Крик отчаяния

      В воздухе витает пыль, смешанная с тошнотворным запахом крови, которая иногда отдавалась во рту железным привкусом. Белая каменная укладка от крови превратилась в бордово-чёрную, впитав в себя море красной жидкости. На камнях от разрушенных построек, на чудом уцелевших колоннах с расписными узорами, на вершине которых возвышались статуи огненных драконов, извергающих пламя, повсюду была, уже запёкшаяся кровь, но новая, алая, свежая кровь продолжала окраплять округу Безночного города, превращая место бойни в настоящий ад. Кровь. Кровь. Кровь..       Слышны крики и вопли заклинателей, сражающихся с толпами озлобленных марионеток, контролируемых тёмным талисманом и неприметным голосом чужого музыкального инструмента. Заклинатель, облачённый в чёрные одежды с небольшим зелёным отливом, насквозь проткнул мерцающим мечом грудь одной из марионеток, что была с обезображенным лицом и в изодранных лохмотьях, что-бы позже упасть наземь с прихрипами и дырой в животе от рук другой. Ещё один заклинатель в жёлтом, с белым пионом на груди, так же убил одержимую марионетку и пал от другой. Врагов казалось было поровну на каждого.       Никому не было дела до друг друга. Все яростно сражались за свои жизни, попутно ядовито выплёвывая проклятия и восклицания одно за другим в сторону одного единственного человека, гнусного магистра тёмных искуств. «— Смерть Старейшене Илин!» «— Будь проклят Старейшина Илин!» «— Чёртово отродье!» «— Дьявол заслуживает лишь смерти!»

