all of a sudden, me and you

«да нахуй это все, честное слово», — думает хисын и берет щетку в руки. он, наверное, слишком агрессивно чистит зубы, стараясь не отводить взгляд от своих же глаз в зеркале, а затем умывается и зачесывает волосы назад. вчерашний день прошёл хорошо, даже очень. вечером он с друзьями устроил вечеринку-сюрприз в честь дня рождения джейка, лучшего друга, прямо в его небольшой квартире-студии (взяли запасные ключи у старшей сестры джейка), было очень весело и круто, и когда все разошлись по домам, было уже далеко за полночь. хисын остался ночевать у джейка — идти домой, конечно, было недалеко, но какой в этом смысл, если можно остаться здесь? утром, когда скупое ноябрьское солнце уже осветило комнату холодными лучами, хисын проснулся первым (они, как обычно, спали в одной кровати; такое быстро становится естественным для давних друзей) и сонными глазами осмотрел спокойно спящего джейка. топили уже хорошо, одеяло было скорее аксессуаром и защитой от монстров, поэтому парень лежал раскрытый, одетый в домашние футболку и шорты. хисын улыбнулся; джейк очень милый, когда спит, со своими растрёпанными волосами и смешной позой для сна. а когда не спит — он красивый и крутой. снова оглядев его с ног до головы, хисын зацепился за непонятное пятно на предплечье парня — мозг сразу подсказал, что это, должно быть, метка соулмейта. «прикольно, она у него в том же месте, что и у меня», — успел подумать хисын, прежде чем осознать, что она не только в том же месте, но и такая же, как у него. он узнает ее из тысячи, изученную вдоль и поперёк. «блять», — пронеслось у него в голове, и он быстро встал, мечтая сейчас об одном: умыться и прийти в себя. и вот он стоял, в джейковой ванной, и смотрел на себя в зеркало, думая, почему же именно они вдвоём должны быть соулмейтами. они, друзья ещё со средней школы, были выбраны вселенной как два идеально подходящих друг другу в романтическом плане человека. хисын эту вселенную посылает нахуй и побыстрее уходит домой, пока джейк не проснулся, потому что не знает, что нужно вообще делать сейчас. как реагировать. «это полный пиздец». / хисыну нравилась его метка. не самая популярная, но очень красивая картина — «призраки» борисова-мусатова. мрачная, однако завораживающая картина появилась год назад на его левом предплечье, в самом верху, у сгиба в локте. несмотря на симпатию к метке, хисын ее скрывал: он не хотел, чтобы посторонний глаз видел что-то такое. не то чтобы тема меток была табу в их обществе, просто ли казалось, что если у него есть соулмейт, то это будет очевидно. какая-то умная девушка-сверстница, с которой они встретятся в музее или библиотеке и проговорят несколько часов подряд, так и поняв, что — родственные души. но джейк… джейк хороший, это факт. но он как минимум парень, а как максимум — лучший друг, с которым они познакомились в школьной столовой, когда шим случайно вылил свой крепкий чёрный чай на белую рубашку хисына. далековато от мечты ли. и все же… что-то в этом было. хисын уныло посмотрел на телефон, оповещающий о трёх новых сообщениях. парень знал наверняка, от кого они.

