Триада

— Лорен, доброе утро! Мое имя Карлайл Каллен — я твой лечащий врач.       Рэй лишь кивнула, про себя понимая, что горло саднит и вряд ли она вообще сможет произнести что-то внятное… Доктор Каллен чуть нагнулся и вынул из вены иглу, соединяющую трубку и капельницу, а затем протянул девушке стакан с водой, будто бы прочитав ее мысли. Лорен вновь кивнула и практически залпом опустошила стакан, а после шумно выдохнула и внимательно посмотрела на мужчину. — Спасибо, и… рада знакомству, — тихо ответила Рэй, отдав стакан, а затем, будничным голосом спросила, — я упала в обморок? — Тебя это не удивляет, — кивнул Карлайл, — могу предположить, что это происходит часто. Верно? — Чаще, чем мне бы этого хотелось, — покачала головой Лорен. — У меня анемия, а врачи говорят, что в моем случае, это вряд ли можно вылечить быстро.       О том, что у нее малокровие узнали случайно. Лорен, вполне ожидаемо сейчас и совершенно неожиданно на то время, упала в обморок, катаясь на карусели. Отец тогда тут же подбежал и понес белую, словно снег дочь в машину, а после сразу поехал в больницу. Просто по признакам тогда уже поставили предполагаемый диагноз, а анализы лишь его подтвердили. Однако, родителей не отпускала надежда на выздоровление дочери. Они ходили к разным специалистам, проходили лечение, но когда сказали, что обмороки, которые начали происходить все чаще, и чаще — признак средней тяжести анемии, надежда начала сама по себе угасать. А ведь в день аварии они направлялись в очередную клинику, по советам знакомых, однако, даже половину пути преодолеть не смогли. А сейчас, в принципе, уже несколько лет как она свыклась со всем. Даже клялась, что будет исправно ходить на переливание крови, только вот после выписки она была там один раз, а Эшли говорила, что ходит каждую неделю.       Почему-то Лорен свою болезнь не считала крестом. Да, она была порядком слабее своих одногодок, бледная, худая, а рыжие волосы — были единственным ярким пятном в ее образе. Тем не менее, если она и забыть забыла про переливание, то таблетки пила горстями и, вроде бы, тем самым улучшала свое состояние. Только вот обмороки из-за этого реже не стали, а головная боль сопровождала ее постоянно.       Доктор Каллен что-то говорил про лечение, но Лорен слушала его вполуха, прекрасно понимая, что сейчас начнется все то же самое, что и всегда. Ей назначат медикаментозное лечение, диету и переливание. Так оно и оказалось, только ко всему прочему ей еще прописали часовые прогулки на свежем воздухе. Девушка лишь кивала, делая вид, что ей не все равно, но внутри понимала, что вряд ли она будет соблюдать рекомендации очередного, хоть и чертовски красивого доктора. — У тебя есть какие-то вопросы? — спросил доктор, на что получил отрицательное покачивание головой, — даже не интересно почему тебе должны будут удалить несколько ребер? — Что? — Лорен тут же обратила все свое внимание на качающего головой мужчину. — Впервые вижу человека, который так халатно относится к своему здоровью и жизни… — вообще, он никогда так не делал, но привлечь внимание девушки решился именно таким способом. — Неужели тебе не хочется жить спокойно и не беспокоиться о своей болезни? Анемия — это не шутки, Лорен… — Это не халатность, доктор Каллен. Я просто… не вижу смысла, — пожала плечами Рэй, усевшись поудобнее, облокачиваясь на подушку. — Прошу прощения? — Честно. Я никогда особо не видела проблемы в этой болезни. Можете считать меня ненормальной, доктор, но это так. Раньше обмороков практически не было, а к головной боли я уже привыкла. Бледная, тощая и слабая? Да больше половины подростков моего возраста точно такие же! Родители беспокоились. До четырнадцати, таскали меня куда только можно, а потом… Из-за них я только и ходила на лечение, а сейчас их нет, — Лорен наклонила голову на бок, внимательно смотря на Карлайла Каллена, мысленно прикидывая сколько же ему может быть лет. Он молод, а уже всеми обожаемый врач, по словам Чарли. Он как-то упомянул его, когда они ехали из Сиэтла. — Это как читать неинтересную книгу, потому что нужно, и с кем-то параллельно разговаривать. Видишь текст, вроде бы что-то читаешь, но совершенно не понимаешь смысл прочитанного. Тут все точно так же.       Во время речи Лорен, доктор Каллен молчал и внимательно слушал молодую пациентку, поражаясь, в плохом смысле этого слова, ее видению и пониманию ситуации, а точнее его абсолютному отсутствию. Он прекрасно понимал, что потеря родителей сильно сказалась на ее эмоциональном состоянии, но нежелание что-то делать его, можно сказать, злила. Он видел разных людей, многим спас жизнь. Все они отличались друг от друга. Кто-то был похож на саму Рэй, но у них действительно не было стремления жить. И этими людьми были, в основном, бывалые вояки, оставшиеся совершенно одни, без семьи и друзей. — Я не психолог, у меня другая квалификация. Но ты считаешь, что у тебя больше нет людей, ради которых стоило бы и дальше пытаться что-то сделать. А как же Чарли? — Я, вряд ли, надолго здесь останусь. Чарли лишь согласился, чтобы я пожила у него, пока не свыкнусь со своим… положением. — Что ж… Заставить тебя передумать я не могу, поэтому прошу лишь выполнять все рекомендации, которые буду давать. Согласна? — Хорошо, — безразлично кивнула девушка. — Лорен. — Ладно-ладно… Обещаю, что буду делать, что скажете, доктор Каллен, — в упор посмотрела Лорен. — Правда. — Хорошо. Тогда отдыхай, через час придет сестра и возьмет анализы, а потом ты отправишься на первые процедуры. Все ясно? — Вы говорите со мной так, словно мне пять лет, — усмехнулась Рэй. — Если бы все пациенты были послушными и выполняли, что им скажут, то у меня не было бы работы. Приходится пробовать разные методы общения и уговоров, — мужчина впервые, за все пребывание в палате, улыбнулся.       И что-то в этой фразе позабавило саму Лорен, из-за чего губы неосознанно растянулись в небольшой улыбке. И это заметил сам Каллен, на что лишь кивнул, будто бы ставя себе галочку за выполненную задачу «заставить улыбнуться вечно хмурую и недовольную Лорен Эмили Рэй».