***

      Где-то над полем боя, раздаётся плачь флейты. Вэй Ин, Вэй У Сянь, Старейшина Илин беспрерывно исполнял одну тёмную мелодию за другой, не щадя себя. Бамбуковая флейта, покрытая чёрным лаком, с алой кисточкой на конце, что беспечно колыхалась на ветру, стала надламывать звуки, превращая их в неприятные скрежеты. Чэньцин больше не может продолжать играть, как и её хозяин, стоявший в пучине сего кошмара, где вокруг валяются бездыханные трупы и мечи потерявшие своих хозяев.       Вэй Ин отобрал флейту от обветренных, и искусанных в кровь губ, опуская флейту и ослабевшие руки по бокам. Он поднял свои красные от слёз глаза, осматривая хаос в округе. Все сражались, перебивая друг друга. Вэй Ин видел всё это. Видел и понимал, что всё могло быть совершенно по другому. От чего же теперь он видит настоящие земли преисподней. От чего же все его ненавидят и хотят убить на месте. В какой момент всё пошло не так? Где из попавшихся на пути развилок он ошибся? Неужто так судьба решила поиграть с ним, уничтожая его постепенно, отрывая кусочек за кусочком, а потом склеивала их и впиваясь острыми когтями в израненную плоть, резко разрывая её, без шанса на повторное восстановление. Если бы не его ошибки, муж шицзе был бы жив, смотрел с теплотой на их сына. Если бы не его ошибки, Вэнь Цин и Вэнь Нин сейчас были бы живы, сестрица Вэнь отчитывала бы Вэй Ина, за то что тот не следит за своим здоровьем, а Вэнь Нин играл бы с маленьким А-Юанем. Мадам Юй как и дядя Цзян сейчас бы были живы… Само его существование было ошибкой. Все эти жертвы по его вине. «Конечно по твоей вине! Только посмотри что ты сотворил. Разве не прекрасное зрелище?» Тьма смеялась, издевалась, всё льстилась, нашёптывая на ухо похвалы и бессмысленные обещания, пыталась урвать над глупым мальчишкой контроль. «Ну же, используй нас! Доверь нам контроль, мы дадим тебе власти и бесчисленных богатств коих ты невидовал!» «Чего же ты упрямишся? Всего лишь отдай нам контроль, и мы закончим твой кошмар!» Перед глазами темнело. Вэй У Сянь зажмурил резко глаза до боли, пытаясь заткнуть и не слушать надоедливые голоса. Но они продолжают противно шептать, становясь громче, заглушая звуки реальности. «Только посмотри на них всех! Все до единого тебя хотят убить! Завладеть твоей печатью ради власти. Но ты можешь поставить их на колени, МЫ можем поставить их на колени!» «Не медли, ты можешь использовать Тигриную печать!» Голова безжалостно трещала и Усянь заткнул уши руками, пытаясь хоть как то избавиться от назойливых голосов тьмы. — Вэй Ин.. — донёсся сквозь толщу звуков знакомый единственный голос, в котором слышались нотки беспокойства. Вэй Ин открыл медленно глаза, моргая несколько раз, прогоняя темень, и сфокусировал взгляд на знакомом лице с болью в глазах. Он и не помнит, когда научился читать эмоции этого человека в его, как казалось, холодных янтарях. Хотя может под влиянием тёмной энергии ему сейчас кажется. Теперь взгляд был направлен, на ленту с плывущими на ней облаками, что расчерчивала широкий лоб заклинателя. Лань Ванцзи незаметно смог подойти к нему близко, совсем не боясь его. Когда Вэй Ин с ужасом это понял, он собирался отпрыгнуть подальше от Нефрита, но его удержали на месте за плечи сильные руки, не давая никуда сбежать, — Вэй Ин, — в этот раз голос Ванцзи прозвучал чуть громче и твёрже, от чего Усянь вздрогнул и в удивлении расширил глаза, в этот раз более менее осознавая происходящее и отчётливо видя мир пред собой. — Лань... Лань Чжань? — с хрипом в голосе, от долгой игре на флейте, выдавил из себя Вэй У Сянь, в горле давно пересохло и смочить было нечем — Что ты.. — Вэй Ин, — перебил его Нефрит, сжимая плечи Старейшины Илин и тихо продолжил, — Отзови своих марионеток, прошу.. Голос Ванцзи кажется дрожал. Сердце Вэй Ина болезненно сжалось. Почему Лань Чжань так на него смотрит? Разве он не должен быть уже поражённый Би Чэнем? Почему Лань Чжань просит его остановиться. — Вэй Ин.. Пожалуйста.... Остановись пока не поздно... Лань Ванцзи опустил свои руки к холодным ладоням Усяня, сжимая их в своих. Вэй У Сянь снова вздрогнул. Честно, он и подумать не мог, что у второго Нефрита ордена Лань такие тёплые руки. Усянь усмехнулся про себя и почти заметно кивнул, Лань Чжань понял и неохотно отпустил руки Старейшины, давая тому поднести Чэньцин к губам. Вэй Ин пытался вспомнить