jake приём приём вы пропали с моих радаров хаха кажется я проспал когда ты ушёл спасибо за вчера, было приятно и весело

хисын закрывает лицо руками и тихо стонет от безысходности. / — бро, — слышится из-за спины, и через секунду хисына уже обнимает за плечи джейк, явно чему-то очень обрадованный. хисын не понимает, чему можно так радоваться в начале недели в университете. — джейк, понедельник вроде, ты чего такой.. живой? — спрашивает хисын и нервно улыбается. он весь вчерашний день думал, что стоит сделать, как вести себя рядом с шимом, поговорить ли о метках.. — угадай кто, — он улыбается ещё шире и достаёт что-то из заднего кармана джинс, — достал два билета на rap god concert! хисын округляет глаза и выхватывает бумажки из рук друга, рассматривая. — охуеть, бро, это очень круто, — он возвращает билеты и жмёт руку джейка. — ты же пойдёшь со мной? в эту субботу, в клубе, где мы праздновали день рождения джея. хисына вопрос ставит в ступор, и он облизывает пересохшие в момент губы, отводя взгляд. — а джей? — а что джей? — удивляется джейк. — я тебя позвал, ты не хочешь? хисын думает ещё несколько секунд. ну не разрывать же ему все контакты с джейком из-за этой тупой метки? нужно просто ее скрывать. нужно как можно дольше сохранить их дружбу. — хочу конечно. я в деле. / неделя пролетает незаметно, наступает долгожданная суббота, вечер, хисын готов уже выходить из дома. внизу ждёт джейк, чтобы они вместе пошли в клуб (заранее — чтобы можно было немного выпить перед концертом). внезапно хисын чувствует, что его трясёт — он всю неделю пытался вести себя так, словно ничего не было, словно они с джейком — бест френдс форева и никакой метки соулмейтов не существует. его сильно тошнит — то ли от страха, то ли от волнения, все одно. телефон звонит, когда хисын опустошает желудок в туалете, когда чистит зубы и брызгает водой на лицо. «джейк так ждал этот концерт, ну же, постарайся ради него..» на улице льёт как из ведра противный осенний дождь, так и норовящий стать снегом — температура почти минусовая. джейк стоит в короткой тёплой куртке, поверх которой обмотан огромный оранжевый шарф в клетку. хисын в своём пальто выглядит рядом с ним холодно. — ты чего так долго? они добираются до клуба, деля один зонт на двоих; у хисына слегка промокает правое плечо от того, что старается как можно больше закрыть джейка. рядом с ним не так тревожно — внутри наоборот тепло и умиротворение, и промокшее пальто совсем не волнует. в довольно просторном обычно клубе очень много людей — очевидно, они пришли на концерт. к бару почти не подойти, поэтому наученный джейк достаёт из небольшой нагрудной сумки полулитровую бутылку колы, содержимое которой известно только им двоим — виски и кола в соотношении три к одному («кола здесь для правдоподобия цвета», — сказал как-то хисын, уча джейка этой уловке). невкусно, но опьяняюще — выход из ситуации. друзья улыбаются заговорщически и по очереди отпивают по чуть-чуть, кривятся от слишком высокого содержания алкоголя и идут поближе к сцене. концерт начинается через какие-то пятнадцать минут, выступают по очереди рэп-исполнители; некоторых из них парни не знают вообще, а некоторых слушают и любят давно, поэтому прыгают вместе с толпой и в особо крутых моментах подпевают. в какой-то момент джейка кто-то толкает, и он, потеряв равновесие, падает на хисына; он его ловит обеими руками, но перед глазами плывет: «пить на голодный желудок — не лучшая идея», — отмечает он в голове. джейк в его руках, в этих внезапных объятиях, выглядит правильно и красиво, какой джейк красивый под этими лучами дискошара, или что там издаёт такой приятный фиолетовый свет.. — эй, хисын, ты как? может, выйдем подышать? — кричит шим в его ухо, держась обоими руками за плечи. хисын не слышит, не понимает, что тот говорит, но кивает. кажется, от концерта осталось совсем немного. на улице, у заднего выхода, холодно и безлюдно, дождь уже закончился и так и не стал снегом. хисын