, высунувшихся из проема. Когда гость полностью вошёл в зал, Какаши понял, что знает этого человека. Именно этот парнишка скандалил с каким-то мужиком.Болван с заразительной улыбкой. — Ох, Наруто, ну сколько можно тебя ждать?! — бесился Минато, пока паренёк спокойно потягивался. — Да ладно тебе, пап, — ухмыльнулся Наруто, — Просто закончим на минут двадцать позже, что такого-то? — Папа? — в один голос сказала почти вся команда, которая слушала перепалку двух блондинов.       Удивились все, кроме Хинаты, ибо она знала парня довольно давно. Наруто Узумаки — её первая школьная любовь. Когда-то она призналась ему в своих чувствах, на что мальчик ответил отказом, обосновывая тем, что не готов вступать в отношения. — Я разве не сказал, — Намикадзе ехидно ухмыльнулся и сщурил глаза, обводя присутствующих насмехающимся взглядом голубых глаз. — Этот мой сын, — объявил мужчина, хлопая Узумаки по плечу. — Но у вас же фамилии разные… — пролепетала Ино.       Девушка знала, что у Минато есть и жена, и ребёнок, но она никак не могла представить, что сын окажется как две капли воды похож на отца. Намикадзе ответил, что Наруто решил взять фамилию матери, так как они оба работают в одной и той же индустрии, а знание о том, что они родственники, может помешать. — Что ж, — сказал Наруто, улыбаясь во все тридцать два белых зуба, — Времени у нас вагон, конечно, но стоит уже начать, — предложил Узумаки, а когда его взгляд остановился на Хатаке, продолжил: — Какаши, верно? — это был риторический вопрос, ибо блондин уже давно знал, кто есть кто и за что он отвечает.       Айдол кивнул, на что получил уже привычную широкую лыбу. Схватив Хатаке за предплечье, блондин потащил его в центр зала. Наруто попросил всех кроме самого Какаши выйти из зала, чтобы не мешали. Когда в помещении с зеркалами остались только двое, Узумаки отступил шаг, рассматривая идола с головы до пят, анализируя. Спустя минуту наблюдений, блондин кивнул свои мыслям и развернулся, направляясь к своей сумке, лежащей рядом со входом. Он достал смартфон и вернулся обратно, направляясь к огромной колонке. После подключения телефона к ней через провод, Наруто тщательно выбирал музыку для раскачки. Но плюнув на это дело, врубил первую попавшуюся песню в исполнении Хатаке Какаши. — Покажи мне что ты умеешь, малыш, — пропел Узумаки, игриво закусывая нижнюю губу.

***

      Ребята освободились лишь ближе к двум часам ночи. Благо, Какаши занимался ещё и пением с Рин, а не только хореографией с новым тренером. Голова Хатаке гудела, а мышцы нещадно ныли. Еле-еле доковыляя до своей машины, парень плюхнулся на водительское кресло, блаженно потягиваясь. Какаши ещё не успел закрыт дверь, поэтому когда он потянулся к ручке, ему преградили путь. — Отлично поработали, малыш, — хихикнул Наруто, отступая на шаг, чтобы Хатаке мог наконец закрыть дверь авто. — Не называй меня так, я ведь старше, — возмутился Какаши, застёгивая ремень до щелчка. — Ты не должен быть младше меня, чтобы звать тебя малышом, — ухмыльнулся Узумаки, ожидая реакции собеседника.       К великому сожалению, а может радости, Какаши лишь улыбнулся, показывая язык, словно ребёнок. Через секунду окно закрылось, а авто моментально тронулось, оставляя Наруто в темноте летней ночи, которая всё ещё могла позволить смотреть в след удаляющейся машине.

Продолжение следует…