хоть одну спокойную мелодию, и в голову пришла лишь одна, Усянь её слышал лишь единожды, ещё тогда в пещере с Черепахой Губительницей. Тонкие пальцы стали перебирать по чёрной флейте, разливая красивую мелодию. Ванцзи замер, вслушиваясь в свою же мелодию, что сочинил для одного дорогого человека, который сейчас играет её, мелодию, которая известна только им двоим, мелодию, название которой Лань Чжань так и не раскрыл. Он с теплотой смотрел на Вэй Ина, вспоминая самые разные моменты; первую встречу в Гу Су, где нарушитель тайком взабрался на стену, в руках держа два кувшина с «Улыбкой Императора», библиотеку, где первый ученик ордена Цзян в наказание переписывал правила. Пришлось выплыть из глубин воспоминаний, так как было что-то неладное. Лань Ванцзи осмотрелся по сторонам, марионетки как сражались так и продолжали наступать, будто никакой мелодии и не было. Что-же происходит, почему мелодия Вэй Ина на них не действует? — Вэй Ин, что-то не так.. — обеспокоенно позвал Лань Ванцзи. Вэй У Сянь открыл глаза, прекращая играть. Он так же осмотрелся и не заметил каких либо изменений. Марионетки его не слушали. Усянь заволновался и начал играть снова. И опять ничего не произошло. Вэй Ин не сдавался и продолжал играть, пока тревога не стала заполнять сердце, а мысль о потери контроля, что начала проедать себе путь, кажется казалась действительной. Он играл снова и снова пока его не схватили за руку, останавливая уже бессмысленные попытки остановить нечисть. — Вэй Ин, перестань, — Лань Ванцзи дёрнул руку Вэй У Сяня с флейтой, останавливая игру, Старейшина послушался и изумлённо глядел в глаза Нефриту, для чего останавливаться, ведь только ему под силу остановить нечисть, если только... — Н-но почему? Лань Чжань, почему они меня не слушают? Неужели я... — Усянь хотел обвинить себя в том что теперь из-за него умрут люди, умрут из-за того что он потерял контроль, Вэй Ин ведь обещал им, обещал и не сдержал данного обещания, он хотел признать что Лань Чжань был прав, был прав насчёт всего, но его снова перебили: — Нет, — твёрдо сказал Лань Чжань. К удивлению, кроме звучания Чэньцин, Ванцзи обнаружил тихую мелодию флейты, это точно была не Чэньцин. Значит, кто-то специально всё подстроил, управлял за место Старейшины Илин агрессивной игрой, это и заставляло нечисть нападать, ослушиваясь приказов флейты Вэй Ина. Будет неудивительно, ежели такая же флейта играла на тропе Цюнцин. Кто-то, кто возжелал высокое место среди господ, кто захотел власти, огромной силы, смог перехватить контроль над Тигриной печатью. Это плохо, — Нам нужно уходить! — Что..? — Старейшина Илин растерялся, — Куда?.. Куда уходить, Лань Чжань... — Вэй У Сянь не понимал, зачем нужно уходить. Но даже если он уйдёт, его так просто не отпустят. Теперь он не знал, где осталось место для него на этой земле, куда теперь он сможет идти. Он поник, опустил флейту и бросил взгляд на землю. — Идём со мной, Вэй Ин, я спрячу тебя, я защищу тебя если потребуется, я могу помочь, — второй Нефрит позволил себе немного вольности и переплёл их пальцы. Усянь шумно выдохнул, и невольно, сам сильнее сжал руку, — Я возможно знаю, почему марионетки не повинуются, ими управляет кто-то другой. Вэй Ин резко поднял удивлённый взгляд на Лань Ванцзи. «— Как это? Кто управляет?» пронеслось в голове тёмного заклинателя. Второй Нефрит как будто услышал его вопросы, он потупил взгляд вниз, как бы невзначай извиняясь за то что не в силах ответить. Ванцзи после поднял взгляд на Усяня, спрашивая глазами того, пойдёт ли он с ним. Вэй Ин распознав вопрос, хотел уже согласится уходить, но вовремя остановил себя: — Лань Чжань, но... зачем? Зачем ты мне помогаешь? — может ли быть такое, что второй Нефрит хотел его обмануть, зачем предлагать помощь тому кого ненавидишь? Вдруг Лань Ванцзи хотел его схватить, что-бы позже придать суду. Нет уж, Вэй Ин лучше предпочтёт умереть. — Вэй Ин, я... Вдруг лицо Лань Ванцзи исказилось в ужасе. Один из адептов какого-то ордена зашёл за спину Вэй У Сяню, пока они здесь разговаривали, и замахнулся своим мечом, грозясь нанести решающий удар в спину и убить Старейшину Илин, раз и навсегда избавить Поднебесную от монстра. — Вэй Ин! — Нет. Лань Чжань не позволит этому случиться. Второй Нефрит отталкивает Вэй У Сяня в сторону, в то время, когда чужой меч наровился пронзить жертву.