***

      В общем и целом, как считала Лорен, все проходило точно так же, как и всегда. Её водили на процедуры, выводили гулять, минимум полчаса в день, давали есть столько мяса, сколько было вообще возможно и постоянно брали кровь на анализ. Вот оно, как интересно… Попала она сюда случайно, из-за обморока, а теперь её, вновь, всеми силами пытаются излечить от анемии. От чего ушли, к тому и пришли. Так прошло два дня. Прошлым вечером, перед самым уходом домой к ней в палату зашёл доктор Каллен и предупредил, что начиная со следующего дня, который, в принципе, уже вовсю шёл, начнётся еженедельная процедура переливания крови. И если честно, то Рэй просто терпеть этого не могла… Она не знала почему, но каждый раз получая свою норму переливания, Лорен становилось настолько плохо, что последующий остаток дня она проводила в кровати… А врачи говорили, что это реакция организма.       И сейчас девушка ждала эту процедуру, словно приговора… За ней должна зайти сестра и отвести в процедурный кабинет. Однако, никто не шёл уже минут десять и тут в рыжеволосую голову закралась мысль, что ей могли назначить что-то другое! Но, спустя пару минут, дверь в палату открылась и появилась Шарлотта, женщина лет тридцати пяти, с чёрными, словно вороново крыло, волосами — та самая сестра, которую она ждала, как палача. — Здравствуй, Лорен, иди за мной, — женщина улыбнулась и кивнула головой на выход.

