Жёсткое обучение Такаямы Сэдэо

Утияма Джун, ничем не примечательная старшеклассница, которая в свои 16 лет так и не нашла себе ни одного друга, хотя такие поиски её особо и не интересовали. Она всегда летала где-то у себя в фантазиях, в своём личном мире, который был наполнен яркими красками и тёплым светом. Чистоте её мыслей и желаний могли позавидовать даже самые святые люди. Ей не была важна ни мода, ни то, что будут думать другие о её внешнем виде. Конечно Джун была воспитана хорошо и всегда опрятна, как прилежная ученица. Она отличалась от своих одноклассниц необычной красотой, хотя никогда ничего и не предпринимала для этого, этим она и вызывала к себе ненависть от женской половины класса. Парни не решались начинать с ней разговор, ведь её считали странной, поговаривали даже, что она имеет целый ряд психических отклонений. Естественно ни у кого не было подтверждений данного слуха, который, скорее всего, пустили всё те же одноклассницы, чтобы хоть как-то избавиться от конкурентки. Все уже привыкли к тому, что она является изгоем, и не общались с ней, некоторые даже издевались периодически: оскорбительные рисунки на парте, подпиленные ножки у стула, выломанные дверцы в туалетных кабинках и прочие унизительные и нелицепрятные вещи. К счастью, за неё всегда заступался их учитель истории Такаяма Сэдэо и останавливал происходящий беспредел. Он уделял Утияме Джун отдельное внимание и заботился о ней, по крайней мере, так казалось на первый взгляд…

***

      Джун как всегда сидела за последней партой и смотрела в окно, изучая пейзаж и летая в своём мире. Её восхищала красота облаков и их незамысловатые формы. Вид из окна помогал уйти в абстракцию и не думать о происходящем вокруг. Опять грубые надписи украшали её парту: «Шлюха», «Сука», «Умри» и тд. Это было неприятно, но девушка уже привыкла к этому и не придавала большого значения, ведь у неё был собственный рай, где всё всегда хорошо. — Та-ти, та-ти-та… Бормотала Джун себе под нос мелодию из далёкого детства. Её мама всегда напевала эту песню перед сном и приговаривала, что если маленькой девочке когда-то будет тяжело и одиноко, то эта песня предаст сил, чтобы всё вытерпеть. — Утияма Джун! Вы меня слушаете? Возмутился учитель. Да, это был тот самый учитель истории, который всегда помогал Джун, но он очень не любил, когда кто-то игнорировал его. — Да! Простите.., учитель. Джун встала и, робко отвечая на замечание учителя, уставилась в пол. — Останешься после урока, надо будет с тобой поговорить. Садись. Сказал преподаватель и продолжил урок. Ноги девушки подкосились и она рухнула на стул. Джун явно переживала, а на её лбу проступили капли холодного пота. Вокруг были слышны перешёптывания и насмешки одноклассников. Но школьнице было не до этого. Её руки и ноги дрожали, а взгляд бегал из стороны в сторону. Теперь она сидела смирно и старательно внимала каждому слову учителя.