***

Толчок был сильный и Вэй Ин чудом устоял на ногах. Он хотел возмутится и поднял взгляд на Ванцзи. Глаза тут же округлились и застыли в ужасе, а рот приоткрылся в немом крике. Тело будто онемело. Перед ним стоял заклинатель в расшитых золотом одеяниях, его меч протыкал сердце Нефрита, проходя насквозь. Белое ханьфу тотчас начало окрашиваться в алый цвет, по мечу нанёсшего удар заклинателя стали стекать струйки горячей крови. Неизвестный заклинатель ордена Цзинь и сам того не ожидал, что один из нефритов Лань подставиться под удар, он поторопился вытянуть меч, от чего Лань Чжань пошатнулся и закашлялся кровью. Усянь отмер и поспешил поймать раненого Лань Ванцзи. Второй Нефрит ордена Лань упал в объятия Вэй Ина, его колени подогнулись и он вместе с ношей опустился на грязную землю. Заклинатель сзади стал что-то невнятно бормотать: — Нет... Я не хотел.. Я хотел убить Вэй У Сяня... — Л-Лань Чжань... Зачем, зачем ты.. — голос Старейшины осип и начал дрожать, поперёк горла встал большой ком, говорить было трудно, в уголках глаз начало неприятно щипать, — Зачем ты это сделал, Лань Чжань? — голос дрожал и из горла вырвался первый всхлип. Прошло несколько минут, прежде чем Вэй У Сянь осознал что случилось. Заклинатель из Лань Линь Цзинь хотел поразить Усяня одним ударом, и у него могло бы всё получиться, если бы Лань Чжань не оттолкнул Старейшину. Вэй Ин крепче сжал в объятиях холодеющее с каждой секундой тело. Если Лань Чжань так и дальше продолжит истекать кровью, он умрёт. От этой мысли по спине Вэй Ина прошёлся холод, а его самого бросило в дрожь. Только не он! — Эй ты! — Усянь повернулся и окликнул оробевшего заклинателя с киноворью на лбу, тот ещё больше стал трястись, — Позови лекарей, или других адептов, хоть кого-нибудь! — адепт Лань Линь Цзинь стоял как изваяние и не собирался исполнять просьбы Старейшины Илин, — Ну же! — Вэй.. Ин... Не нужно.. — выговорил хриплый голос, Вэй У Сянь с волнением и страхом в глазах обратил внимание на Ванцзи. Лань Чжань из-зо всех сил постарался обнять тёмного заклинателя. Они оба понимали, что лекари тут уже ничем не помогут. Удар попал точно в жизненно-важный орган. Он хотел бы напоследок сказать того, чего так боялся сказать, боялся, что Вэй Ин всё узнает. Он не задумывался, что сейчас или возможно потом его начнут презирать, Ванцзи слишком долго молчал. Звуки меркли на фоне, отзываясь неразборчивым эхом. Тяжелые веки налились свинцом, так и наровясь опустится вниз навсегда погружая Ванцзи во тьму. Он понял, что ему осталось совсем чуть-чуть. Что-ж, пусть, это будут его последние слова: — Вэй Ин... Про.. сти... Я.. Люблю т....