***

      Как и ожидалось, Рэй, после переливания крови, чувствовала себя, словно по ней проехались сразу несколько пикапов. Она лежала в кровати, положив подушку себе на голову, прижимая её руками. Сейчас ей ничего не хотелось, кроме как поскорее уснуть. В дверь постучались и Лорен, тяжело вздохнув, убрала подушку и села, слегка сгорбившись. Промычав что-то невнятное, но предполагаемое «входите», она внимательно посмотрела на аккуратно открывшуюся дверь. В проёме сразу же показалась миловидная девушка, о которой она узнала от Шарлотты. Девушку звали Джессика Стенли, она училась в местной старшей школе и попала сюда с аппендицитом. Удивительно, но для человека, которому разрезали живот, вытащили причину ужасных болей, а затем зашили обратно — она выглядит, даже на первый взгляд, очень энергичной, что, несомненно, немного напугало Лорен. — Привет, я не… Не помешаю? — начала Джессика, сделав пару шагов внутрь палаты. — Привет, — она на секунду задумалась. Рэй было ужасно скучно и лучше бы она была сейчас дома, а на кухне возился Чарли, пытаясь сделать приличный на вкус и вид гамбургер. — Нет, проходи. — Я Джессика. Джессика Стенли, — девушка подошла ближе и протянула руку. — А ты Лорен Свон, дочь шефа полиции? — Ммм… нет. Шеф полиции — мой дядя, а я Лорен Рэй, — она пожала протянутую руку, — приятно познакомиться. — У нас городок маленький и новости разлетаются очень быстро, — Стенли пожала плечами, присаживаясь на кресло около кровати. — А я, как понимаю, и есть та самая новость? — Именно. Здесь три с половиной тысячи человек и все друг друга знают, чуть ли не с пеленок, поэтому новенькие — это всегда большое событие для Форкса. — Буду знать, — кивнула Лорен, сев по-турецки, — меня давно здесь не было… Тут всегда такая погода? — Постоянно… Очень сильно повезет, если появится солнце, — скривила губы Джессика, — такое чувство, что все обещанные дожди в Штатах собрались именно в Форксе! Хотя пару дней назад было очень солнечно…       Лорен не была особо общительной и такой напор со стороны Стенли восприняла в штыки, однако, на удивление самой Рэй, ей не хватало того самого общения, от которого она старалась оградить себя. Дело в том, что когда факт ее болезни всплыл на поверхность все ее друзья как-то быстро начали ограждать себя от общения с ней.Сначала было обидно, а потом она привыкла. — Мне уже не терпится познакомить тебя с ребятами из школы! — воскликнула Джессика, сумев подпрыгнуть, сидя в кресле. — Почему ты так уверена, что я буду учиться в твоей школе? — Потому что в Форксе только одна школа. — Оу… Знаешь, я… — Лорен потерла лоб, — не останусь здесь надолго, поэтому вряд ли стоит устраивать знакомство… Все равно придётся возвращаться домой. — Да какая разница, останешься ты тут на год или на день? Не будь, как Каллены — не держись в стороне. — Каллены? — переспросила Лорен, обняв подушку. — Угу. Приемные дети доктора Каллена и его жены. Между прочим, он не только хороший доктор и примерный семьянин, — ухмыльнулась Стенли, слегка закатив глаза, — доктор Каллен — тот ещё сводник! — Это как? — Вот придешь и увидишь, если, конечно, погода не разгуляется, — улыбнулась девушка. — У них это вроде семейной традиции. Как только становится солнечно и тепло, доктор Каллен с женой организуют вылазки на природу или отправляются в походы всей семьёй. Я пыталась уболтать своих, но из этого ничего не вышло. — Доктор Каллен действительно хороший… Просто я врачей на дух не переношу, а к нему у меня нет неприязни. Удивительно. — На него все медсестры заглядываются, прекрасно зная, что док глубоко женат.       Лорен тихо посмеялась, на что Джессика улыбнулась. Они понравились друг другу. Стенли любила поговорить и ей нужен был человек, который её бы послушал, а с Рэй все с точностью до наоборот. Эти две девушки были противоположностями друг друга отчего так быстро и сошлись. Они даже не заметили, как ранее обсуждаемый ими доктор Каллен зашёл в палату, проверить свою пациентку. — Джессика, — кивнул мужчина, держа планшет в руках. — Здравствуйте, доктор Каллен, — девушка тут же встала с кресла, прекрасно понимая, что ей уже пора уходить. — Все документы на выписку оформлены, а твои родители уже ждут внизу, — улыбнулся. — О, хорошо. В таком случае, увидимся в школе Лорен! — она помахала рукой и вышла из палаты.       Рэй проводила свою новую знакомую взглядом, понимая, что как только Джессика переступила порог ее палаты, весь хороший настрой улетучился сам по себе… Стало тихо и пусто. Стенли ей понравилась. Понравилась тем, что она сама такой, как ее будущая одноклассница никогда не была. — Как самочувствие? — спросил мужчина, выдергивая Рэй из своих мыслей. — Честно? Хреново… Мой организм не привык к такому обилию эритроцитов в крови. Каждый раз появляется дикое желание лечь и не шевелиться…       Каллен молчал, измеряя её пульс и высчитывая количество ударов сердца в минуту. А девушка выглядела действительно плохо. И без того бледная кожа стала, словно белой, а под глазами залегли тёмные круги. На худых руках, сквозь кожу, просвечивались вены. А ладони и пальцы были холодными, словно они держали кубики льда пару минут назад. — Давление низкое. Тебя ещё что-нибудь беспокоит? — Хочу спать. Очень сильно… — пожала плечами Рэй. — Доктор Каллен, а вы не могли бы мне прописать какое-нибудь снотворное? — Снотворное даётся только в самом крайнем случае, Лорен. Попробуй всё-таки уснуть. — Не могу… Даже если с ног валиться буду, все равно не смогу уснуть. — Почему? — мужчина присел на край кровати. — Перед глазами, словно это было пару часов назад, встаёт день аварии, когда родители погибли, — Лорен повернула голову в сторону, боковым зрением видя сочувствующий взгляд доктора, а затем грустно усмехнулась. — И так уже несколько месяцев… Я не помню, когда нормально спала. — Прими мои соболезнования, Лорен. Я вряд ли смогу понять, что ты чувствуешь, однако ты должна сейчас думать о себе. — Я, кстати, подумала над вашими словами, — кивнула Рэй, — я прекрасно понимаю, что мёртвых не вернуть к жизни, как бы мне этого не хотелось… У меня, действительно, есть Чарли. Кажется, он был рад, когда я приехала. Но он забыл мне положить хотя бы одну книгу к вещам. — Думаю, что с этим проблем не возникнет, — улыбнулся Каллен, — и я действительно рад, что смог помочь тебе с этим. Как уже говорил, я не психолог. — Может, вы просто в этом не признаетесь, доктор Каллен? — Уверен, что - нет, — рассмеялся мужчина, а затем встал с края кровати. — Завтра меня не будет на смене, поэтому… — Погода разгулялась? — Что? — Джессика говорила, что вы с семьёй иногда выезжаете на природу, — пожала плечами Рэй. — Да. Иногда позволяю себе небольшой отдых.