облокачивается о стену и жадно дышит. — хочу курить, — говорит ли и смотрит на джейка; тот, как ни странно, выглядит волшебно и вне клуба с его освещением. джейк открывает сумку и достаёт оттуда нетронутую пачку. — ради тебя ношу, — смеётся он на удивленный взгляд и открывает крышку. хисын слегка трясущимися пальцами выуживает одну сигарету и обхватывает ее губами за фильтр. джейк находит в сумке и зажигалку и подносит ее к кончику сигареты и поджигает, тихо щёлкая колесиком. — у тебя какая-то волшебная сумка, — тянет ли после первой затяжки. — вся в хозяина, — после ещё двух. джейк смеётся, как кажется хисыну, самым красивым смехом в мире. хисын молча курит, задумываясь о том, почему он так чувствует себя по отношению к джейку; это из-за того, что он знает, что они соулмейты? просто из-за метки? ведь просто так, по щелчку пальцев влюбиться в лучшего друга — безумие. внезапно начать находить его милым и привлекательным — дикость. а захотеть поцеловать.. из мыслей обоих выдергивает громкий шум внутри клуба: публика хлопает и кричит — концерт окончен. — извини, что не досмотрели. — да я уже порядком устал, если честно, рад, что мы вышли, — джейк снова улыбается. — ты как? — гораздо лучше благодаря тебе, — хисын зачем-то подмигивает и отворачивается, чтобы потушить сигарету о мусорку и выбросить, не видя, как джейк слегка краснеет. / в очередной понедельник они встречаются на обеденном перерыве в столовой университета. у джейка как обычно на подносе что-то супер здоровое — салат, куриная грудка и морковный пирог без сахара, в отличие от хисына — у него огромная порция рамена, клубничное молоко и два шоколадных пудинга. — ты себе так живот посадишь, — говорит шим, садясь за свободный стол. хисын передразнивает его и тоже садится, напротив. — дурак ты. погоди, я за чаем сбегаю, — говорит он и, выскочив из-за стола, направляется к автомату с горячей водой. его любимый эрл грей в огромном картонном стакане смотрится лаконично. — мне кажется, я не успею доделать проект для миссис ча, — жалуется шим старшему товарищу. — она дала три дня на него, понимаешь? хисын тихо смеётся, вспоминая свой прошлый год, когда он и сам боялся эту миссис ким с ее трехдневным дедлайном для огромного проекта. — не успеешь. но она это тоже знает, так что просто делай в своём темпе. джейк, очень удивленный, поднимает брови и поджимает губы. он сейчас очень милый и чем-то напоминает щеночка, который вот-вот получит лакомство; хисын отгоняет это сравнение и кивает на восторженное «а так точно можно?» они относят подносы, доев, и собираются уходить — скоро конец большого перерыва. у джейка остаётся немного чая, который он планирует взять с собой на следующую пару и несёт в руках. вдруг кто-то решает встать со стула и двигается на нем, случайно толкая джейка; тот летит в сторону хисына, который от неожиданности не успевает его поймать и вместе с ним падает на пол. чай (к счастью, уже остывший) оказывается на темно зелёной рубашке хисына растекающимся пятном ровно там, где сердце. у обоих чувство дежавю. / хисын смеется, держась за раковину в пустом туалете. джейк тоже смеётся, пока пытается намочить несколько сложённых вместе бумажных полотенец. — ха, боже, это снова произошло! знаменательная встреча. — только в тот раз был горячий, — отмечает хисын, пока принимает из рук джейка уже мокрые бумажные полотенца и принимается оттирать пятно. ему становится не до смеха — он понимает, что это, видимо, проделки вселенной; такое вряд ли повторится просто так. шим замечает, как хмурится хисын. — все хорошо? — он смотрит прямо в глаза, немного снизу вверх из-за разницы в росте. у него волнение в глазах и слегка приоткрытые губы, да, хисын слишком открыто пялится на его губы, подвисая. он молчит пару секунд, а затем, когда взгляд джейка тоже спускает до губ ли, поднимает голову и отходит назад. — да, все окей. кажется, сердце хисына билось слишком часто, когда джейк был слишком близко. джейк тоже отходит