***

Вэй У Сянь хотел проснуться, проснуться от долгого сна, хотел проснуться и увидеть что всё хорошо. Чем же он заслужил это. Он чувствует, как руки Лань Чжаня обнимают его, не крепко, но чувственно, нежно. Вэй Ин дрожит. Ему страшно. Сколько бы его этот человек ненавидел, он не пожелает ему смерти. Лань Чжань не должен умереть. Щеку расчертила горячая капля. Затем вторая, третья. Вдруг Вэй Ин осознал, что плачет. Ну и пусть. Дорогой человек… Да, дорогой его сердцу человек, сейчас у него на руках, истекает кровью, ходит по тоненькой ниточке между жизнью и смертью. Адепт, что ранил второго Нефрита, позорно сбежал. Но возможно он убежал за помощью. Пусть бы так и было. Вэй Ину надоел это жуткий кошмар, пусть его убьют, пусть.. — Вэй Ин... — слышит он тихое. Слезы как ветром сдуло, он навострил уши. Вэй У Сянь крепче сжал Лань Чжаня, что-бы согреть, он стал таким холодным. Дрожь в теле темного заклинателя стала сильнее. Руки на его спине ослабли. Старейшина с трудом проглотил злосчастный ком и хотел сказать, что-бы Лань Ванцзи не тратил силы на болтовню, но его опередили, — Про... сти.. — Лань.. Лань Чжань! За что тебе извиняться?! Ты слышишь меня? Не говори, п-пожалуйста тебе скоро помогут.. «Пустые надежды..» — Я.. Люблю т.... Это было последним, что услышал Вэй Ин, перед тем как веки Ванцзи опустились погружая его в долгий сон, а руки на спине окончательно обмякли, опускаясь к земле. — Лань Чжань..? — Лань Чжань? — Лань Чжань?! Мёртвое тело грозилось соскользнуть и упасть на землю. Вэй Ин смог предотвратить падение, он аккуратно положил Лань Чжаня на спину, на холодную, как и он, землю. Усянь как ненормальный бегал глазами по телу Ванцзи, осматривая его. Он не дышит! Кожа в свою очередь, и без того бледная, обрела мёртвенно-белый оттенок. Тёмный заклинатель дотронулся до руки второго Нефрита, она была холоднее обычного. Глаза закрыты, а на бледных губах была едва заметная тень улыбки. Только маленький ребёнок не понял бы, что не так, почему этот дядя спит и не хочет просыпаться. Кажется, Вэй Ин потерял последнюю надежду жить. Дышать стало противно и больно, а глаза опустели. Вместо тишины, в ушах стоял звон. Мир вокруг, казалось, остановился. Из горла вырвался истошный крик боли, крик отчаяния, что с огромной скоростью разнёсся за пределы поля боя. Вэй Ин склонился над телом Лань Ванцзи, беззвучно рыдая, окропляя ткань того горькими слезами, которые стали смешиваться с кровью. — П-прошу... ответь.. — прерывисто сказал куда-то в пустоту Вэй Ин. Но звать было уже бесполезно. Слёзы с новой силой полились из глаз, он всхлипнул, — Лань.. Чжань... Где-то позади раздался чей то голос, как гром средь ясного неба. — Вэй У Сянь убил Хангуан-цзюня! «— Убил, Убил, убил... » в голове, как умалишённый, всё произносил Усянь.

***

Цзян Ваньинь пытался найти своего брата в этом хаосе и остановить, дать по голове что бы наконец вправить мозги на место, а потом согреть, угостить их любимым супом шицзе. Саньду-Шеншоу фиолетовой молнией уничтожал одну марионетку за другой, лишь ошмётки разлетались в разные стороны. Фиолетовые одежды клана Юньмэн Цзян запачкались в грязи и крови. Сзади напала ещё одна тварь, и Цзян Чэн её так же отбросил Цзыдянем. Не успел он двинуться с места, как встрепенулся от душераздирающего крика. Это был Вэй У Сянь? Крик пробрал до самых костей, от этого глава ордена Цзян поёжился на месте и сделал один шаг, постепенно набирая темп, продолжая идти. Ваньинь смог дойти до места, где столпилась большая часть заклинателей, хотя в округе еще некоторые продолжали отбиваться от нечисти, на удивление значительно уменьшив их количество. Цзян Чэн напрягся и все из той же толпы послышался чей то голос. — Вэй У Сянь убил Ханьгуан-цзюня! Глава ордена Цзян стал хмурится, а Цзыдянь светится ярче. Как такое могло произойти? Он сорвался с места, готовясь ко всему что натворил этот глупец, и как только завидел красные и белые мелькания, перешел на шаг. Тихие всхлипы заполонили Безночный Город, поднимаясь выше к, затянутому тёмными тучами, небу. Цзян Чен остановился, смотря в изумлении и непонимании. Его брат низко склонившись над, действительно мертвым вторым Нефритом, глотал слезы. Хотя прочих звуков было больше не слышно. Что здесь произошло пока он, словно дикий зверь, разрывал своих врагов прорываясь сюда?