***

      В тот день, ближе к вечеру, доктор Каллен принёс Лорен книгу, которую посчитал вполне интересной, а на следующие два дня он пропал. Погода в Форксе стояла солнечная и удивительно тёплая для начала марта. Она читала и читала, и на удивление засыпала практически сразу. Кошмары никуда не делись, что было вполне ожидаемо, но на другой эффект от книги она и не надеялась. В пятницу Карлайл Каллен, примерно в полдень, зашёл в палату Лорен с двумя новостями, и по классике, одна хорошая, а вторая — не очень. — С какой мне начать? — Доктор Каллен, мне не пять лет и я не верю в сахарных фей, — скрестила руки на груди девушка. — Путь будет очень долгим. Он может продлиться год или пять лет, в зависимости от того, как твой организм будет принимать лечение. Кто-то справлялся быстро, а кто-то проходил лечение на протяжении очень долгих лет. — Ясно. А что там с хорошей новостью? — Твои переломы полностью срослись. И я могу со спокойной душой выписывать тебя. Однако я бы рекомендовал недельку отлежаться дома. Ну и падать, на твоём месте, я бы не спешил. — А на лечение я все равно буду ездить сюда, верно? — кивнула Лорен. — Да. Чарли уже внизу, заполняет бумаги. Очень надеюсь, что вне лечения ты сюда приходить не будешь, — легко улыбнулся мужчина. — Я на это тоже надеюсь, — Лорен встала с кровати и направилась к шкафу, где лежала её полусобранная сумка.