***

Конец занятия и учебного дня. Ученики как можно быстрее покидают класс. Кто-то спешит домой, а кто-то идёт на прогулку с друзьями. Лишь одна Джун сидит за своим местом и, не шевелясь, прожигает парту взглядом. Через минут 10 все ученики уже покинули класс, а школа начала пустеть. — Утияма Джун, я уже говорил тебе, что не люблю, когда ты отвлекаешься от урока. Спокойно, но строго сказал учитель, облокачиваясь об свой стол. Такаяма был хорошим педагогом и профессионалом в своём деле. Хоть его стаж работы был не велик, ученики относились с уважением к молодому учителю. Его аккуратный внешний вид, немного взъерошенная причёска, от постоянной работы, и приятный голос внушали доверие. — Д..д..да, простите.., пожалуйста. Я больше не буду.., честно. С большим трудом выдавливала из себя слова Джун. Лицо мужчины резко переменилось. Он подошёл к двери и закрыл её, оставив ключ в замке, чтобы нельзя было открыть с другой стороны, после чего, ухмыляясь, он начал медленно идти к месту Утиямы. — Джун, ты забыла, о чём мы говорили? Голос Сэдэо приобрёл пугающие нотки, а ухмылка переросла в улыбку. -… Девушка долго мялась и прожёвывала слова, после чего, сжав кулаки, всё-таки смогла ответить. — М..м..мы договаривались, что я буду. послушной и прилежной ученицей. Сердце так и хотело вырваться из груди Утиямы Джун, но, к сожалению, этого не происходило, возможно так было бы гораздо проще. — Правильно, вот только у тебя плохо получается. И мне придётся тебе опять преподать урок. Учитель обошёл девушку со спины и положил руки ей на плечи. После чего он опустил их чуть ниже и начал не спеша развязывать чёрную ленточку с воротника матроски. У девушки началась истерика, она резко подняла заплаканное лицо на учителя, запрокинув голову, и стала молить почти крича. — Нет! Пожалуйста! Такого больше не повториться! Я исправлюсь! Я буду лучшей ученицей! Умоляю..! Не надо.., пожалуйста… Сэдэо резко стянул ленточку с её одежды и, накинув её на тонкую шею, начал душить ученицу. Девушка пыталась руками схватиться за импровизированную удавку, но у неё не получалось даже схватить её из-за того, что ткань слишком сильно впилась ей в горло. Её ноги бесцельно двигались под партой, в поисках опоры впереди, а ртом она пыталась поймать последние глотки воздуха. Всё её тело уже было мокрым от пота, что можно было увидеть как капли стекают по бёдрам. Вот у Джун начало темнеть в глазах, а тело её не слушалось. Как только она обмякла и её руки опустились, учитель ослабил хватку и убрал ленточку. Девушка развалилась на стуле, её дыхание стало медленным и спокойным, а в глазах словно была пустота. «Почему это всё происходит со мной?» — недоумевала школьница: «Что я сделала не так? МАМА.» — Такой спокойной ты мне нравишься больше. Страшная улыбка расплывалась по лицу учителя. Расправив ленточку, Такаяма завязал глаза девушке. После чего расстегнул штаны и достал свой возбуждённый член. — А теперь будь прилежной ученицей и сделай приятно своему учителю. Мужчина начал водить плотью по влажным губам школьницы. «Нет… Нет.! НЕТ!» — Повторялось в голове у Джун: «Я не хочу! Не буду! Бежать! Надо бежать!». — НЕТ! Крикнула девушка и толкнув учителя в сторону попыталась соскочить со стула, но ноги не выдержали, и она тут же упала и поползла между партами. Джун не видела куда направляется, ей надо было просто БЕЖАТЬ. Девушке удалось доползти до начала класса, прежде чем Такаяма Сэдэо догнал её, поднял на учительский стол и, схватив руками за шею, продолжил душить. Утияма Джун пыталась убрать его руки, но все попытки оказались тщетны. В затухающем рассудке школьницы звучало только одно:»ПОЧЕМУ? МАМА!». — Как ты смеешь так себя вести?! Кто постоянно тебя защищает?! Кто всегда готов тебе помочь?! Кто заботится о тебе после смерти твоей мамы?! Отец?! Да он забил на тебя как только твоя мать ушла из жизни, сейчас этого мужика ничто не вытащит из запоя! Так почему ты ведёшь себя как последняя стерва?! Сэдэо замахнулся одной рукой и ударил девушку в поддых. Как только она схватилась руками за живот, учитель отпустил её, и школьница сползла на пол рыдая и задыхаясь. Мужчина схватил ученицу за волосы, поднял её голову и засунул свой член в открытый рот Джун, которым девушка пыталась хватать воздух. Школьница упиралась затылком и спиной в учительский стол, в который преподаватель вколачивал её быстрыми движениями таза. Член входил и выходил с хлюпающими звуками и рыком из глотки девушки. Как только Садэо убрал свою горячую плоть, ученицу стошнило, а её дыхание стало быстрым и глубоким. После чего он за волосы положил Джун на тот же стол, только раком. Подняв юбку и одним резким движением сорвав трусики, учитель оголил ягодицы своей любимой ученицы. Школьница начала вопить от сильных ударов по заднице, а когда кричать уже не было сил, и она лежала на столе заливая его слезами и слюной, Сэдэо начал нащупывать своим упругим членом её киску, взяв из своего стола бутыль со смазкой, он стал лить холодный гель на задницу Джун. Вязкая жидкость стекала по аналу до самой киски и, натыкаясь на член, обтекала его. Такаяма вошёл резко, проталкивая горячую плоть как можно глубже в вагину своей ученицы, у девушки смешался плачь и стоны. Она молилась о том, чтобы это прекратилось, но её тело реагировало иначе: по коже пошли мурашки, грудь стала чувствительнее, а матка горела. «Как так? Остановите это кто-нибудь, пожалуйста! ХВАТИТ!» — Думала Джун, но сопротивляться уже не могла, её тело больше ей не принадлежало, его трахал какой-то мужик на школьном столе, а сама ученица была в своём мире, далеко от всех этих страданий. Она была согласна отдать себя этому человеку, лишь бы её собственный мирок жил. «Пусть он использует меня. Это неважно. Может хоть затрахать и избить до смерти. Только бы никто не вмешивался в мои мысли.НИКТО.» — Размышляла Утияма Джун. Но реальность была такова: учитель истории насиловал её почти каждую неделю в своём классе после уроков и этот день не исключение. Она лежала с красной шеей, заплаканным лицом, поднятой юбкой и множеством синяков на столе, пока её преподаватель вгонял в неё свой большой член, а она постанывая от боли и наслаждения совершенно не сопротивлялась, ведь так и должна вести себя прилежная и послушная ученица. Вот Сэдэо кончает ей на задницу и школьную форму, сперма вместе с остатками смазки стекает по ногам ученицы. Мужчина берёт её за волосы, сбрасывает на пол и пинает в живот, от боли девушка выгибается и скулит, но сил даже чтобы свернуться в клубок уже нет, поэтому она так и лежит распластанная на полу. — Так, хорошо, Джун, молодец, не забудь убрать после себя и закрыть класс, а то ты тут всё испачкала, как всегда надо успеть до утра, а я пошёл. Учитель застёгивает ширинку, берёт свой портфель и выходит из кабинета.

***

— Та-ти, та-ти-та… Шептала девушка себе под нос, вспоминая прекрасные моменты из детства и надеясь на то, что завтра она вернётся в этот класс, у неё появится много друзей, учитель будет заботиться о ней так же, как и о других учениках, а после школы за ней заедет мама, и они вместе поедут домой, где их будет ждать любящий отец.