***

Вэй У Сянь чувствовал, как вокруг него скапливалось людей, готовые в любую минуту напасть. Почему же они медлят. От чего они не решаться покончить с ним. Боятся, что он их убьет раньше, чем те успеют поднять руку с мечом.. Тогда он умрёт сам. Но для начала, нужно уничтожить печать, что бы эта вещь никому больше не мозолила глаза, и что бы никому она не досталась. Все они ведь сражаются для того что бы прибрать к рукам величайшее изобретение Старейшины Илин. Вэй Ин сжимает в руке флейту до слышимого треска, наконец поднимается, смотря пустыми очами на, покинутое жизнью, тело. Больно... Как же больно.. Саньду-Шеншоу сжал зубы, смотря смешанными эмоциями на Вэй У Сяня, не понимая что ему сейчас делать. Напасть, схватить преступника, или… или что? Краем глаза он уловил, как Старейшина подносит флейту к губам. Заклинатели вокруг напряглись, направляя мечи на темного заклинателя, крича тому не двигаться с места либо применять каких-либо действий. Усянь стал играть мелодию, которая казалось то агрессивной то спокойной, каждый раз меняя тоны, то один, то другой. Никто не посмел показать храбрость и напасть на Вэй У Сяня в открытую, даже если тот находится в таком.. в таком сломленном состоянии. У некоторых мурашки пробегали табуном по спине от мелодии, к которой от хрипоты звука добавляло жуткости. Вдруг из-за спины Старейшины Илин вверх взмыла Тигриная печать преисподней, совершенствующиеся больших орденов приготовились к битве, адепты малых кланов все как один сглотнули с ужасом представляя что сейчас произойдет. Цзян Ваньинь напрягся выставив вперед Саньду, плеть он спрятал обратно, превратив в кольцо. Половинки печати соединились вместе, собирая в округе всю темную энергию, концентрируя в себе. Вэй Ин продолжал играть, пока печать не стала раскаляться под напором тьмы и в конце концов треснула, разлетаясь на кусочки, превращаясь в пыль. Все заклинатели охнули, явно не ожидая такого поворота событий. Руки, как и все тело стало ватными. Раздался звук падающей флейты, сил больше не осталось. В горле встал ком из недосказанных слов. Он давно не видит из-за пелены нескончаемых слёз. Его душа треснула, разбилась, разлетелась на мельчайшие осколки. Он умер вместе с человеком, что испустил на его руках последний вздох. Вэй У Сянь теперь смотрел в неопределенную точку. Все кончено. «— Теперь.. » Усянь медленно стал искать что-то на земле по правую сторону. Искать пришлось недолго. Вэй Ин нащупал валяющийся чужой меч рукой, чей это был меч, его не волновало. Он взял его за рукоять. — Что он собирается делать? — Он что, хочет напасть на нас с мечом? Стали доносится шёпоты до ушей Цзян Ваньиня. Он внимательно следил за действиями тёмного заклинателя, и недоумевал, зачем тому меч. Он ведь не собирается.. Тут его глаза расширились, но сдвинуться с места не смог, силы его резко покинули и пригвоздили к месту. Тем временем, Вэй У Сянь поднял меч и поднес его к горлу. Когда нежной кожи коснулось холодное лезвие, он сделал резкое движение рукой.. — Вэй У Сянь! — закричал Цзян Чэн. Из глубокого пореза на шее фонтаном хлынула кровь. Меч с лязгом выпал из руки Старейшины Илин. Вэй Ин упал на землю рядом с Лань Ванцзи. Нет, боли он не чувствовал. Он больше не чувствовал ничего. Хотя он был теперь счастлив. В последние минуты своей жизни, он всматривается в умиротворенное лицо Лань Чжаня. Он хочет запомнить каждую его черту. Он вспоминает те последние слова Ванцзи. И он не понимает, что же он хотел ему сказать, в голову всё никак не приходило. Вэй Ин краем глаза заметил ошарашенный взгляд Цзян Ваньиня, но взора не поднял. В глазах стало темнеть. Пора. «— Я скоро приду, Лань Чжань.. » Так он и умер, с улыбкой на устах и стеклянным взором, направленным в пустоту.