Спокойной ночи, сладких снов

Mitski — "I will"

Ацуши выглянул в окно и вдохнул тёплый летний воздух полной грудью. — Хорошая погода сегодня, да, Дазай-сан? Дазай-сан ничего не ответил. Порядочные люди в коме не разговаривают. Ацуши выдохнул с небольшим разочарованием. Взгляд парня потускнел, когда он развернулся и посмотрел на наставника, лежащего на кровати. Воздух над ним как будто был гуще и тяжелее, чем в остальном пространстве небольшой комнаты. — Ладно, где Ваш маникюрный набор? Только не говорите, что опять потеряли его, — парень заглянул в верхний ящик комода. — Ах, нет, вот он. Ацуши достал небольшой футляр, инструменты внутри звякнули, столкнувшись друг с другом. Накаджима подставил себе табурет рядом с кроватью мужчины. Он взял маникюрные ножнички: — С Вашего позволения. Накаджима поочерёдно брал пальцы Дазая и старательно состригал подросшие ногти на каждом из них. Руки мужчины были расслаблены и легко поддавались манипуляциям. У Ацуши было достаточно времени наловчиться ухаживать за телом своего наставника, как бы грустно это не звучало, поэтому с ногтями он покончил довольно быстро. Накаджима посмотрел на грудь Дазая. — Сорочка как-то скомкалась. — парень отложил инструменты в сторону и аккуратно расправил складки светло-голубой ткани. — Вот так. Ацуши задержал свой взгляд на груди Дазая, перевел его на плечи, руки. "Какой худой" — пронеслось в его голове. Ну конечно, на растворах веса не наберешь. Накаджима дотронулся пальцами до бледного запястья, легонько погладил его. Он до сих пор не привык к виду наставника, не замотанного в бинты с головы до ног. "Вы же не разозлитесь на меня, когда очнетесь?" — Ацуши чуть ли не молился об этом. Парень еще раз окинул печальным взглядом тело Дазая. Лицо наставника Накаджима проигнорировал. В первый и последний раз он посмотрел него, когда обнаружил Дазая без сознания на полу в его комнате в общежитии. Парень прекрасно запомнил, как его тело съежилось от холода, стоило ему взглянуть на его лицо. Что-то не так было с выражением на нем. Ацуши рефлекторно дернулся. — Ладно, Дазай-сан, нам нужно ещё вымыть Ваши волосы. Я пойду нагрею воду и ванночку надую. Никуда не уходите. Почему-то парню казалось, что если Дазай-сан захочет, он встанет и уйдет. Накаджима предусмотрительно закрыл окно, и пошел подготавливать все необходимое. Вернулся он с надутой ванночкой, шампунем в руках и полотенцем на плече. Ацуши аккуратно поместил голову Дазая в углубление в ванночке. — Сейчас схожу за водой, подождите секунду, — парень вышел и скоро вернулся с тазом воды и большой пластиковой кружкой. Ацуши зачерпнул теплую воду, смочил густые волосы Дазая и нанес на них шампунь. Массирующими движениями он тщательно прошелся по всей голове, снова зачерпнул воду, и стал смывать белую пушистую пену. Под тяжестью воды волосы выпрямлялись и вытягивались в длину, приятно струясь между пальцами. — Опять отросли, — Накаджима снял с плеча полотенце, — Надо бы парикмахера пригласить. Парень немного нагнулся и принялся вытирать волосы полотенцем. На секунду он бросил взгляд на лицо наставника, но тут же отвел его. "Все же что-то не так, но я не понимаю, что именно. Не хочу смотреть". — Так, теперь нужен фен. Сначала отнесу все обратно. Ацуши поставил все на свои места и, найдя фен, уже собирался вернуться к Дазаю, как встретился взглядом с собственным отражением в зеркале ванной комнаты. Он задумчиво всмотрелся в свое лицо, почесал щеку. "Я и сам, похоже, похудел. И правда, сколько времени уже прошло?" Каждый день напоминал предыдущий и вся эта рутина истощала его морально и физически. "Дазай-сан был первым, кто позаботился обо мне, —подумал парень. — Он буквально спас мою жизнь. Это меньшее, что я могу сделать для него. Мне нужно постараться быть позитивнее, чтобы он быстрее очнулся. Врач же говорил, что некоторые люди в коме слышат все вокруг себя, но ответить не могут." Ацуши выдохнул. Он снова взглянул на свое отражение и улыбнулся печальной улыбкой. "Надо идти." — Заждались, Дазай-сан? Вот и я. Парень сел у изголовья кровати, включил фен. Каштановые волосы поднимались вверх и опадали, воздух согревал и их, и руки, которые осторожно их перебирали. Стоило убрать ладонь, как они рассыпались по худым плечам. Трогать эти густые пряди было очень приятно. Накаджима выключил фен и положил его на пол рядом с собой. "Я не смогу вечно этого избегать." Ацуши подвинулся к боковой стороне кровати и добрые пол минуты смотрел в пол, не решаясь поднять глаза. Но он все же поднял их. Останови взгляд на руках, перевел его на грудь, секунду помедлил, и взглянул на лицо наставника. И тут же все понял. — Так вот оно что, — его шепот оборвался на полуслове, глаза неприятно защипало. Исхудавшее лицо Дазая выражало полное умиротворение. Он совсем не был похож на того, чья жизнь болтается посреди жизни и смерти. Казалось, что он впервые за всю свою жизнь видит счастливый сон, что он вообще впервые в своей жизни испытывает хоть какое-то счастье. — Так вот оно что... С губ Ацуши сорвался нервный смешок, глаза стали предательски ронять слезы. — Я так переживал... А Вы, похоже, просто отдыхаете, Дазай-сан, — парень прижался дрожащим телом к груди наставника. — И что мне делать? Я так скучаю по Вам. Но Вы, похоже, совсем не хотите возвращаться... И что же мне делать? Вопрос повис в воздухе. Накаджима поднялся и снова взглянул на лицо Дазая. Выражение на нем не изменилось. "Все что я могу — это оставаться рядом. И ждать, что Вы захотите вернуться однажды." Ацуши нежно коснулся губами лба наставника. — Спокойной ночи, Дазай-сан.