и облизывает губы (хисын замечает это боковым зрением). — ты можешь взять мою толстовку, у меня физра с собой. хисын думает. думает, что ему тогда придётся снять рубашку, что это непременно произойдёт при джейке («я стесняюсь при тебе переодеваться» звучит слишком тупо и неправдиво) и что тогда джейк точно увидит метку. хисын думает ещё и отказывается, решив, что ходить с пятном на рубашке какие-то две пары — меньшее из зол. джейк на это лишь хмыкает. / в пятницу идёт первый в году снег, и джейк зовёт хисына на ночь фильмов. «давно мы такое не устраивали, а сессия ещё не так уж и скоро» убеждает достаточно сильно, чтобы ли был у друга дома к десяти вечера с попкорном и чипсами. они включают аватара аанга — один из общих интересов, который помог им сблизиться при знакомстве. то, что джейк выбрал для просмотра именно его, кажется хисыну очень символичным. — как ты думаешь, какой бы стихией ты управлял? — отвлекается от просмотра шим и поворачивается к другу. — не знаю, — тянет тот и кидает в рот попкорн. — наверное, воздухом? — это потому что они вымерли? — шутит джейк и получает легкий пинок по ноге. — а я, наверное, водой. хисын думает, что ему подходит вода: джейк очень спокойный и приятный, с ним весело, но он очень уравновешенный и спокойный. хисын понимает, что начинает утопать в джейке. после половины первого сезона, где-то в пол первого ночи, они выходят на балкон, чтобы посмотреть на снег. для лучшей видимости они не включают свет («ну там же темно, сам подумай»).на улице светло от фонарей и от белого покрывала, отражающего их свет. в домах почти нет горящих окон, снаружи очень тихо и спокойно, так, как бывает только в первый снег. — как блестит красиво, — восклицает джейк и, открыв окно, берет немного снега с внешнего подоконника. — закрой, замёрзнешь же, — шутливо ругается хисын и тянется закрыть окно, оказываясь очень близко к джейку; тот замирает и, кажется, не дышит, смотря на ли. тот опускает руки на подоконник позади шима, тем самым не давая ему отойти; все происходит так быстро и так медленно, что они оба теряются в пространстве и времени. джейк, наконец, холодной от снега рукой проводит по щеке хисына, посылая по всему телу мурашки, и ли не выдерживает — срывается и целует, наклоняясь к парню. джейк отвечает сразу, не задумываясь, так и оставив руку на чужой щеке; целует нежно и плавно, растягивая момент. хисын отрывается первым и смотрит на прикрытые глаза джейка, угадывает, что его губы сейчас слегка покраснели; в полутьме все кажется таким нереальным. — а ты долго собирался притворяться, что не знаешь? до хисына сначала не доходит смысл этих слов. но когда он понимает, что имеет в виду джейк, он не может сформулировать свой вопрос и просто говорит: — а ты.. а когда.. так ты.. знал? — блять, хисын! я твою метку сотню раз видел, нетрудно было, увидев свою, понять. а то ты только после моего двадцатилетия ее скрывать стал, мистер очевидность, — на одном дыхании выпаливает джейк, смотря прямо в глаза. некоторое время хисын молчит, так и не убирая руки с подоконника; джейк же, скрестив руки на груди, ждёт ответа. — и как ты.. к этому относишься? — хисын, мы только что целовались. они молча смотрят друг на друга, а потом взрываются смехом в один момент — ситуация им кажется ужасно комичной. хисын закатывает рукав толстовки и показывает джейку свою картину, на что тот делает то же самое. и соединяют руки так, чтобы картины были рядом. — красивые, — говорит джейк. — я рад, что у нас они одинаковые, — способ хисына сказать, что он рад быть соулмейтом джейка. джейк улыбается любимой улыбкой хисына и думает, что как-нибудь расскажет, что любил того и до метки и в тайне надеялся на одинаковые с ним, а затем ударит за нерешительность и за то, что молчал. а потом — обязательно поцелует. хисын думает, что джейк, конечно, не девушка из библиотеки или музея, ведь джейк — это джейк, с которым до мурашек хорошо, с которым хочется быть рядом и не отпускать.